Многие из нас после службы в войсках продолжают интересоваться вооружением и боевой техникой.
Иногда это увлечение может зайти слишком далеко...
Судьба одного из наших сослуживцев в статье:
Прощай, оружие!
Текст: Юрий СОФОНОВ. Фото из архива.
Первый разряд по боксу, несколько лет занятий каратэ, профессионально-снайперская стрельба из винтовки, автомата, гранатомета... Нет, это не представление агента спецслужбы. Это вполне реальная характеристика простого рабочего-станочника Лысьвенского металлургического завода Михаила Гуляева. Но главным его увлечением было изготовление стрелкового оружия своими руками - не наживы ради, а для души.
Увлечение оружием началось в десантных войсках. Срочная служба выпала на самый разгар холодной войны 1980-1982 годы, когда патронов для обучения солдат не жалели. Кроме АКС-74 Михаил Гуляев освоил ручной пулемет, пистолет Макарова, но особая его любовь: РПГ-16.
- Зря этот гранатомет в войсках сейчас заменили на другой, - считает он. - Хоть РПГ-16 и тяжеловат, весит больше 10 килограммов, зато другого ручного гранатомета, из которого можно поразить танк на расстоянии 800 метров, больше нет. И даже динамическая броня не спасет танк, если применить тандемный заряд гранаты.
После армии, устроившись на работу на координатно-расточном станке в инструментальный цех Лысьвенского металлургического завода, Михаил Гуляев продолжал стрелять в заводском спортивном тире, но уже не из гранатомета, а из мелкокалиберной винтовки. В городских соревнованиях он неоднократно занимал первые места.
Увы, в начале 90-х годов заводской тир закрыли - увлечение Гуляева оружием больше не находило выхода. А в свободной продаже стали появляться книги по стрелковому вооружению с описанием механизмов и схемами работы оружия. Для квалифицированных специалистов-станочников этих схем достаточно, чтобы сделать собственные чертежи. Михаил покупал журналы и книги сначала просто ради удовольствия от чтения так другие читают детективы и фантастику. Но в голове тем временем все явственнее очерчивались контуры будущей работы.
Однажды пришла мысль сделать нарезной 5,6 мм карабин для охоты (охотниками в его роду были и отец, и дед; в выходные дни Михаил Гуляев часто брал свое гладкоствольное охотничье ружье, заряжал дробью и шел пешком за 15-20 километров стрелять рябчиков). После дневной смены Михаил Гуляев задержался в цехе, долго вертел в руках бесхозную металлическую болванку: а ведь из нее можно выточить ствол! Потом все-таки спрятал с глаз долой и пошел домой.
Был в их цехе еще один страстно увлеченный оружием молодой рабочий-станочник Алексей Карагот. Однажды Михаил заметил, что деталь, которую Карагот вытачивает на своем станке, напоминает что-то... Подошел - станочник спрятал деталь в промасленную тряпицу, рассмеялся.
«Неужели делает оружие?» - подумал Михаил. После этого сам решился. Вечером он достал стальную болванку и вставил в станок.
Через несколько месяцев упорного труда у Михаила Гуляева получился симпатичный легкий карабин, который ему удалось вынести с территории завода. Дома он запер его в чулане - там, где хранилось охотничье гладкоствольное ружье, на которое имелось официальное разрешение милиции.
В середине девяностых произошли перемены в личной жизни. Михаил Гуляев решился на развод с давно не работающей, пьющей женой Еленой. Дети - сын и дочь, остались с отцом. Мать даже не пыталась отсудить детей у мужа. Так Михаил стал отцом-одиночкой, на которого легли все заботы по домашнему хозяйству и воспитанию пяти-шестилетних малышей.
Однажды к нему нагрянули милиционеры с проверкой соблюдения правил хранения охотничьего оружия. Михаил Гуляев открыл чулан. В углу, рядом с разрешенным ружьем, стоял нелегальный нарезной карабин неизвестной конструкции! Его тут же изъяли. Было возбуждено уголовное дело.
Как на грех, в том же 1997 году милиция вышла на Карагота, у которого дело оказалось поставлено на широкую ногу. Через посредников он продавал автоматические пистолеты и даже... «узи» и «кедры» собственного изготовления. При обыске у Карагота нашли десяток автоматов и пистолетов, а также множество заготовок и деталей. Во время следствия Алексей Карагот вспомнил, что якобы консультировался с Михаилом Гуляевым по некоторым технологическим тонкостям изготовления оружия.
