Десантура.ру
На главную Поиск по сайту Техподдержка
Закрыть
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация
Главная  |  Карта сайта  |  Войти  |  Регистрация

Опрос посетителей

Перевод факультета специальной разведки из Новосибирска в Рязань*






Включение училищ связи и автомобильного в состав РВВДКУ*






Будущее РВВДКУ*






  



Ветераны

НИКТО КРОМЕ НАС. Правда Афгана глазами солдата ВДВ. Часть 4
По прилёту в военный аэропорт Тузель, нам в маленьком кассовом окошке одиноко стоящего дома выдали наши копейки за боевые и ранения. Кому 50, кому 100, кому 200, кому 300 рублей. Потом показали в темноту и сказали: «там Ташкент». Всем было по фигу на наши награды, бинты и костыли. Чиновникам и генералам, олицетворявшим Родину в сытом Союзе, было плевать. Мы поймали машину, заплатили по 25 рублей и поехали в аэропорт. В аэропорту было уже около 2 000 таких же уставших от войны людей. Я обменял оставшиеся от Афгана чеки в ближайшей столовой на рубли один к трём. Еды, практически, не было, водки и пива не было. Всё было съедено и выпито. Некоторые солдаты сидели в аэропорту в ожидании бесплатных билетов по несколько недель. Офицеров не было. Они к солдатам не совались. Бесплатных билетов по солдатскому требованию не было. Билетов куда солдату надо не было даже за деньги.

Страницы истории


12.12.2011

Родом из войны. Исторические заметки о 351 гвардейском парашютно-десантном полке. Часть III

Содержание



Глава 10. Возвращение на Родину. Ефремов    
Глава 11. Ефремов. Пятидесятые годы
Глава 12. Средняя Азия. ТуркВО. Аранча
Глава 13. Семидесятые годы
Глава 14. Последняя осень    
Послесловие
Приложения
Список литературы

Глава 10. Возвращение на Родину. Ефремов

После Нового 1946 года дивизия начала собираться домой. План ухода на Родину был прост. Личный состав, техника и артиллерия железнодорожными эшелонами. Все должны были получить отметку о медицинском освидетельствовании, в виде треугольного штампа в удостоверении личности. Это был сплошной контроль на венерические болезни. Страна защищалась от запада и модных болезней на западе. 24 февраля 1946 г. полк грузится на станции Будапешт-товарная и железнодорожным транспортом через Румынию возвращается на Родину. Город Яссы был перевалочным пунктом на пути домой. Дело в том, что наши и европейские железнодорожные полотна отличаются по ширине, и наши поезда не могут следовать по их железным дорогам. На станции Яссы военнослужащих и грузы перегружали на другие составы и отправляли к месту назначения.

6 марта 1946 г. полк прибыл в район города Тейково Ивановской области и разместился в землянках в лесу. Сначала мы оказались в 35 километрах от Иванова. Попали «из рая в ад», я имею в виду бытовые условия. На новом месте, в Тейково, не было подготовленных для нас отапливаемых казарм и первым делом мы занялись ремонтом старых, еще «царских» казарм.
«Там, смешно сказать, настигла нас малярия. Больных отвезли в Рязань. Подлечился - поставили хлебопеком. Ну и, наконец, демобилизовали» - вспоминает А.И. Фомкин

Командование 106 гв. стрелковой дивизии и командиры полков.
Слева направо: 1-й ряд. гв. подполковник Шаблий Ф.Е., гв. подполковник Андрющенко Т.Ф., гв. генерал -майор Виндушев К.Н., гв. полковник Михеев, гв. полковник Курылев В.Д., гв. полковник Киреев С.Н., гв. подполковник Липецкий В.А.
2-й ряд. Третий слева гв. подполковник Фирсов В.А., четвертый- гв. полковник Федотов П.Н.
Тейково, Ивановская область. Апрель 1946 года.

Полк оставил свой след в истории отечественного кинематографа. В фильме" Сельская учительница", вышедшем на экраны страны в 1947 году, есть эпизод, когда после начала войны учительница провожает на фронт своих учеников. Здесь же показывают воинскую часть идущую на посадку в эшелон под звуки "Вставай страна огромная". В этой массовке были задействованы подразделения полка. Об этом интересном факте в свое время вспоминал командир полка Федотов П.Н.

В апреле 1946 года венское знамя Победы по акту было передано в Центральный Музей Вооруженных Сил Советского Союза.

В июне 1946 г. полк в составе 106 гв. сд прибывает в Тесницкие лагеря под Тулой. «…лагерей, как таковых ещё не было. Мы должны были их построить, и мы их построили. «Тесницкими» назвали эти лагеря, видимо, по названию местности или ближайшего населённого пункта. Нас привезли в лес, а вернее, на опушку леса, что не далеко от шоссейной дороги, идущей от города Тулы на Москву. Там, на опушке леса, нам показали разметку поляны, на которой мы должны подготовить места для палаток. Нас проинструктировали о технологии постройки и разметке мест для установки палаток, заострили внимание на соблюдении размеров. На квадратной площадке размером четыре на четыре метра, срезается дёрн, нарезанный небольшими прямоугольниками. Дерн берётся не только изнутри палатки, но и приносится из других мест лужайки. Из этого дёрна, как из кирпичей, выкладываются невысокие боковые стенки по периметру образовавшегося углубления. В центре ставится высокий шест, на котором крепится центр купола палатки. Крыша палатки растягивается по углам на четыре высоких кола с оттяжками, а нижняя кромка палатки натягивается и крепится за колышки, вбитые в землю. С передней стороны делается вход, для которого в палатке предусмотрено откидывающееся полотнище двери палатки.
Все палатки лагеря установлены в три шеренги, в три ровные линии, все входы палаток направлены в одну сторону. Перед каждой линией палаток расчищалась широкая дорожка, на которую и сделан был выход из каждой палатки. Внутри палатки настилаются нары. В лучшем случае это доски, настеленные на брёвна или лаги, а то и просто плетёные из прутьев. Делается даже пирамида для оружия, для автоматов или карабинов. Другое имущество и снаряжение также здесь, внутри палаток. На низких нарах укладываются матрацы, набитые соломой или сеном. Такая койка застилается простынёй и одеялом. Одеяло с боков подворачивается, в голове койки укладывается подушка, взбитая «кубиком», в ногах – вторая простыня широкой ровной полосой обернувшая постель. Палатки стандартные, военного образца, рассчитанные на восемь человек, на одно отделение. Вот такие палатки, установленные на одной линии, составляют целую улицу. Три таких улицы было в нашем лагере.
Перед первой линией палаток проходит более широкая расчищенная дорожка для построений – линейка. На этой линейке проходят все общие построения, как на вечернюю поверку, так и по боевым и всяким другим тревогам. Ведь в летнее время выводят воинские части в лагерь не на отдых, а на боевую подготовку, на совершенствование боевой и строевой выучки личного состава. Впереди этой линейки, линейки для построений, проходит ещё одна неширокая, но длинная (по всей длине лагеря) полоса вскопанной и разрыхлённой земли. Это тоже линейка, но она, как следовая полоса на границе, ограничивает лагерь спереди, и ходить по ней, пересекать её запрещается. Её приходится обходить по краям лагеря, да в этом и нет надобности, так как все необходимые помещения, обеспечивающие жизнь военнослужащих, располагаются в глубине лагеря, «в тылу». Все двери палаток ориентированы в сторону линейки. При входе в палатку сооружается узкая дверка, закрывающая вход. Из палатки до самой линейки ведёт неширокая дорожка, утрамбованная и посыпанная гравием. Она идёт до самой линейки для построений. В некоторых случаях, по приказанию командования, нижние полотнища палаток поднимаются на крышу купола, обеспечивая вентиляцию, просушивание и просмотр командирами. На линейке проходят общие построения части, построения по тревогам, вечерние поверки, разводы караулов и разводы на работу.
Все другие помещения, да и большие палатки служебных помещений и складов размещались позади линий палаток. Там же были и столовая, и кухня, да и другие подсобные помещения. Столики, скамейки устанавливались иногда в местах сборов для проведения теоретических занятий, занятий по уставам, политинформаций. Чаще местом занятий служила обычная лужайка на подходящей поляне. Выходя на полевые занятия, мы часто видели, как шоссейную дорогу ремонтируют и расширяют военнопленные немцы, лагерь которых, как оказалось, расположен недалеко от нашего летнего лагеря. Лагерь военнопленных ограждён забором, охраняется часовыми на вышках. На работу военнопленных выводят строем под конвоем, но конвой весьма умеренный». «В наших Тесницких лагерях был по-настоящему уставной порядок» - вспоминает К. И. Веселов.

Командир полка гв. полковник Федотов П. Н. в августе 1946 году был назначен заместителем командира 114 гв. воздушно-десантной дивизии. В конце сентября 1946 командиром полка назначается полковник Буйнов Михаил Николаевич. Он принял полк в Тесницких лагерях. Под его руководством в октябре 1946 г 351 гв. пвдп был передислоцирован в город Ефремов.

Буйнов М.Н. участник гражданской и ВОВ. В ходе ВОВ командовал 617 сп при обороны Москвы в районе Заячьей Горы. Был ранен. После выздоровления командовал 23 учебным полком, который готовил для фронта снайперов и отличных стрелков. В октябре 1943 г. снова вступил в командование 617 сп, а вскоре был назначен командиром 686 сп 200 сд 49 армии. В Берлинской операции командовал 698 сп 146 сд 3 УА. Полковник Буйнов М.Н. принял 351 гв. пвдп в Тесницких лагерях. Под его руководством осуществлялся переезд полка в г. Ефремов, ремонт казарм и создание необходимой учебно-материальной базы для боевой подготовки и спорта. С 1949 г.по 1953 г. был заместителем начальника Военно-парашютного училища. В 1953 г. назначается старшим офицером отдела боевой подготовки ВДВ, в 1955 году уходит в запас по выслуге лет.

Долгое время в полку служили офицеры-фронтовики: Афанасьев Александр Иванович, Андреев Валерий Николаевич, Абрамов Владимир Иванович, Беспальцев Игорь Исаевич, Бабичев Максим Андреевич, Балашов Алипий Дмитриевич, Бычков Виктор Никифорович, Гавриленко Василий Афанасьевич, Журков Иван Дмитриевич, Костромин, Левченко Алексей Петрович, Малёваний Василий Степанович, Новосёлов Владимир Васильевич, Никитин Алексей Романович, Пушкарский Георгий Владимирович, Сомов Николай Федотович, Хвостов Михаил Антонович, Золойло Иван Григорьевич, Васильцев Иван Иванович. Другие, как Киселев Алексей Павлович, командир взвода 82 мм минометов, продолжили службу в других частях. Он завершил службу в звание подполковник и был награжден: орденом Красной Звезды, медалями «За победу над Германией», «За боевые заслуги», «За взятие Вены», «40 лет ВС СССР», «50 лет ВС СССР», «За безупречную службу» 1 и 2 ст.
Остались на сверхсрочную службу сержанты и рядовые фронтовики: Анкудинов Евгений Васильевич, Белобородов Александр Иванович, Блохин Дмитрий Викторович, Борисов Борис Дмитриевич, Верещагин, Дорохов Василий Иосифович, Ерохин Василий Григорьевич, Козарезов Алексей Михайлович, Котвицкий Иван Феликсович, Котенко Григорий Фёдорович, Рафиков Рифгат Ганиевич, Сметанин Виктор Иванович, Цыпляев Иван Егорович.

Командир 3-го батальона 351-го полка Беспальцев И.И.

На основании Постановления Совета Министров СССР № 1154-474 сс от 3.06.1946 года, директивы Генерального штаба Вооруженных Сил СССР № орг /2/247225 от 7.06.1946 года воздушно-десантные войска были выведены из состава ВВС и включены в состав войск Резерва Верховного главнокомандования, с прямым подчинением министру Вооруженных Сил. Была учреждена должность командующего ВДВ. Об этом указывается в приказе Министра Вооруженных Сил СССР от 10 июня 1946 года № 0010.

CОВ. СЕКРЕТНО

ПРИКАЗ
Министра Вооруженных Сил СССР
№ 0010

10 июня 1946 г. г. Москва

О выделении воздушно-десантных войск из состава ВВС
и реорганизации управления 9-й гвардейской армии
в управление воздушно-десантных войск Вооруженных Сил

В соответствии с постановлениями Совета Министров Союза ССР №№ 1154-474сс от 3 июня 1946 г. и 928-387 от 27 апреля 1946 г. приказываю:

1. Выделить из состава ВВС воздушно-десантные войска в непосредственное подчинение их Министру Вооруженных Сил Союза ССР.
2. Во главе воздушно-десантных войск Вооруженных Сил Союза ССР иметь командующего воздушно-десантными войсками с подчинением его Министру Вооруженных Сил.
3. Реорганизовать управление 9-й гвардейской армии в Управление воздушно-десантными войсками Вооруженных Сил и содержать его по штату № 1/619.
4. На командующего воздушно-десантными войсками Вооруженных Сил Союза ССР возложить непосредственное управление, обучение, обеспечение боевой подготовки, выполнение организационных и других мероприятий по воздушно-десантным войскам Вооруженных Сил.
5. На командующих войсками военных округов в отношении воздушно-десантных войск возложить:

а) материальное обеспечение воздушно-десантных войск (за исключением специального воздушно-десантного имущества);
б) расквартирование и ответственность за несение гарнизонной и внутренней службы воздушно-десантных войск.

6. Комплектование воздушно-десантных войск производить: \

а) генеральским и офицерским составом – через Главное управление кадров Министерства Вооруженных Сил и отделы кадров соответствующих родов войск и служб из числа наиболее подготовленных и отвечающих требованиям и особенностям службы в воздушно-десантных войсках.
Назначение и откомандирование генеральского и офицерского состава воздушно-десантных войск производить по согласованию с командующим воздушно-десантными войсками;
б) сержантским и рядовым составом на общих основаниях по призыву из числа отвечающих требованиям службы в воздушно-десантных войсках.


Заместитель Министра Вооруженных Сил СССР
генерал армии БУЛГАНИН

РГВА. Ф. 4. Оп. 11. Д. 83. Л. 246-247. Подлинник.

В развивающем постановление и директиву приказе командующего ВДВ № 0051 от 14 июня 1946 года 106-я гвардейская стрелковая Краснознаменная ордена Кутузова дивизия была переформирована в 106-ю гвардейскую воздушно-десантную Краснознаменную ордена Кутузова дивизию. Срок окончания организационно-штатных мероприятий заканчивался 15 июня 1946 года. Полк с 14 июня 1946 г. стал 351 гвардейским посадочным воздушно-десантным полком.

Появление в составе воздушно-десантной дивизии посадочного воздушно-десантного полка было результатом осмысления опыта прошедшей войны. Так, в выводах краткого оперативно-тактического очерка «Действия 4 воздушно-десантного корпуса в оперативном тылу противника» изданном в марте 1943 года говорилось - как показал опыт длительной боевой работы крупных воздушно-десантных частей, наиболее выгодным способом десантирования является высадка войск непосредственно на землю. Выброска на парашютах обходится крайне дорого, ибо при наличии малоопытных штурманов она часто производится крайне рассредоточено. Отсюда напрасные потери за счёт сбрасывания подразделений в районы, занятие противником и лишняя трата времени на сбор соединения. Поскольку появление крупных десантов в тылу противника в большинстве случаев незаметным остаться не может, он всегда сумеет использовать эту задержку в сборе частей для организации соответствующих контрмероприятий, направленных к уничтожению отдельных групп до окончания сбора. Кроме того, большинство парашютов, представляющих большую ценность, попадает в руки противника или местного населения. Однако посадка на землю не исключает необходимости предварительной выброски на парашютах захватывающих групп (из расчёта примерно батальон на бригаду) с тем, чтобы эти группы обеспечивали назначенный район высадки от преждевременного появления там противника. То или иное решение вопроса десантирования будет в каждом отдельном случае зависеть от реальных возможностей

В 1946 году в управление полка, входили:

Командир полка;
Соответствующие заместители командира полка одновременно являлись и начальниками соответствующих подразделений.
- заместитель командира полка: в подчинении - начальник полковой школы;
- заместитель командира полка по политической части: в подчинении - секретарь партийного комитета полка, пропагандист полка, секретарь комитета комсомола полка, начальник клуба полка, начальник библиотеки;
- начальник штаба полка: в подчинении - заместитель начальника штаба, помощник начальника штаба по строевой части и кадрам, помощник начальника штаба по планированию десантирования, помощник начальника штаба, помощник начальника штаба по специальной связи. Начальник разведки полка. Начальник связи полка. Начальник секретной части. Комендант штаба полка.
- заместитель командира полка по снабжению: в подчинении - начальник обозно-вещевого снабжения полка, начальник продовольственно-фуражного снабжения полка, начальник снабжения горюче-смазочными материалами полка, техник-смотритель зданий полка;
- начальник артиллерии: в подчинении - помощник начальника артиллерии, отделение управления;
- помощник командира полка по технической части: в подчинении - начальник артиллерийского снабжения полка, начальник автомобильной службы, начальник контрольно-технического пункта;
Начальники служб, подчиненные непосредственно командиру полка:
- начальник парашютно-десантной службы: в подчинении - начальник парашютного городка, начальник склада парашютно-десантного имущества, начальник мастерской парашютно-десантного имущества;
- полковой инженер;
- начальник химической службы полка;
- старший врач полка: в подчинении - начальник медицинского пункта полка;
- начальник финансового довольствия полка: в подчинении - казначей.

Управление парашютно-десантного батальона: командир батальона, заместитель командира батальона, заместитель командира батальона по политической части, старший адъютант батальона, начальник связи батальона, старший фельдшер батальона, химический инструктор батальона.


351 гвардейский посадочный воздушно-десантный полк состоял из управления полка, трех парашютно-десантных батальонов (управление батальона, 3 стрелковые роты, минометная рота (шесть 82-мм минометов), противотанковая батарея (две 45-мм ПТП, две 37 мм ПТП), взвод связи, взвод снабжения, батальонный медицинский пункт), истребительно-противотанкового дивизиона двух батарейного состава (батареи 76-мм пушек и 57-мм ПТП по шесть орудий), роты связи, саперной роты, минометной батареи 120 мм минометов, зенитной артиллерийской батареи, транспортного взвода, разведывательного взвода (расформирован в 1948 году), хозяйственного взвода, артиллерийской ремонтной мастерской, полкового медицинского пункта. В штате полка не оказалось взвода музыкантов, поэтому обходились внештатной музыкальной командой, которую по 1950 год возглавлял сержант Сперанский В.Ф. В состав полка входила полковая школа, в составе четырех учебных взводов, готовившая за девять месяцев командиров стрелковых отделений, минометных расчетов и расчетов безоткатных орудий Б-10. В школу набирали курсантов из подразделений полка и если он не удовлетворял требованиям, его могли заменять другим, более подходящим. Также упоминается внештатный комендантский взвод. Истребительно-противотанковый дивизион десантировал артиллерию посадочным способом.

Отличие посадочного воздушно-десантного полка от парашютно-десантного состояло только в специальной подготовке. Парашютно-десантные полки готовились по обычной программе, а посадочные ещё дополнительно к десантированию на планерах. Парашютные прыжки совершали все военнослужащие посадочного воздушно-десантного полка, но была своя программа (количество прыжков было меньше чем в пдп).
Вооружение личного состава включало в себя 7,62-мм пистолеты-пулеметы ППС-43 и ППШ-41, карабины СКС-45, ручные пулеметы РПД, 7,62-мм пистолеты TT. На вооружении снайперов оставались винтовки Мосина с оптическими прицелами. Также на вооружении имелись ручные осколочные гранаты Ф-1, РГД-5, РГ-42, противотанковые гранаты РКГ-3.
 

Организационно-штатная структура 351 гв. посадочного воздушно-десантного полка в 1946 году


В дивизии был расформирован 355 гвардейский стрелковый полк, личный состав его был разделён на два оставшихся полка. Также была расформирована артиллерийская бригада, и в составе дивизии остался один артиллерийский полк (бывший пушечный артиллерийский полк). Отдельный батальон связи дивизии был переформирован в отдельную роту связи.

В состав дивизии вошли: управление дивизии, 347 гвардейский парашютно-десантный полк, 351 гвардейский посадочный воздушно-десантный полк, 205 гвардейский артиллерийский полк, 123 гвардейский отдельный истребительно-противотанковый артиллерийский дивизион, 107 гвардейский отдельный зенитно-артиллерийский дивизион, 131 отдельный самоходный дивизион, отдельный гвардейский учебный батальон, 139 отдельный сапёрный батальон, 118 гвардейская отдельная разведывательная рота, гвардейская отдельная рота связи, 14 отдельная рота десантного обеспечения, 234 отдельная медико-санитарная рота, 320 авторота подвоза, комендантский взвод, 393 полевая хлебопекарня, дивизионный оркестр.

Основная часть личного состава с воодушевлением восприняла весть о том, что их соединение переформировывается в воздушно-десантное, так как большинство военнослужащих (70%) являлись десантниками. 3 декабря 1947 года дивизии было вручено Гвардейское Красное Знамя.

Внештатный полковой оркестр


С октября 1946 года полк дислоцировался в г. Ефремове, в военном городке, где до войны стоял 388 стрелковый полк 172 стрелковой дивизии. На третий день после начала войны, стрелковый полк был переброшен в Белоруссию под Могилев, где почти месяц защищал город. Четверть века, спустя писатель К. Симонов описал эти события в своей трилогии "Живые и мертвые".
Вскоре после обустройства на новом месте прошла демобилизация личного состава, выслужившего установленные сроки службы и призванного из запаса.

Впервые в 1947 году полк участвовал в военном параде в Москве, а 3 августа того же года подразделения полка прыгали на авиационном празднике в Тушине. В параде участвовали 50 самолетов и 800 десантников из разных частей ВДВ.


Приказом Министра Вооруженных Сил СССР № 52 от 18 августа 1947 года был утвержден нарукавный знак ВДВ.

Он представлял из себя клапан из сукна цвета хаки в форме вытянутого по горизонтали ромба с окантовкой разного цвета для различных служб и подразделений, в центре которого размещалась металлическая эмблема в виде раскрытого парашюта на фоне развернутых крыльев (для офицеров - золотистого, для рядовых и младших командиров -серебристого цвета).

Ношение нарукавных знаков ВДВ офицерами было отменено приказом Министра обороны СССР №105 от 30 июня 1955г., сержантами и рядовыми – приказом Министра обороны СССР №120 от 4 августа 1956г.

Разведывательный взвод полка. Тесницкие лагеря 1948 год.


«Я командовал комендантским взводом штаба 351 гв. посадочного воздушно-десантного полка. Комендантский взвод состоял из «нестроевых»: полковых писарей, музыкантов и прочих штабных, и командовать такой публикой я не хотел. У меня было огромное желание учиться, ведь я из – за войны ничего не успел. В 1948 году меня из дивизии направили в парашютно - десантное училище, где проходил первый целевой набор курсантов – десантников на направление – «командиры диверсионных групп», создавалась отдельная курсантская рота. Меня привели к генералу, начальнику училища, который не знал, как со мной поступить, уже в стране началась «борьба с космополитами» и у него было строгое указание не брать евреев, о чем он сказал мне напрямую. Но я был фронтовиком - коммунистом, имел за войну орден и три боевые медали, и генерал, не потерявший совесть, принял решение меня зачислить на учебу, но произнес - «Винер, это еще куда ни шло, может пройти. Но как я приму человека с таким отчеством?! Меня же потом съедят без соли». Мне записали в документах новое отчество – Владимирович, и я был зачислен на учебу. Уже через два месяца, после того как в училище приехала с проверкой московская комиссия политработников из штаба ВДВ, мне, без каких – либо объяснений или извинений, вручили в канцелярии училища документы и проездной литер назад в свой полк, я был отчислен «без разговоров». Я прекрасно понимал, в чем истинная причина отчисления, но время было такое, что оставалось только молчать. В 1950 году, когда подошел срок моей демобилизации, мне предложили остаться в армии старшиной – сверхсрочником. К этому времени я имел около 200 прыжков. Но после того как по 58-й статье посадили начальника парашютно-десантной службы полка майора (по документам трибунала гв. капитан) Арона Самойловича Стомахина, я перестал верить в армию, и без колебаний демобилизовался. В 1950 году, в самый разгар «борьбы с космополитами», майора Стомахина арестовали, он был обвинен в том, что является агентом «немецкой и американской разведок», получил в трибунале десятилетний срок по 58-й статье. Вышел он на свободу только через семь лет, и еще долго боролся за возвращение своего доброго имени. Майору Стомахину вернули доброе имя и боевые награды, была доказана его полная невиновность, но здоровье Стомахина было уже полностью подорвано годами лагерей».

Лев Снегирев, ознакомившийся в трибунале с делом Стомахина, рассказывает об этом в еженедельнике «Зеркало недели» более подробно. Предъявленное обвинение Стомахину в ноябре 1950 года военным трибуналом Киевского военного округа состояло из шести пунктов:
«Находясь на службе в Советской Армии на территории Венгрии, в целях изыскания средств для перевода воинской части на территорию нашей страны Стомахин установил связь с частными торговыми фирмами в Будапеште, которым представлял автотранспорт воинской части для перевозки различных грузов. Производя расчеты с фирмами за эксплуатацию автотранспорта, Стомахин злоупотреблял служебным положением в личных корыстных целях, присваивая себе часть средств. Это подтвердила гражданка Вильма Берей. Летом 1945 года Стомахин в г. Будапеште познакомился с венгерской подданной Вильмой Берей и вступил с ней в интимную связь. Во время передислокации воинской части в феврале 1946 г., пользуясь тем, что Стомахин ехал отдельно от части на легковой автомашине, он нелегально перевез с собой через границу эту иностранную подданную».
«В целях легализации проживания Берей в СССР Стомахин по документам своей ранее умершей двоюродной сестры получил в 1946 г. обманным путем для Вильмы Берей паспорт и зарегистрировал по этому паспорту с ней брак».
«Проходя службу в качестве начальника ПДС воинской части, Стомахин с 1947 г. в беседах с офицерами этой части неоднократно высказывался в антисоветском духе, клеветал на приоритет русских ученых в области известных изобретений, восхвалял технические достижения капиталистических стран».
«Имея свой радиоприемник, слушал антисоветские передачи радиостанции и распространял их среди офицеров и гражданских лиц. Это подтвердили (четыре фамилии)».
«Кроме всего этого Стомахин незаконно хранил пистолет системы «парабеллум» и 56 штук патронов к нему».

Познакомились они в Будапеште - ему тогда было двадцать шесть лет, а ей девятнадцать. Русского языка она совсем не знала, но Стомахин, будучи в спецшколе, выучил венгерский и немецкий — так они и общались. Вскоре, после нескольких встреч, полюбили друг друга и решили пожениться. А тут выходит указ о запрещении советским гражданам жениться или выходить замуж за иностранцев. Вскоре объявили, что 351 гв. полк, в котором служил Стомахин, переводят на Родину. Но, как это порой бывает, в почти безвыходных ситуациях всегда появляется некая отдушина. Из Москвы пришло указание доставить в музей Советской Армии знамя Победы над Веной, и поручили эту доставку Стомахину. Выделили автомашину, так как железная дорога была перегружена перевозкой войск, и разрешили взять на свое усмотрение сопровождающего. Судя по всему, любовь между этими молодыми людьми оказалась сильнее указов, запретов и даже благоразумия. Стомахин переодевает Вильму в солдатскую форму - она была худенькой, стройной. Вильма жертвует своими дивными волосами, коротко подстригшись. Так они миновали границу, а затем началась их одиссея в Ефремове, вплоть до 1950 года, когда Стомахину, так сказать, «сплели лапти». Она ждала его эти семь лет. После освобождения Стомахин дважды приезжал в 351 гв. пдп в 1968 и 1975 годах. В Киеве, со своей женой из Будапешта, он прожил вместе до последнего дня, когда обширный инфаркт буквально скосил этого внешне физически сильного человека на шестьдесят третьем году его жизни. Так завершилась эта история с венским знаменем Победы.

Венское знамя Победы в Музее ВС СССР

Офицерский состав, которым укомплектовывался полк, прибывал из различных военных округов. Командирами взводов в основном были выпускники военных училищ 1948 года. Военнослужащие, направляемые на комплектование войск ВДВ, отбирались с особой тщательностью — по состоянию здоровья, физическому развитию и уровню образования, а так же по морально-политическим качествам. Так Зайцев А. М., с мая 1943 года - разведчик в составе 34 инженерно-саперной Верхнеднепровской Краснознаменной ордена Суворова бригаде, с 1946 года по 1949 год – служил стрелком в составе 351 гвардейского посадочного воздушно-десантного полка. Часть личного состава прибыла из расформированного 355 гвардейского стрелкового полка, в том числе Ергалиев Калиулла Ергалиевич, демобилизованный 14 декабря 1947 года. Вместе с ним был уволен в запас младший сержант Aлексеев Василий Иванович командир миномётного расчёта. «…появилось много незнакомых солдат, хотя гвардейцев, но не фронтовиков, пополнивших наши полки. Но это не новое молодое пополнение, ведь нового призыва молодёжи после войны не было. Набрали из различных частей и включили в состав ВДВ военнослужащих различных специальностей, необходимых для укомплектования по штатному расписанию».

Полк ежегодно пополнялся выпускниками военных учебных заведений. В. Г. Волович, профессор, доктор медицинских наук вспоминает: «В последнюю субботу сентября 1946 года нам присвоили звание капитанов медицинской службы и выдали врачебные дипломы. Выпускная комиссия направила меня продолжать службу в ВДВ. Так я попал в Ефремов, в 351 гв. десантный полк. Началась моя служба врачом десантного батальона. И вот в июне 1948 г. случилось событие, определившее всю мою дальнейшую жизнь: меня направили в Тулу за медикаментами в медсанбат вместо заболевшего младшего врача полка. И там, в медсанбате, я неожиданно встретил Павла Буренина. Это был тот самый Павел Буренин, который совершил первый в мире прыжок с парашютом в Арктике на о. Бунге для спасения жизни тяжело раненного зимовщика. За подвиг он был награжден Орденом Красной звезды. А Самуил Маршак написал поэму "Ледяной остров", которую посвятил Паше Буренину: "В мире таких не бывало чудес, чтоб доктор на землю спускался с небес". И вот этот самый Паша Буренин стоял передо мной. Оказалось, что он собирается поступать в адъюнктуру, мы посидели, поговорили, познакомились. Он поинтересовался, много ли у меня прыжков, занимаюсь ли я хирургией. Пока я работал врачом батальона, под моим присмотром был целый батальон солдат, которые болеют всем на свете, и лечил я их от всего: от фурункулеза до педикулеза. В ВДВ врач прыгает с парашютом вместе с солдатами. К тому моменту у меня уже было 74 прыжка. Я в числе небольшой группы офицеров прыгал, в том числе и с парашютом с ручным раскрытием. Итак, разговорились мы с Пашей, и тут он меня неожиданно спросил: «А ты бы не хотел в Арктику поехать? Я в адъюнктуру поступаю и, если хочешь, за тебя слово замолвлю?». Я сказал: «Конечно, хочу». Он записал все мои координаты, на чем мы и расстались. Прошло время, меня уже перевели в другую часть в Тулу, и вдруг меня ночью вызывают к командиру корпуса и сообщают, что я завтра должен быть в Москве в Главном управлении Северного морского пути. Там я узнал, что меня назначили врачом в секретную экспедицию в центр Арктики. Я должен буду лечить участников экспедиции, но основная моя задача — неотложная помощь экипажам самолетов в случае аварии или вынужденной посадки на дрейфующую льдину. И я поехал...».

В 1949 году Волович совершил первый в истории парашютный прыжок на Северный Полюс. Из ВДВ его забрали в Главсевморпуть, несколько лет он был врачом и научным сотрудником на дрейфующих станциях «Северный Полюс», начиная со второй экспедиции «СП-2». Шла "холодная война",- вспоминает Волович В.Г. - Знаменитых ученых, самых лучших летчиков отправили в высокоширотную экспедицию "Север-4" с задачей получить ответ на вопрос: как защищать Арктику? Центральный лагерь разместился в 80 км от полюса, у нас было два самолета. Я был врачом на площади 20 млн кв. км, других врачей там не было. Тогда еще не было теплого, но легкого снаряжения, управляемых парашютов. Не переломать ног, приземляясь на торосы, - большая удача. Но я знал, на что иду. Очень хотелось себя показать, понимаете, я был там самым незаметным, вокруг герои-фронтовики, герои, у каждого грудь в орденах. Мне 25 лет, по их меркам - мальчишка, и медаль одна - "За оборону Ленинграда". И вот 9 мая мы уже собираемся отметить праздник, как вдруг меня вызывают в палатку начальника экспедиции: хочешь поучаствовать в прыжке на Северный полюс? Конечно, хочу! В общем, в самолет - у нас тогда был американский Си-47 - и на полюс! Прыгали двое: Андрей Медведев и я. Выбрали подходящую площадку, бросили дымовые шашки, с 600 метров покинули борт "дугласа". Точное время: 9 мая 1949 года, 13.05. Я взял флягу со спиртом, луковицу, кусочек сала. Сфотографировали друг друга по очереди моим ФЭДом, хотя это запрещалось, все же было секретно. Подчеркну: это не наш с Медведевым личный рекорд. Это рекорд и приоритет страны. Хотя в Книге рекордов Гиннесса самый северный прыжок записан за доктором Джеком Уиллером и за летчиком Роки Парсонсом. Оба - американцы, прыгали в 1981 году. Только прыгали они в районе Северного полюса через 32 года после того, как на полюс с парашютами приземлились два советских человека: парашютист-инструктор Медведев и я, оба офицеры ВДВ.

Имя Воловича стало известно всей стране после того, как капитан Волович был выброшен с парашютом на остров Земля Франца - Иосифа, когда одному из зимовщиков потребовалась срочная операция, а полярная авиация не могла найти полосу для приземления. Волович при приземлении сильно повредил ногу, но выполнил сложную хирургическую операцию и спас жизнь умирающему человеку. За это наш врач был награжден орденом Ленина, о нем написали газеты «Известия» и «Правда». Он же написал на свою музыку и слова песню «Под гвардейским знаменем»

Дорога твоя боевая
Победами озарена,
Недаром на стяге твоем боевые,
Как солнце, горят ордена.

Припев:
Пусть версты пройдены,
Тем крепче стали мы,
И на границе зорок часовой.
По зову партии, по слову Родины
Десантники удар обрушат свой.

От стен Будапешта и Вены
Гвардейскую славу твою
Хранили мы верно, и с клятвой священной
Мы страха не знали в бою.

Припев.

Традиции гвардии святы,
Мы ленинским духом сильны.
Мы Родины нашей сыны и солдаты,
Мы Родины нашей сыны.
Припев.

Приказом Министра Вооруженных Сил № 60 в 1947 году был объявлен десантный паек, в состав которого входили: галеты – 500 гр, консервы мясные – 200 гр, сало шпик – 100 гр, сыр плавленый – 100 гр, концентрат суп гороховый – 150 гр, сахар – 80 гр, чай – 2 гр, соль -20 гр, табак – 30 гр, курительная бумага и спички. Вес пайка 1100 грамм, калорийность 4053 калорий.

22.12.1947г. заместителем командира полка был назначен подполковник Лебедев Борис Сергеевич, ушедший 10.03.1949 г. начальником отделения специалистов ПДП, Высших офицерских курсов. В 1948 году в полк прибыли молодые офицеры Тимохов О.И., Жидких В.С. Селеменев Н.Н. прослужившие в полку длительное время. В 1955 году В.В. Вагизов, прослуживший в полку до его расформирования. Казначей полка Белобородов Александр Иванович, сначала сверхсрочник, затем прапорщик прослужил в полку с войны до его последних дней. Особенно он запомнился часовым с 1 поста, так как в полку денежный ящик находился на этом посту.

Белобородов А.И.

Как и во всех частях Советской Армии, в полку были свои старожилы. В полку прослужили 24 года майор Васил Вагизович Вагизов, прапорщик Иващенко Алексей Семенович, 23 года - майор Артемьев Игорь Борисович, майор Чевозёров Александр Павлович, 22 года подполковник Селеменев Николай Николаевич. Больше 20 лет прослужили в полку майор Балашов Алипий Дмитриевич, полковник Тажимбитов Ануарбек Кемалович, подполковник Никитин Алексей Романович, полковник Перфильев Яков Семёнович, подполковник Васильцев Иван Иванович, подполковник Левченко. Около 19 лет -майор Пержановский Евгений. Более 15 лет - майор Ежов Павел. Свыше 10 лет- подполковник Волошко Иван Фёдорович, м-р Шеин Николай Григорьевич, Гребеник Михаил, подполковник Вартанян Григорий Еврондович, подполковник Светлов Валентин Васильевич, майор Гармашов Евгений, подполковник Кузнецов Юрий Иванович, капитан Каленов Олег Николаевич.

С ноября месяца 1946 года и в последующие годы полк занимался боевой и политической подготовкой согласно «Организационно-методическим указаниям по подготовке Воздушно-десантных войск на учебный год», планов по боевой подготовке дивизии и программ боевой подготовки для всех категорий военнослужащих, разработанных отделом боевой подготовки и утвержденных Командующим Воздушно-десантными войсками. Как правило, указанными документами предусматривались мероприятия по подготовке штабов, по боевой готовности, по проведению тактических учений с полками, батальонами, ротами, батареями, по выполнению упражнений учебных стрельб; сроки вывода артиллерийских частей и подразделений на полигоны для проведения артиллерийских стрельб и масса других мероприятий по подготовке личного состава специальных частей и подразделений. Такой объем работы не под силу выполнить одному командиру, поэтому командиры полков в силу своих возможностей создавали полковой коллектив для качественного выполнения задач по боевой готовности, боевой подготовке и воспитанию личного состава. В 106 гвардейской воздушно-десантной дивизии 351 гвардейский парашютно-десантный полк выделялся в лучшую сторону среди полков по боевой и политической подготовке и состоянию воинской дисциплины.

«Продолжая службу в ВДВ после войны, мы и сами проходили боевую подготовку, и обучали молодое пополнение, пришедшее к нам в гвардейские воздушно-десантные войска. Проводилась десантная и тактическая подготовка, а также спортивная и физическая подготовка. Всё это под руководством грамотных офицеров, прошедших вместе с нами боевые действия на фронтах Великой Отечественной войны. В процессе физической подготовки, а также утренней физзарядки проводилась тренировка по укреплению ног парашютиста путём прыжков с двухметровой вышки и более. Но теперь парашютные прыжки мы чаще выполняли не с самолётов, а с аэростата. Конечно, это связано не только с недостатком транспортных самолётов в послевоенное время, не только с целью экономии, но и позволяло проводить интенсивную начальную подготовку десантников».


Казарма 1-го парашютно-десантного батальона


Значительное место в боевой учебе отводилось воздушно-десантной подготовке. Тематика учений выбиралась в соответствии с концепцией применения ВДВ того времени. «Боевые действия воздушно-десантного полка по захвату и удержанию важных объектов», «Десантирование и боевые действия воздушно-десантного полка по захвату рубежа, обеспечивающего десантирование главных сил и переход их к обороне».

Будучи посадочным воздушно-десантным полком, также десантировался посадочным способом на планерах, в которых размещалось 11 человек. Садились на различные площадки, в том числе и около Воронежа. В качестве буксировщиков планеров использовались самолеты из 12 Мгинской Краснознаменной транспортной авиационной дивизии, преобразованной из бомбардировочной и переданной в состав ВДВ. В результате реорганизации личный состав авиационной дивизии был обновлен практически полностью. Результаты «обновления» не замедлили сказаться: как показала проверка командующего авиацией ВДВ генерал-лейтенанта Смирнова, проведенной 20-28 апреля 1947 г.:- организация учебного процесса — неудовлетворительна; - штурманы не подготовлены к выполнению расчетов на десантирование; - дисциплина находится на низком уровне. На 1948 г. 12 транспортной авиационной дивизии была поставлена боевая задача, освоить десантирование войск и грузов парашютным и посадочным способами днем в простых и сложных метеоусловиях в составе полка. На вооружении 930-го ВТАП состояли самолеты Ли-2, на вооружении 374-го ВТАП - самолеты Ил-12 и десантные планеры Ц-25. По итогам 1948 г. дивизии была выставлена оценка «удовлетворительно». Задачи десантирования на самолетах Ил-12 могли выполнять 37 экипажей, на самолетах Ли-2 - 58 экипажей. Помимо десантирования с самолетов, личный состав отрабатывал высадку десанта посадочным способом на планерах. В 1949 г. буксировать планерные поезда могли 43 экипажа самолетов Ил-12 и 61 экипаж Ли-2, помимо планеров Ц-25 на вооружении состояли планеры Як-14. О масштабах боевой учебы дают представление результаты 1950 г., когда посадочным способом было десантировано 39484 человека днем и 1685 человек ночью.

Первые планерные учения в Туле прошли осенью 1948-го с аэродрома Мясново, где базировался планерный полк. Командирами планеров были офицеры, правыми пилотами — сержанты срочной службы, по окончании которой остававшиеся на сверхсрочную. Их готовили в планерной школе в Славгороде (Алтайский край). Планеры в боевых условиях рассчитывались на один полет, и возвращение их не предусматривалось — это было нерационально и экономически не выгодно. «В 1947 году летал на планерах типа: А-2, А-7, Г-11, У-25 в Тульском транспортном авиационном полку. Далее окончил планерное Пугачевское училище в 1949 году. Планерная авиация дальнейшего развития не получила, хотя имелись не нее большие надежды. Я переучился на самолет Ли-2 и летал в качестве летчика, а затем командира корабля» - пишет И. М. Жуков. Экипажи отрабатывали полеты в строю ночью на Ил-12 и Ли-2 с буксировкой планеров Як-14 с использованием инфракрасной техники. Транспортные планеры прицепляли к специальным замкам в хвостовой части самолета ЛИ-2, и планер с десантом на борту вылетал на точку десантирования. Десант выбрасывался с самолета и с планера. Перед посадкой на аэродром планер от самолета отцеплялся и самостоятельно пилот-планерист сажал его на ВПП. В 1953 году было десантировано: 59 орудий различного калибра, 48 минометов, 35 пулеметов, 240 автомобилей, 13 полевых кухонь, 345 т разных грузов. За 1956 г. десантировано: 48350 человек, 61 автомобиль, 6 самоходок АСУ-57.

Десантный планер Г-11 (использовались также обозначения Гр-11 и Гр-29) для перевозки 11 человек представлял собой свободно-несущий высокоплан деревянной конструкции с объемным коробчатым фюзеляжем. Металл использовался в малых количествах только в наиболее нагруженных местах. Планер имел не убираемое шасси с колесами размером 600x250 мм для взлета и посадочную лыжу для посадки. В случае посадки на лыжу колесное шасси, оборудованное «ломающимся подкосом», сдвигалось назад-вверх. Носовая часть фюзеляжа представляла собой одноместную кабину летчика с органами управления, минимальным комплектом приборов и сбрасываемым фонарем. За ней располагался десантно-грузовой отсек длиной 3,24 м и шириной 1,36–1,25 м. Десантники сидели на дощатых скамейках, расположенных вдоль бортов фюзеляжа лицом друг к другу. Для погрузки планера и его покидания в бортах фюзеляжа имелись сбрасываемые дверцы размером 1,2x0,7м., а в потолке и в полу — также сбрасываемые люки размером 0,51x0,46м. Кроме того, в каждом борту было по два застекленных прямоугольных окна-иллюминатора, которые могли открываться для ведения стрельбы из личного оружия.


Транспортный самолет Ли-2Планер Г-11У
Планер Як-14Планер Ц-25


В ходе серийного производства в конструкцию Г-11 вносились изменения. Начиная с экземпляра №21, на левом борту фюзеляжа оборудовали увеличенный грузовой люк шириной 1400 мм, а дверь на правом борту упразднили. С октября 1944 г. выпускались планеры с двойным управлением, амортизацией посадочной лыжи и дополнительными усилениями конструкции. В серии эти аппараты, дополнительным внешним отличием которых стал небольшой форкиль, получили обозначение Г-11У. Производство Г-11У прекратилось в середине 1945 г., однако, спустя год возобновилось и продолжалось вплоть до 1948 г.

Десантникам нужна была вместительная машина, способная поднять грузовик или пушку вместе с расчетом. За короткий срок такой планер спроектировали и уже в 1948 г. построили. До середины 50-х годов в воздушно-десантных войсках эксплуатировались планеры Ц-25 и Як-14. И только с появлением в 1959 году турбовинтовых транспортных самолетов большой грузоподъемности АН-8 и АН-12 эти безмоторные "воздушные грузовики" перестали быть главным средством доставки по воздуху тяжелого вооружения. Тяжелый десантный планер Ц-25 был грузоподъемностью 2,5 т. Планер транспортировал противотанковую пушку с автотягачом типа «Виллис» и боевым расчетом, которые загружались через откидной нoc. Всего построили 251 Ц-25. Из них 24 - в 1947, когда их только освоили. Максимум выпуска пришелся на 1948 г -127 машин. В последнем 1949 году сдали заказчику 100 планеров. В планер Як-14 загружали самое разнообразное вооружение и оборудование десантных войск: 57-мм пушку с тягачом ГАЗ-67Б; 76-мм орудие с тягачом ГАЗ-67Б; 37-мм зенитную пушку; 122-мм гаубицу; 120-мм миномёт с ГАЗ-67Б; одновременно два тягача ГАЗ-67Б; грузовик ГАЗ-51 и самый тяжелый для планера груз - артиллерийскую самоходную установку АСУ-57. В общей сложности было построено 413 планеров. Это были последние советские десантные планеры, принятые на вооружении. Революция в военном деле, развитие термоядерного оружия внесли свои изменения в структуру Вооружённых Сил, а мощные средства ПВО резко снизили эффективность использования в воздушно-десантных операциях тяжёлых планеров. Стало очевидным, что громоздкие аэропоезда в условиях современного боя уже себя не оправдывают. В 50-е годы авиационно-планерные части были расформированы. 

Наименование груза

Вес одной единицы в кг

Нормы и варианты
  загрузки самолетов и планеров при дальности полета 600 км

Самолет Ил-12

Планер ЯК-14

Планер Ил-32

Количество

Вес, кг

Количество

Вес, кг

Количество

Вес, кг

1

СПГ-82

36

1

36

Расчёт

100

3

300

Боеприпасы б/к

380

1

380

Тягач ГАЗ-67

1320

1

1320

Итого

2036

2

ДШК

60

1

60

1

60

Расчёт

100

3

300

1

100

3

300

Боеприпасы б/к

374

2,4

897

2,4

897

Тягач ГАЗ-63

3280

1

3280

1

3280

Прочие грузы

700

2400

Итого

1957

3440

6937

3

37 мм зенитная пушка

2100

1

2100

1

2100

Расчёт

100

5

500

5

500

Боеприпасы б/к

374

2,4

912

2,4

912

Тягач ГАЗ-63

3280

1

3280

Итого

3512

6892

4

82 мм миномёт

61

2

122

1

61

Расчёт

10

1000

5

500

Боеприпасы б/к

540

1,3

1404

1,3

702

Тягач ГАЗ-63

3280

1

3280

Прочие грузы

900

2400

Итого

3426

6943

5

120 мм миномёт

480

2

960

1

480

Расчёт

100

12

1200

6

600

Боеприпасы б/к

1920

0,35

1340

0,5

960

Тягач ГАЗ-63

3280

1

3280

Прочие грузы

1600

Итого

6920

6

45 мм пушка

625

2

1300

1

625

Расчёт

100

12

1200

6

600

Боеприпасы б/к

736

0,7

1030

1,25

920

Тягач ГАЗ-63

3280

1

3280

Прочие грузы

1500

Итого

3530

6925

7

57 мм пушка

1150

1

1150

1

1150

Расчёт

100

6

600

6

600

Боеприпасы б/к

1917

0,5

958

0,5

958

Тягач ГАЗ-63

3280

1

3280

Прочие грузы

800

1000

Итого

3508

6980

8

Автомобиль ГАЗ-63 с шофёром

3280

1

3280

Прочие грузы

220

Итого

3500

9

Автомобиль ГАЗ-67 с шофёром

1320

2

2640

Прочие грузы

860

Итого

3500

10

АСУ-57 с 1 б/к и экипажем

3350

1

3350

Прочие грузы

150

Итого

3500

11

СУ-76 с 1 б/к и
  экипажем

5800

1

5800

Прочие грузы

1200

Итого

7000

«Проведенные военно-теоретические исследования позволили разработать основы применения ВДВ, установить единые оперативно-тактические взгляды на воздушно-десантную операцию, определить возможности и способы применения воздушных десантов на различных ТВД, классифицировать воздушные десанты на тактические, оперативные и стратегические и закрепить данные положения в Полевом уставе 1948 года». Полевым уставом Вооруженных Сил Союза ССР (корпус, дивизия) 1948 года на воздушные десанты возлагались следующие задачи:

  • содействовать войскам, наступающим с фронта, в прорыве обороны противника, окружении и уничтожении его группировок;
  • захватывать и удерживать в тылу противника важные рубежи, переправы, горные перевалы и проходы;
  • нарушать управление войсками и работу тыла противника;
  • обеспечивать высадку своего морского десанта;
  • захватывать аэродромы противника и обеспечивать высадку своих войск, перебрасываемых по воздуху;
  • оказывать помощь и поддержку партизанскому движению.

С аэродрома у поселка Восточный прыгали с Ли-2, но не так много, так как там стояли истребители и аэродром не большой. Проходили плановую парашютно-десантную подготовку, выполняя учебно-тренировочные прыжки с парашютом с аэростатов и самолетов АН -2, они приземлялись на поле в зимнее время.

В 10-12 километров от Ефремова у поселка Восточный находился аэродром. В 60-80 гг. на нем приземлялись и АН-12. На аэродроме базировался 191 ИАП ПВО, расформированный в 1994 году. После него - 239 отдельный гвардейский вертолетный Белгородский Краснознаменный полк, также расформированный в 1998 году.


До 1948 года в составе ВДВ был 37 отдельный воздухоплавательный полк (численностью 700 человек, п. Долгопрудный Московской области). В состав полка входило 10 воздухоплавательных отрядов, отряд транспортных дирижаблей и аэростатный дивизион. Управление полка и отряды дислоцировались в п. Долгопрудный, а дивизион – на Дальнем Востоке. Каждый воздухоплавательный отряд полка был прикреплен к определенной дивизии. Это не соответствовало требованиям современного общевойскового боя, и постепенно доля прыжков, совершаемых с аэростата снижалась. Аэростаты стали использовать только для личного состава, впервые совершающего прыжки с парашютом. Отдельный воздухоплавательный отряд (штат № 35/801) в 106 гв. воздушно- десантной дивизии появился на основании директив Генерального штаба от 6 марта 1948 года № орг/2/90712 и от 27 апреля 1948 года № орг/2/91634. Он был сформирован на основе воздухоплавательного отряда 37 отдельного воздухоплавательного полка ВДВ.

В 1948 году принимается на снабжение ВДВ основной парашют ПД-47, массой в 16 кг и имевший перкалевый купол квадратной формы площадью 71,8 кв. м.
 

Годы

Прыжки с аэростата

Прыжки с самолета

1951 год

58%

42%

1952 год

56%

44%

1953 год

54%

46%

1954 год

49%

51%

1959 год

35%

65%


«На парашютные прыжки направлялись небольшими подразделениями, неся парашюты на себе. На посадочной площадке стоит специальная машина, к которой тросом на лебёдке подтянут аэростат. К аэростату подвешена гондола аэростата – «корзина», как мы её называем. Это небольшая площадка, размером два на два метра, ограждённая невысокими бортами и со скамейками по бортам. Прочными тросами, закреплёнными по углам, гондола подвешена к стропам самого аэростата. В ней на сиденьях размещаются три парашютиста и один аэронавт - инструктор. Аэронавт, осмотрев парашютистов, зацепляет карабин вытяжного фала каждого парашютиста за трубу над гондолой. Аэростат поднимается, разматывая трос с лебёдки. На высоте около 400 метров аэростат останавливается. Аэронавт даёт сигнал первому парашютисту и открывает перед ним дверцу гондолы. Встав на порожек открытой дверцы гондолы, парашютист ещё раз проверяет зацепленный фал своего парашюта, и спокойно прыгает вниз. Парашют раскрывается после вытягивания купола парашюта из парашютного мешка, растягивания строп и последующего обрыва тонкой обрывной стропы. Это, так называемое принудительное раскрытие парашюта. Положив руку на плечо второго парашютиста, аэронавт не торопясь, выпускает второго, а потом и третьего парашютиста. После этого аэронавт втягивает, оставшиеся висеть на фалах, пустые парашютные мешки и ждёт снижения гондолы для посадки новой тройки парашютистов.
Таким же образом проводятся парашютные прыжки в ночное время и парашютные прыжки с оружием и боезапасом. Конечно, существуют различия между прыжками с аэростата, и прыжками с самолёта, но именно аэростатные прыжки составляли обязательную часть первоначальной подготовки парашютистов воздушно-десантных войск в первое послевоенное время».

Ефремов. 1958 год. Прыжки с аэростата.

Использование аэростатов имело большой экономический эффект (стоимость одного парашютного прыжка с аэростата в 60 раз дешевле самолетного), а главное, позволяло иметь средство для практического обучения парашютным прыжкам непосредственно на территории дислокации частей и соединений ВДВ. Это исключало необходимость в крупных транспортных перевозках личного состава (батальон, полк) на аэродром, а затем - с площадки приземления. Батальоны выезжали в Тулу, в учебный центр, там же проводили взводные, ротные и батальонные стрельбы.

На основании Постановления Совета Министров СССР № 3217-1304 сс и директивы Генерального штаба от 3 сентября 1948 года № орг/2/94173 к 15 октября 1948 года были дополнительно развёрнуты пять воздушно-десантных дивизий в том числе 11 гвардейская воздушно-десантная дивизия на базе 347 гв.пдп 106 гв.вдд (г. Рязань). В октябре 1948 года был сформирован 51 гвардейский парашютно-десантный полк (на базе 3-го пдб 347-го гв. пдп 106 гв.вдд) – для 106 гв. вдд. Таким образом, 351 гв. полк стал единственным пдп дивизии военной поры. Этим новым 7, 11, 13, 21 и 31 гв. вдд первоначально планировали дать номера с 130 по 134. Они даже промелькнули в документах ОМУ Генерального штаба, но потом решили использовать практику времен Великой Отечественной войны - дать ранее занимавшиеся номера гв. стрелковых дивизий, свободных на 3 сентября 1948 г. (на тот момент использовался только номер 13 гв. механизированной дивизии).

В 1948 году впервые после войны в полк прибывает молодое пополнение. В 1949 году командиром полка назначается полковник Ильяшенко Федор Васильевич (1949-1951 гг). 

Ильяшенко Федор Васильевич

Командуя полком, он показал себя превосходным организатором и методистом. Много и плодотворно работал по повышению боевой готовности полка, улучшению качества боевой подготовки рот и батарей, продолжал совершенствовать имеющуюся и создавать новую учебно-материальную базу. Под его руководством впервые в дивизии был создан учебный городок по борьбе с танками. Награжден тремя орденами Красного Знамени, орденом Кутузова 2 степени, орденом Суворова 3 степени, двумя орденами Красной Звезды и орденом Отечественной войны 1 степени


В марте 1949 года на основании приказа Министра Вооруженных Сил СССР от 31 декабря 1948 года № 0048, директивы Генерального штаба от 29 января 1949 года № орг /2/108506 и директивы Командующего Воздушно-десантной армией от 18 февраля 1949 года № 1466128-с 351 гвардейский посадочный воздушно-десантный полк 106 гв. вдд переформирован в 351 гвардейский парашютно-десантный полк.
Вместо зенитно-артиллерийской батареи сформировали зенитно-пулеметную роту. В 1949 году в каждом парашютно-десантном взводе появился противотанковый гранатомет РПГ-2, который обеспечивал поражение гранатой ПГ-2 бронированных целей на дистанции до 150 метров. В этом же году в полку начинается перевооружение на новое стрелковое оружие -7,62-мм автомат Калашникова со складным прикладом (сокращённые обозначения АКС). В штат полка вводится батарея АСУ-57 в составе 7 самоходных установок, но была ли она на самом деле – неизвестно

Организационно-штатная структура 351 гв. парашютно-десантного полка в 1949 году


Появляется возможность десантировать орудия парашютным способом. Так в 1948 году, на многокупольной парашютной системе МКС-15 с фронтового бомбардировщика Ту-2 на внешней парашютно-десантной подвеске П-15 успешно сбросили 57 мм. противотанковую пушку. Затем 120 мм миномет и автомобиль ГАЗ-67Б. В 1950 году она была принята на вооружение.

Парашютная подвеска П-55 с многокупольной парашютной системой МКС-15


В 1949 г. появился самолет Ил-14, который мог взлетать и садиться на полевых аэродромах. Он перевозил автомобиль ГАЗ-67, 76-мм пушку, 57-мм ПТП с боеприпасами и расчетом 6 человек.

В апреле 1949 года проходит очередное увольнение в запас военнослужащих срочной службы. Среди уволенных в запас был и гв. рядовой В.А. Ногин.

Лето 1949 года. Тесницкий лагерь

 

Глава 11. Ефремов. Пятидесятые годы

В пятидесятые годы боевая подготовка в полку организовывалась в соответствии с приказами Военного министра, организационными указаниями командующего ВДВ на год и программами боевой подготовки подразделений по специальностям. Ежегодно проводились не менее двух командно-штабных учений в звене полк-батальон и не менее одного тактического учения с каждым батальоном. На учениях особое внимание уделялось новым способам обороны в тылу противника, живучести десанта, взаимодействию с наступающими войсками при форсировании водных преград, действиям десанта в условиях применения ядерного оружия.

Полк, как правило, применялся в составе дивизии и корпуса. Задачами ВДК в воздушно-десантной операции считались: содействие в прорыве обороны противника наступлением на нее с тыла; удержание районов на пути наступления войск после атомного удара; воспрещение подхода резервов и отхода окружаемых войск противника; нарушение управления войсками и работы тыла противника; содействие высадке морского десанта; захват и удержание островов в интересах ВМФ; захват и удержание переправ на пути движения механизированной армии; захват объектов промышленности; захват горных перевалов и проходов; захват аэродромов и стационарных площадок самолетов-снарядов; захват объектов промышленности средств массового поражения.

Наиболее целесообразным считался смешанный способ десантирования, когда первые эшелоны воздушного десанта, десантируясь на парашютах и планерах, захватывали в районе десантирования аэродромы противника или посадочные площадки, пригодные для посадки и взлета транспортных самолетов с последующими эшелонами десанта.

Опыт послевоенных учений показал, что при использовании в качестве основных средств десантирования самолетов Ил-12 и планеров ЯК-14, в зависимости от дальности полета, для десантирования ВДК одним рейсом требовалось 2200-2500 самолетов и до 1500 планеров. За 8-10 минут на площадку в один квадратный километр могли приземлиться 30-35 планеров ЯК-14. Полк планеров ЯК-14 мог доставить до 90 тонн грузов. Потребность ВДК в парашютно-десантном имуществе при десантировании парашютным способом составляла: парашютов -16-17 тысяч штук, ПП-ММ -6-8,5 тысяч или ПД-УР -7-10 тысяч штук, ПД-ББ – 300-320 штук и 1500 комплектов парашютно-десантных подвесок. Для парашютно-десантного полка потребность в парашютно-десантных подвесках определялась в следующих цифрах.

 

Людские парашюты

Автомобили ГАЗ-67 (МКС-4)

Для автомобилей

Для 120    мм миномётов

Для 37    мм пушек

Для 57 мм пушек (МКС-3)

Для 76    мм пушек

ПДП

1720

45

22

4

4

14

4

При десантировании ВДК кроме 2-3 воздушно-десантных дивизий в его составе были корпусные части: отдельный истребительно-противотанковый полк (360 человек, 24 85 мм пушки), отдельный батальон связи (310 человек) и отдельный инженерно-саперный батальон (280 человек). Для усиления ВДК могли придаваться инженерно-саперная бригада (без батальона инженерных машин), частично или полностью истребительно-противотанковая артиллерийская бригада, 1-2 батальона химической защиты, 1-2 зенитных артиллерийских полка. Кроме того, обычно вторым эшелоном могла десантироваться посадочная стрелковая дивизия. Из корпусных частей посадочным способом десантировался отдельный истребительно-противотанковый полк.

Численность воздушно-десантной дивизии составила 5500 военнослужащих. На вооружении состояло 16 САУ-76, 8 АСУ-76, 14 АСУ-57, 20 76 мм пушек ЗИС-3, 40 57 мм пушек, 18 37 мм зенитных пушек, 16 120 мм минометов, 36 82 мм минометов, 12 14,5 мм ЗПУ-2, 24 СГ-82, 162 РПГ-2, 440 ручных пулеметов РПД-44, 2810 автоматов, 1240 карабинов СКС, 320 пистолетов ТТ. Имелось автомобилей 149 ГАЗ-67-Б, 18 тягачей ГАЗ-63, 121 автомашина грузовая ГАЗ-63, 22 автомашины специальные, 30 не десантируемых автомобилей ЗИС-150, 47 мотоциклов М-72. Авторота подвоза вдд имела 10 ГАЗ-69, 15 ГАЗ-63, 15 ЗИС-150. Вес одного боекомплекта составлял 192 тонны. Из состава вдд обычно не десантировались и оставались в районе АМОВД до 300 человек, в их числе до 30-35 офицеров и до 50 водителей, не десантируемых автомобилей. В дивизии посадочным способом десантировались артиллерийский полк, отдельный истребительно-противотанковый дивизион, отдельный зенитно-артиллерийский дивизион и дивизион САУ. При продолжительности боевых действий 3-5 суток потери вдд оценивались в пределах от 15 до 30%, в пдп потери могли составлять 250-450 человек.

Парашютно-десантный полк являлся общевойсковой тактической частью. Он состоял из парашютно-десантных батальонов, полковой артиллерии, самоходно-артиллерийских подразделений и подразделений специальных войск. Парашютно-десантный полк для решения задач в тылу противника, как правило, действовал в составе своей дивизии. В отдельных случаях полк мог быть применен самостоятельно и получал район действия до 1000 кв. километров. Численность парашютно-десантного полка составляла 1750 человек. На вооружении находились 631 карабин СКС, 890 автоматов АКС, 136 пулеметов РПД-44, 87 гранатометов РПГ-2, 6 ЗПУ-2 (14,5 мм ДШК), 12 станковых гранатометов СГ-82, 7 АСУ-57, 6 45 мм орудия ПТО, 8 57 мм пушки, 4 76 мм пушки, 18 82 мм минометов, 4 120 мм миномета М-120, 3300 ручных гранат, 500 ручных противотанковых гранат. В транспортном взводе имелось 9 десантируемых ГАЗ-63 и 1 не десантируемый, под кухню ЗИС-150. Вес одного боекомплекта составлял 59,8 тонн.

Парашютно-десантный батальон определялся как основное тактическое подразделение парашютно-десантного полка, состоящий из стрелковых рот, минометной роты, истребительно-противотанковой батареи и взвода связи. В нем насчитывалось 397 человек. На вооружении было 177 карабинов СКС, 180 автоматов АКС, 40 пулеметов РПД-44, 27 гранатометов РПГ-2, 4 станковых гранатомета СГ-82, 2 45 мм орудия ПТО, 6 минометов (82 мм), 790 ручных гранат, 162 ручных противотанковых гранат. В хозяйственном взводе имелось 3 не десантируемые автомашины ЗИС-151 (под кухни и продовольствие). Вес одного боекомплекта составлял 9070 кг.