Следствие попыталось приписать Михаилу Гуляеву участие в организованной группе, но доказать это на суде не удалось. За изготовление карабина и пистолета (этот пистолет Михаил Гуляев отрицает) суд приговорил его к двум с половиной годам условно. От тюрьмы спасли маленькие дети. Алексею Караготу, изготовлявшему оружие на продажу, пришлось мотать вполне реальный срок.
- Меня в милиции обидели, - вспоминает Михаил Гуляев. - Написали, что я изготовил карабин по чертежам Карагота. На самом деле он делать оружие не умел. Его «узи» быстро выходили из строя. Карабин я делал по-своему. С высокой кучностью стрельбы, надежный. Сейчас он хранится в милицейском музее в Перми.
С тех пор заниматься любимым делом Михаил не решается. Чертежи с собственными уникальными разработками были сожжены. Даже охотничье ружье пришлось продать. Осталось только чтение общедоступных журналов и книг.
Михаил Гуляев один продолжает воспитывать двоих детей: шестнадцатилетнюю Ирину и пятнадцатилетнего Сашу. Хоть зарплата станочника сейчас не велика (на руки 5-6 тысяч рублей), отец был бы не прочь, чтобы сын Александр выбрал его профессию - стал рабочим инструментального цеха. Вот только увлекаться оружием он своему сыну не посоветует:
- Ко мне до сих пор подходят и предлагают за изготовление ствола деньги - в два-три раза больше моей месячной зарплаты. Но я всегда отказываюсь. В России увлечение оружием приносит только неприятности, - говорит Михаил Гуляев. - А вот в Америке один оружейник-любитель, который ремонтировал и переделывал парабеллумы, предложил Пентагону свою модель крупнокалиберной винтовки, так она победила в конкурсе и ее приняли на вооружение. У нас вместо награды такого умельца ждала бы тюрьма.
Увы, так получилось, что в наше мирное время свой талант и любовь к оружию лысьвенскому левше реализовать не удалось...
Иногда это увлечение может зайти слишком далеко...
Судьба одного из наших сослуживцев в статье:
Прощай, оружие!
Текст: Юрий СОФОНОВ. Фото из архива.
Первый разряд по боксу, несколько лет занятий каратэ, профессионально-снайперская стрельба из винтовки, автомата, гранатомета... Нет, это не представление агента спецслужбы. Это вполне реальная характеристика простого рабочего-станочника Лысьвенского металлургического завода Михаила Гуляева. Но главным его увлечением было изготовление стрелкового оружия своими руками - не наживы ради, а для души.
Увлечение оружием началось в десантных войсках. Срочная служба выпала на самый разгар холодной войны 1980-1982 годы, когда патронов для обучения солдат не жалели. Кроме АКС-74 Михаил Гуляев освоил ручной пулемет, пистолет Макарова, но особая его любовь: РПГ-16.
- Зря этот гранатомет в войсках сейчас заменили на другой, - считает он. - Хоть РПГ-16 и тяжеловат, весит больше 10 килограммов, зато другого ручного гранатомета, из которого можно поразить танк на расстоянии 800 метров, больше нет. И даже динамическая броня не спасет танк, если применить тандемный заряд гранаты.
После армии, устроившись на работу на координатно-расточном станке в инструментальный цех Лысьвенского металлургического завода, Михаил Гуляев продолжал стрелять в заводском спортивном тире, но уже не из гранатомета, а из мелкокалиберной винтовки. В городских соревнованиях он неоднократно занимал первые места.
Увы, в начале 90-х годов заводской тир закрыли - увлечение Гуляева оружием больше не находило выхода. А в свободной продаже стали появляться книги по стрелковому вооружению с описанием механизмов и схемами работы оружия. Для квалифицированных специалистов-станочников этих схем достаточно, чтобы сделать собственные чертежи. Михаил покупал журналы и книги сначала просто ради удовольствия от чтения так другие читают детективы и фантастику. Но в голове тем временем все явственнее очерчивались контуры будущей работы.