Большой проблемой было обеспечение парашютно-десантных частей действующих в тылу противника. Существующая грузоподъемность транспортной авиации требовала большого количества самолетовылетов.

Самолеты Ли-2

Самолеты Ил-12

Планер
ЯК-14

С посадкой

Выброс на парашютах

С посадкой

Выброс на парашютах

Парашютно-десантный батальон
1 боекомплект

13

11-17

7

8-10

4

Парашютно-десантный полк
1 боекомплект 

121

172-235

64

71-93

28

Горючее 1 заправка

13

20

2

3

3

Продовольствие
1 сут.отдача

2

3-4

2

3


 


1950 г. Прощание со Знаменем полка. Увольнение последней партии солдат-фронтовиков, которые прослужили 7 лет.
На полотнище знамени видна цифра 7 - в полку было Боевое Знамя 7-й гв. вдбр.



В 1950 году в полку уволились в запас последние сержанты и солдаты срочной службы, воевавшие в годы Великой Отечественной войны, среди них Григорий Васильевич Балашов, служба которого продолжалась до февраля 1950 года. Их настроения передает В.П. Аксенов в одном из своих рассказов «Острее стали ощущаться тяготы и лишения военной службы. Домой захотелось, а о сроке нашей дальнейшей службы никто и представления не имел, а мы так ждали демобилизации и возвращения домой. Ну, хотя бы в отпуск отпустили побывать у родных. Не было тогда положенного отпуска. Отпустить могли только в особых случаях в связи с тяжелой болезнью, или смертью отца или матери. При этом факт болезни надо было подтвердить заверенной телеграммой».

В 1951 году командиром полка назначается Герой Советского Союза подполковник Антипов П.Ф. (1951-1955 гг) (Приложение № 11.1), возглавивший полк после окончания академии имени Фрунзе, ставший впоследствии генерал-лейтенантом.

Много уделял внимания улучшению методической подготовки офицеров, созданию новой учебно-материальной базы для практического освоения личным составом поступающего в войска современного по тем годам вооружения и техники.
После увольнения в запас он много сделал для создания комитета ветеранов 351 гвардейского парашютно-десантного полка.

В 1949 – 1953 годах личный состав полка показывает высокие результаты в боевой подготовке, а в августе 1953 года проводит десантирование на полный радиус действия авиации.

На основании Директивы Генерального штаба от 12 сентября 1953 года №12/573241 и приказа командующего Воздушно-десантными войсками от 19 сентября 1953 года №1051760 к 15 ноября 1953 года воздушно-десантные дивизии были переведены на новые штаты: отдельная рота связи переформирована в гв. отдельный батальон связи; 234 омедсанр переформирована в омедсанб 106 гв. вдд, комендантский взвод преобразован в комендантскую роту, отдельный воздухоплавательный отряд 106 гв. вдд был расформирован и созданы звенья в парашютно-десантных полках, были расформированы 123 отдельный гвардейский истребительный противотанковый артиллерийский дивизион, 118 гв. отдельная разведывательная рота, отдельный учебный воздушно-десантный батальон. Сформированы взвод химической защиты, дивизионная артиллерийская мастерская (штат № 35/309), дивизионный объединенный склад (по штату стрелковой дивизии № 5/320), дивизионная автотракторная ремонтная мастерская (по штату стрелковой дивизии № 5/344).
Этой же директивой в полку были расформированы истребительно-противотанковый дивизион, батарея АСУ-57 и батарея 120 мм минометов. Были сформированы отделение химической защиты и воздухоплавательное звено. В полку появились две батареи 57 мм самодвижущиеся пушек СД-57. Они были снабжены бензиновым двигателем, позволяющим передвигаться орудию на поле боя. В парашютно-десантных батальонах произошли следующие изменения: расформирована истребительно-противотанковая батарея и сформирована рота противотанкового оружия вооруженная двенадцатью 82-мм безоткатными орудиями Б-10 и вместо роты 82 мм минометов сформирована минометная батарея (6 минометов). Рота противотанкового оружия в батальоне просуществовала недолго. Через несколько лет ее переформировали в батарею безоткатных орудий.
Полк включал в себя управление полка, 3 парашютно-десантных батальона (управление батальона, 3 стрелковые роты, минометная батарея (6 82 мм. М), рота противотанкового оружия (12 82 мм безоткатных орудий Б -10), взвод связи, взвод снабжения); артиллерия полка – две батареи 57-мм самодвижущих пушек СД-57 (по 6 пушек); зенитно-пулеметная рота (9 ЗПУ-2); рота связи; саперная рота; отделение химической защиты; полковой медицинский пункт; воздухоплавательное звено; оркестр.

В штат полка вводится штатный оркестр. В нем по штату было 20 основных музыкантов и 10 воспитанников. Как вспоминает первый старшина оркестра Смеленский В.З.: «Я уволился в запас в 1950 году и работал на заводе в г. Ефремов. В 1953 году в полк пришел штат на оркестр. Ко мне пришли музыканты с полка и уговорили вернуться на сверхсрочную службу в оркестр. Так я стал старшиной оркестра. Через военкомат вызвали из Ташкента из запаса на сверхсрочную службу сержанта Сперанского Валерия Федоровича. Он первые два года и был дирижером оркестра, пока его не сменил прибывший в полк дирижером Сильченко В.И. В оркестре было 6-7 сверхсрочников, 8 воспитанников, остальные срочной службы. Нам дали отдельную комнату в одном помещении, где раньше был склад».

Организационно-штатная структура 351 гв. парашютно-десантного полка в 1953 году


В 1954 г. началось освоение десантирования по радиотехнической системе «Рым», позволяющей значительно снизить промахи при высадке основной волны десанта.

Директивой Генерального штаба № орг/2/462396 от 21 января 1955 года было расформировано управление 11 гв. вдд (к 25 апреля 1955 года, г. Рязань). Воздушно-десантные дивизии (за исключением 103-й и 114-й гв.вдд) были переведены на штаты трех полкового состава. 137-й гв. пдп (г. Рязань) 11 гв. вдд вошел в состав в 106 гв. вдд. В этой связи было принято решение в парашютно-десантных полках третьи парашютно-десантные батальоны скадрировать. В 351 пдп личный состав 3 пдб был отправлен в военно-строительные части, а в его казарме разместились подразделения артиллерии полка.

В состав дивизии, помимо третьего парашютно-десантного полка были включены отдельный истребительно-противотанковый артиллерийский дивизион и отдельный воздухоплавательный отряд (штат 35/469), сформированный из воздухоплавательных звеньев полков дивизии. Полк лишился воздухоплавательного звена. Численность пдп составила 1260 человек. По штату в дивизии стало 7724 человек, из них 848 офицеров, 1382 сержантов, 5494 солдат. На вооружении состояло 273 ручных пулеметов РПД-44, 270 РПГ-2, 54 82 мм минометов, 18 120 мм минометов, 108 безоткатных орудий Б-10, 27 ЗУ-2, 18 37 мм зенитных орудий, 24 85 мм самодвижущих пушек, 48 57 мм самодвижущих пушек, 38 АСУ-57, 408 радиостанций, 702 автомобиля, 262 автоприцепа. 


 

Начало 1950 гг.
На заднем плане казарма 3 парашютно-десантного батальона. Справа здание штаба полка.

В 1955 году принимается на снабжение ВДВ основной парашют Д-1, массой в 16,5 кг. Парашют позволял совершать прыжки из самолетов на скорости до 350 км/час, обеспечивал устойчивое снижение парашютиста и скорость приземления у земли до 5 м/с.

В 1955 году командиром полка назначается полковник Осадчий Борис Васильевич (1955-1958 гг).
В годы войны он был начальником штаба 355 гв. стрелкового полка 106 гв. стрелковой дивизии. В начале 50-х годов в Воздушно-десантных войсках разрабатывалась теория действий мелких подразделений десанта по уничтожению подвижных ядерных средств. Полковник Осадчий Б.В. в ходе тактических учений рот и батальонов практически отрабатывал возможные их действия при захвате и уничтожении подвижных ядерных средств нападения противника.В 1958 году он назначается на должность начальника отдела службы войск управления Командующего ВДВ. Впоследствии стал военным советником Фиделя Кастро на Кубе.

В 1956 г. курс боевой подготовки был усложнен: экипажи тренировались в высадке десанта на необозначенные площадки с точным временным выходом в заданную точку с выдерживанием заданных высоты и курса. Высоты десантирования составляли от 200 до 3000 м.

В апреле 1956 года Воздушно-десантные войска были подчинены Главному штабу Сухопутных войск (в 1964 г. после его упразднения ВДВ вновь подчинены непосредственно Министру обороны СССР). В 1948, 1950 и в 1956 годах личный состав 351 гвардейского парашютно-десантного полка участвовал в военных парадах на Красной Площади в Москве в честь Первомайских праздников и годовщины Великой Октябрьской Социалистической революции на технике.

Во время тренировки парада в Москве.

«Тренировка десантников парашютистов заключалась в том, чтобы, сидя в кузове машины с надетыми парашютами, в комбинезонах и шлемах, поворотом головы по команде, приветствовать, стоящих на трибуне руководителей нашей Партии и Правительства. В кузове каждой машины стоят четыре скамьи, и на каждой сидят по четыре десантника. В процессе тренировок машины с десантниками ездили по кольцу на этой же площади, перед входом в ВСХВ, вокруг монумента «Рабочий и колхозница» скульптора Мухиной. Машины держали равнение шеренги по четыре, водители старались не нарушать строя. А мы сидели смирно и только по команде одновременно поворачивали головы в сторону, проезжая мимо импровизированной трибуны».

Слева направо: второй командир взвода полковой школы Тюрин И.А., третий командир
1 парашютно-десантного батальона Журков И.Д.



Полк принимал участие в больших учениях МВО под Воронежем, и в 1955 году десантировался вблизи г. Кутаиси (ЗакВО). Полк выбрасывался из транспортных самолетов ЛИ-2 на высоту Цкарацара. За несколько дней до этого на эту высоту с целью изучения ее прыгали 8-10 офицеров полка. Тогда все обошлось удачно. При десантировании полка сильно пострадали двое: лейтенант Пенеров сломал ногу, став инвалидом, и сержант одного батальона. Полк упредил условного противника в захвате господствующей высоты. Оседлал ее и отбил все попытки захвата ее. «Боевые действия» продолжались 1.5-2 часа. После этого десантники стали своим ходом спускаться вниз. Там их посадили на машины. На разборе учений, командующий ЗакВО генерал армии И. И. Федюнинский, при упоминании действий полка несколько раз повторял: «Вот так надо воевать». Эта фраза запомнилась участникам того разбора учений. Почти весь наградной фонд командующего округом достался военнослужащим полка. В Ефремов возвращались железнодорожным эшелоном.

Эта была не единственная выброска на Кавказе. Прыгали и на границе Грузии с Арменией. Последние учения запомнились тем, что по возвращению в Ефремов все участники учений попали в карантин. На территории учебного центра полка в палатках военнослужащие прожили две недели, пока угроза дизентерии не миновала. «В марте 1956 года мы эшелоном прибыли в Кутаиси для участия в учениях округа, готовились десантироваться, взлетели, но десантирование не состоялась, так как была низкая облачность и мы вернулись обратно на аэродром и уехали эшелоном, то есть мы и не десантировались и не участвовали на учениях округа» - вспоминает начальник связи полка В.В. Вагизов.

Летом личный состав полка, как и все части дивизии, убывал в Тесницкие лагеря севернее Тулы. В Тесницкие лагеря полк возвращался ежегодно. С мая по сентябрь. По 1948 год в лагерях солдаты и офицеры жили в землянках. С 1949 года стали жить в палатках. Штаб, столовая, клуб были из дерева, солдатская столовая в виде навеса, были склады для парашютов, вооружения и т.д. Примерно в двух километрах от лагеря полка находилась деревня. Позже в ней стали строить летние домики на две семьи и постепенно офицеры, особенно имеющие семьи, перебирались в них. Это были в прямом смысле в "хибары" послевоенного времени, из хвороста и жердей замазанные глиной. До этого жили по восемь человек в палатках. К выезду в лагерь готовились с зимы. Так в конце зимы в лагерь выезжали команды для строительства ледника для продовольственной службы дивизии. По причине своего возраста я не помню Тесницкий лагерь. Только знаю, что меня привезли туда летом 1959 года и жили мы в бывшей "хибаре" командира минометной батареи первого батальона капитана А. Недвинина.

На прыжках

«В лагерь выезжали каждый год на прыжки и по-батальонно, даже в один год, если не ошибаюсь, летом 2 батальон шел в пешем порядке, только ночью, а днем отдыхали. В июне 1957 года полк почти полностью уехал в Тесницкие лагеря для совершения прыжков и проведения тактических учений с боевой стрельбой, я оставался почти бессменным дежурным в полку» - пишет В.В. Вагизов.

В 1957 году после окончания Академии им. Фрунзе назначается начальником штаба полка Купавский Иван Илларионович. На этой должности он находился по 1962 год.


Прыжки с аэростата


В 1957 году 2 парашютно-десантный батальон (командир батальона подполковник Эммаусский Н.Г., начальник штаба батальона майор Васильцев И.И., зам. по политчасти майор Перфильев Я.С.) по приказу Командующего Воздушно-десантными войсками провел тактическое учение с десантированием и боевой стрельбой для военной делегаций Югославии. По этому поводу в полку в шутку называли себя «Опытно -показательные, кувыркательно-скакательные ВДВ».
В июле 1957 г полк в составе 106 дивизии принимал участие в фронтовом командно-штабном учении БВО. Тема учений «Захват и удержание района местности с целью воспрещения подхода резервов противника» Глубина десантирования составила 750-800 км, Глубина выброски 100-120 км. Продолжительность самостоятельных действий 2 суток.
В 1958 г. под Алексином проходило двухстороннее учение, 351 пдп участвовал штабом, а 51 полк реально с десантированием, артиллерийские орудия десантировали в алюминиевых кабинах, при этом одна пушка разбилась.
В 1959 году проходило показное батальонное учение 1 пдб полка для финской военной делегации с практическим десантированием с аэродрома Клоково на площадку Хомяково. Для обеспечения десантирования привлекались 18 самолетов Ил-14 из 930-го ВТАП и 12 самолетов Ил-12 из 374-го ВТАП 12 гвардейской военно-транспортной дивизии. Для сбора грузов после выброски применялись цветные купола, световые маяки и светящиеся ленты.

В 1958 году командиром полка назначается полковник Андреев Василий Яковлевич (1958-1960 гг).

Активный участник Великой Отечественной войны. Продолжительное время проходил службу в 37 гв. воздушно-десантном корпусе на Дальнем Востоке на различных командных и штабных должностях. С назначением на должность командира полка продолжил совершенствовать качество боевой подготовки подразделений полка. В 1959 году полк освоил новые людские парашюты и десантирование с новых военно-транспортных самолетов. Под его руководством полк добился высоких результатов по боевой подготовке и по праву стал лучшим полком ВДВ. По состоянию здоровья в 1960 году гв. полковник Андреев В.Я. был уволен в запас. Награжден орденом Красного Знамени, двумя орденами Красной Звезды и орденом Отечественной войны 2 степени.

В 1958 году к переучиванию на Ан-8 приступил 374-й ВТАП 12 военно-транспортной дивизии. В феврале 1959 года 110-я и 115-я эскадрильи выведены из состава 12 военно-транспортной дивизии и переданы в ВДВ. В этом году на вооружении воздушно-десантных войск появилась парашютная платформа ПП-127. Она была предназначена для десантирования парашютным способом грузов, вес которых превышал 4,6 тыс. кг. На этой платформе можно было десантировать все виды артиллерии, находящиеся на вооружении ВДВ, автотранспорт, радиостанции, технику инженерных частей и подразделений химзащиты. В июне 1959 года закончились государственные испытания военно-транспортного самолёта Ан-12. В том же году Ан-12 был принят на вооружение (первой перевооружили 12 военно-транспортную дивизию в Туле). По своим возможностям новый самолёт значительно превосходил Ан-8. В том же году принимается на снабжение ВДВ модернизированный парашют Д-1-8. парашют был снабжен системой стабилизации, модернизированы ранец, чехол основного купола и вытяжное кольцо.

Гв. старший сержант Куликов Б.А. химический инструктор 1 парашютно-десантного батальона вспоминает: «Призывался в сентябре 1957 года. Первый прыжок совершил 17 января 1958 года. На площадке Хояково под Тулой приземлился на запасном. Меня отправили на ускоренные курсы во Владимирской области. Прибыл в полк в конце 1958 года и был назначен в первый батальон инструктором по противохимической подготовке. В 1959 году первый батальон участвовал под Тулой в показательных учениях с десантированием для военной делегации Индии. Министр обороны Индии сильно удивился подготовке десантников. Видел, как мы приземлились и все, больше ничего не увидел. Насколько все было быстро сделано. Весь личный состав батальона получил благодарность от командира дивизии. Физической подготовке уделялось много времени. Батальон ходил пешком с «боями»» за Тулу, в Тесницкие лагеря. Занятия почти и все время были в поле. На то время в 1 батальоне служили: командир батальона гв. подполковник Родионов, заместитель командира батальона по политической части гв. майор Сидоркин, начальник штаба батальона Кобатов, начальник ПДС батальона гв. старший лейтенант Селеменев Н.Н. Командирами рот были в 1 роте гв. капитан Соколов, во 2 роте гв. капитан Бабушкин, в 3 роте гв. капитан Ежов. Минометной батареей командовал гв. капитан Плужников, батареей безоткатных орудий гв. капитан Дыхнинкин. Комсорг батальона гв. лейтенант Завирухин».
 

Слет отличников боевой и политической подготовки 351 гв. пдп. 1 батальон.
В центре командир полка полковник Андреев В.Я. Слева от него командир 1 батальона майор Резников.

 

Полковой плац.
Инструктор по противохимической подготовке 1 парашютно-десантного батальона гв. старший сержант Куликов Б.А.

В последний раз летали на Кавказ в марте 1960 года, где участвовали в совместных учениях с частями Закавказского военного округа. «Было построение, приехал командир дивизии гв. генерал-майор Корещенко А.А. Лично проверял всю экипировку. Потом до Тулы доехали на машинах. В Туле на аэродром и улетели самолетами. Приземлились где-то в районе Грозного. Опять на машинах в горы. Там повоевали и через какое-то время попали в Кировабад. Оттуда самолетами улетели в Ефремов. Вернулись в Ефремов в мае. В полку уже были слухи, что нас куда-то переводят» - вспоминает Б.А. Куликов. Действительно в следующем месяце грянули серьезные изменения в истории и жизни полка.

Последним командиром полка в Ефремовский период стал полковник Горелов Лев Николаевич (1960-1963 гг), проходивший с 1956 по 1960 год службу в должностях командира батальона и заместителя командира 351 гвардейского парашютно-десантного полка.

Горелов Лев Николаевич. Командир полка в 1960-63г

Биография Горелова Льва Николаевича приводится в приложении № 10.2.

В Ефремовский период в полку служили: заместителями командира полка: гв. подполковник Лебедев Борис Сергеевич, Беспальцев Игорь Исаевич, гв. подполковники Поликарпов Е.Н., Тружников В.Д., Горелов Лев Николаевич; заместителями командира полка по политической части: гв. подполковник Жуков В.Е., гв. майоры Сорокин, Перфильев Я. С.; начальниками штаба полка: гв. подполковники Целищев В.П., Поликарпов, Черных, Купавский И.И.; заместителями командира полка по снабжению: Габерник М.И., Соловцев, Дикой В.А.; заместителями командира полка по технической части: Нагайцев М.И.; начальник артиллерии: Кипин И.Ф.; заместитель начальника штаба полка гв. майор Абрамов В.И., начальник парашютно-десантной службы полка: гв. капитан Стомахин А.Э., гв. майор Соколов Василий Иванович; инженер полка: Козубский И.С.; начальник связи полка: Вильк, Тростенюк И.И.; начальник разведки полка: Гуленко И.Г., Жигилей Г.М.; начальник артвооружения: Хвостов М.А.; начальник химической службы: Токарев Б.Н.; начальник обозно-вещевого снабжения полка: Дмитриев; старший врач полка: гв. майор Тонких, гв. капитан Норвинд, капельмейстер полкового оркестра Сперанский В.Ф., Сильченко В.И., гв. лейтенант Васильев, начальник финансового довольствия полка Самусев Н.Ф. начальник радиомастерской: гв. ст. лейтенант Васенкин Ф.И. начальник физической службы полка: Андреев В.В., помощник заместителя командира полка по технической части: Джелогония, Карпов, гв. капитан Борщ И.В.
1 парашютно-десантный батальон: командир батальона Журков И.Д., гв. подполковник Родионов, заместитель командира батальона по политической части гв. майор Сидоркин Н.Н. начальник штаба батальона Родионов, Кобатов, Волошко И.Ф., командир минометной батареи гв. капитан Плужников, командиры рот гв. капитаны Соколов, Бабушкин, Ежов П.Г. командир батареи безоткатных орудий гв. капитан Дыхнинкин.
2 парашютно-десантный батальон: командир батальона Батасов, Эммаусский Н.Г, начальник штаба батальона Васильцев И.И. командир минометной батареи гв. капитан Черницын С.С., командиры рот Афанасьев, Никитин, Ахметов С.Н.
3 парашютно-десантный батальон: командир батальона гв. майор Зенин, Крылов П.И.
Артиллерийские батареи полка: гв. майор Яшан, гв. капитан Павлов,
Полковая школа: начальник школы Зеленский Петр Филиппович, заместитель начальника школы гв. майор Песков, Удовенко, командиры взводов Тюрин И.А., Сазонов, Стрельмаков Иван Федотович, Давыдов, Гакенталь Юрий.
Рота связи: командир роты Гавриленко, Старостин, Бобриков, командиры взводов Вагизов В.В., Чевозеров А.П., Моисеев В.
Саперная рота: командир роты гв. капитан Цыганков, командиры взводов Малахов, Барадулин А., Кузнецов.
Хозяйственный взвод: командир взвода гв. старшина Шорохов.

Глава 12. Средняя Азия. ТуркВО. Аранча

На основании директив Министра обороны СССР от 18 марта 1960 года и Главнокомандующего Сухопутными войсками от 7 июня 1960 года до 1 ноября 1960 года в состав 105 гвардейской воздушно-десантной Венской Краснознаменной дивизии из состава 106 гвардейской воздушно-десантной Краснознаменной ордена Кутузова дивизии был принят 351-й гвардейский парашютно-десантный полк.

Прощание с Ефремовым.
Офицерский состав во время передачи полка из 106 в 105 гв. воздушно-десантную дивизию.
Лето 1960 года.

 На основании директивы Главнокомандующего Сухопутными войсками от 7 июня 1960 года № ош/1/290219 и директивы командующего Воздушно-десантными войсками от 7 июня 1960 года № 446982 с 15 августа 1960 года части 105 гвардейской воздушно-десантной дивизии перешли на новые штаты. 136 отдельный воздухоплавательный отряд был расформирован, на его базе сформировано одно воздухоплавательное звено, которое передано в состав 115 отдельной военно-транспортной авиационной эскадрильи. Была расформирована дивизионная автомобильная школа.

Вместе с тем имелись и более радикальные намерения по совершенствованию организационно-штатной структуры соединений ВДВ. Говорилось, что существующая организация воздушно-десантной дивизии не удовлетворяла предъявляемым требованиям. Дивизия имела незначительную огневую мощь, вследствие недостатка артиллерийский средств, в том числе противотанковых и зенитных. При наличии в составе дивизии трех полков не было возможности сформировать больше трех самостоятельных десантов дивизионного подчинения. Между тем, десанты в составе существующего полка являлись все еще громоздкими, были обременены большим количеством полковых подразделений и малоподвижным тылом. В то же время для выполнения значительного количества задач по уничтожению ядерных средств, пунктов управления, объектов тыла и других потребовались десанты по составу менее полка. Дивизия недостаточно была обеспечена автотранспортом, вследствие чего обладала невысокой подвижностью при действии в тылу противника.

Рассматривалась новая организация воздушно-десантной дивизии в составе пяти полков, пяти ротного состава, предложенная штабом ВДВ. Это был ответ на новую пентомическую структуру дивизий армии США, состоящую из 5 боевых групп, по 4-5 рот в каждой, плюс штабная рота и рота поддержки. Вместе с тем она оставалась громоздкой, сохраняла большой десантный вес. Изъятие батальонного звена, важнейшего в бою, являлось малооправданным. Введение в состав воздушно-десантной дивизии реактивных установок и противотанковых ракет увеличило огневую мощь, но не решало вопроса повышения подвижности подразделений на поле боя, не создало возможности более гибкого решения вопросов создания большого количества самостоятельных десантов.

В качестве альтернативы предлагалась возродить бригадную систему организации ВДВ. Предполагаемая бригада состояла из пяти парашютно-десантных батальонов, артиллерийского, истребительно-противотанкового и зенитного дивизионов, саперного батальона, взвода химической защиты и авиационной эскадрильи. Парашютно-десантный батальон предполагался в составе трех стрелковых рот, минометной, истребительно-противотанковой и зенитной батарей, саперного взвода и отделения химической и радиационной разведки. Отдельный артиллерийский дивизион в составе двух батарей 122 мм гаубиц, одной батареи 140 мм реактивных установок и одной батареи неуправляемых реактивных снарядов предназначался для усиления батальонов и частично для использования в непосредственном подчинении командира бригады. Отдельный истребительно-противотанковый дивизион, состоящий из трех батарей СУ-85 и двух батарей ПТУРС использовался большей частью в качестве противотанкового резерва бригады, 1-2 батареи могли поступить на усиление батальонов. Отдельный зенитный дивизион предлагался вооружить зенитными ракетами с высотой стрельбы от 100 м до 20.000 м. Отдельный саперный батальон должен был включать две саперные роты, аэродромно-дорожную роту со средствами восстановления аэродромов и дорог, подготовки посадочных площадок и инженерно-техническую роту со специальным переправочным парком. Взвод химической защиты состоял из отделений химической и радиационной разведки, дегазации местности и дегазации материальной части. Авиационную эскадрилью предполагалась оснастить вертолетами, которые по грузоподъемности должны быть средними между Ми-4 и Ми-6, эскадрилья была рассчитана на подъем одного парашютно-десантного батальона для маневра им в ходе боя в тылу противника. На вооружении бригады планировалось иметь 30 82 мм минометов, 42 установки ПТУР, 18 СУ-85, 12 122 мм гаубиц, 6 РПУ-14, 2 ракетные установки, 12 установки ЗУР, 30 ЗУ-23, 15 вертолетов, 200 автомашин. Предполагаемая воздушно-десантная бригада по мысли авторов была более приспособлена для боевых действий в современных условиях. Она по своим возможностям значительно превосходила существующую воздушно-десантную дивизию, несколько уступала по силе огня предлагаемой штабом ВДВ, но превосходила ее по транспортабельности и подвижности.

Сравнительные характеристики соединений воздушно-десантных войск.

Существующая вдд

Предлагаемая вдд штабом ВДВ

Предлагаемая овдбр

Количество личного состава, чел

6903

7850

5000-5500

Вес артиллерийского залпа, т

5,8

13,7

8-8,5

Десантный вес, т

3332

5000

2600-2700

Потребность в самолетах Ан-12 для десантирования

278

417

217-225



Для применения более крупного десанта воздушно-десантные бригады предлагалось объединять в воздушно-десантные корпуса в составе двух-трех бригад. Трудно сказать, что ожидало полк при реализации этих намерений. Неизвестно, был ли он развернут в бригаду или раскассирован по-батальонно по другим соединениям. Но эти намерения так и остались намерениями.

105 гвардейская воздушно-десантная дивизия (без 331 гвардейского парашютно-десантного полка) была передислоцирована в Туркестанский военный округ в город Фергана Узбекской ССР. 351 гв. парашютно-десантному полку был намечен пункт дислокации в городе Чирчик Ташкентской области (п. Аранча).

Военный городок полка в Ефремове занял 1182 гвардейский артиллерийский Новгородский, Краснознаменный, орденов Суворова, Кутузова, Богдана Хмельницкого и Александра Невского полк. После расформирования 119 гвардейского парашютно-десантного полка в Наро-Фоминске, туда из г. Ефремова в 2005 году был передислоцирован 1182 гвардейский артиллерийский полк". Этим завершилась военная история г. Ефремова. По сообщению ефремовской прессы на бывшей территории полка китайские инвесторы планировали открыть швейное производство. Но город Ефремов остался связанным с полком. За годы дислокации в городе многие офицеры, сверхсрочники, солдаты срочной службы завели семьи и после увольнения в запас остались в Ефремове. Некоторые возвращались сюда и из Чирчика. Так в Ефремове образовалось сообщество ветеранов 351 полка.

Первыми из полка убыли в Чирчик два офицера: начальник ПДС полка Соколов В.И. и начальник химической службы полка Токарев Б.Н. Они должны были определиться, как размещать подразделения полка на новом месте. Полк убывал в железнодорожных эшелонах по-батальонно. «В конце мая, я уехал в отпуск с целью поступления в Казанский авиационный институт. Отпуск длинный. О переезде ни слова не было. Приехал в начале августа, полка нет, а проездные документы на меня оставили до Ташкента на КПП, а для груза ничего, пришлось за свой счёт перевозить багаж. Мы ехали вместе с майором Колчевым из 3 батальона, он также приехал с учебы и полка не застал. Его видимо не стали отзывать с учебы, а мне в Казань, пришла телеграмма, но почему вызывают, ни слова и я не реагировал на это и вот результат» - вспоминает В.В. Вагизов.

Как пишет Б.А. Куликов: «Наш 1 батальон погрузился в эшелон. Когда погрузились, получили приказ снять все знаки различия, эмблемы. Узнали лишь в дороге, что едем куда-то под Ташкент. Недели через две прибыли в Чирчик, на место где стояла какая-то танковая часть».

Как только в июле 1960 года полк двинулся из Ефремова, супруга командира полка сказала, что ей делать нечего в Ефремове и стала собираться в Чирчик. За ней потянулись и остальные жены военнослужащих. Мать взяла старшего брата и меня, чемодан и семьи офицеров, словно цыганским табором уехали в Аранчу. Приехали раньше полка. Нас разместили на ночь в районе полковой бани.

На новое место эшелон 1 батальона прибыл первым, поздно вечером. Отец, как начальник ПДС 1 пдб, ехавший в отдельном грузовом вагоне с парашютами и другим десантным имуществом батальона, остался на ночь в вагоне с парашютами. Утром, когда он спрыгнул из вагона, первое, что услышал на узбекской земле, от начальника ПДС полка было: "Что ты здесь делаешь? Твои уже приехали". Было от чего удивиться. Возможно, это был один из тех немногих случаев, когда семьи военнослужащих приезжали на новое место раньше самой части.

«Наш первый батальон первым прибывает на новое место. Там в городке немного пошумели, танкистов погоняли. За что их командиры пожаловались нашему комбату «Ты кого сюда привез?». Потом из городка нас перевели за канал в лагерь Азадбаш. Он был весь разрушен. Поставили палатки, почистили, убрали. Вторая рота осталась в городке, занималась ремонтом. Затем нас опять перевели в городок. Устроились и сразу за учебу. Начались тренировочные прыжки. Когда прыгала батарея безоткатных орудий, произошло чрезвычайное происшествие. Разбился солдат, не раскрылся парашют» - вспоминает гв. старший сержант Куликов Б.А.

Первые прыжки в Чирчике. Минометная батарея 1 батальона. Лето 1960 года.

На территории военного городка находился учебный танковый батальон. Вместе с ним на территории находилась мастерская по ремонту авиационных двигателей. В 1960 году батальон перевели в Самарканд в учебную мотострелковую дивизию, куда авиационную мастерскую не известно. До них на этой территории был лагерь японских военнопленных, которые перестраивали старые кавалерийские конюшни в казармы, и которые в принципе многого построили в жилом городке. По крайней мере, четыре старые казармы – это бывшие бараки японских военнопленных. На территории жилого городка даже нашли одну японскую иену.

До этого на этом месте дислоцировалась часть 39 или 44 горнокавалерийской дивизии (обе формировались в Чирчике).

Военный городок изменился. Перенесли центральное КПП и трибуну на плацу на другое место. Исчез парашютный городок, снесены старые казармы. Нет здания гауптвахты, нет бани, нет продовольственного склада, нет ГСМ, нет склада вещевой службы. Нет 2 го КПП и магазинчика. Нет казармы автомобильной роты и оркестра. Появился новый стадион. Бассейн на своём месте, только без виноградника и изгороди. Столовая на месте.

Жители Аранчи были довольны сменой частей. Не потому, что пришли десантники, а потому, что убрали мастерскую по ремонту авиационных двигателей. Когда после ремонта двигатели проходили испытания, грохот от них стоял на весь поселок.

В старых казармах было печное отопление. Печи назывались голландскими. С ними связана такая история. Во время проверок штабом ВДВ полка по вопросам службы войск, у одного проверяющего была привычка проверять наличие пыли на этих печах. Если она обнаруживалась, то можно было делать соответствующие выводы. Когда этот офицер получил очередное воинское звание полковник, в полку в шутку говорили, что свою папаху он нашел на полковых голландских печах. Жилой городок состоял из сборно-щитовых финских домов на две квартиры. Они стояли вдоль дороги на Азадбаш. У каждого дома росли фруктовые деревья.

Летний полковой палаточный лагерь располагался в роще в стороне от Азадбаша, между полигонной командой и самоходчиками. С 76 дивизионом размещался и штаб учебного центра. У него был начальник центра, мишенная команда, начальники городков, директрис, операторы, объездчики и в определенных границах территория, включающая Багиш (это населенный пункт уже в Казахстане с 3-5 домами местного населения), Белые пески и пр. возле Багиша было две директрисы для стрельбы, одна рядом с танковым училищем для дивизиона.
В 1961 году при совершении прыжков гвардии ефрейтор Догнаев спас командира.

Полк состоял из управления полка, трёх парашютно-десантных батальонов (управление батальона, 3 стрелковые роты, минометная взвод (три 82 мм. миномета), батарея Б-10 (девять 82 мм Б-10), взвод связи, взвод снабжения). Артиллерия полка включала в себя батарею ПТУРС, минометную батарею 120 мм. минометов, зенитный взвод ЗУ-23. А также в состав полка входила роты связи, саперная рота, транспортно-хозяйственная рота, взвод химической защиты, полковой медицинский пункт и оркестр.

В начале 60 годов десантникам 351 полка пришлось выполнять задачу по охране первого должностного лица государства. В Чирчик приехал Н.С. Хрущев. В плане посещения было запланировано его выступление перед представителями трудовых коллективов. В полк пришло приказание выставить оцепление. Н.С. Хрущев сказал, что не надо его ограждать от народа. Пришлось десантников прятать по кустам, чтобы их не видел Генеральный секретарь ЦК КПСС. Это было внешнее кольцо оцепления. Во внутреннем кольце стояли офицеры полка. Выступление Н.С. Хрущева продолжалось 10-15 минут.

Дивизионная многотиражная газета 105 гвардейской воздушно-десантной дивизии от 7 января 1962 года

В шестидесятые годы особенностью боевой подготовки в полку стало смещение центра подготовки и совершенствования боевой выучки в ротное звено. При уменьшении батальонных тактических учений резко увеличилось количество ротных тактических учений.
Наиболее характерными задачами полка в составе воздушно-десантной дивизии применяемой в интересах фронтовой наступательной операции были: захват и удержание важного района или рубежа оперативного значения с целью обеспечения стремительного наступления ударной группировки войск фронта, обеспечения выдвижения и ввода в сражение подходящих резервов фронта, а также усиления танковой армии, ведущей боевые действия в отрыве от главных сил фронта; захват и уничтожение средств массового поражения противника, аэродромов, средств ПВО, пунктов управления и объектов тыла на большой площади; содействие оборонительным действиям, ведущимися частью сил фронта. Боевые действия десантов заканчивались соединением их с наступающими войсками. Если же наступление их задерживается, то принимались меры по самостоятельному выходу десантов к своим войскам или эвакуации их по воздуху.

В апреле 1961 года полк участвовал в окружных учениях под Мары и чуть севернее Кушки. «Нас бросили, выброску наблюдал маршал Судец, я его видел в нескольких метрах от себя после приземления. Он ходил по площадке приземления. Потом мы совершили марш в сторону Кушки и расположились в 12 км от Кушки у Кала и Мор и там по приемнику Р-311 мы услышали об полете в космос Ю. Гагарина. Возвращались эшелоном, грузились в Марах под дождём» - вспоминает начальник связи полка гв. майор В.В. Вагизов. Никто в полку и не догадывался, что к этой вести о космическом полете был причастен и их однополчанин, бывший врач батальона В. Г. Волович: «Юру Гагарина я осматривал сразу после полета. Его привезли в Энгельс. Я его встречал, мы обнялись, поцеловались, он при мне разговаривал с Брежневым, Микояном, а потом его забрали в ВЧ доложить о полете Хрущеву. Мы не знали тогда, какова вероятность благополучного исхода. Трудно было даже предположить. Это было очень ответственно. И были секунды, когда все могло обернуться по-другому. К счастью, все обошлось. Осматривал я его уже в самолете».

К 27 апреля 1962 года на основании директивы Главного штаба Сухопутных войск № ош/2/300529 от 22 марта 1962 года, директивы командующего ВДВ № 471437 от 5 апреля 1962 года воздушно-десантная дивизия перешла на новые штаты: 487 отдельный гвардейский артиллерийский дивизион 105 гв. вдд переформирован в 1181 гвардейский артиллерийский полк. 98 отдельная батарея противотанковых установок была расформирована, на ее базе сформировали 892 отдельный реактивный дивизион. Были сформированы 157 отдельный отряд тяжёлой воздушно-десантной техники и 100 отдельная разведывательная рота дивизии.

Организационно-штатная структура 351 гв. парашютно-десантного полка в 1963 году

 Этими директивами в полку вводятся следующие изменения: включена батарея АСУ-57, вместо артиллерийской ремонтной мастерской, радиомастерской роты связи и автомобильной ремонтной мастерской сформирована ремонтная мастерская. Однако в полку радиомастерская всегда находилась в 3 взводе роты связи. Штат ее состоял из трех человек: начальник радиомастерской, радиомастер и зарядчик - аккумуляторщик. Такое же положение осталось и при преобразовании ремонтной мастерской в ремонтную роту.
Ремонтная рота полка предназначалась для производства текущих ремонтов ракетно-артиллерийского вооружения, боевой и другой техники, для оказания помощи подразделениям в техническом обслуживании машин. На период ведения боевых действий из состава ремонтной роты создавались группы по ремонту бронетанковой техники, по ремонту автомобильной техники. По ремонту ракетно-артиллерийского вооружения и группа управления. Десантируемая техника распределялась по группам и загружалась групповыми и ремонтными комплектами. Ремонтные группы могли использоваться в составе своего ремонтного подразделения или придаваться подразделениям полка. В последнем случае они десантировались с соответствующими аэродромными группами.
Длительное время ремонтной мастерской командовал майор Зиновьев Евгений Илларионович, фронтовик, прослуживший в части с первого дня ее формирования более 25 лет, автор множества рационализаторских предложений.

Полковая артиллерия стала включать в себя: батарею АСУ-57 (10 установок); противотанковую батарею (восемь установок 9К11 «Малютка»); минометную батарею (шесть 120-мм минометов). Батальонная артиллерия состояла из противотанковой батареи (шесть СПГ-9 или Б-10) и минометной батареи (шесть 82-мм миномета).
В 1962-1963 годах 76 отдельный самоходно-артиллерийский дивизион дивизии перевооружили на СУ-85, а из АСУ-57 сформировали батареи в парашютно-десантных полках, в том числе и в 351.
Из трёх существовавших базовых способов десантирования: посадочного, парашютного и планёрного, первоначально для АСУ-57 был доступен только последний. Перевозить САУ с экипажем был способен лишь тяжёлый транспортный планёр Як-14, обычно буксировавшийся двухмоторным транспортно-десантным самолётом Ил-12Д. АСУ-57 заезжала в планёр и покидала его своим ходом через откидную носовую часть; в полете, установка крепилась тросами, а для предотвращения раскачивания узлы её подвески блокировались на корпус. Экипаж САУ в полёте располагался на съёмных сиденьях в хвостовой части грузового отсека планёра и мог поддерживать связь с экипажем планёра при помощи переговорного устройства.

Полковая батарея АСУ-57

После появления в военно-транспортной авиации самолетов Ан-8 и Ан-12 для десантирования АСУ-57 стали применять многокупольные парашютные системы и парашютные платформы. В конце 1950-х годов была создана универсальная парашютно-десантная платформа П-127, принятая на вооружение 7 июля 1962 года вместе с парашютной системой МКС-4-127, под обозначением ПП-127-3500. П-127 была рассчитана на десантирование грузов массой до 3,5 тонн при скорости сбрасывания 250—350 км/ч и высоте 800—8000 метров, и имела трубчатый стальной (хромансилевый) каркас с дюралевым настилом, самозаполняющейся воздушной амортизацией и противоопрокидывающимся устройством в виде откидных ферм, масса платформы с парашютной системой, амортизацией и швартовкой составляла 1,42 т.
С использованием четырёхкупольной парашютной системы с площадью основных парашютов 3040 м², П-127 могла использоваться для десантирования АСУ-57 с боекомплектом, на выгрузку САУ после приземления у экипажа, десантировавшегося отдельно на индивидуальных парашютах, уходило 4-10 минут.

Динамику освоения десантирования с новой авиационной техники в начале 60 годов можно наблюдать по записям парашютной книжки офицера полка Вагизова В.В., за 1962 год. В парашютной книжке на 1 января 1962 года записано: имеет 65 прыжка, из них 28 с аэростата, 37 с самолёта. 66-69 прыжки с АН-2, высота 1000 м, 70-й тренировочный ночной с Ли-2, 71-й Ан-2, 72 и 73- й с Ан -8, а 74 с Ан-12. Ещё 78-й и 82-й прыжки с Ли -2, они стояли в Фергане, больше прыжков с Ли-2 нет. В Чирчике с аэростата не прыгали.

«За каналом Боз-Су начиналась Голодная степь. Раньше граница с Казахстаном проходила по каналу, потом её перенесли ближе к Чимкенту. Мы всё время смеялись, что служим в Узбекистане, а стрелять ходим в Казахстан» - пишет В. Борейко.
«Площадка приземления называлась Багиш. Судя по всему, часть полигона использовалась в сельскохозяйственных целях военным совхозом «Туркестанец». Корейцы выращивали лук. В 500 метрах от них мы рыли окопы. Сама площадка была хлебным полем, но прыгали весной на всходы. Летом - на скошенное. На полковых учениях в сентябре 1977 года уже - на вспаханное, очень тяжело было нести сумку с парашютом. Хорошо, что было организованно несколько пунктов сбора парашютов на площадке. При обычных прыжках пункт сбора находился возле дороги в самой низкой части так, что всегда спускались. Уклон не очень большой с Ферганой и Гайжюнаем не сравнить, там ровно как на столе. АН- 12 заходили со стороны Майского на Азадбаш, АН-2 с Аранчи на Багиш. Весной в лагере проводили карантин с молодым пополнением. Купались в речке Азадбашке, а в баню ходили в полк. Он использовался не только полком, но и другими частями дивизии, - пишет В.Б. Богачук - Палатки как по линейке, все побелено, кругом дневальные, смотрим, знакомый с минометной батареи, он рассказал, что это полевой выход всей артиллерии дивизии. Минометчики, ПТУРСы, артполк и самоходчики в своих казармах, а Ош и Фергана в палатках и наши может не все сразу, но палаток было много».
«За каналом был полигон Чирчикского гарнизона. Но иногда на учения приезжали из Оша 111 полк. В него входило всё стрельбище, танковые директрисы. ПТУРСы пускали при проверках, а так только на тренажере, слишком дорого. Один пуск стоил по тем времёнам легкового автомобиля «Волга». Весной у нас на аэродроме было сыро, а полоса грунтовая и мы летали с Ташкентского аэродрома на АН-12 в Фергану дней на 10-15, прыгали на Ферганскую долину, на камни» - помнит М. Кожевин.

Азадбаш. Летний лагерь полка.

«Поле – это академия солдата. Эту истину познал на себе каждый гвардеец 351 пдп. Недалеко от полка был учебный полигон, где отрабатывались вопросы тактической подготовки всех подразделений полка. Гоняли там нас до седьмого пота. Путь на полигон лежал через тоннель под каналом. При входе в тоннель, какой-то шутник написал белой масляной краской «Добро пожаловать!», а с обратной стороны тоннеля кто-то написал также – «Ох уж это добро...». Кто прошел через это, тот меня поймет...».

С 1963 по 1965 годы командиром полка был полковник Добровольский Анатолий Михайлович.

Командир полка
гв. подполковник Добровольский А.М..

При нем поддерживался уровень боевой готовности и боевой подготовки полка, достигнутый его предшественниками.
В 1965 году полковника Добровольского А.М. назначают начальником штаба 105 гвардейской воздушно-десантной дивизии, а в декабре 1969 года - командиром 105 гвардейской воздушно-десантной дивизии.


Как вспоминает Чевозеров А.П. «В октябре 1964 года полк принимал участие в учениях в районе Кызыл Арвата. Накануне учений на плацу был произведен расчет личного состава по самолетным группам. Занимался расчетом лично начальник штаба полка гв. подполковник Булгаков. Были назначены старшие и их помощники по десантированию личного состава. За правый борт отвечал помощник выпускающего, за левый борт – сам выпускающий. На десантируемую технику нанесли опознавательные знаки. Подготовка к учениям включала в себя и вывозку личного состава на большой высоте с применением кислородных масок.
Полк авиацией был переброшен в район Бухары. Ночь провели в развалинах старого города. Было прохладно, для согрева жгли колючку. Парашюты остались в самолетах. С рассветом заняли свои места и вылетели на десантирование. Сначала выбросили технику, ПДДМ - 47 и др., а затем по сигналу началась выброска личного состава. В одном Ан-12 первыми десантировались радисты по два экипажа с обоих бортов. За ними пошел правый борт, затем левый. Все шло нормально. Вдруг случилась небольшая заминка. Оказалось у одного десантника выскочил вытяжной шаровой бесстропный парашют, видимо терся около борта, а следующий за ним погонял парашют ногами – не растерялся, помог товарищу. Все обошлось благополучно. Нас выбросили в районе железнодорожной станции Бами в Туркмении. Так начались учения ТуркВО, в которых полк принимал участие в составе дивизии. Стояла задача по захвату перевала Емудалин в районе Бами. Полк десантировался и выполнил стоящую задачу. За что получил отличную оценку. Домой улетали с аэродрома Кизил Арват».

На основании директивы Генерального штаба ВС СССР от 16.01. 1965 г. № орг. 3/45141 в штат полка включили роту десантного обеспечения. (Командиром роты десантного обеспечения капитан Когай, старшиной роты прапорщик Ахмидулаев). В 1965 году полк включал в себя управление полка, 3 парашютно-десантных батальона (в каждом: управление батальона, три парашютно-десантных роты, противотанковая батарея (шесть СПГ-9Д), взвод связи, взвод снабжения, батальонный медицинский пункт), минометную батарею (шесть 120-мм минометов), батарею АСУ-57 (10 установок), батарею ПТУРС (восемь установок 9К11 «Малютка»), отдельный зенитный артиллерийский взвод, роту связи, саперную роту, роту десантного обеспечения, транспортно-хозяйственную роту, ремонтную роту, полковой медицинский пункт, взвод химической и радиационной разведки, оркестр. Увеличилось количество автотранспорта. Количество грузовых, специальных и легковых автомобилей боевой, учебно-боевой, строевой и транспортной групп достигло 170 единиц, включая ЗиЛ-164, ЗиЛ-157, ГАЗ-63, ГАЗ-69 и УАЗ-450. Численность полка составляла 1511 человек.
19 февраля 1965 года личным составом полка выполнялась задача N 4 – прыжок из Ан-2 с высоты 600 метров с стабилизацией 5 секунд с ручным раскрытием парашюта и раскрытием запасного парашюта.

Агитатор взвода гвардии рядовой М. Блинков


В том же году пришло серьезнейшее испытание - в Каракалпакии вспыхнула эпидемия холеры, о которой у нас не было слышно с 20-х годов. Полк находился в оцеплении все лето. Так вспоминается то далекое лето участникам событий.Весной ждали прибытие из Ферганы комиссии для проверки боевой и политической подготовки за зимний период обучения. Но они прибыли в первых числах июня, и проверка не состоялась. Был получен сигнал из штаба ТуркВО. Полку была объявлена тревога. Все закрутилось. Полк был переброшен самолетами в аэропорт Нукус Каракалпакской автономной республики УзССР. Там полк уже ждали, был сосредоточен автотранспорт. Сразу в машины и поехали по направлениям. 2 парашютно-десантный батальон под вечер прибыл в район города Кегейли. Переночевали, покормили гнуса, а утром очистили расположение от мусора – на этом месте паслись овцы. Медики батальона приступили к своим служебным обязанностям. Готовили химический раствор для обработки конструкций моста через канал. Личный состав рот был рассредоточен по направлениям в округе на 150-200 км. В то время в батальоне служили: командир батальона гв. подполковник Погорелый В.М., заместитель командира батальона гв. майор Жидких В.С., заместитель командира батальона по политической части гв. майор Ахметов С.Н., начальник штаба гв. майор Абрамов В.И. Командиры рот: 4 пдр гв. капитан Румянцев, 5 пдр гв. капитан Костин Б.М., 6 пдр гв. капитан Артемьев П.Б. Командир артиллерийской батареи гв. капитан Савченко В., командир минометного взвода гв. старший лейтенант Бадретдинов В.Н., командир взвода снабжения гв. старшина сверхсрочной службы Соляник Н.Н., начальник связи гв. старший лейтенант Чевозеров А.П., врач батальона гв. старший лейтенант Соресин С. Для приготовления пищи и других нужд батальона воду привозили из Нукуса. Пища доставлялась в роты термосами. В каждой роте кипятильник, для приготовления кипятка жгли камыш и др. Личный состав был проинструктирован по мерам безопасности, не здороваться за руку с местным населением. Был установлен строгий пропускной режим через канал по мосту, пропуска были трех видов. Территория штаба батальона находилась под охраной минометного взвода, постоянным начальником караула был командир этого взвода. Связь с командирами рот – по радио. Аккумуляторы от радиостанций на подзарядку гв. старший лейтенант Чевозеров А.П возил в г. Чимбай, там находился штаб полка. По выполнению своих служебных обязанностей личный состав находился в положении карантина. За период нахождения в оцеплении всем военнослужащим дважды была проведена прививка против холеры. По окончанию карантина – начали собирать хлопок, и так до осени.

В 1965 году Добровольского А.М. сменил полковник Горшков Николай Никифорович. 

Горшков Н.Н.

Полковник Горшков Н.Н. на фронте командовал взводом и ротой. До 1963 года был командиром батальона 357 гвардейского парашютно-десантного полка. После окончания заочно полного курса Военной академии им. М.В. Фрунзе в 1963 году был назначен заместителем командира 350 гвардейского парашютно-десантного полка 103 гвардейской воздушно-десантной дивизии. В 1965 году полковника Горшкова Н.Н. назначают командиром 351 гвардейского парашютно-десантного полка, при нем завершилось строительство многих объектов учебно-материальной базы. В октябре 1967 года его назначают заместителем командира 105 гвардейской воздушно-десантной дивизии. В декабре 1969 года он был переведен на должность заместителя командира 76 гвардейской воздушно-десантной дивизии в город Псков. В 1973 году полковник Горшков Н.Н. был направлен в заграничную командировку, по окончании которой он был уволен в запас по возрасту. Награжден тремя орденами Красной Звезды, двумя орденами Отечественной войны 1 и 2 степени, орденом «За службу Родине в Вооруженных Силах» 3 степени и многими медалями.

В августе-сентябре 1965 г. произошел второй вооруженный конфликт между Индией и Пакистаном. Следствием этого с 4 по 11 января 1966 г. в Ташкенте проходили переговоры президента Пакистана Айюб-хана и премьер-министра Индии Шастри при участии председателя Совета министров СССР А. Косыгина. 10 января 1966 г. Мохаммед Айюб-хан и Лал Бохадур Шастри подписали Ташкентскую декларацию.4 На следующий день Лал Бахадур Шастри 11 января 1966 скончался. «Нам пришлось целой ротой стоять в роли линейных. Я тогда был еще в карантине. Вот тогда-то пришлось видеть министра обороны Малиновского Р.Я. Мы стояли по краю дороги. Видел очень хорошо, но запомнил только крупную седую голову» (К. Алехин).

2 марта 1966 года личным составом полка выполнялась задача №3 - продолжительный облёт на выносливость и на выдержку в полёте в самолетах Ан-12, и прыжок с высоты 1000 метров.
В 1966 году готовились к выезду на целину. Но в эти планы вмешалась стихия. 26 апреля 1966 года в Ташкенте произошло землетрясение. Подверглись разрушению более 2 миллионов квадратных метров жилой площади, 236 административных зданий, около 700 объектов торговли и общественного питания, 26 коммунальных предприятий, 181 учебное заведение, 36 учреждений культуры, 185 медицинских и 245 промышленных зданий. Без крыши над головой остались 78 тысяч семей или свыше 300 тысяч человек из проживавших тогда в Ташкенте полутора миллионов.5 Целина была заменена на столицу Узбекской ССР. С первых чисел мая личный состав 351 полка оказывал помощь жителям города, пострадавшим от стихии, помогал местной власти в поддержании порядка. Каждый вечер один батальон выезжал в Ташкент. Проводилось патрулирование города. «Патрулирование в Ташкенте у меня осталось в памяти на всю жизнь, - вспоминает один из его участников- сразу почти после принятия присяги нас направили на патрулирование в Ташкент. Периодически еще немного потряхивало- 4-5 баллов. Группы состояли из 3 человек, один-3 года службы (старший), один - второго и один - первого. Из оружия АКМС с магазином без патронов и штык-нож, а у старичков были и боевые патроны, в том числе и трассирующие. Многие ташкентцы жили в палатках, меня удивляло гостеприимность их, независимо от национальности. Проходя между рядами палаток, многие предлагали солдатикам выпить, покушать». Как вспоминает командир взвода старшина К. Алехин: «При патрулировании произошел один случай - застрелили собаку-медалистку. Это сразу стало известно командованию. У стреляющего было всего три трассера. В патруль уходили только с одним магазином, и еще на ремне фляжка. Больше ничего. Патруль был парным. Во главе с сержантом или старослужащим. Не зависимо второй или третий год. После собаки несколько раз на плацу проверяли весь личный состав. А перед построением командиры подразделений делали проверку своему л/с. Даже на фляжки обращали внимание - должны были быть с водой. Ну а то, что в патруле пили, в целом поддерживаю. И не только старослужащие. Во фляжку входило 1,5 бутылки вина. Деньги иногда бывали. Да и сторожа магазинов, а там почти у каждого маломальского они были, заманивали выпивкой. Боялись, ведь жулья понаехало со всего Союза».
Автомобильная рота перевозила стройматериалы и личные вещи пострадавших от землетрясения по окрестным кишлакам к их родственникам. Каждое утро докладывалось старшим начальникам, как прошла ночь. Город сильно пострадал. Так в Гарнизонный дом офицеров боялись даже заходить, так как думали, что в любую минуту он может рухнуть. Но военные строители восстановили его.
Позже рядом с Ташкентским авиационным заводом разбили лагерь, для подразделений полка задействованных в оказании помощи. Полк выполнял эту задачу до замены Свердловским полком ВВ МВД. В этом же году, в Сергилях, пригороде Ташкента по 30 декабря расквартировался 3 пдб (командир батальона майор Тажимбетов А.К.), они несли патрульную службу, а сапёрная рота полка участвовала в строительстве и отделке здания штаба ТуркВО.
За заслуги полка в оказании помощи при ликвидации последствий стихийного бедствия командира полка и старшего от полка наградили памятной медалью «Строителю Ташкента».

К середине 60 годов до полка дошла очередь финансирования строительно-монтажных работ по благоустройству городка. В полк прибыла военно-строительная рота, силами которой были построены две двухэтажные казармы для 3 батальона и начато строительство нового зимнего клуба. Командиром 3 батальона был подполковник Симонов, заместителем командира батальона по политической части майор Вартанян Г.Е.. Начальниками штаба батальона капитан Волошенко, майор Золотов В.И.

С 1966 г. артиллерийские батареи, на вооружении которых еще имелись безоткатные орудия Б-10, постепенно перевооружались на СПГ-9Д. «Я служил в батальонной противотанковой батарее командиром взвода. Таких взводных, как я, в полку было 21 человек. Офицеров не хватало. Хрущевские выкрутасы. Нас звали: смерть врагу - капут расчету. После выстрела из СПГ-9 только слепой не увидит позиции. Почва-глина, пыли море. Были выезды в Ферганскую долину на учебные прыжки. Около месяца жили в палатках. Прыгали. Учения - в основном ротные. Самые неприятные. Все пешком с полной выкладкой. Взводы СПГ придавались ротам. Да и техники в то время в ВДВ особо не было. ГАЗ-63, ЗиЛ-157. И стали поступать ГАЗ-66. А в основном пешком по обочине. Машины порожняком и с парашютами по дороге. Упал - подберут.
По моему в апреле 1967 году были полковые учения. Трех человек потеряли. Двое отравились выхлопными газами на Чимкентском аэродроме. Было холодно. Мы все лежали в капонирах, стояла машина ЗиЛ с прицепом, а в прицепе парашюты, накрытые брезентом, брезент свисал до земли. Залезли под брезент на парашюты, а водитель завел мотор. Хотя приказ был - не заводи. Утром сбор - двоих нет. И только когда стали готовиться к прыжкам - нашли уже застывших. Апрель - днем до сорока, ночью до минусовой. Одежда летняя, плюс прыжковые комбинезоны.
Я эту ночь запомнил на всю оставшуюся жизнь. Места не находил от холода, пока не залез в кузов под маскировочные сети. А третий просто замерз. По окончанию учений все своим ходом в расположение. Ночью прошел дождь. Глина. А идти порядком. Учения были где-то между Чимкентом и Чирчиком. Не все помню, но наш батальон прибыл в расположении первым, а третий растянулся на несколько километров. И уже на учебном поле, видна часть, один воин залез в старый окоп отдохнуть, закутался в палатку и уснул. Три дня его искали. Домой запросы и все, что положено. Нигде нет. И только через день чабан сообщил о нем» - вспоминает К. Алехин. «Мы выехали на полковые учения в марте, погода была солнечная. Все в одних комбинезонах. К вечеру подул холодный северный ветер, погода испортилась, к утру пошел дождь, потом дождь со снегом, температура чуть ли ни минус, машины в грязи застревают, мы все мёрзнем и к вечеру учения свернули. Роты самостоятельно пошли в часть, кто на машинах, кто пешком, короче не в организованном порядке из Багиша мимо аэродрома на прямик. В группе солдат 3 батальона, которые шли не с ротой, а через учебное мишенное поле один отстал от группы, сел на край окопа и заснул, автомат при нем, повалился и так лежал, пока не нашли» - уточняет В.В. Вагизов.

На полковом полигоне


Весной 1967 года полк пережил наводнение. Примерно 26-28 апреля в горах прошли сильные дожди, и речка Азадбашка наполнилась селью. Большая вода и сель вырывали с корнями деревья, в результате образовался затор у моста в районе Азатбаша. Мост был снесен и ещё один затор образовался на железнодорожном мосту у 5-го совхоза. Вода промыла земляную перемычку на канале у 5-го совхоза, и вода пошла по руслу канала, канал переполнился. Вода и сель вышли из берегов, и пошли по дворам и по поселку Аранчи. В Мишенном дворе, в котором дислоцировался 76 отдельный самоходный артиллерийский дивизион, снесло магазин, и самоходчики остались отрезанными от города. Утром некоторые в своих дворах обнаружили приплывшие к ним мешки с мукой и сахаром. Утром саперная рота полка убыла восстанавливать снесенный мост.

27 мая 1967 года с аэродрома Сайрам полк десантировался с самолетов Ан-12 в районе Маканчи Семипалатинской области учениях САВО. Полк десантировался в 12 километрах от китайской границы. Для создания видимости массовой выброски транспортные самолеты трижды проходили над площадкой приземления, выбрасывая по несколько рот.
Как пишет Г. Черепанов: «На подготовке к ним нам выдали направление-азимут сборного пункта, но после десантирования выяснилось, что пункт сбора оказался совсем в другом месте. Хорошо, что я увидел еще в воздухе людей и машины с флагом и после приземления пошел в эту сторону, а не туда, куда говорили. Итог оказался плачевный. Многие десантники направились по данному азимуту и их ловили наши пограничники, после этого с комфортом привозили на машине. Как собрались, получили приказ окапываться. Земля как камень, намучились, утром после кратковременного сна на плащ-палатке обнаружили сотни скорпионов и фаланг».
«К нам приезжали офицеры пограничники и рассказывали, как китайцы укрепляют границу, что их кормят только 2 раза в день. До кризиса китайцы проходили 1 раз в неделю, встречались и вели разговоры дружеские, а сейчас даже провоцируют» - вспоминает В.В. Вагизов. Из пограничного отряда пригласили посмотреть на сопредельную сторону. Пограничники знали все, что происходило на китайской стороне. Где и когда китайские солдаты проводили инженерные работы на границе, когда садились и читали цитатники Мао Дзе Дуна и тд.
Провокации продолжались. Так в июне 1969 года в районе речки Тасты в Семипалатинской области группа китайских военнослужащих вторглась на территорию СССР на 400 метров и открыла огонь по советским пограничникам из автоматов. По ним был открыт ответный огонь в целях самозащиты, после чего нарушители покинули территорию СССР.