Однажды пришла мысль сделать нарезной 5,6 мм карабин для охоты (охотниками в его роду были и отец, и дед; в выходные дни Михаил Гуляев часто брал свое гладкоствольное охотничье ружье, заряжал дробью и шел пешком за 15-20 километров стрелять рябчиков). После дневной смены Михаил Гуляев задержался в цехе, долго вертел в руках бесхозную металлическую болванку: а ведь из нее можно выточить ствол! Потом все-таки спрятал с глаз долой и пошел домой.
Был в их цехе еще один страстно увлеченный оружием молодой рабочий-станочник Алексей Карагот. Однажды Михаил заметил, что деталь, которую Карагот вытачивает на своем станке, напоминает что-то... Подошел - станочник спрятал деталь в промасленную тряпицу, рассмеялся.
«Неужели делает оружие?» - подумал Михаил. После этого сам решился. Вечером он достал стальную болванку и вставил в станок.
Через несколько месяцев упорного труда у Михаила Гуляева получился симпатичный легкий карабин, который ему удалось вынести с территории завода. Дома он запер его в чулане - там, где хранилось охотничье гладкоствольное ружье, на которое имелось официальное разрешение милиции.
В середине девяностых произошли перемены в личной жизни. Михаил Гуляев решился на развод с давно не работающей, пьющей женой Еленой. Дети - сын и дочь, остались с отцом. Мать даже не пыталась отсудить детей у мужа. Так Михаил стал отцом-одиночкой, на которого легли все заботы по домашнему хозяйству и воспитанию пяти-шестилетних малышей.
Однажды к нему нагрянули милиционеры с проверкой соблюдения правил хранения охотничьего оружия. Михаил Гуляев открыл чулан. В углу, рядом с разрешенным ружьем, стоял нелегальный нарезной карабин неизвестной конструкции! Его тут же изъяли. Было возбуждено уголовное дело.
Как на грех, в том же 1997 году милиция вышла на Карагота, у которого дело оказалось поставлено на широкую ногу. Через посредников он продавал автоматические пистолеты и даже... «узи» и «кедры» собственного изготовления. При обыске у Карагота нашли десяток автоматов и пистолетов, а также множество заготовок и деталей. Во время следствия Алексей Карагот вспомнил, что якобы консультировался с Михаилом Гуляевым по некоторым технологическим тонкостям изготовления оружия.
Следствие попыталось приписать Михаилу Гуляеву участие в организованной группе, но доказать это на суде не удалось. За изготовление карабина и пистолета (этот пистолет Михаил Гуляев отрицает) суд приговорил его к двум с половиной годам условно. От тюрьмы спасли маленькие дети. Алексею Караготу, изготовлявшему оружие на продажу, пришлось мотать вполне реальный срок.
- Меня в милиции обидели, - вспоминает Михаил Гуляев. - Написали, что я изготовил карабин по чертежам Карагота. На самом деле он делать оружие не умел. Его «узи» быстро выходили из строя. Карабин я делал по-своему. С высокой кучностью стрельбы, надежный. Сейчас он хранится в милицейском музее в Перми.
С тех пор заниматься любимым делом Михаил не решается. Чертежи с собственными уникальными разработками были сожжены. Даже охотничье ружье пришлось продать. Осталось только чтение общедоступных журналов и книг.
Михаил Гуляев один продолжает воспитывать двоих детей: шестнадцатилетнюю Ирину и пятнадцатилетнего Сашу. Хоть зарплата станочника сейчас не велика (на руки 5-6 тысяч рублей), отец был бы не прочь, чтобы сын Александр выбрал его профессию - стал рабочим инструментального цеха. Вот только увлекаться оружием он своему сыну не посоветует:
- Ко мне до сих пор подходят и предлагают за изготовление ствола деньги - в два-три раза больше моей месячной зарплаты. Но я всегда отказываюсь. В России увлечение оружием приносит только неприятности, - говорит Михаил Гуляев. - А вот в Америке один оружейник-любитель, который ремонтировал и переделывал парабеллумы, предложил Пентагону свою модель крупнокалиберной винтовки, так она победила в конкурсе и ее приняли на вооружение. У нас вместо награды такого умельца ждала бы тюрьма.
Увы, так получилось, что в наше мирное время свой талант и любовь к оружию лысьвенскому левше реализовать не удалось...
.