11 июля 1967 года полк был поднят по тревоге и выехал на машинах в Чимкент. В те годы Чимкент по праву назывался "штат Техас Советского Союза" В городе была жуткая криминальная обстановка: огромное количество "химиков" и "бытовиков", большинство города жило не по законам, а по "понятиям". Аульные парни, устроившись на заводы и стройки, работая плечом к плечу с бывшими зэками, с ходу набирались уголовных замашек. Город был поделен молодежными бандами на районы. Чимкент дерется улица на улицу, район на район.
11 июля 1967 года в городском вытрезвителе умер молодой парень-водитель. Этот трагический случай посчитали убийством. Сначала взбунтовалось автохозяйство, а потом и весь город. Начальство УВД растерялось и сбежало первым. Когда бунтовщики заняли здание городской милиции, у них появилась идея прорваться в городскую тюрьму и освободить заключенных. Тем более что здание тюрьмы одной стеной примыкало к территории городской милиции. Толпа хлынула к тюремным стенам. Удержать тюрьму удалось.
1 парашютно-десантная рота (внештатная разведывательная) полка немедленно вылетела самолетом туда и попала в центр событий. Рота окружила тюрьму. Чтобы не вырвали автоматы, примкнули к ним штык-ножи. Из оцепления выпускали, но не впускали. Толпа переворачивала и жгла машины.
Уже во второй половине дня в Чимкент вошли первые подразделения Туркестанского военного округа. Первыми на место приехали солдаты местного гарнизона из ВВС человек 100. Местные их просто потрясли за кузова машин и посоветовали побыстрее уехать. Спустя еще пару часов прибыли курсанты Ташкентского училища на БТР и рассеяли всех. Военную технику просто подвели к толпе и предупредили, что начнут огонь на поражение. К тому времени пыл бунтарей, многие из которых были пьяны, уже остыл. Поэтому, когда бунтовщики увидели направленные на них дула орудий танков, толпа вокруг тюрьмы рассосалась буквально в течение нескольких минут.
После этого подошел 351 полк и где-то неделю там был. Патрулировали городские улицы. «Нашему батальону достали функции охраны и контроля. Наша батарея стояла именно у тюрьмы, и что здесь происходило, слышали из первых уст. Тюрьму, вышки и ворота - закидывали бутылками с бензином. Все было обгоревшее. Ворота пытались пробить машиной. Но когда часовой уложил пару водил, отступили. Пожгли все отделения милиций. Рядом с тюрьмой был один из отделов. Заходили мы туда. По-видимому, пытались вскрыть сейфы с вещественными доказательствами. Там находилось всевозможное оружие. Не получилось, так сожгли. Милиция при нас открывала. Патроны от жары повзрывались. Все остальное обгорело. Мы даже негативов с криминалом набрали. Потом фотографии делали» - вспоминает К. Алехин.

Швартовка


В октябре 1967 года на должность командира 351 полка назначается гв. подполковник Жигульский Петр Григорьевич. Он командовал полком два года.

Родился 5 декабря 1927 г. Призван в ряды Красной армии в июне 1945 г. В сентябре 1947 г, окончил 1-е Тамбовское пехотное училище, а в октябре 1948 г. Военно-парашютное училище в городе Алма Ата и был назначен командиром миномётного взвода 108-го парашютно-десантного полка. С 1949 по 1952 год - командир миномётного взвода курсантов Алма-Атинского военно-парашютного училища, а с 1952 по 1959 год - командир миномётной батареи 352 -го пдп, 301 пдп 107 вдд, 108-го пдп 7-й вдд. В 1959 году поступил на учёбу в военную академию им. Фрунзе. В 1962 году окончил академию с золотой медалью и назначен командиром батальона 350-го пдп. В 1966 году назначается начальником штаба этого же полка. С 1967 по 1969 год- командир 351 пдп. С 1969 по 1973 год начальник штаба 105 вдд. С 1973 по 1987 год- заместитель начальника отдела боевой подготовки ВДВ. За это время отделом боевой подготовки были разработаны и введены в действия Боевой устав Воздушно-десантных войск, часть 2 и 3, учебник сержанта Воздушно-десантных войск, сборник нормативов по боевой подготовке, методическое пособие «Подготовка и проведение полкового и батальонного тактического учения с десантированием и боевой стрельбой» и другие пособия.

Находясь на этой должности, он много делал для повышения боевой готовности и качества боевой подготовки полка. Ввиду большого некомплекта командиров взводов в полку обучение стрельбе пулеметчиков и гранатометчиков проводилось методом сбора в составе рот под руководством заместителей командиров батальонов. Для отработки слаженности в действиях артиллерийских расчетов и экипажей в каждом периоде обучения проводились сборы, которые заканчивались контрольными занятиями, зачетами и стрельбами. Командир полка серьёзное внимание уделял строительству учебно-материальной базы, обустройству военного городка и обеспечению жилплощадью семей военнослужащих. Под его руководством в полку был построен летний спортивный комплекс, новый парашютный городок с парашютной вышкой, построены солдатская чайная и офицерская столовая, достроен зимний клуб на 750 мест, вдвое расширен строевой плац. Заново построена система освещения военного городка и парков, переведены на газ котельная, столовая и казармы, заменена вся система канализации, для семей военнослужащих построены два 36 квартирных дома. Для озеленения территории военного городка было высажено более 400 деревьев.
По итогам проверок боевой и политической подготовки 1967, 1968 и 1969 годов полк показывал высокие результаты по всем предметам обучения, получал хорошие оценки и был в числе правофланговых в дивизии.
В новом зимнем клубе в трех залах разместили комнату боевой славы полка. В ней размещались подлинные документы военных лет, фотографии и газеты, большая карта схема боевого пути полка, макет аэростата и венское знамя.

В 2006 году Жигульский Петр Григорьевич написал книгу «Крылатая пехота - вперед к Победам!», посвященную воинам-десантникам 351 гвардейского парашютно-десантного полка.

 24 февраля 1968 года полку было вручено памятное Знамя ЦК ЛКСМ Узбекистана как занявшему первое место в ТуркВО в социалистическом соревновании.

Вручение полку памятного Знамени ЦК ЛКСМ Узбекистана

За забором, напротив парашютного городка, у железной дороги находилась аппарель, построенная из деревянных шпал, предназначенная для въезда и съезда техники на железнодорожные платформы. В конце 60 х годов она сгорела. На ее месте построили новую аппарель из сборных металлических элементов. Ежегодно здесь разгружались зенитчики, приезжавшие из Казахстана. В горах у них проходили стрельбы. Запомнились они своими необычными головными уборами – пилотками с мягкими козырьками. В полку привычным головным убором была панама.

В 1968 году на полигоне полка проходила ходовые испытания БМД-1. «Машина с экипажем и десантом, «по-боевому», т. е. с закрытыми люками, полностью заправленная ГСМ, должна была в дневное время на максимально возможных скоростях с учетом местных дорожных условий пробежать 6 часов без остановки. По методике испытаний в экстренных случаях допускались две короткие остановки по одной минуте без глушения двигателя. В ходе пробега экипаж контролировал работу двигателя и агрегатов машины, через определенные промежутки времени велась запись показаний электроприборов. За бортом машины температура воздуха была выше 45 градусов по Цельсию, а термометр в машине показывал 50 градусов выше нуля. Скорость машины на отдельных участках дороги достигала 65 км/час. Жара и большая запыленность воздуха, замкнутое пространство и постоянный шум двигателя дополняли всю «прелесть» микроклимата, в котором работал экипаж машины. Но надо отдать должное и машине и экипажу, они с честью выдержали данный вид испытания и благополучно завершили этот пробег». С принятием на вооружение БМД-1 менялись и штат парашютно-десантного полка, и его название на бронепарашютный. Предполагалось, что бронепарашютный полк должен был состоять из управления полка, трех бронепарашютных батальонов, батареи 122 мм гаубиц, зенитной батареи, роты связи, взвода радиационной разведки, полкового медицинского пункта, роты технического обслуживания, роты материального обеспечения, роты десантного обеспечения, роты комендантской службы. Но только по прошествии десяти лет после испытаний, БМД-1 поступили на вооружение 351 гв. полка.

9 Мая 1968 года отмечалось 25 - летие образования полка. Праздник проходил в горах, рядом с аэродромом. На праздник были приглашены фронтовики ветераны дивизии и полка: первые командиры 106 гв. стрелковой дивизии генерал майор запаса Виндушев К.Н., командир полка полковник запаса Федотов П.Н., бывшие командир 3 батальона подполковник запаса Беспальцев И.И., помощник начальника штаба капитан запаса Стомахин А.Э., командир орудия старший сержант запаса Афонин Г.М. Прибыли заместитель командующего ТуркВО, представители Чирчикского городского комитета КПСС и исполкома городского Совета депутатов трудящихся.11 Было много гостей, жителей Чирчика. Звучали поздравления, были прыжки спортсменов-парашютистов. Для гостей было показано десантирование парашютно-десантной роты и ее атака условного противника, при поддержки трех СУ-85 подошедших со стороны танкового училища. Рота захватила указанный рубеж. Через некоторое время командир роты гв. старший лейтенант Заверухин Петр Степанович доложил заместителю командующего ТуркВО о выполненной задачи.

9 мая 1968 года, Чирчикский аэродром.
Слева направо: командир 106 гв. стрелковой дивизии в годы войны Виндушев К.Н., командир полка Жигульский П.Г., первый командир полка Федотов В.И., Стомахин А.С.

На аэростате было поднята копия Венского знамени победы. Это знамя Победы несли шесть командиров взводов – старшин срочной службы. Это знамя, как и в далеком 1945 году поднимал по команде первого командира полка капитан запаса Стомахин А.Э.
Подарки, подаренные полку, говорили о своих дарителях. От Ташкентского танкового училища – модель СУ-85, от 1181 гв. артиллерийского полка – модель 120 мм. миномета в походном положении, от 892 отдельного реактивного дивизиона – модель 140 мм. реактивной установки РПУ-14 из одного ствола которой вылетала мина
На торжественном собрании личного состава полка были отмечены среди других майор Виткалов, старшины сверхсрочники А. Белобородов, Н. Соляник, Н. Марченко, старшина срочной службы Ю. Морозов, исполняющий обязанности командира взвода, награжденный именными часами от правительства Узбекской ССР, старший радиотелефонист ефрейтор В. Миркин. В память о своем пребывании в полку, ветераны рядом с плацем в военном городке полка посадили саженцы каштанов. Это был первый и последний юбилей полка, проведенный по инициативе заместителя командира полка по политической части гв. подполковника Перфельева Якова Семеновича с таким размахом.
В полку отмечали Новый год, День Советской Армии и Флота, 1 Мая и День Победы, день ВДВ и день артиллерии. День полка, как такового не отмечали, и об этом никто никогда не говорил. В День ВДВ запускали салют и были большие торжества, чем в остальные праздники. На Майские праздники личный состав полка участвовал в прохождении в центре города Чирчик.

Командование полка
Слева направо: Селеменев Н.Н., Кузнецов Ю.И., Яковлев С.С., Жигульский П.Г., Перфильев Я.С., Хромаков Е.И., Осокин Ю.К., Тажимбетов А.К., Романович А.А., Решетников С.Т.
Октябрь 1968г

В октябре 1968 года было проведено двухстороннее учение: с одной стороны – усиленный 351 гвардейский парашютно-десантный полк (командир полка подполковник Жигульский П.Г., начальник штаба полка подполковник Осокин Ю.К., зам. командира полка по политчасти подполковник Перфильев Я.С.), с другой – усиленный 111 гвардейский парашютно-десантный полк (командир полка подполковник Буданов Б.М.). За учением наблюдал заместитель Командующего Воздушно-десантными войсками по боевой подготовке генерал-лейтенант Чаплыгин П.В. На разборе этого учения он с лучшей стороны отметил действия личного состава 351 гвардейского парашютно-десантного полка и выставил ему хорошую оценку.

Подполковник Жигульский П.Г. уточняет боевую задачу на местности после десантирования

28 августа 1969 года с полком проведено тактическое учение с десантированием ночью и боевой стрельбой днем. Десантирование проводилось на площадку в 15 километрах севернее Ташкента, а этап боевой стрельбы – на Азадбашском полигоне. Руководил учением заместитель командира 105 гвардейской воздушно-десантной дивизии полковник Горшков Н.Н. На учении присутствовал начальник отдела боевой подготовки Управления Воздушно-десантных войск генерал-майор Кобзарь И.В. По итогам учения полку была выставлена хорошая оценка.

Полк, как и все части дивизии, расквартированные в Ташкентской области, постоянно участвовал в военных парадах в столице Узбекистана в г. Ташкент.

       

На параде 7 ноября 1969 года военнослужащие полка впервые были в новой форме одежды.
Подполковник Селеменев Н.Н. и майор Стокоз В.И., справа капитан Перепечин В. и капитан Гребенник М.

«Подготовка начиналась обычно 1 сентября, когда весь полк строился на плацу и из трех батальонов начиналось формирование двух парадных коробок по 200 человек в каждой. Для этого из санчасти приносили ростомер и шеренги подбирали строго по росту из сантиметра в сантиметр. После формирования коробок, начиналась ежедневная строевая подготовка, которая проводилась в течении 6-8 часов ежедневно. Сначала одиночная строевая подготовка, когда ходили по строевым площадкам, через недели две начинались тренировки по шеренгам, а затем в составе парадных коробок» - вспоминает В. И. Хритоненко.
Как пишет В.Б. Богачук: «Главным в полку по подготовке к военному параду в Ташкенте был военный дирижер полкового оркестра. В конце сентября мы тренировались с 8 до 14 часов на плацу четыре дня в неделю. Все хорошо было продумано, 420 человек только маршируют, полковой наряд ходит через день. Он не учил нас красиво ходить, он учил слышать большой барабан, ногу ставить вместе с ударом. Ребята в шеренге все с разных рот, но был стимул - прошли до конца плаца хорошо, и если он крикнул направо, уходим на траву до окончания часа. Потом по 2 по 4 потом все 10 человек, так добивался слаженности. 2-3 тренировки гарнизонные в танковом училище, потом три ночных в Ташкенте. Выезжали в 20.30, возвращались 24 -1 час ночи. Там было два полных прохода с техникой. После первого прохода возвращались на место своей коробки. Парад проходишь, а сам ничего не видишь»
В ночь накануне парада сапоги драились до зеркального блеска, к их подошвам и каблукам прикручивались две металлические пластины примерно 30 на 60 мм, причем прикручивались неплотно, а с небольшим люфтом для того, чтобы они сильнее брякали об асфальт.
«Когда ездили на тренировку, проезжали под дембельским мостом в Ташкенте. Всегда проезжая под ним на тренировку к параду каждая машина кричала троекратное УРА под ним. Говорили, что на нем дембеля, возвращающегося на родину убили. Мы на тренировки ездили по шеренге в машине, все с разных рот, но дембеля знали, и 20 раз ночной Ташкент слышал троекратное УРА, и я не слышал замечаний по этим случаям ни от старших машин, ни от командиров» - отмечает В.Б. Богачук.

Как вспоминает старшина К. Алехин: «Кричали не только во времена парадов, но и при любом проезде под ним, круглогодично. Командование запрещало это делать. Но скорее для видимости, так как никакого наказания никто ни когда не получал. А ездили под этим мостом частенько. Полк в порядке очередности нес караульную службу при окружной прокуратуре и гарнизонной гауптвахте. При назначении караула в Ташкент все в подразделении рвались туда. Вроде увольнения. Правда, кормили там не важно. Довольствие пехотное. Баланда».

Другая традиция была во время показа кинофильмов в клубе полка. В то время перед художественными фильмами часто показывали киножурнал «Советский воин». В его начале в заставке показывался 3-5 секундный эпизод выброски парашютистов из самолета. В этот момент зал сотрясался от свиста. Свистели все, выражая солидарность с теми, кто на экране покидал борт самолета. Не знаю, как в других частях ВДВ, но в 351 полку эту традицию соблюдали свято.

В Узбекистане почти все население занималось сбором хлопка. Не избежал этого и полк. «После парада 7 ноября 1969 года нас переодели и на машинах отвезли в Пахтакорский район. Весь полк жил там, в армейских палатках. В городке полка осталось около одной роты. Выдали типа платков для сбора хлопка. Платок завязывался два конца на шее и два конца на талии, и вот нагнувшись, собираешь. Но нам дали такие участки, где не смог собрать комбайн и где не очень раскрыты коробочки. И вот мы собирали вместе с коробочками. Не помню норму, но я с трудом собирал. Даже несколько раз был в лунной команде. Это после ужина все отдыхают, а ты собираешь свой план. Воды не было. Только для чая. Собирали почти до Нового года. Один раз помыли. Прибыла машина, или можно назвать походная баня вот и помылись» - вспоминает Р. Гильдеев. В разные годы на сбор хлопка ездили и 1 батальон и отдельные роты.

В 1969 году командиром полка стал выпускник академии им. Фрунзе гв. подполковник Исаков Евгений Алексеевич. В этом году в штат парашютно-десантных рот вводятся два расчета ПЗРК «Стрела-2».

Командир полка
гв. подполковник Исаков Евгений Алексеевич

Подполковник Исаков Е.А. продолжал работу предшествующих командиров полков по поддержанию боевой готовности полка и по повышению качества боевой подготовки. Много уделял внимания проведению занятий и тактических учений в горной местности. За короткое время на основные должности в полку были назначены командир полка, начальник штаба полка, заместитель командира полка, заместитель командира полка по политчасти и два командира батальонов, что привело к некоторому понижению качества боевой подготовки. Для оказания помощи командиру и штабу полка в организации занятий по боевой подготовке, в подготовке ных и батальонных тактических учений в полку постоянно работали командир дивизии, его заместители и офицеры штаба дивизии.
По состоянию здоровья в начале 1972 года подполковник Исаков Е.А. был переведен в Сухопутные войска. В 1979 году Исаков Е.А. проходил службу в оперативном управлении штаба ТуркВО.

Глава 13. Семидесятые годы

В семидесятые годы основное внимание в боевой подготовке уделялось дальнейшему совершенствованию боевой и мобилизационной готовности, освоению новой боевой техники поступающей в полк, подготовке подразделений к решительным и активным действиям в тылу противника, ведению разведывательно-специальных и боевых действий после десантирования, дальнейшему сокращению времени на подготовку техники к десантированию, изысканию возможностей сокращения сроков приведения подразделений и полка в полную боевую готовность.

9 сентября 1970 года прошли полковые  учения с десантированием и боевой стрельбой на Азадбашском полигоне. Прыгали с Ан-12, высота 1000 м.  «Мне хорошо запомнился один эпизод. Масштаб учения не помню, но присутствовал заместитель МО Соколов  и на нем был задействован 76 дивизион. Я тогда служил в штабе артиллерии дивизии. При разработке плана учения оперативный отдел планировал дивизионом контратаковать танки противника (его обозначало Ташкентское танковое училище). Я пытался убедить, что надо не контратаковать, а отражать танковую атаку огнем с места, используя складки местности, но меня начальство не послушало (мы десантники, нам все можно и так будет хорошо смотреться). Когда разыграли этот эпизод, генерал армии потребовал к себе самоходчиков. Командир дивизиона был занят управлением и к генералу прибежал я. Соколов был возмущен контратакой. Я пояснил ситуацию.   Он сказал, что надо знать устав и добиваться своего. Но что мог сделать капитан? Тогда я очень зауважал генерала армии Соколова - он, не в пример начальству дивизии,  понимал, как использовать САУ» - пишет В. Петренко. Присутствовавший на учениях заместитель командующего Воздушно-десантными войсками генерал-лейтенант Сухоруков Д.С. действиями личного состава полка остался доволен и выставил ему хорошую оценку.


С занятий


В следующем 1971 году также полковые  учения с десантированием и боевой стрельбой на Азадбашском полигоне. Этим  учением руководил командир дивизии  генерал-майор Добровольский А. М. За действия личного состава в ходе тактических учений полку была выставлена хорошая оценка.

В начале 1970 годов вместо Р-125 поступили Р-142, а Р- 843  заменили Р-141.  Р -142  в полку 5 единиц, Р-141 1 единица.   Для ротного звена с командирами батальонов вместо Р-126 поступили Р-148,  компактная и с хорошей дальностью, и у командиров батальонов тоже для связи с ротными. С 1972 г. вместо ПТУР «Малютка» (9К11) на вооружение поступали переносные противотанковые комплексы с ПТУР «Фагот» (9К111)
28 августа 1972 года прошли полковые тактические учения с десантированием с Ан-12 со стабилизацией 5 секунд,  высота 1000 м. В 1972 и 1975 годах полк подвергался инспекторской проверке МО СССР.

С конца 1972 года, после окончания военной академии им. Фрунзе, по 1974 год командиром полка был подполковник Кузьмин Константин Александрович. При нем полк начал завоевывать первые места. После Кузьмина К.А. солдат в полку стали звать «богатыри».

Много сил и стараний он приложил для полного выполнения планов боевой готовности, боевой и политической подготовки. В боевой подготовке особое внимание он уделял повышению методических навыков у офицеров по тактической, огневой и физической подготовке. Под его руководством были построены здания полкового медицинского пункта, теплица, баня с парилкой, гостиница для приезжих на 10 человек.
В 1974 году подполковника Кузьмина К.А. назначают на должность заместителя командира 76 гвардейской воздушно-десантной дивизии, а в 1975 году – на должность командира 108 гвардейской мотострелковой дивизии, город Термез.В 1979 году полковник Кузьмин К.А. со своей дивизией вошел в Афганистан.
В 1980 году был назначен заместителем Командующего 38 гвардейской армии по боевой подготовке, город Ивано-Франковск. С 1984 года по 1985 год занимал должность заместителя Командующего 40 армии по боевой подготовке, Афганистан. В 1985 году генерал-майор Кузьмин К.А. был назначен заместителем Командующего войсками Приволжского Военного округа по боевой подготовке, г. Куйбышев. С 1986 года по 1990 год занимает должность Заместителя Командующего Западной группы войск по боевой подготовке. Уволен в запас в 1991 году.
Награжден двумя орденами Красной Звезды, орденами «За службу Родине в Вооруженных Силах» 1, 2 и 3 степени и медалями.

На строевом смотре. Слева за проверяющим стоит командир полка гв. подполковник Кузьмин К.А.

«Осенью  1972 года  закончив  с отличием  учебный медсанбат 44 учебной вдд, я получил звание сержант и специальности санинструктора и спорторга  подразделения. По собственному желанию, был направлен в Ферганскую дивизию. В Фергане  попросился  служить в Чирчике, в чём  мне не было отказано.
По приезду в часть 12182, отдохнув пару  часов,  заступил в наряд пом. дежурного  по столовой  с ребятами  моей  уже роты. По окончанию суток состав наряда был  поощрён благодарностью командиром части. Вот на такой ноте я познакомился с командиром роты ст. лейтенантом Каленяк. Потом начались будни: стрельбы (горные, ночные, упражнения), тренировки не только  спортивные, а и по оружию  массового поражения - в чём к весне преуспели и на экзаменах показали результаты, ротой выполняли норматив  одного  человека,- за что конечно ротного перевели командиром 1 роты (внештатная разведывательная рота). Но эти полгода  были так  насыщены событиями, что про самоволки,  за время  службы  я ни когда  не слышал: -ежедневная 3х км. пробежка, а потом оставшееся до одного часа время  на спортгородке, завтрак, развод, стрельбище. Раз в неделю политзанятия. За это полугодие  в полку были проведены ротные и батальонные учения (можете представить горную местность), совершено 4 прыжка. Перед проведением  любых  учений проводятся  репетиции,  которые посложнее самих учений и между  делом марш-броски: первый на 20 км я сачканул - была  возможность.
А после командир полка  подполковник Кузьмин  популярно  объявил лето 1973 года спортивным. И на 30 километровый марш-бросок на Чимган я  пошел. Проводился он с утра: по команде офицеров загрузили балластом ранцы до веса полной  выкладки десантника и вперёд... Очень угнетало офицерское одергивание - подтянись, не растягивайтесь и т.д. Обед был на маршруте – сухие пайки, вроде бы  колбаса поджаренная. По времени уже не помню, сколько  затратили. Но из сапог многие кровь выливали по приходу в полк. Полк, однозначно, был небоеспособен с неделю, но об этом ни кто не узнал.
Третий марш-бросок, со слов  Кузьмина, был 50 вёрст -так он выражался, но на машинах, которые  сопровождали, было до  88 км (конечно  машины не везде ехали за нами  приходилось объезжать). Вышли после ужина и вернулись  в полк во второй половине следующего дня. Встречали нас как героев, правда, офицерские жёны. Кормление было горячее - кухня  сопровождала. Потому что шли ночью, ни какой  нервотрёпки не было. Моральное и физическое состояние было отличное»-  вспоминает Н. Чередниченко.

По воспоминаниям сержанта А. Устинова: «Летом 1973 года в полк приезжал командующий ВДВ Маргелов. Я и мой подчиненный Малков Владимир устраняли неисправность телефонной связи около казармы 2-го батальона. Командующий подошел к нам с командиром полка подполковником Кузьминым и сопровождающими его лицами, в том числе  командиром роты связи капитаном Ереминым. Я, как командир 3-го отделения роты связи, доложил, чем мы занимаемся. Помню, что Маргелов оставался на ночь в гостинице, и я проводил ему прямую телефонную связь с Москвой».

Долгие годы, военнослужащие полка служили под гвардейским Красным Знаменем 7 гвардейской воздушно-десантной бригады. В 1973 году  полку заменили бригадное знамя на гвардейское Красное Знамя 351 гвардейского парашютно-десантного полка (с 1975 года Боевое Знамя).

Гвардейское Красное Знамя полка (с 1975 года Боевое Знамя)

В 1973 году было сдано на хранение в Центральный музей Вооруженных Сил СССР находившееся в полку гвардейское Красное Знамя 7 гвардейской воздушно-десантной бригады. «Старое знамя было очень ветхим и посечено осколками. Это я помню, так как постоянно находился в штабе полка на узле связи. Примерно месяц в полку не было Знамени, и на пост № 1 никто не заступал. В середине 1973 года нашему полку было вручено новое знамя»- вспоминает сержант А. Устинов.

В 1973 году во время инспекторской поверки Генерального штаба зенитный взвод полка был поднят по тревоге и переброшен на полигон Мары на самолетах АН-12 посадочным способом. Стрельбы были выполнены на «отлично». Взвод получил благодарность от Министра Обороны СССР. Благодарность объявлял главный инспектор ПВО сухопутных войск,  о чем писалось  в окружной газете «Фрунзевец».  С 1972 по 1977 год командиром отдельного зенитного взвода полка был старший лейтенант Клочков Николай Георгиевич. Все эти годы под его командованием зенитный  взвод держал первенство в дивизии.

8 февраля 1974 года 351 полк десантируется из Ан-12, высота 1000 м. со стабилизацией 5 секунд в один из районов Средней Азии и участвует в командно-штабных учениях 105 гв. вдд. «Полк участвовал в составе дивизии. Десантировались в 10-15 км от железнодорожной  станции Узун-Агач, что в 100 км от Алма-Аты. Учения длились 3 суток, но всего-то я запомнил одну атаку после приземления, а остальное время устанавливали палатки и находились в них. Самое интересное, что мы видели: это был февраль месяц - выпрыгнули над облаками, и не удивило, а когда чувствую что по времени уже быть земле, мгновение и только успел сгруппироваться - земля,- оказалось туман. Ротный повредил ногу, и я его таскал на себе. Четверо старших офицеров поломали ноги, - кто не помню,- вдп себя не утруждали. Ну и потом объявили, что боевая задача выполнена, противник повержен, но я кроме своей роты собранной сигналом горна ротным ни кого не  видел. Далее пеший поход до станции, погрузка техники спецами» - пишет Н. Чередниченко.

На КП полка после десантирования на высоте 617,3.
Начальник штаба полка Кузнецов Ю.И., начальник артиллерии Мудрак М.И., начальник связи Вагизов В.В., начальник химической службы Виткалов И.А.



В 1974 году в полк прибыло 20 лейтенантов - выпускников военных училищ. Карохин Алексей, Рязанское командное, 7 рота, командир взвода; Головин Евгений, Новосибирское политическое, заместителем командира 7 роты по политчасти; Зудин Александр, Рязанское командное, рота десантного обеспечения, командир взвода; Прохоров Сергей, заместитель командира РДО по технической части; Макаров Александр, Рязанское командное, командир взвода во второй батальон; Бондарев Геннадий Михайлович, Киевское командное, 1 рота, командир взвода; Бондарь Марк Иванович, Киевское командное, 9 рота, командир взвода; Боднер Александр, Рязанское командное, 7 рота, командир взвода; Сазанский Анатолий Антонович, Рязанское командное, второй батальон, командир взвода; Быков Александр Васильевич, Рязанское командное, 9 рота, командир взвода; Куликов Евгений, Ленинградская медицинская академия, начальник медпункта полка; Безсуднов Юрий, Орджоникидзевское командное, 1 рота, командир взвода; Лузганов Oлег, Новосибирское политическое, 1 рота заместитель командира роты по политической части; Товкач Анатолий, командир взвода во второй батальон; Хмель Алексей, Киевское командное, командир взвода во второй батальон; Вечеринский Олег, командир взвода во второй батальон; Слуцкий Слава, командир взвода, артиллерия полка; Филоненко Виктор, командир взвода инженерно-саперной роты; Козлов Сергей Павлович, Рязанское командное, 2 рота, командир взвода; Иванов Михаил Иванович, Орджоникидзевское командное училище, 9 рота, командир взвода.

Как и в любой части, в полку постоянно проходили изменения в расстановке военнослужащих по подразделениям. К примеру, можно привести офицерский состав 9 парашютно-десантной роты. В августе 1974 года в 9 парашютно-десантной роте служили: командир роты гв. старший лейтенант Гугля Юрий Павлович. Он умер летом 1976 года; заместитель командира роты гв. старший лейтенант Здеков Владимир Михайлович. Он пришел в роту в 1974 году  и заменил старшего лейтенанта Рябинкина Юрия Павловича, который уходил помощником начальника штаба полка по службе войск. Здеков В.М. впоследствии был назначен командиром взвода и в 1979 году переведен в 57 одшбр Актагай, там службу и закончил. Заместитель командира роты по политической части лейтенант Казимиров Валерий Иванович, в 1977 году был назначен командиром взвода, через год ушел в военкомат, куда-то на Ставрополье; командиром 1 взвода был назначен лейтенант Иванов Михаил Иванович, был в 9 роте до лета 1977 года, потом перевели в 1 батальон. В 9 роте он менял на должности старшего лейтенанта Строцкого. Тот уходил во второй батальон заместителем командира роты.  Командиром 2 взвода был назначен лейтенант Бондарь Марк Иванович. В 1976 году перевелся во 2 батальон, а в 1977 был переведен в мотострелковые части. Менял на должности старшего лейтенанта Капсулина Виктора Ивановича, который уходил командиром 2 роты. Закачивал службу Бондарь командиром обато на Дальнем Востоке, в 2003 году.  Командиром 3 взвода был Афанасьев Евгений, умер от сердечного приступа весною 1976 году. Командиром взвода десантного обеспечения 3 пдб был назначен лейтенант Быков Александр Васильвич. В последствии он уехал с батальоном в Венгрию, заканчивал службу заместителем командира батальона по ВДП в 11 одшбр (Могоча) в 1992 году.

На занятиях.
Командир 1 взвода 6 парашютно-десантной роты лейтенант Хмель Алексей Иванович
Погиб в Афганистане в ночном бою 9.08. 1980 г.

26 сентября 1974 года прошло полковое тактическое учение  с десантированием.

С декабря 1974 по октябрь 1976 года командиром полка был гв. подполковник Стокоз Владимир Иванович.

После окончания академии им. М.В.Фрунзе в 1973 году был назначен заместителем командира 351 гвардейского парашютно-десантного полка, а в 1974 году стал командиром этого полка. Много полезного в руководстве боевой готовностью полка, боевой и политической подготовкой перенял у своего предшественника. Командно-штабные учения и тактические учения с ротами и батальонами проводил всегда с полной отработкой всех запланированных учебных вопросов. Поддерживал тесную связь с ветеранами 351 гвардейского парашютно-десантного полка.   В 1976 году подполковник Стокоз В.И. был назначен начальником штаба 105 гвардейской воздушно-десантной дивизии.В 1979 году в связи с расформированием дивизии полковник Стокоз В.И. назначается Военным Комиссаром одной из областей Украины.

«Под вечер 18 ноября 1974 года воинский эшелон прибыл в Ташкент. Нас 60 человек из Перми посадили в грузовые машины и через час мы приехали в полк.  После бани и ужина нас разместили в двухэтажной казарме 3 батальона. Мы вышли покурить, все было необычным. За казармой виднелись парашютная вышка и спортивный городок, а на горизонте большие горы, которые были очень красивы на фоне заходящего солнца.
Утром во время 45 минутной зарядки всем стало ясно, что служба будет не из легких, хотя наш командир отделения сержант Еремицев и не давал нам полной нагрузки. Так начался курс молодого бойца, который длился 40 суток.
Через неделю меня одного отравили в Ленинград, в школу младших артиллерийских специалистов. В конце апреля 1975 года, сдав экзамены по материальной части наземной артиллерии и войсковому ремонту и получив удостоверение специалиста 3 класса, я отправился обратно в Чирчик.
Я вернулся в полк накануне Первого мая 1975 года. Был определен в ремонтную роту, в артиллерийскую мастерскую артмастером. Ремонтная рота была небольшим подразделением и состояла из взвода по ремонту автомобильной техники и артмастерской. Всех вместе в роте было порядка 35 человек. Командиром роты был старший лейтенант Чекменев В. Рота находилась в казарме построенной из самана (глина с соломой) и после ленинградской артиллерийской учебки казарма нашей роты выглядела довольно скромно.

1974 год. 6 парашютно-десантная рота.

Командир роты старший лейтенант Калёнов О.Н., командиры 1 взвода лейтенант Хмель Алексей Иванович, 2 взвода лейтенант Иванов Николай Михайлович, 3 взвода Дынник Г. Должность старшины роты замещал сержант срочной службы Гречишкин.

В этой казарме располагались еще два подразделения – автомобильная рота (мы жили вместе, в одном спальном помещении), а с левой стороны казармы располагался полковой оркестр, но к ним был отдельный вход. Командиром авторемонтного взвода был прапорщик Мурин Леонид Васильевич. По возрасту годился нам в отцы, был человеком веселым, любил шутки. Его крылатые  фразы типа «Расселся тут как директор пивзавода» были у нас в ходу. Когда Леонид Васильевич был в хорошем настроении, любил рассказывать разные забавные истории, которые были в его жизни.
Вот одна из них. Посыльным к прапорщику Мурину был солдат Алик Агасиев. Рано утром (еще было темно) в полку была объявлена учебная тревога. А. Агасиев быстро оделся и побежал к Мурину, который жил в своем частном доме в Аранче. В Узбекистане не как у нас, улица – идешь и везде глухие заборы дувалы, из-за которых видны крыши домов. В дувале дверь, как правило, с небольшим окошком, чтобы хозяева видели, кто к ним пришел. Разыскав нужный дом Алик начал барабанить в дверь дувала. Во двор вышел Леонид Васильевич и пошел узнавать, в чем дело. Рядом с ним бежала овчарка Рекс. Собака побежала вперед, подбежала к калитке. Встав на задние лапы, передними уперлась в калитку, высунула морду в окошко. Алик впотьмах не разглядел и начал докладывать Рексу: «Здравия желаю товарищ прапорщик! Тревога» В ответ собака громко тявкнула, а Леонид Васильевич покатился со смеху. Когда про эту историю узнали в роте, все смеялись от души. Таким я запомнил прапорщика Мурина Л.В., к сожалению его уже нет с нами.
В августе 1975 года начальника артмастерской старшего лейтенанта Рябова сменил лейтенант Долбилов А. Техником ПТУРС был прапорщик Коревко Антон Степанович, который долго служил в мастерской и полку и был опытнейшим специалистом и мастером на все руки. Хорошо знал устройство и правила ремонта, как стрелкового оружия, так  и артвооружения. Старшиной роты был прапорщик Митин.
Из оркестра больше всех запомнился старшина оркестра прапорщик Иващенко. Он был скуп на похвалы, но уж если был доволен солдатом, то говорил уважительно «Старый, старый гвардеец», это было для нас высшей похвалой. Командиром транспортно-хозяйственной роты был капитан Тупицын, старшиной роты прапорщик Сухопский И. , командиром хозяйственного взвода прапорщик Матвеев.
Поскольку я был артиллерийским мастером, хотел бы сказать несколько слов о материальной части артиллерии полка. Станковый противотанковый гранатомет СПГ-9Д вместе с колесным ходом весил около 48 кг. Конструкторы, разрабатывая его десантный вариант, стремились максимально уменьшить его вес, что не всегда оправдывало себя. Не выдерживала зачастую нагрузок рама орудия – давала трещины. Так что ремонт этой системы доставлял немало хлопот. Ненадежен был и колесной ход, часто на марше колеса отваливались и бедному расчету приходилось тащить гранатомет на своих плечах вдвоем. К нему надо прибавить РД-54 за плечами. Так, что при более чем сорокоградусной жаре, тащить орудие было делом малоприятным, и расчет СПГ-9Д поминал тихим недобрым словом конструкторов орудия и особенно колесного хода.
При выстреле СПГ-9Д бабахало так, что потом долго звенело в ушах. По долгу службы мне как артмастеру приходилось присутствовать при проведении всех артиллерийских стрельб, как днем, так и ночью. Особенно было интересно наблюдать, как ведет беглый огонь батарея полковых минометов ПМ-120, как разрывы мин возникают живой цепочкой, один за другим, сметая все живое на своем пути. АСУ-57 стреляли с коротких остановок и их снаряды также ложились красиво прямо в цель».

На праздник  30 летия  Победы 9 мая 1975 года, в полк во второй раз приехали Федотов П.Н, Стомахин А.Э. и другие ветераны части. Венское знамя поднимали в части на аэростате, но шар высоко не поднимался, так как был ветер и прижимал аэростат к земле.

В первом ряду: справа командир полка Стокоз В.И., в центре первый командир полка Федотов П.Н., слева Стомахин А.С.


Вынос копии Венского знамени Победы на торжественном построении полка 9 мая 1975 года


В 1975 году на вооружение подразделений противовоздушной обороны ВДВ были приняты переносные зенитные ракетные комплексы (ПЗРК) «Стрела-2».
В 1975 году личный состав полка принимал участие в военном параде в Душанбе в честь 50- летия образования Таджикской ССР. В Душанбе была одна коробка, в 200 человек и полковой оркестр. Туда летели на самолетах АН-12.

«В мае 1975 года в полку были организованы проведение трех прыжков, в том числе третий из АН-12. В то время в полку мы использовали для прыжков парашют Д-1-8 (или как мы его называли «ДУБ»). По сравнению с современными парашютами он был довольно массивен и укладывался несколько сложнее, чем Д-5. Укладка парашютов проходила либо на полковом плацу, либо на небольшом грунтовом стадионе, который находился в районе солдатской столовой. Первые 2 прыжка были выполнены с АН-2, который прилично болтало в воздухе, но все прошло хорошо.
И вот наступил день прыжка из АН-12. Я до этого никогда не видел этот самолет, и меня поразили его (как тогда мне казалось) размеры. Пока летели до места выброски, я с интересом рассматривал грузовую кабину. Но вот звучит команда приготовиться, все встают и складывают приставные сиденья. В это время распахиваются створки грузового люка, и в грузовую кабину врывается упругая струя воздуха, на ногах держишься с трудом, как бы не упасть. Да и душа в пятки уходит от рева двигателей, упругого воздуха и вида бездны, которая находится за люком. Зажигается над люком зеленый плафон – «Пошел». Поток десантников начинает бежать к люку, бегу вместе со всеми и я. Не добегая до края люка 2-3 шагов, так же как и все подпрыгиваю и лицом ложусь на воздушный поток. Бешеная струя воздуха подхватывает меня и выталкивает из самолета. В какие-то доли секунды вижу удаляющийся самолет, из которого сыплются парашютисты, слышу, как за спиной трещит страховочный прибор ППКУ, отсчитывая секунды задержки. И вот резкое торможение, хлопок и купол у тебя над головой. Далеко в воздухе растянулись купола твоих товарищей. В такие минуты хочется смеяться и петь, так как понимаешь, что ты переборол свой страх, что ты можешь управлять собой, что ты такой же полноправный десантник, как и все в полку. После этих прыжков были и другие, уже прыгали с оружием, и бывало в сложных условиях. Помню, на учениях полка в 1976 году прыгали в дождь. Водяные струи барабанили по куполу, как по зонтику и стекали вниз. Но все обошлось, правда, парашюты пришлось, потом долго сушить. В начале 1976 года полк получил современные парашюты типа Д-5».
В 1975 году на вооружение подразделений противовоздушной обороны ВДВ были приняты переносные зенитные ракетные комплексы (ПЗРК) «Стрела-2».
В 1975 году личный состав полка принимал участие в военном параде в Душанбе в честь 50- летия образования Таджикской ССР. В Душанбе была одна коробка, в 200 человек и полковой оркестр. Туда летели на самолетах АН-12.

«В мае 1975 года в полку были организованы проведение трех прыжков, в том числе третий из АН-12. В то время в полку мы использовали для прыжков парашют Д-1-8 (или как мы его называли «ДУБ»). По сравнению с современными парашютами он был довольно массивен и укладывался несколько сложнее, чем Д-5. Укладка парашютов проходила либо на полковом плацу, либо на небольшом грунтовом стадионе, который находился в районе солдатской столовой. Первые 2 прыжка были выполнены с АН-2, который прилично болтало в воздухе, но все прошло хорошо.
И вот наступил день прыжка из АН-12. Я до этого никогда не видел этот самолет, и меня поразили его (как тогда мне казалось) размеры. Пока летели до места выброски, я с интересом рассматривал грузовую кабину. Но вот звучит команда приготовиться, все встают и складывают приставные сиденья. В это время распахиваются створки грузового люка, и в грузовую кабину врывается упругая струя воздуха, на ногах держишься с трудом, как бы не упасть. Да и душа в пятки уходит от рева двигателей, упругого воздуха и вида бездны, которая находится за люком. Зажигается над люком зеленый плафон – «Пошел». Поток десантников начинает бежать к люку, бегу вместе со всеми и я. Не добегая до края люка 2-3 шагов, так же как и все подпрыгиваю и лицом ложусь на воздушный поток. Бешеная струя воздуха подхватывает меня и выталкивает из самолета. В какие-то доли секунды вижу удаляющийся самолет, из которого сыплются парашютисты, слышу, как за спиной трещит страховочный прибор ППКУ, отсчитывая секунды задержки. И вот резкое торможение, хлопок и купол у тебя над головой. Далеко в воздухе растянулись купола твоих товарищей. В такие минуты хочется смеяться и петь, так как понимаешь, что ты переборол свой страх, что ты можешь управлять собой, что ты такой же полноправный десантник, как и все в полку. После этих прыжков были и другие, уже прыгали с оружием, и бывало в сложных условиях. Помню, на учениях полка в 1976 году прыгали в дождь. Водяные струи барабанили по куполу, как по зонтику и стекали вниз. Но все обошлось, правда, парашюты пришлось, потом долго сушить. В начале 1976 года полк получил современные парашюты типа Д-5».
В 1975 году на вооружение подразделений противовоздушной обороны ВДВ были приняты переносные зенитные ракетные комплексы (ПЗРК) «Стрела-2».
В 1975 году личный состав полка принимал участие в военном параде в Душанбе в честь 50- летия образования Таджикской ССР. В Душанбе была одна коробка, в 200 человек и полковой оркестр. Туда летели на самолетах АН-12.

«В мае 1975 года в полку были организованы проведение трех прыжков, в том числе третий из АН-12. В то время в полку мы использовали для прыжков парашют Д-1-8 (или как мы его называли «ДУБ»). По сравнению с современными парашютами он был довольно массивен и укладывался несколько сложнее, чем Д-5. Укладка парашютов проходила либо на полковом плацу, либо на небольшом грунтовом стадионе, который находился в районе солдатской столовой. Первые 2 прыжка были выполнены с АН-2, который прилично болтало в воздухе, но все прошло хорошо.
И вот наступил день прыжка из АН-12. Я до этого никогда не видел этот самолет, и меня поразили его (как тогда мне казалось) размеры. Пока летели до места выброски, я с интересом рассматривал грузовую кабину. Но вот звучит команда приготовиться, все встают и складывают приставные сиденья. В это время распахиваются створки грузового люка, и в грузовую кабину врывается упругая струя воздуха, на ногах держишься с трудом, как бы не упасть. Да и душа в пятки уходит от рева двигателей, упругого воздуха и вида бездны, которая находится за люком. Зажигается над люком зеленый плафон – «Пошел». Поток десантников начинает бежать к люку, бегу вместе со всеми и я. Не добегая до края люка 2-3 шагов, так же как и все подпрыгиваю и лицом ложусь на воздушный поток. Бешеная струя воздуха подхватывает меня и выталкивает из самолета. В какие-то доли секунды вижу удаляющийся самолет, из которого сыплются парашютисты, слышу, как за спиной трещит страховочный прибор ППКУ, отсчитывая секунды задержки. И вот резкое торможение, хлопок и купол у тебя над головой. Далеко в воздухе растянулись купола твоих товарищей. В такие минуты хочется смеяться и петь, так как понимаешь, что ты переборол свой страх, что ты можешь управлять собой, что ты такой же полноправный десантник, как и все в полку. После этих прыжков были и другие, уже прыгали с оружием, и бывало в сложных условиях. Помню, на учениях полка в 1976 году прыгали в дождь. Водяные струи барабанили по куполу, как по зонтику и стекали вниз. Но все обошлось, правда, парашюты пришлось, потом долго сушить. В начале 1976 года полк получил современные парашюты типа Д-5».
 

1975 год. Учения в районе высоты Каменная.
Слева гв. полковник Жигульский П.Г., начальник артиллерии гв. подполковник Мудрак М.И., радист начальника артиллерии, начальник связи гв. майор Вагизов В.В., радист, гв. майор Бекренёв. Внизу радист, в очках начальник штаба полка гв. подполковник Кузнецов Ю.И., командир подполковник полка гв. подполковник Стокоз В.И.

Высота Каменная находится в районе Багиш, южнее площадки приземления Багиш, в том же районе, что и высота 617,3. С этих высот просматривается и площадка приземления и весь полигон Багиш на глубину до 10-15 км. Здесь проводились стрельбы артиллеристов и танкистов, учения рот, батальонов и полка с боевой стрельбой.


В январе 1976 года, - пишет Алексей Бугаев - молодое пополнение  351 ПДП призыва осень 1975 г. отправили из-за плохой погоды на прыжки в Фергану. Разместили нас в учебном центре дивизии. Должны были совершить три прыжка с АН-2 и один с АН-12 на Д 5. Парашюты были новые, на них в полку мы прыгали первыми. На втором или третьем прыжке сначала шло у нас как всегда. С утра нас с парашютами, разбили на самолеты и посадили на землю ожидать очереди. Отойти можно было только по нужде. Где-то к середине прыжков на аэродроме началась какая-то суета. Руководители прыжков, забегали, но нам ничего не говорили. Потом все успокоилось, и продолжались прыжки. Подошла очередь прыгать нашего взвода. Первый самолет взлетел, мы остались ждать следующего. Когда следующий самолет приземлился, то зарулил на стоянку и заглушил двигатель. То же самое делали другие самолеты, возвращающиеся на аэродром. Последним приземлился самолет с парашютистами. Когда они подошли к нам, то сказали, что ничего не поняли. Они  приготовились к прыжку, была открыта дверь, убраны скамейки и тут вышел летчик из кабины и что-то сказал выпускающему и тот закрыл дверь, и они вернулись на аэродром. Прыжки отменили и нас вернули в расположение. Там уже были те, кто успел совершить прыжок. Они нам поведали, что сначала не раскрылся парашют у какого-то прапорщика, немного погодя и у солдата-срочника, оба благополучно приземлились на запасках. На следующий день ВДСники объяснили, что причина нераскрытия в кольцах, вернее в тросике колец. На конце тросика, где петля для ДКЗ была штампована бобышка в виде призмы, она и заклинила между двумя пластинами ДКЗ. Нам привезли кольца с других парашютов, причем с двумя тросиками, которые со шпильками. Мы заменили кольца, не разбирая парашютов, и продолжили прыжки. Сейчас уже не помню, это солдат-срочник (к сожалению, не помню фамилию) в Фергане он еще прыгал или нет. А после Ферганы он уехал в отпуск. Потом мы служили в одном батальоне. Он во взводе связи, а я в роте. И об этом случае даже не вспоминали.

«Примерно в середине лета 1976 года в полку побывал В.Ф. Маргелов. Он побыл в полку всего один день. Видимо был у нас просто проездом. Но об этом визите командование знало заранее и поэтому в полку все чистилось и красилось, все горело и блестело. В день приезда Василия Филипповича было построение полка, и все мы во все глаза смотрели на нашего легендарного командующего. После доклада командира полка, он поздоровался с нами хриплым басом: «Товарищи десантники здравствуйте!». «Здравия желаем, товарищ командующий!» - рявкнули в ответ более тысячи глоток. Когда проходили торжественным маршем, мимо трибуны, на которой он стоял, мы во все глаза глядели на него как на первого человека после бога. Затем командующий побывал в отдельных подразделениях полка, но до нашей артмастерской конечно не добрался. Хотя все горело и блестело... Вечером того же дня он покинул наш полк.
В августе 1976 году началось перевооружение полка на новое стрелковое оружие калибра 5,45 мм – автоматы АКС -74, пулеметы РПКС-74 и ручной гранатомет РПГ-16Д. А наш проверенный жизнью и затертый до блеска АКМС, РПКС и гранатомет РПГ-7Д сдали в арсенал округа.
Новое оружие привлекало к себе новизной и некоторыми конструктивными особенностями, хотелось быстрее испытать его в деле, что и было сделано на полковом учении, и оно показало хорошие результаты. С этим новым стрелковым оружием мы вышли впервые на парад 7 Ноября 1976 года. В то время только у нас – десантников было новое стрелковое оружие, чем мы очень гордились».

Гвардии младший сержант А. Фризоргер у развернутого Боевого Знамени полка


К приезду  в 1976 г. командующего ВДВ готовились тщательно, - пишет Алексей Бугаев - И вот день приезда. Нас построили почти с утра, все проверили, отрепетировали, потом, правда, распустили, но с плаца никто не уходил. Командующего сопровождали с рацией, нам сообщали, где он движется, и вот он проехал железнодорожный переезд, команда становись, начались доклад, приветствие и т.д. Потом начался обход войск. Добрался и до нашей роты. Старшиной роты у нас был  прапорщик Манченко, он в 1976 г. вышел на пенсию. И вот командующий подошел к нашей роте. Я не помню, что там было в начале, хотя служил в первом взводе, но очевидно команда смирно и т.д. но потом он отправился в конец роты, где стоял старшина и там пропал. Не было довольно долго, мы уже начали крутить головами, но вот он появился около 4 роты и все пошло своим чередом. Потом были показательные  выступления на перекладине, говорили, что он это любит. После построения мы все кинулись в 4 взвод узнать, что там было. Они нам рассказали, что он подошел к нашему старшине, поздоровались, отошли немного в сторонку и минут пять примерно вели беседу. Мы к прапорщику Манченко, что да и как, и он рассказал, что во время Великой Отечественной войны или сразу после войны он служил вместе с Маргеловым. Вот так мне довелось послужить с сослуживцем Маргелова.

«В полку было небольшое помещение, в которое раз в неделю приходил гражданский фотограф, и за умеренную плату фотографировал нас. Это был человек средних лет, небольшого  роста, с длинными черными волосами и обожженными лицом и руками. Поэтому всегда ходил в темных очках и был несколько страшен на вид. Никто не знал, как его зовут, и прозвище у него было Фантомас. Фантомас знал свое дело, никогда не выписывал квитанций о своих услугах, мог фотографировать в долг, и когда заказчик приходил за фотографиями, всегда безошибочно находил заказ и помнил, кто и сколько ему должен. Наверное, в полку не было солдата или сержанта, не сфотографировавшегося у него в каморке.

Недалеко от 1 КПП полка за железной дорогой находился небольшой домик командира 105 дивизии. Он размещался в нем, когда приезжал в полк. Остальное время домик пустовал, но находился постоянно под присмотром. Была естественно в этом домике и небольшая банька, которая только строилась и была почти готова, надо было только установить газовый котел, который бы нагревал воду и парилку.
Установку котла поручили прапорщику Коревко А.С.  Взяв себе в помощники А. Пономарева и меня, мы направились в домик. С котлом пришлось изрядно помучиться, пока мы его затащили в небольшую котельную, установили и подсоединили к водо и газоснабжающим магистралям. Когда было все готово, затопили котел, чтобы проверить, как все работает. Котел, довольно скоро нагрел воду, а затем и парилку. Где температура уже была под 100 градусов Цельсия. Убедившись, что все работает нормально, Антон Степанович отправился домой, так как было уже около 20 часов, а нам разрешил помыться, в знак благодарности за проделанную работу. Но как же париться без веника, а его не было. Правда, во дворе росли узбекские тополя, листья которых были чуть не с нашу ладонь. Мы нарезали тонких веток и сделали пушистый веник. Парились с другом долго, от души, тем более, что не были в настоящей бане полтора года.  Так мы первыми опробовали генеральскую баню».

Учения. Весна 1975 год


В 1976 году полк участвовал в 18 Всеармейском смотре спортивно-массовой работы. Этому мероприятию придавали большое значение. Готовились основательно в течение двух месяцев. Забросили всю боевую подготовку, кроме нарядов и политподготовки. Занимались только физподготовкой. Разрешали даже посещать бассейн, чего не было не до, не после. Так в 1977 году ни разу не удалось поплавать в бассейне, - вспоминает А. Бугаев.  По условиям конкурса в сдаче должны были принимать участие только три подразделения полка на усмотрение комиссии. Причём, это стало известно в день сдачи. Поэтому готовился весь полк. В сдаче нормативов приняли участие 2, 4 и 7 парашютно-десантные роты. Заняли второе место в Вооруженных Силах. Первое место занял какой-то полк, расквартированный в Германии. После смотра спортивно-массовой работы командир полка Стокоз В.И. был назначен начальником штаба 105 гв. воздушно-десантной дивизии, многие офицеры были поощрены повышением по службе.

16 апреля 1976 года  проходит полковое тактическое учение с десантированием и с боевой стрельбой.
7 августа 1976 года  проводятся командно-штабные учения полка и батальонов с десантированием.

В октябре 1976 года,  командиром полка был назначен заместитель командира полка гв. подполковник Плохих Александр Петрович, командовавший полком до его расформирования. Много сил и стараний подполковник Плохих А.П. уделял проведению тактико-строевых занятий и тактических учений в горной местности. Боевая готовность и боевая подготовка полка поддерживалась им на высоком уровне.

Плохих Александр Петрович

Плохих Александр Петрович родился 4 июня 1941 года. В 1958 году поступил в Рязанское Краснознамённое высшее общевойсковое командное училище. 28 июля 1962 года, после окончания училища, был откомандирован в распоряжение Командующего Воздушно-десантными восками МО  СССР, где и проходил воинскую службу до увольнения в запас. Прошёл все ступени воинской службы от командира разведывательной группы отдельной разведывательной роты до командира отдельной гвардейской десантно-штурмовой бригады, возглавлял кафедру тактики Ташкентского высшего военного общевойскового командного училища им. В.И. Ленина. За время военной службы окончил курсы переподготовки офицерского состава ВДВ при РВВДКУ и военную академию им. М.В. Фрунзе. За отличное освоение авиационной техники в 1967 году был награждён орденом "Красная звезда". В период с 1979 года по 1981 год командовал 56 гвардейской десантно-штурмовой бригадой, которая принимала участие в боевых действиях в Афганистане. Скоропостижно скончался 26.03.2008 г. на 67 году жизни.


В 1977 году полк совершил прыжки   из Ан-12  16 марта, 10 апреля, 20 августа и 4 октября. В этом году участвовал на учении по прикрытию государственной границы, десантирование проводилась в пустыне.    Учение готовилось в короткие сроки. Полк своевременно выполнил поставленную задачу и был награжден вымпелом МО СССР «За мужество и воинскую доблесть».10 «Вымпел доставили в часть с секретной почтой после обеда в день предыдущий вручению. Было одно полотнище без ничего, поэтому в авральном порядке начальник штаба  полка майор Карпушкин М.А. организовал изготовление всего необходимого. Как я влип в это мероприятие уже не помню. Но я дома строгал древко и красил его марганцовкой, а металлические стержни и навершие древка делал начальник артиллерийской мастерской прапорщик Коревко А.С.  Сборку всего этого производили прямо в фойе штаба полка под руководством Карпушкина М.А.. Закончили где-то в 2-3 часа ночи. Утром было торжественное построение и вручение Вымпела МО. Кто вручал не помню, вроде бы кто-то из заместителей командующего ВДВ. После этого вымпел хранился на посту номер 1 рядом со знаменем полка в отдельной сошке, которую, кстати, делал тот же прапорщик Коревко А.С. со своими подчинёнными» - вспоминает А. Белов.

Штатная численность полка составляла 1697 военнослужащих. На вооружении состояло 10 АСУ-57,  6  120 мм минометов ПМ 120, 3 ЗУ-23, 21 установока ПТУР 9К111 «Фагот», 54 СПГ-9Д, 115 РПГ-16Д, 82 РПКС, 1582 АКМС, 468 пистолетов ПМ. Парашютно-десантные батальоны насчитывали по 359 человек. Десантируемая часть полка составляла 1603 человека, в том числе 1074 человека в трех батальонах по 358 человек и 529 человек прочих подразделений.

В этом году в полку происходят важные перемены. Поступают на вооружение БМД-1 и происходят следующие организационно-штатные изменения. В штат полка включена разведывательная рота,  формируется комендантский взвод (Командир взвода прапорщик Семенов Василий Евгеньевич), зенитный взвод разворачивается в зенитную батарею, транспортно-хозяйственная рота преобразовывается в автомобильную роту численностью в 57 человек. Грузоподъемность автомобильной роты возросла с 100 до 190 тонн, в том числе с 20 до 27 тонн во взводе десантируемых автомобилей.
«Разведывательную роту начали формировать в мае 1977 года.  Тогда всех с учебки  построили после 3 дневного отдыха в спортивном зале  полка. Распределили  по ротам.  Утром на зарядке пробежка по каналу в сторону Азадбаша.  Их было не больше 10. Они бежали, держа кирпичи в руках,  по одному  в каждой. Их полностью переодели во все новое,  это были  все ребята с учебки, ни одного местного с полка. Из первого  набора человека 4 осталось  остальных отсеяли сразу. Так  как 1 рота считалась  внештатной разведывательной, через некоторое  время человек 10 с нашей роты разных призывов забрали в разведывательную роту, помню, что  первым назвали сержанта Мудрого, он и увел команду. Они на построении полка стояли между управлением полка и нами, переговаривались всегда на таких построениях,  там же узнавали новости друг о  друге» - вспоминает В.Б. Богачук.
«Разведывательная рота располагалось в двухэтажной казарме рядом с плацем. Правда там был устроен ремонт, и мы проживали во время ремонта на территории спортгородка, сразу за казармой. Потом я был переведен в 3 роту.  В свое время 3 рота считалась лучшей по строевой и стрелковой подготовке в дивизии. Участвовали в парадных расчетах в Ташкенте». Командиром разведывательной роты был назначен  1978 году гв. ст. лейтенант И. Мальцев. Заместителем командира роты гв. ст. лейтенант  А. Бреус, командирами взводов гв. ст. лейтенанты В. Соков, А. Строцкий, В. Куцых, старшиной роты гв. прапорщик Суворов.  В мае 1979 года Мальцев и Ушаков "поменялись" ротами.
С мая 1977 полк стал перевооружаться на БМД-1. За год все 102 машины доставили с Волгограда разными партиями от 6 до 18 машин. Каждый день  какая-нибудь рота работала на бетонном заводе, за несколько машин  бетона, чтобы строить боксы для БМД. «Строительство боксов прошло как-то  не заметно. Скорее всего, в этом заслуга инженерно-саперной роты. Сначала учебные БМД-1 стояли вместе с боевыми под навесом.  Потом учебные машины со всего полка собрали в капитальных боксах  возле забора трансформаторного завода. По мере поступления машин ввели еще один пост в автопарке». (В.Б. Богачук).
«Тогда же с Гайжюная получили младших специалистов, офицерам РВДКУ и мне - выпускнику танкового факультета было проще, а другим пришлось учить новую технику, помогали мы и прибывшие солдаты они порой её знали лучше, чем некоторые офицеры. Много было вождений и стрельб, но не было ни танкодрома, ни специальных огневых городков. Учились в поле прямо на технике, а стреляли на стрелковом стрельбище. Техника была новая, поэтому проблем с ремонтом не успели захватить» - пишет Н. Белобров.

По мере перевооружения полка на БМД-1 расформировывались батарея АСУ-57 и в  батальонах взводы СПГ-9. Последним командиром батареи АСУ-57 был капитан Баранов Олег Александрович. Он начал службу в полку в 1964 году в возрасте 15-ти лет воспитанником оркестра. Из полка, после окончания вечерней школы, с благословения командира полка в 1968 году поступил в Ташкентское танковое училище в десантную роту, и в 1972 году, вернулся в полк на должность командира взвода батареи АСУ-57.  Командиром батареи был в то время старший  лейтенант Максименко Петр, зампотехом батареи - лейтенант Харченко Анатолий. С 1973 по 1975 г. проходил службу зампотехом батареи, а с 1975 до расформирования батареи в 1977 г. - командиром батареи. С 1977 года до 1979 г. - помощником начальника бронетанковой службы полка. В 1979 году по прибытии с  целины, был переведен для дальнейшего прохождения службы в 38 гв. одшбр в г. Брест. После него 4 месяца обязанности командира батареи исполнял командир взвода гв. лейтенант Иванов Евгений. Кроме него  в батареи в период расформирования служили  командиры взводов  старший  лейтенант Макаров Вячеслав и  лейтенант Мащенко Александр, старшина батареи прапорщик Шашков Николай Иванович, старший техник батареи прапорщик Лесной Юрий.
Летом 1977 года самоходки батареи АСУ-57  зашвартовали, погрузили на машины и отправили в город Чимкент, там загрузили в самолеты и выбросили на учениях, но в них участвовала не вся батарея.

Батарея АСУ-57 во время марша на Чимкентский аэродром

Батарею АСУ-57 расформировали в ноябре 1977 года. «В декабре я, и два моих товарища во главе с прапорщиком часть машин поездом увезли в Каунас, где их сами разобрали, мы снимали вооружение с АСУ-57 и сдавали их на склад. Несколько машин отправили в Ош где стоял 111 парашютно-десантный полк нашей дивизии.
Я прослужил в батарее АСУ-57 полтора года, когда батарею расформировали, последние полгода я служил во втором батальоне, в пятой роте,  в третьем взводе старшим механиком-водителем на БМД-1. Экипажи самоходок попали во 2 и 3 батальоны, ремонтную роту и в зенитный взвод» - вспоминает В. Антипин. 

В роте десантного обеспечения и взводах десантного обеспечения батальонов появились автомобили Урал-375 вместо ЗиЛ-131. С кузовов снимались борта (кроме переднего) и устанавливались два ролика для быстрой, бескрановой разгрузки двух платформ ПП-128-5000 с каждого Урала. Во взводы десантного обеспечения батальонов поступили по 11 автомобилей Урал-375 и по два автокрана.
Рота десантного обеспечения предназначалась для хранения воздушно-десантной техники подразделений в постоянной готовности к десантированию; своевременного проведения обслуживания, проверок и ремонта воздушно-десантной техники в пунктах постоянной дислокации, районах сосредоточения и ожидания; доставки воздушно-десантной техники к аэродромам исходного района для десантирования, загрузки и подготовки к швартовке; оказания помощи подразделениям в швартовке техники на парашютные платформы и монтаже парашютно-реактивных систем; сбора недесантируемой воздушно-десантной техники и парашютно-десантного имущества на аэродромах после десантирования полка.
Десантируемый личный состав роты десантного обеспечения после приземления в составе тыловых подразделений осуществлял сбор материальных средств и воздушно-десантной техники, ее складирование и подготовку к эвакуации.
Недесантируемый личный состав и техника роты десантного обеспечения включалась в состав тылового эшелона полка.

«Для установки на десантируемых платформах устанавливали передатчики Р-128, а у экипажей имелись приемники Р-254м, у зенитчиков "Стрела-2" также специальные портативные приемники  и передатчики. Это на рубеже 1977-78 годов, но не раньше. Были ещё Р-107м, Р-131 и конечно остались Р-105м. В Афганистан с моего склада забрали старые Р-105, которые я списывал» - пишет начальник связи полка В.В. Вагизов.

Каждая парашютно-десантная рота получила на вооружение 9 БМД-1, одну БМД-1К и один БТР-Д. В парашютно-десантном батальоне стало 27 БМД-1, четыре БМД-1К и четыре БТР-Д. Всего в полку с учетом боевых машин разведывательной роты и управления полка было 102 БМД-1 и БМД-1К и 15 БТР-Д.

Для опознавания своих боевых машин и определения их принадлежности к полку и подразделению на них наносились опознавательные знаки и условные номера. Опознавательный знак полка представлял собой рисунок геометрической фигуры в виде ромба с цифрой 2.

Полковая нумерация была следующей: БМД-1 командиров 1, 2 и 3 батальонов 100, 200, 300; разведывательной роты 400, командира полка 500, начальника штаба полка 501, командиров рот 110, 120, 130, 240, 250, 260, 370, 380 и 390; в ротах 111, 112, 113- первый взвод 114, 115, 116- второй взвод, 117, 118, 119 – третий взвод первой роты. На снимке БМД-1 третьего отделения первого взвода, шестой роты, второго батальона.


Численность  полка составила 1674 военнослужащих, из них 1603 человека в десантируемой части.  На вооружении состояло 102 БМД-1, 15 БТР-Д,  6  120 мм минометов М 38, 6 ЗУ-23, 54 ПЗРК «Стрела-ПМ», 12 установок ПТУР 9К111 «Фагот», 121 РПГ-16Д, 82 РПКС, 1461 АКС-74, 593 пистолетов ПМ. С принятием на вооружении бронетехники в полку резко возросла масса заправки горючим. Для парашютно-десантного батальона на БМД-1 требовалось  10,3 дизельного топлива и 4,8 т автомобильного бензина, по сравнению с 3,1 т автомобильного бензина для пешего парашютно-десантного батальона. Потребность полка на БМД-1 в горючем составила 39,3 т автомобильного бензина и 34 т дизельного топлива, в сравнении с 25,4 т  автомобильного бензина, 2,6 т дизельного топлива и 1,1 т  авиационного бензина Б-70 для пешего парашютно-десантного полка.

С перевооружением 351 гв пдп численность 105 гв. вдд составила 7962 военнослужащих, из них 7280 человека в десантируемой части. На вооружении состояло 214 БМД-1, 31 БТР-Д,  31 СУ-85, 10 АСУ-57,  12 122 мм гаубиц Д-30, 18 85 мм пушек СД-44, 6 122 мм БМ-14-17, 18  120 мм минометов ПМ 120, 33 ЗУ-23, 207 ПЗРК «Стрела-ПМ», 45 установок ПТУР 9К111 «Фагот», 45 СПГ-9Д, 252 РПКС, 6784 АКС-74, 2437 пистолетов ПМ. Огневая мощь дивизии по сравнению с вдд 1949 года возросла в 5 раз, а суммарный артиллерийский залп увеличился в 14 раз, с 356 кг до 5175 кг. Насчитывались 285 десантируемых автомобилей ГАЗ-66Б бортовых и специальных и 40 санитарных автобусов УАЗ-452А, УАЗ-468А включая специальных машин на их базе.

Воздушно-десантная дивизия в большинстве случаев использовалась в полном составе для решения оперативных задач в интересах фронта. При этом глубина десантирования оперативного воздушного десанта могла составлять 120-150 км и более, а продолжительность самостоятельных боевых действий – 3-4 суток. Парашютно-десантный полк мог, использовался в оперативно-тактическом десанте, глубина которого достигала до 100 км.
Для подготовки к десантированию и боевым действиям дивизии назначался исходный район для десантирования, который включал основные и запасные аэродромы военно-транспортной авиации, районы сосредоточения и районы ожидания частей воздушно-десантной дивизии. В тылу противника определялись основные и запасные районы десантирования. Количество аэродромов определялось составом десанта и необходимостью рассредоточенного базирования авиации перед вылетом на десантирование. Для десантирования воздушно-десантной дивизии требовалось до 500 самолетов АН-12 или до 450 самолетов смешанного состава военно-транспортной авиации типа Ил-76, Ан-22 и Ан-12Б.
Горная местность наносила опечаток на десантирование и ведение боевых действий. Учитывались, что перелет десанта в район десантирования будет осуществляться на больших высотах; трудность выбора необходимых площадок для выброски крупного десанта; небольшие размеры площадок и десантирование с больших высот требовали большой точности приземления, что вызывало необходимость специальной подготовки личного состава, так как скорость снижения десантников в горных районах выше, чем на равнинной местности; сложность сбора десанта после приземления; действия отдельными отрядами на изолированных друг от друга направлениям; тактическая самостоятельность частей и подразделений десанта; сложность тактического взаимодействия между батальонами полка; значительно большие возможности скрытого подхода и нанесения внезапных ударов по флангам и тылу противника, чем на равнине; возможность широкого применения разведывательных и диверсионных действий на путях подхода резервов противника.
Выброска частей воздушно-десантной дивизии производилась на 6-8 площадок приземления. Размеры каждой площадки должны были быть не менее 3 на 4 км, а их взаимное удаление по фронту боевого пути самолетов 8-10 и в глубину 10-15 км.
Боевые действия парашютно-десантного полка в горах стали носить ярко выраженный маневренный характер и отличались высокой мобильностью. В их основу закладывалось не пассивное удержание захваченного района, а активные, маневренные действия в обширном районе. В горных условиях полк вел боевые действия не в полосе, а в определенном районе по отдельным разобщенным направлениям и на широком фронте с ограниченной сетью дорог. Площадь района боевых действий полка могла достигать сотен тысяч квадратных километров.
Боевая задача воздушному десанту определялась на весь период его боевых действий в тылу противника, и, как правило, подразделялась на ближайшую и дальнейшую, и состояла из нескольких самостоятельных, последовательно выполняемых задач. Выполнение ближайшей задачи организовывалось с площадки приземления и велось по отдельным направлениям с целью захвата объектов противника, на глубину от 5-10 км. Основной формой маневра являлся выход во фланг и тыл захватываемого объекта. Продолжительность выполнения ближайшей задачи составляла до одних суток. Захватом и уничтожением объектов в районе десантирования обычно завершалось выполнение полком ближайшей задачи, поле чего полк выходил в район, удаленный от объектов до 20 км, где проводилась подготовка подразделений к дальнейшим боевым действиям.
Иногда десант мог высаживаться непосредственно на объект или вблизи него, чем достигалась внезапность, парализовались действия противника, и ускорялось выполнение задачи. Такой способ захвата объектов требовал тщательной подготовки личного состава полка, детального и заблаговременного изучения местности и объекта по аэрофотоснимкам и описаниям, большой работы по организации взаимодействия подразделений полка, а также надежного подавления противника авиацией перед десантированием и поддержки десанта силами и средствами войск фронта в ходе выброски. После десантирования разведывались  состав и боеспособность войск противника в районе боевых действий, особенно наличие средств ядерного и химического нападения, высокоточного оружия, танковых и аэромобильных частей; положение объектов захвата и организацию их охраны и обороны; расположение резервов противника, вероятные направления их выдвижения и время подхода к району боевых действий десанта;  результаты ядерных ударов по противнику; радиационную, химическую и бактериологическую обстановку; характер местности; санитарно-эпидемическое состояние района боевых действий.
Характерным для действий парашютно-десантного полка было совершение рейдов на новое направление с целью выхода из-под ядерных ударов противника, захвата и уничтожения, ранее назначенных или вновь выявленных важных объектов противника, дезорганизации управления войсками и работы тыла противника, а также для выхода в новые районы действий. Глубина рейда могла составлять 70-90 км, а его продолжительность, с учетом выполнения попутно возникающих задач, до одних суток. Рейд, как правило, начинался в условиях, когда часть сил полка еще завершала выполнение ближайшей задачи, а передовые батальоны уже выдвигались к новым объектам.     Выполнение каждой дальнейшей задачи требовало до одних суток и проведение рейда на глубину 30-40 км в сутки.
Встречный бой в тылу противника мог возникнуть при выдвижении подразделений полка с площадки приземления к объектам захвата, при совершении рейда в новый район боевых действий, а также в ходе наступления. В большинстве случаев встречный бой для парашютно-десантного полка был не выгоден, особенно с сильным противником, имеющим танки и артиллерию. Если встречный бой оказывался неизбежным, командир полка должен был стремиться частью сил, сковать противника на выгодном рубеже, а главные силы вывести из-под удара, обойти противника и продолжать выдвижение в назначенный район.
В новом районе боевых действий планировалось объекты захватывать с ходу. При этом полк действовал в более компактных боевых порядках, чем при наступлении в районе десантирования, но и в данном случае батальоны действовали на самостоятельных направлениях. Ширина фронта наступления полка достигала 8-10 км. Боевой порядок полка обычно строился в один эшелон с выделением сильного общевойскового и противотанкового резерва и состоял из боевых порядков батальонов со средствами усиления, общевойскового резерва, артиллерии, подразделений противовоздушной обороны, противотанкового резерва и подвижного отряда заграждения, подразделений, выделенных в передовые отряды и для прикрытия флангов и тыла. Общевойсковой резерв размещался на направлении основных усилий, на удалении 3-4 км.
В период соединения воздушно-десантной дивизии с передовыми частями фронта она могла в течении одних-двух суток вести оборонительные действия с превосходящими силами противника. Оборона организовывалась с целью удержания захваченного района до подхода войск, наступающих с фронта, а также для удержания горных перевалов, проходов и других труднодоступных участков местности. Суть обороны – удержание тактически выгодных участков местности с широким применением заграждений и проведением активных диверсионных действий на направлениях подхода противника. Обычно она была круговой. Ее основу составляли ротные и взводные опорные пункты, а на отдельных участках создавались батальонные районы обороны. Район обороны воздушно-десантной дивизии достигал 30 км по фронту и 20-25 км в глубину, парашютно-десантного полка соответственно 10 на 10 км. Размеры района обороны зависели от местности, времени, в течение которого воздушно-десантная дивизия должна была удерживать этот район, а также от ожидаемых действий противника.
Учитывая отсутствие сплошного радиолокационного поля в горных условиях, штатная авиационная транспортная эскадрилья дивизии могла быть перебазирована в район боевых действий десанта. Ее планировали использовать в ходе боя для осуществления маневра резервами (до двух рот одновременно)  с целью нанесения ударов во фланг и тыл противника, а также для доставки боеприпасов и других видов материальных средств и эвакуации раненых. Этому в значительной мере способствовали возможности самолетов Ан-2 производить взлет и посадку с ограниченных по своим размерам площадок и отдельных участков дорог.
Среднесуточный выход техники по боевым повреждениям ожидался до 16%, бронетанковой техники и 8-10% автомобильной. За операцию в трое-четверо суток в воздушно-десантной дивизии ожидался выход из стоя по боевым повреждениям 60-70 единиц бронетанковой техники, из 284 десантируемых в тыл противника, 70-90 автомобилей, из 325 десантируемых машин, а также до 30 единиц бронетанковой техники и 40 автомобилей от эксплуатации в горных районах.

«В мае 1977 года во 2 парашютно-десантной роте (исполнял обязанности командира роты гв. ст. лейтенант А. Бровченко) проводили занятие по форсированию водной преграды – канала. Из строп сплели подобие каната, который привязали к «кошке» для разминирования. Перебросили «кошку» на другую сторону, закрепили. Первым перебрался на другой берег руководитель занятий заместитель командира роты по политической части старший лейтенант Л. Ревич. Течение в канале очень быстрое и когда один из «богатырей», санинструктор роты, недавно прибывший из учебной дивизии, упал в воду, то автоматически стал избавляться от оружия и амуниции. АКС-74 подняли через год водолазы из дивизионного саперного батальона. Тогда такие автоматы были ещё только в ВДВ и спецназе, и шуму было много»-  пишет Е. Головин.
«Сначала 2 рота сама пробовала найти на дне канала автомат. Через пару дней весь 1 батальон был на канале. Кошки, что-то наподобие борон, с одного берега на другой таскали. На химическом комбинате отлили магниты и 2 КрАЗа своими лебедками с одного берега на другой много металла вытащили, но не  автомат. Приехали водолазы, но течением их выкидывало наверх, и они уехали. Мы прибывшие из учебки сгорели в чистую. Кожу снимали лохмотьями. Одного увезли в госпиталь с ожогами 3 степени.  У 2 роты по всему каналу как бы пост был. Они дежурили, что бы никто не вытащил из канала оружие. В таком наряде, конечно дембельском, по пьянке при переходе по трубе один тонет. Другие скрывали, все валили, что сам ушел, куда не знаем. Так канал забрал свою жертву.  Осенью опять приехали водолазы. Они нашли автомат перед плотиной электростанции, очень далеко от места падения» - вспоминает  В. Богарчук.

Тоннель под каналом. Выход на учебный полигон полка.

Над каналом так же был протянут пешеходный мостик. Однажды в середине 60 годов под тяжестью проходящих по нему, он оборвался. Люди оказались в воде. Выплыли все, но один автомат оказался на дне канала. Пришлось вызывать водолазов, которые нашли и подняли его.


Летом 1977 года сдавали кросс на 3 километра на Приз газеты "Красная звезда". Это был 1977 год, - пишет Алексей Бугаев, - нашему полку выпало бежать кросс три километра на приз газеты "Красная звезда". Событие это происходило приблизительно летом и проходило, как - то не заметно и буднично. Если бы я сам не принимал в этом косвенное участие, то, возможно, у меня не отложилось бы это в памяти. Не знаю по каким причинам, но кросс бежала рота десантного обеспечения. Трасса была проложена вдоль берега канала полтора километра в одну сторону и обратно. На старте и финише, это было одно и тоже, была установлена палатка, накрыты столы для комиссии. В установке всего этого я принимал участие в составе взвода 5 роты. На развороте трассы находился член комиссии с рацией, который передавал номера участников забега на финиш. Трассу была с изгибом, с места старта разворота не было видно. Всё интересное происходило на невидимом для комиссии участке трассы. Участники бежали до середины участка, менялись номерами и другие участники пробегали до разворота, где их номера передавали по рации на финиш. Потом они добегали до середины участка и менялись номерами обратно. И те успешно финишировали, в итоге заняли третье место. Всему этому стал невольным свидетелем. Я давно забыл обо всем, но недавно один из  участников забега напомнил об этом.
Он же пишет и о ЧП происшедшим в части летом 1977 г.  В карауле, на посту № 3 часовой открыл огонь из автомата по нарушителю, к счастью, попал только в офицерскую столовую. Посты № 1 и № 3 считались постами особой важности, на них ходили только старослужащие, которых назначали приказом по части на полгода. А в этом случае, на посту был боец с майского призыва, который не прослужил еще и полгода, почти сразу после карантина. Как он туда попал, я не ведаю. А через пост № 3 была тропа в сторону полковой бани и дальше через забор в город. По ней ходили днем. А ночью только в самоволку и все это знали. Боец был молодой, действовал строго по Уставу, как его учили: "Стой, кто идет, стой стрелять буду, выстрел вверх и огонь на поражение". Ему, кстати, объявили отпуск. Но уехал или нет, не знаю. Солдат был, по-моему, с первого батальон, но не точно. Мы заступали на следующий день. И вот на разводе дежурный по части  заместитель командира второго батальона по ВДП, проводит инструктаж. Спрашивает у часового, что делать при нападении на пост, тот ему отвечает. Майор говорит, что все правильно, но нужно еще посмотреть, кто идет и если, идет сослуживец, то чего в него стрелять то. Вот такое было дополнение к Уставу гарнизонной и караульной службы.
4 октября 1977 года  проходит полковое тактическое учение  с десантированием.

В 5 парашютно-десантной роте санинструктором роты числилась гв. сержант Эльвира Фомичева, -вспоминает Алексей Бугаев, - её называли на каждой вечерней поверке, поэтому и запомнил. Разумеется, в глаза её не разу не видел, она была спортсменкой. По-моему в 1977 г. в окружной газете "Фрунзевец" мы прочитали, что Эльвира Фомичева установила новый мировой рекорд в парашютном спорте, совершив прыжок с большой высоты, открыв парашют за несколько сот метров до земли. 26 октября 1977 года мастер спорта Эльвира Фомичева выпрыгнула с высоты 15496 метров и находилась в свободном падении 14800 метров.
Аналогичная ситуация была и в разведывательной роте полка. В ее штате числился чемпион ТуркВО по боксу. Поэтому спортивная команда разведчиков полка неизменно занимала первое место по этому виду спорта среди разведывательных подразделений дивизии.

Страница окружной газеты «Фрунзовец».
Снимок гв. рядового Николая Перелыгина был  сделан на первом году его службы в ноябре 1977 года на месте спуска и прохода под каналом, на стрельбище.
На заднем плане гвардеец Погребной.

22 декабря 1977 года в Фергане проходит 15 комсомольская конференция 105 гв. воздушно-десантной дивизии в работе, которой участвует и делегация от комсомольской организации полка.

В следующем 1978 году построили новую трехэтажную казарму. Как и предыдущие казармы ее строили военные строители. В новую казарму поселили 2   парашютно-десантный батальон. В двух двухэтажных казармах размещался 3 парашютно-десантный батальон. В старых казармах размещался 1 батальон, роты связи и десантного обеспечения находились в одной сборно-щитовой казарме, инженерно-саперная рота и взвод РХР размещались в другой старой казарме. Подразделения артиллерии полка: минометная батарея, батарея ПТУРС и зенитный взвод размещались в одном здании вместе с учебным корпусом. ТХР и оркестр находились в старой казарме, там же и ремонтная рота.

«Очень запомнилось обеспечение двух батальонных учений Ошского и  Ферганского полков весной 1978 года.  Учения проводились с интервалом в две недели. Мы занимались обеспечением на площадки приземления. В 6 утра проходил  разведчик погоды и отстреливал ракеты над площадкой. В 9 выброска.  Фергана десантировала  4 АСУ-57. Порывом ветра одну АСУ перевернуло. Купол  гасили потом ГАЗ-66. Но то как вели себя ребята со 111 полка! Они быстро  уходили с площадки. Через 10 минут 3 ротных  колонны скрылись за горизонтом. Правда, один конфуз с ними был. Мы  передали, столько куполов собрали, а нам с Ферганы сообщили, что, судя по камерам  вытяжных, одного не хватает. Три раза прочесывали площадку ротной цепью.  Нашли. Оказался купол радиста командира батальона. Его выбросили первым, и  отнесло дальше всех, видать по приказу бросил. Вите Гайкову объявили  отпуск за то, что нашел купол, но в отпуск так и не отпустили» (В.Б. Богачук).

Швартовка техники


4 апреля 1978 года прошло двухстороннее полковое тактическое учение с 137 Рязанским  полком на Азадбашском полигоне. Присутствовали и наблюдали за учением генерал армии Соколов С.Л., командующий ТуркВО генерал- полковник Белоножко С.Е. и командующий  ВДВ Маргелов В.Ф. «В 5 утра выехали на площадку приземления, при этом командир полка во время выдвижения свел в лобовую атаку 1 и 3 роту на БМД. Я только честно сымитировал выстрел и заряжание и успел  за эти 1,5 – 2 минуты поймать в прицел только 3 машины. Но это не значит,  что меня никто не поймал. Все было стремительно. На площадке отошли от  машин на 200 – 300 метров и стали ждать команды вперед. Над площадкой летало два Миг-21. По команде погрузились в машины и отбили танковую атаку на площадку приземления и вышли в район обороны, что делали другие  роты, не знаю. С 18 часов начали окапываться. Весна апрель земля мягкая,  но на месте нашего капонира какой то суглинок, но ничего до 4 утра  уложились. Хорошо, что запасная позиция была, кем-то заранее подготовлена.     
После учений узнали, что начальник разведки дивизии с тремя парнями из ОРР  прошли по всему расположению полка и только из за болтовни каждого экипажа спокойно составил схему обороны.
Но вот настало утро, кажется в 9 – 10 часов прошел первый Антей выбросил 4 платформы (говорят их, называют «Ромашками» мол, на каждой платформе 4 ПКТ с большим боекомплектом и они простреливают всю площадку) но ничего не стреляло. Минуты через 3 пошел корабль с разведчиками. Они под разноцветными куполами, открыли стрельбу в воздухе, красиво. Потом пошла техника. АН-22  4 машины сбрасывал и вот первый купол наполнился и через некоторое время сработал ПРС. Весь купол в дыму, машина как бы зависла в воздухе, а потом все быстрее и быстрее пошла к земле. Машина разбилась. Потом эту машину притащили к нам в полк, у неё башня провалилась в корпус, никто не погиб. Это, слава богу, был единственный отказ. Ждем, сейчас рязанцы соберутся и нас атакуют, с площадки нас хорошо видно. Но напрасно мы ждали, они ушли в другую сторону. А нам приказ вывести машины с капониров, окопы засыпать. В 20 часов пошли, куда то батальонной колонной, остановились на ночевку. Каждый экипаж охранял свою машину и присматривал за соседними машинами.
В 4 утра при помощи приборов ночного видения пошли на позиции 137 полка. Они окопались, где-то в предгорье. Сначала заблудились, пришлось разворачиваться на пятачке но, в конце концов, вышли на оборону рязанцев. Пришла команда к бою. Развернулись по- взводно 3 машины за нами еще 3 машины, а дальше как все шли колонной так и шли, никто не спешивался и в рукопашную не шли. Зато рязанцы и офицеры, и солдаты бежали к нашим БМД и помощью ног и рук старались закрыть триплексы механику-водителю. Наши одного такого храбреца затащили в машину, но потом отпустили, правда, оставили себе в качестве трофея стропорез не выкидной, а цельный. Смотрю, бежит такой гвардеец на мою 116, поворачиваю башню и стреляю левее его, показываю, срезал я тебя, нет все равно бежит люк выдачи ПТУРС закрыть хочет. Проскочили, я даже свои 250 холостых не израсходовал вот так колонной потихоньку и вышли в полк. Вот и все. Всего 3 дня.
Через 2 дня машины были опять загружены боекомплектом, поставлены МКС на место, кроме учебно-боевой группы. Это по 2 машины в роте. Рязанцы оставили свою разбитую машину нам, а новенькую БМД увезли с собой. Где-то недели две ребята с взвода РДО рязанцев занимались своими куполами, а потом и они уехали» - вспоминает  В.Б. Богачук.

Весна 1978 года.

В. Олейник по поводу разбившейся БМД пишет: «Бегу вижу, самолёты один за другим выбрасывают различную технику, пошли БМД, вдруг в небе как загрохочет, я приостановился даже: смотрю огромный купол начал выпрямляться, думаю, сейчас сложится. БМД как будто зависла на большой высоте, затем грохот прекратился и парашют опять наполнился. Уже ближе к земле было видно, что скорость снижения, довольно большая. БМД ударилась, где - то в километре от меня. Позже в парке, я залазил вовнутрь разбившейся машины. Трубчатые стойки под башней лопнули и значительно изогнулись». Помощник начальника бронетанковой службы полка гв. капитан Баранов О.А. через проверяющих попросил оставить разбитую машину в полку на запасные части. После проведения расследования её оставили в полку.

Генерал армии Маргелов В.Ф. среди личного состава
351 гв. пдп. Азадбашский полигон 1978 год.

«В мае 1978 года в полк приехал командир дивизии. Во время прохождения торжественным маршем началась сильная гроза с ливнем. Полк промок до нитки. Большая труба оркестра захлебнулась. Вечером был дежурным по роте. Пошел на доклад дежурному по полку. Вижу, первый пост сместился, часовой возле секретной части, там Боевое Знамя полка развернуто для сушки»- вспоминает В. Богачук.

Зенитчики

Летом зенитная батарея полка убыла в Мары на полигон, на зенитные стрельбы. Стрельба проводилась по конусу, который истребитель МИГ тянул за собой на расстоянии около 100 метров. У зенитчиков полка, вспоминает А. Самонин, была традиция, связанная с полигоном в Марах. Когда выезжали со стрельб в полк, привязывали к машинам метлы - «Заметали следы последних стрельб». И когда грузились в эшелон, метлы привязывали к последнему вагону. 

На другой стороне канала

Летом 1978 года в полку были организованы курсы механиков- водителей. Я сам просил командира роты направить меня, когда он на построении роты объявил, что организуются такие курсы, - вспоминает В. Олейник, - В назначенное время мы небольшой группой ходили на занятия, организованные в учебных  классах находившихся напротив автопарка. Здесь мы изучали устройство и техническое обслуживание БМД-1, его быстроходного дизеля 5Д20 и трансмиссии. На учебное вождение ездили вместе с заместителем командира батальона по технической части капитаном Карташовым. Здесь он передавал свой опыт вождения по походному и боевому положению, когда БМД ведёшь, наблюдая за дорогой через передний и боковые триплексы. А также с помощью гирокомпаса по командам по рации в случае повреждения триплексов. Вождение в ночное время с помощью приборов ночного видения и инфракрасных фар. Нужен не малый опыт, чтобы отличить ночью тень от неровности дороги в приборе ночного видения от лужи или водоёма, поначалу вязли мы в грязи, нагревали дизель почти до 120 градусов, так как бывала жара за 45 градусов. По дорогам пыль сантиметров 15, прыгнешь с брони и ботинки провалились. Чтобы воевать в таких условиях, нужен был опыт, тогда и техника не будет подводить. Курсы конечно были ускоренными, но впоследствии мне приходилось, будучи механиком - водителем и коробку передач перебирать на БМД и другой ремонт производить. Помню на учениях во время стрельбы из спаренного с пушкой пулемёта, часть гильз полетела мимо гильзосборника и рассыпалась по боевому отделению. Я почувствовал, что заклинило педаль главного фрикциона, тут же заглушил дизель, метнулся в десантное отделение, быстро открутил центральный дюралевый полик и извлёк гильзу, заклинившую тягу. Экипаж в это время все гильзы подсобрал. Рота двигалась очень быстро, поэтому пришлось из машины выжимать всё, чтобы нагнать. БМД летела по сопкам километров 80 в час, капониры просто перелетали по бездорожью напрямую. После этого случая мы привязывали к пружинной трубе для отвода стреляных гильз, рукав от х\б и опускали его прямо в гильзосборник, теперь все гильзы при любой тряске летели в гильзосборник. Так мы приобретали опыт. Помню вовремя учений, я тогда был во 2-м взводе 3-го отделения механиком-водителем на 256 машине. Мы атаковали окопавшегося противника в составе роты. Вначале шли колонной, затем развернулись в линию взводных колон. Перед самыми сопками по команде развернулись в линию отделений. Первый взвод 254 машина ушла на право, второй взвод 255 на лево, а мы на 256 прямо на вершину сопки. Когда пошли вверх, я в передний триплекс вижу только небо, ориентируюсь только по боковым, чтобы не поменять направление. Выскакиваем на вершину, нос машины резко опускается, хлоп, и я не пойму, двигатель ревёт, гусеницы грохочут, а мы стоим на самой вершине. Выключил передачу, и по команде "к машине" открываю люк и выскакиваю. Смотрим: машина днищем села прямо на бруствер окопа, обе гусеницы висят, левая сторона вообще над обвалившемся окопом, в котором были солдаты. У меня внутри всё похолодело, кричу им - видит бог не хотел я. Вижу, поднимаются и вылезают из окопа. Фу чёрт, ну тут уже не до них, машина села мёртво. 6 тонн с места ломами не сдвинуть. Смотрим БТР зампотеха с ходу к нам подлетает, трос кинули, зацепили сзади за фаркоп, дёрнули и мы помчались догонять своих, всё произошло очень быстро, на верху мы были отличной мишенью.

В августе 1978 года дивизия подвергалась проверке Главной инспекции МО. Возглавлял ее лично Москаленко. «В ходе проверки дивизии проводились полковые учения с десантированием  111 Ошского  пдп. Учения проводились в районе г Аягуз, около 100 км в сторону китайской границы. Всё наземное обеспечение учений проводилось силами 3 пдб 351пдп которым в это время командовал Пархоменко И.И. Я в этом батальоне был командиром взвода десантного обеспечения и на данных учениях отвечал за сбор ВД техники на площадке приземления по окончании десантирования. В день десантирования поднялся сильный ветер, порядка 10-12 м/c, и когда прилетел на вертолёте Москаленко офицеры ВДС, обеспечивающие десантирование, доложили ему что из-за сильного ветра проводить выброску опасно. Но Москаленко приказал бросать. В результате-3 трупа и 39 человек только с переломами вплоть до перелома лопатки. Вывозили их мы. По окончанию десантирования Москаленко на вертолёте улетел, а учения на этом свернули. Уже после учений нам довели, что это была демонстрация на китайской границе» - вспоминает А. Белов.
«Площадка приземления после выброски, как рассказывали мне очевидцы (на площадке приземления был мой ординатор), была похожа на море во время парусной регаты. В связи с сильным ветром, парашют невозможно было погасить даже нескольким человекам (3-х человек он просто тянул за собой, пока где-то, в низине, не останавливался). Результат: погиб офицер в результате удушения стропами во время "траления" по земле, около 80-90 человек травмированных. Все сразу были госпитализированы в госпиталь г. Аягуз,   но через сутки в Аягузе осталось 3 человека, 2 солдата и офицер. (2-ушибы мозга лёгкой степени, 1-перелом бедра). Остальные самолётом эвакуированы в медико-санитарный батальон в Фергану, где находились на лечении в отделении, которым я руководил. Я, имея информацию, готовил статью в Военный медицинский журнал (секретный вариант). Основной вывод: несмотря на 1 случай смерти, травмы оказались не такими тяжёлыми, как следовало ожидать, и если бы небыли законтрованы замки на лямках парашютов, то десантники могли бы легко избавиться от волочения (после волочения 150-200 м. у человека была такая слабость, что он в течении некоторого времени не мог стать на ноги). Учения быстро свернули»- вспоминает В. Ковалев.
Батальон переночевал ночь там на площадке приземления, а утром его срочно направили на полевой аэродром, где в начале второй половины дня погрузился в прилетевшие А-12, улетел в Фергану, на аэродроме переночевал, и на них же в Чирчик.
Согласно руководящим документам десантирование личного состава парашютным способом допускалось при следующих метеорологических условиях в районе десантирования: скорость ветра у земли днем – до 7 м/с, ночью – до 6 м/с; скорость ветра в приземном слое (50-100 м) днем – не более 8 м/с, ночью – не более 6 м/с; средняя скорость ветра по высотам днем – до 10 м/с, ночью – до 8 м/с; высота нижней кромки облаков от земли днем – не менее 300 м, ночью – не менее 400 м.
Высадка десанта из вертолетов производилась при скорости ветра не более: встречного – 20 м/с, бокового – 10 м/с, попутного – 5 м/с.  Высота нижней кромки облаков от земли не менее 50 м, горизонтальная видимость – не менее 500 м.

В том же году в Витебске 357 пдп от заместителя Министра обороны генерала армии С. Л. Соколова получил приказ выйти в район сосредоточения и быть готовым десантироваться на учебный центр под городом Чирчик с целью «захватить» пусковые установки «Першинг». Наряд, для обслуживания площадки выделял 351 парашютно-десантный полк. Десантирование боевой техники прошло успешно. Через 40-50 секунд пошел парашютный десант. Из первого самолета сразу у двух десантников произошло схождение парашютов, в результате один из них погас, а второй перехлестнуло. Один десантник, поймав другого и удерживая его, стал приземляться на одном парашюте с полупогашенным куполом на большой скорости. Наряд, почти весь находившийся вблизи, с брезентом-«ловушкой» бросился к месту падения  и стал ловить их на брезент. Удар пришелся почти на середину брезента, и его вырвало у многих из рук. Тем не менее, все кончилось благополучно. Когда десантники встали, то одним из них, который держал, как потом выяснилось солдата, оказался сам командир полка майор Редкобород. Удар у него при приземлении пришелся на предплечье, отчего оторвался погон и лопнул комбинезон.
«Эти учения были как раз в день ВДВ, наша рота вначале обозначала оборону и 357 пдп на нас "наступал" я сам лично видел офицеров в парадной форме, а генерал армии Соколов к нам подъехал за 15-30 минут до этого. Командир роты капитан Боднер А.А. при встрече Соколова вначале назвал его генерал-майором, большие звезды генералов  армии тогда только появились, но во время поправился. Полк десантировался на разноцветных парашютах. Красивое было зрелище, больше такого я никогда не видел. Когда мы собирали парашюты 357 полка, я нашел 80 рублей (в то время это были большие деньги), кто-то выронил и отдал их руководству для возвращения тому, кто потерял» (Н. Белобров).

20 сентября 1978 прошло командно-штабное учение полка  с десантированием.
На батальонных учениях 3 парашютно-десантного батальона с десантированием бросали две БМД-1 на ПРС.  Одна машина была из боевой группы эксплуатации, вторая  из учебной, причём почти добитая. Разбилась машина боевой группы. Причина - отказ (не совершенство) одного из щупов, которые включают тормозные двигатели при касании ими земли. Вины специалистов ВДС не было.  После учений заместитель по технической части командира  батальона капитан Мухин в шутку пенял заместителю командира батальона по ВДП капитану Громову: "Я просил тебя разбить учебную БМД, зачем разбил боевую?" В таких случаях, когда ПРС срабатывал в воздухе,  специалисты  ПДС хватались за голову, а зампотехи, потирая руки, говорили: «Запасные части летят». Говоря о двух разбившихся БМД-1 в 1978 году 137 и 351 пдп необходимо сказать, что обе машины после неудачного приземления простояли под охраной в поле не менее недели. Пока собиралась комиссия из представителей от штаба ВДВ, от летчиков, представителей Волгоградского завода, заводов производящие ПРС и щупы, от полка были ВДСники и помошник начальника бронетанковой службы полка. При приземлении машин произошли следующие поломки: башня проломила крышу корпуса, сорвала и изогнула стойки боеукладки и ствол спаренного пулемета. Коме того, на машине 3 батальона 351 пдп,  так как она приземлилась на склон холма, двигатель сдвинулся в сторону боевого отделения и разорвал корпус коробки передач. Обе машины транспортировались в расположение части на буксире. Обе машины были на минимальном клиренсе (100 мм), поэтому днищу также досталось. Пулеметы были переданы в службу РАВ, а все остальные запчасти, кроме разорванной  коробки передач, были использованы при дальнейшей  эксплуатации.

В 1978 году 105 гв. воздушно-десантную дивизию  наградили  Вымпелом Министра обороны СССР "За мужество и воинскую доблесть проявленные на учениях 1978 г." Вручал Вымпел МО СССР  заместитель командующего  ВДВ генерал- лейтенант Курочкин К.Я. 105 гв. воздушно-десантная дивизия  была первой из дивизий ВДВ награжденной Вымпел МО СССР. Второй награжденной дивизией стала 104 гв. воздушно-десантная дивизия  в 1979 году. На то время это было большое событие, только на поощрение личного состава  выделялось 2 тыс. рублей.

Вручение дивизии  Вымпела Министра обороны СССР "За мужество и воинскую доблесть"


В 1979 году полк состоял из  управления полка, в которое входили:

Командование полка;
Командир полка и заместители командира полка:
-  заместитель командира полка: в подчинении - начальник физической подготовки и спорта полка;
- заместитель командира полка по политической части: в подчинении - секретарь партийного комитета полка, пропагандист полка, секретарь комитета ВЛКСМ полка, начальник клуба полка;
- начальник штаба полка: в подчинении - заместитель начальника штаба, помощник начальника штаба по строевой части и кадрам, помощник начальника штаба по  планированию десантирования, помощник начальника штаба, помощник начальника штаба по специальной связи. Начальник разведки полка. Начальник связи полка, помощник начальника связи по аппаратуре сбора. Начальник секретной части. Военный дирижер.
- заместитель командира полка по вооружению - начальник технической части: в подчинении -  начальник службы ракетно-артиллерийского вооружения, два помощника начальника службы РАВ, начальник бронетанковой службы, помощник начальника бронетанковой службы, начальник автомобильной службы, помощник начальника автомобильной службы, начальник контрольно-технического пункта;
- заместитель командира полка по тылу - начальник тыла полка: в подчинении -  начальник вещевой службы, начальник продовольственной службы, начальник службы снабжения горюче-смазочными материалами, начальник квартирно-эксплуатационной службы (служащий СА);
- заместитель командира полка по воздушно-десантной подготовке: в подчинении -   начальник отделения ВДП, начальник отделения ВДС, техник по автоматическим приборам и устройствам, начальник воздушно-десантного комплекса, начальник склада парашютно-десантного имущества, начальник мастерской парашютно-десантного имущества;
- начальник артиллерии: в подчинении -   помощник начальника артиллерии, отделение управления;
- начальник ПВО полка: в подчинении -   помощник начальника ПВО полка;

Начальники служб, подчиненные непосредственно командиру полка:
- начальник инженерной службы полка: в подчинении -   помощник начальника инженерной службы;
- начальник химической службы полка;
- старший врач полка: в подчинении -    начальник медицинского пункта полка;
- начальник финансовой службы полка: в подчинении -     казначей.

3 парашютно-десантных батальона: в каждом управление батальона, три парашютно-десантных роты, взвод связи, взвод десантного обеспечения (14 чел), взвод снабжения (15 чел), отделение технического обслуживания (8 чел), батальонный медицинский пункт (6 чел). Парашютно-десантная рота: управление роты, отделение управления роты, зенитно-ракетное отделение, три парашютно-десантных взвода по три парашютно-десантных отделения.

Разведывательная рота: управление роты, отделение управления, три разведывательных взвода, отделение радиотехнической разведки (РЛС);
Рота связи: управление роты, два взвода радиосвязи, взвод связи.
Инженерно-саперная рота: управление роты, три инженерно-саперных взвода, отделение технических средств;
Батарея противотанковых управляемых снарядов  (ПТУРС): управление батареи, 3 взвода ПТУРС, тренажер;
Минометная батарея: взвод управления, два огневых взвода;
Зенитная батарея: управление батареи, два зенитных артиллерийских взвода, тренажер;
Рота десантного обеспечения: управление роты, два взвода подготовки и обслуживания ВДТ, мастерская ВДТ, склад ВДТ.
Ремонтная рота: 52 человека, управление роты, взвод по ремонту автомобильной техники, взвод по ремонту бронетехники, взвод по ремонту вооружения, отделение специальных работ;
Автомобильная рота: 57 человек, управление роты, взвод десантируемых автомобилей, взвод подвоза материальных средств.
Взвод химической и радиационной разведки: три отделения химической разведки;
Комендантский взвод: комендантское отделение, отделение регулирования, отделение обеспечения;
Хозяйственный взвод: 21 человек, склады
Полковой медицинский пункт: 20 человек, начальник медицинского пункта, врач, врач – стоматолог, два фельдшера, начальник аптеки-фармацевт, санинструктор-дезинфектор, санитар, водитель – гранатомётчик и  отделение сбора и эвакуации раненых;
Полковой оркестр (музыкальный взвод): 20 основных музыкантов и 10 воспитанников;
Клуб: начальник клуба, водитель-кинорадиомеханик.

Организационно-штатная структура 351 гв. парашютно-десантного полка в 1979 году



В Аранче в 351 полку служили: заместителями командира полка: гв. подполковники Воронин Петр Федорович, Хромаков Евгений Иванович, Стокоз Владимир Иванович,  Плохих Александр Петрович, гв. майор Щепетов Олег Николаевич;
заместителями командира полка по политической части: гв. подполковники Перфильев Яков Семёнович, Селеменев Николай Николаевич, гв. майор Киселёв С.И., гв. подполковники Нечитайло Юрий Семенович, Вартанян Григорий Еврондович, Зайцев А.,  гв. майор Масановец Виталий Анатольевич;
начальниками штаба полка: Купавский, Булгаков А.И., Осокин Ю.К., Кузнецов Юрий Иванович, майор Сердюков Николай Иванович, майор Карпушкин Михаил Александрович;
заместителями командира полка по тылу: Бабичев М.А., Макаренко А.С., Васильцев Иван Иванович, Мамыкин Евгений Иванович,  подполковник Бекренёв Александр Валентинович;
заместителями командира полка по технической части: Нагайцев М.И., Адамов А.И., гв. подполковник Романович Анатолий Антонович, гв. подполковник Мосол Анатолий Борисович;
заместитель командира полка по воздушно-десантной подготовке: подполковник Решетников Сергей Трофимович, гв. майор Светлов.
начальник артиллерии полка: Травин, Малинин, Яковлев, Мудрак М.И., Меренцев В.П.
начальник разведки полка: Тажимбетов А.К., гв. майоры Барсуков И.С., Чередник А.В., гв. старший лейтенант Татур Георгий Анатольевич с10.04.1978 г. (Погиб в бою 13.04.1981 г. под Кандагаром);
начальник связи полка: Бобриков Ф.И., Брюханов В.М., Вагизов В.В.;
начальник службы ракетно-артиллерийского вооружения полка: гв. майоры Хвостов М.А., Левченко А.П., Бойко Павел Павлович;
начальник химической службы полка: гв. майоры Виткалов И.А., Нарушев М.П., Игнатов В.В., Бакаев В.И.;
начальник инженерной службы полка: гв. майор Цыганков А.И., гв. капитаны Айрапетов А.Н., Гончарук А.В., гв. майоры Филимонов Л.Я., Завертяев Петр Ананьевич (с 1972 по 1977 год), Мерцалов В.М.;
начальник парашютно-десантной службы полка: Соколов Василий Иванович, Курбатов А.А., Балашов А.Д., Шереметьев Н.Н., Музыка Б.Г, Решетников Сергей Трофимович;
начальник финансовой службы полка: Кузьменко.
начальник физической подготовки и спорта полка: Тажимбетов А.К., Заверухин П.Д., Пятаков В., гв. капитан Соловьев Г.Е.;
помощник заместителя командира полка  по технической части: Борщ, Бушмелов, гв. капитан Одруженко Борис Иванович - помощник по учебной части, гв.капитан Варфоламеев Василий - помошник по эксплуатации.
начальник службы ГСМ: гв. старший лейтенант Обозный, гв. капитан Гогулан,  Кравченко Н.Ф., Алексеевнин М., Бондарчук;
начальник продовольственной службы: гв. капитаны Романов, Качалов В., Сафин Фидаиль Исмагилович, Вовк В., Барсуков.
начальник вещевой службы: гв. капитаны Дмитриев, Егоров О.Н.
старший врач полка: гв. майоры медицинской службы Кандауров, гв. капитан медицинской службы Кублицкий Николай Павлович, Борисов, Чекрыгин, врач Бойченко, Кудрявцев, Сыресин, Темиров, Трояновский, Кубергинов, Рахимов, Кудрявцев, стоматологи Юнусов С.Я., Дульдиер.
секретарь партийного комитета полка: гв. подполковники Колчев Л.А., Сидоркин Н.Н., гв. майоры Вартанян Г. Е. Куракин Е.Ф., пропагандист полка гв. майоры Букреев, Селеменев Н.Н.,  Кузнецов, секретарь комитета ВЛКСМ полка: Миленко, Денисов В.М., Кузнецов А.Е., Поздницкий, Мезенцев М. начальник клуба полка: гв. капитаны Новоселов В.В., Лебедев М.М., Матвейчук гв. старший лейтенант Трушков.
       военный дирижер  гв. лейтенант Васильев, гв. майор Пержановский Е.П.

1 парашютно-десантный батальон:  командиры батальона гв. подполковники Батасов, Симонов Ю.П., гв. майоры Кузнецов Ю.И., Чередник А.В., Етобаев, Хабаров Л,В.
2 парашютно-десантный батальон:  командиры батальона Зенин В.И., Родионов Д. П., Погорелый В.М., Решетников Т.В.,  Заиченко К.И., Панасенко, Селивёрстов М.М, Калёнов О.Н.
3 парашютно-десантный батальон:  командиры батальона гв. подполковник Васильцев И.И., гв. майор Чернов, гв. подполковник Тажимбетов А.К., гв. майоры Щепетов Владимир Петрович, Деткин В.С., капитан Пархоменко И.И.;
Офицеры – связисты: Кузнецов А., Егоров Н., Лучко, Мироненко А.. Соколов Г, Бурцев Ю, Архипенко.
Батарея 120 мм минометов: командир батареи гв. капитаны Максимов,  Яковлев, командиры взводов Травин, Долгополов, Кравченко, Бекаревич, Проничев О, Павловский О, Меренцев В.П.
Батарея АСУ-57: командир батареи гв. капитаны Гуменюк, гв. старший лейтенант Максименко Петр,  гв. капитан Баранов О.А..
Рота связи: командир роты гв. капитан Костарев, Шуваев, Вагизов, Ерёмичев А.С., Жаров В.
командиры взводов Коротков, Хайбулин, Соколов, Коробочкин, Бужинский, Жаров.
Инженерно-саперная рота: командир роты гв. капитан Перепечин В.;
Автомобильная рота: командир роты гв. старший лейтенант Тупицын Александр;
Ремонтная рота: командир роты капитан Чекменев В.,
Рота десантного обеспечения: командир роты гв. капитаны Рзаев Д.Г., Гармашов Е.А., Кочедыков А.А.
Зенитный взвод: командир взвода гв. капитан Зеленов, гв. старшие лейтенанты Букреев, Клочков Н.Г.


На завершающем этапе в 1979 году в полку служили: заместитель командира полка гв. майор Щепетов О.Н., заместитель командира полка по политической части гв. майор Масановец В. А, начальник штаба полка  гв. майор Карпушкин М. А., заместитель командира полка по тылу гв. подполковник Бекренев В.А., заместитель командира полка по технической части гв. подполковник Мосол А.Б., заместитель командира полка по воздушно-десантной подготовке гв. майор Светлов. 
Заместитель начальника штаба полка  Гребенник М., помощник начальника штаба полка по строевой части и кадрам гв. капитан Чевозеров Александр Павлович, помощник начальника штаба полка по планированию десантирования гв. капитан Рябинкин Юрий Павлович, помощник начальника штаба полка гв. старший лейтенант Серков Сергей Иванович, помощник начальника штаба по специальной связи гв. капитан Маринич Н.П., начальник разведки гв. капитан Татур Георгий Анатольевич., начальник связи гв. майор Вагизов Васил Вагизович, помощник начальника связи по специальной аппаратуре гв. лейтенант Иванов, начальник секретной части гв. прапорщик Гавриленко С.В. 
Военный дирижер гв. майор Пержановский Евгений Петрович, старшина оркестра гв. прапорщик Иващенко Леонид Иванович.
Помощник заместителя командира полка по ВДС гв. майор Никифоров, помощник по тяжёлой технике и десантированию Бруев Валерий.
Начальник артиллерии полка Меренцев В.П. помощник начальника артиллерии полка гв. капитан Панченко.
Начальник автомобильной службы полка гв. капитан Рыбин  Владимир Иванович.
Начальник бронетанковой службы полка гв. капитан Ахметов С.Х., помощник начальника бронетанковой службы гв. капитан Баранов Олег Александрович.
Начальник инженерной службы полка  гв. капитан Мерцалов В.М.
Начальник службы ракетно-артиллерийского вооружения  полка Шмырев Николай Васильевич.
Старший врач полка гв. капитан Чекрыгин.
Начальник финансовой службы полка гв.  лейтенант Баянов Борис, казначей гв. прапорщик Белобородов Александр  Иванович.
Начальник продовольственной службы гв. капитан  Бортаев.
Начальник физической подготовки гв.  старший лейтенант Забазнов Владимир.
Секретарь партийного комитета полка гв. майор Куракин Е.Ф., пропагандист полка гв. майор Кузнецов, секретарь комитета ВЛКСМ полка гв. старший лейтенант Мезенцев Михаил, Начальник клуба гв. капитан Матвеев.
1 парашютно-десантный батальон: командир батальона гв. капитан  Хабаров Леонид Васильевич, заместитель командира батальона гв. капитан Кастрюлин Федор Иванович, заместитель командира батальона по политической части  гв. старший  лейтенант Головин Евгений Александрович, начальник штаба батальона гв. капитан Кабаленов Василий, заместитель командира батальона по воздушно-десантной подготовке гв. капитан Кочедыков, врач батальона  Гурьев С.Г.
1 парашютно-десантная рота: командир роты гв. капитан Березин С.И., заместитель командира роты по политической части  гв. старший лейтенант Мезенцев М.В., командир 1 взвода гв. старший лейтенант Лысенко А.Н.,  командир 3 взвода гв. старший лейтенант Балабанов Георгий Федорович. 
2 парашютно-десантная рота: командир роты гв. старший лейтенант Сазанский Анатолий Антонович, заместитель командира роты гв. старший лейтенант Сафин Федор заместитель командира роты по политической части гв. старший лейтенант Ревич Леонид командир 1 взвода гв. старший лейтенант Ануфриенков Анатолий, командир 2 взвода командир гв. старший лейтенант Козлов Сергей Павлович, 3 взвода гв. старший лейтенант Иванов Михаил Иванович.
3 парашютно-десантная рота: командир роты гв. капитан Мальцев Игорь, заместитель командира роты гв. старший лейтенант Николаев Ю, заместитель командира роты по политической части  гв. старший лейтенант Косых Н., командир взвода гв. старший лейтенант Келов А., командир взвода гв. старший лейтенант Зайцев.
2 парашютно-десантный батальон: командир батальона гв. капитан Калёнов О.Н., заместитель командира батальона гв. капитан Муравьев Владимир, начальник штаба батальона гв. капитан Кабаленов В.П., заместитель командира батальона по воздушно-десантной подготовке гв. майор Гармашов Евгений, заместитель командира батальона по технической части гв.капитан Карташов, начальник связи батальона гв. старший  лейтенант Гитман Олег Михайлович.
4 парашютно-десантная рота: командир роты гв. капитан Царев В.,  заместитель командира роты по политической части гв. старший лейтенант Вашкевич.
5 парашютно-десантная рота: командир роты гв. капитан Карев, заместитель командира роты по политической части  гв. старший лейтенант Скрыник Евгений., командир взвода гв. старший лейтенант Нужный Василий Дмитриевич.
6 парашютно-десантная рота: командир роты гв. старший лейтенант Хмель А.И. заместитель командира роты гв. старший лейтенант Николаев, командир 1 взвода гв. старший лейтенант Шустов, командир 2 взвода гв. старший лейтенант Пипекин, старшина роты гв. прапорщик Синкевич.
3 парашютно-десантный батальон: командир батальона гв. капитан Пархоменко Иван Иванович, заместитель командира батальона гв. майор Артемьев Игорь Борисович, заместитель командира батальона по политической части  гв. старший лейтенант Гущин Виктор Михайлович, начальник штаба батальона гв. капитан Пустовит Олег Тимофеевич, заместитель командира батальона по воздушно-десантной подготовке гв. капитан Громов, заместитель командира батальона по технической части гв.капитан Мухин Валерий, начальник связи батальона гв. старший  лейтенант Коробочкин Николай, врач батальона  гв. старший лейтенант Агонян, командир взвода  десантного обеспечения гв. старший лейтенант Быков Александр Васильевич.
7 парашютно-десантная рота: командир роты гв. капитан Боднер Александр Алексеевич, заместитель командира роты - гв. старший лейтенант Лемешев В., гв. старший лейтенант Бреус,  заместитель командира роты по политической части гв. старший лейтенант Белобров Николай Федорович,  командир 3 взвода гв. старший лейтенант Здеков Владимир Михайлович, старшина роты гв. прапорщик Бибиков Борис, техник роты  гв. прапорщик  Кононихин.
8 парашютно-десантная рота: командир роты гв. старший лейтенант Тюктеев Шамиль Касимович, заместитель командира роты гв. старший лейтенант Волкорез, заместитель командира роты по политической части гв. старший лейтенант Курамшин Рафик.
9 парашютно-десантная рота: командир роты гв. капитан Фролов Виктор Иванович, заместитель командира роты по политической части   гв. лейтенант Красников Петр,   командир 3 взвода гв. лейтенант Бердников Александр, старшина роты гв. прапорщик Егоров Александр.
Рота связи: командир роты гв. капитан Жарков, заместитель командира роты по политической части  гв. старший лейтенант Волков А.
Разведывательная рота: командир роты гв. капитан Ушаков, командир 1 взвода гв. старший лейтенант Строцкий Анатолий, командир 2 взвода гв. старший лейтенант Соков Владимир Михайлович, командир 3 взвода гв. лейтенант Куцых.
Зенитная батарея: командир батареи гв. старший лейтенант Неофитов Александр, командир зенитного взвода гв. старший лейтенант Клочков Николай Георгиевич.
Батарея ПТУРС: командир батареи гв. капитан Харитонов, командир взвода гв. старший лейтенант Гусев.
Инженерно-саперная рота: командир роты гв. старший лейтенант Филоненко, командиры взводов   гв. старший лейтенант Буланов,  гв. старший лейтенант Ладыжников Владимир.
Рота десантного обеспечения: командир роты гв. капитан Кочедыков Александр Николаевич, заместитель командира роты гв. старший лейтенант Зудин Александр Петрович, командир 1 взвода гв. старший лейтенант Кузнецов Дмитрий Александрович, командир 2 взвода гв. лейтенант Кречин Владимир, старшина роты гв. прапорщик Бадюк Анатолий Михайлович, техник гв. прапорщик Якубов, инструктор ВДП  гв. прапорщик Пекарский Аркадий, начальник ВДК гв. прапорщик Коновалов Александр.
Автомобильная рота: командир роты гв. старший лейтенант Тупицын Александр, командир взвода Макаров, гв. старший лейтенант Бондарев Геннадий Михайлович, инструктор практического вождения автомобилей гв. прапорщик Липочкин  Леонид.
Ремонтная рота: командир роты капитан Чекменев В., старшина роты гв. прапорщик Мурин Леонид
Взвод химической и радиационной разведки: командир взвода гв. старший лейтенант Тютюников Алексей.
Комендантский взвод: командир взвода гв. прапорщик Семенов Василий Евгеньевич.


Прыжки, декабрь 1978 г.


Глава 14. Последняя осень

Год начался с трагедии. В начале января 1979 года на тренировочных прыжках разбился молодой солдат рядовой Петров со 2 роты молодого пополнения. У него захлестнуло вытяжной под мышку, так он и пролетел до земли. Его ловили по полю с брезентом, но не успели.
«Я командовал спасательной командой и подбежал к нему первый. Когда он выпрыгнул, у него стабилизация прошла под рукой, видно от удара сломало руку, он перед самой землёй задёргался и открыл запаску, когда я подбежал, запаска так стопочкой и лежала, только клапана развернулись» - пишет Владимир Тузенко.
«Он был в моем учебном взводе 2 учебной роты и это был его второй прыжок. Я выходил с АН 2 последний (как и положено), а он передо мной, и естественно я видел все. И я орал ему про запасной парашют и видел, как он дернул кольцо за 80-100 метров от земли и как он упал на землю и этот удар. Я приземлился почти рядом в полном шоке. А потом показания и объяснительные и забирал из морга его тоже я, и с отцом его тоже пришлось мне говорить» - вспоминает Евгений Данильченко.

Почти весь свой последний год полк находился в состоянии боевой степени готовности «военная опасность». Как бывает всегда, сначала все офицеры ночевали в казармах, затем по одному на подразделение. Все было загружено. Были моменты, когда механики- водители спали в своих машинах.
Так, 105 воздушно-десантную дивизию подняли по тревоге в ночь с 16 на 17 декабря 1978 года, в связи с событиями в Иране. Полк уже находился в повышенной боевой готовности, просто ввели более высокую степень, но с ограничениями. Одним из ограничений было: " военный городок не покидать". Офицеры ночевали в подразделениях 3 месяца. В готовности посадки в самолёты.

Зимой 1979 года разразился очередной кризис в отношениях с Китаем, вызванный вторжением 17 февраля китайских войск на территорию Вьетнама. Только прошло 4 дня, как разрешили ночевать дома, снова "тревога" в связи с Китаем. В этот раз в высшей степени боевой готовности находились не долго, около недели.
«Я в конце 1970-х служил в Средней Азии, в 105 гв. вдд. Был лейтенантом, конечно, не знал всех планов, которые разрабатывались в вышестоящих штабах. Но у нас Китай открыто называли вероятным противником. Были русско-китайские разговорники, по которым обучали солдат. Изучалась организация их вооруженных сил, их вооружение, и т.д. Задача у дивизии была - десантирование в полном составе в Синьцзян-Уйгурский район (столица - Урумчи). Захват там, чего-то, удержание и т.п.».
По плану боевого применения полка в части регулярно объявляли учебные тревоги и проверяли, действия командиров подразделений со своими подчиненными. Все знали место на аэродроме, где будут швартовать свои машины (готовить ее к десантированию) и знали, примерно, где будут стоять их самолеты. Все знали по фотографиям и схемам один объект в Синьцзяне, и изучали по картам что, в той пустыне есть еще.
Десантирование полка в пустыне имело свои особенности, вызванные климатическими, почвенно-грунтовыми условиями и характером рельефа. Пустынная местность, обычно равнинная или слабопересеченная, позволяла выбирать достаточное количество площадок приземления в районе десантирования, удобных для выполнения боевых задач подразделениями десанта. Вместе с тем однообразие форм рельефа, отсутствие растительности и характерных ориентиров затрудняли ориентирование экипажей и точный выход самолетов к назначенным площадкам приземления и выброску в их пределах подразделений десанта. Эти особенности также затрудняли ориентирование и сбор подразделений десанта после выброски.
В пустыне труднопроходимые, обычно для техники, барханные пески, солончаки, каменистые плато затрудняли выдвижение боевых машин, артиллерии и другой техники к объектам атаки. Поэтому при выборе района десантирования, особенно площадок приземления, проводилась разведка местности вблизи объектов, подлежащих захвату. Учитывались частые ветры с перемещением большого количества песка, резкие колебания температуры в течении суток, отсутствие воды, повышенная солнечная радиация, полное отсутствие населенных пунктов, миражи, затрудняющие маскировку и ориентирование.
Десантирование полка в пустыне требовало более надежного его прикрытия от ударов воздушного противника. В целях достижения внезапности десантирование осуществлялось в ночное время. Это резко увеличивало время сбора и приведение полка в готовность к выполнению боевой задачи после приземления. Вместе с тем ночь затрудняла противнику определять состав десанта и район его выброски, защищала десант от прицельного огня, способствовала скрытому выходу подразделений к объектам атаки.

Через некоторое время начались события связанные с Афганистаном. Гератский мятеж, вспыхнувший в марте 1979 года в Афганистане, заставил провести усиление советских войск у советско-афганской границы. По приказу министра обороны началась подготовка к возможному десантированию посадочным способом 105-й гвардейской воздушно-десантной дивизии с территории Туркестанского ВО.2 С весны 1979 года при подготовке к вводу войск в Афганистан, в полку стали проводить занятия по тактической подготовке на тему ведения боя в городских условиях. Роты захватывали друг у друга казармы. В рожках были холостые патроны, бегали как партизаны из-за угла или кустов, захватывали пленных, нападали на условного противника из соседних подразделений. В принципе каждый был сам за себя. Само выживание. Вместо ручных гранат, использовали взрывпакеты. Наша 6 рота штурмовала новую трехэтажную казарму, на втором этаже которой и располагалась наша рота – вспоминает А. Самонин. К осени 1979 г. люди были практически подготовлены к выполнению боевых задач, но здесь начинается расформирование 105 вдд.

4 апреля 1979 года прошли последние полковые тактические учения с десантированием. Как пишет А. Хорошавцев: «В апреле 1979 года полк совершил марш на машинах в Чимкент. Ночь провели на аэродроме. До обеда ждали, когда прибудут борта АН-12 из Украины. Десантировались на нашу площадку, где уже стояла наша техника… Были учения. Рыли окопы и капониры. Помню, проехали проверяющие и не обнаружили нас на месте. Как оказалось, мы мастерски замаскировались на склоне ущелья. Командиром взвода был у нас Келов Александр. Вообще во взводе у нас было 12 сержантов! Так получилось».
«Я был на последних учениях в апреле 1979 г., когда взлетали с Чимкентского аэродрома. Мы, на машинах маршем прибыли в Чимкент. В Чирчике оставалась только охрана. Наш комендантский взвод обеспечивал проезд колонны автомобилей до Чимкента. Мы стояли по всему маршруту до Чимкента регулировщиками, выставляли нас парами, показывали направление, а мы ждали прохождение колонны. Последняя машина забирала нас. На аэродроме мы ждали погоду, был сильный ветер, только под вечер дали добро. Наш полк десантировался практически весь. Взлетали более 20 самолетов, один за другим и так же шли на десантирование. Красиво было смотреть, может кто-то, и снимал. А "воевали " мы, по-моему, с 111 Ошским полком, у них были АСУ-57. Был смешной случай. Выпускающий у нас был, не помню кто, запредельного веса для десантирования. Он всегда перед взлетом выпивал винца для храбрости, в этот раз все шло по его плану, приехали, надели парашюты, он выпил свой "боекомплект", а взлет не дали до вечера, и вина негде взять, хорошо было видно его волнение, но он переборол себя, и все прошло нормально» - вспоминает Алексей Кокарев.


Над площадкой приземления Багиш

В апреле был рабочий период, - пишет Александр Колодежный, - нас направили в Ташкент на механический завод работать. Пробыли около недели, пришел автобус с части, срочно возвращаться. Приезжаем в часть, все на ушах. Боевая готовность полная. Техника по всему городку растянута друг за другом, так почти месяц и простояла по дорожкам полка. Нам сразу комбинезоны и оружие. Спали не раздеваясь. С оружием даже спали, первые 3 дня. Потом начали сдавать в оружейку на ночь. На каждой БМД крепили 200 литровые бочки с горючим, загружали полный боекомплект. В подразделениях также - сухой паек, боеприпасы. Отменены были все отпуска, увольнения.
Афганистан возник как новый объект. Командование полка с командирами батальонов в один апрельский вечер переоделись в гражданское платье, похватали фотоаппараты и уехали на целый день. Приехали через сутки возбужденные и никому не говорили, где они были и что за дворцы им показывали в Кабуле. Они видели, куда и как ехать и знали что делать.
«В апреле был проведен строевой смотр полка по проверке готовности полка для ввода в Афганистан. Смотр проводили генерал-полковник Сухоруков Д.С. - командующий ВДВ и генерал-полковник Максимов - командующий ТуркВО. Было три вида формы одежды: в беретах, шлемах и в форме мотострелков. В тот день я представлял батальон командующим, исполняя обязанности заместителя командира батальона по политической части» - помнит Белобров Н. Ф.
Тогда полк находился в полной боевой готовности и ждал команду. Прибывшие в полк, командующий ТуркВО генерал- полковник Максимов, командующий ВДВ генерал- полковник Сухоруков и командир 105 гв. вдд гв. полковник Королев Павел Васильевич дали команду отбой.

«Вскоре мы отбыли в Узбекистан, в Чирчикский воздушно-десантный полк. Командир третьего батальона Иван Иванович Пархоменко, оглядев прибывшее пополнение "зеленых", только покачал головой: "Стафиевский, Артемьев, ко мне!". Возле комбата в мгновение ока "нарисовались" два здоровенных молодца в вылинявших добела хэбэшках.- Чтоб через месяц из этих "узников Бухенвальда" получились бойцы! Когда комбат ушел, мы с Серегой поняли, что нам конец. Эти звери убьют одним щелбаном. В лучшем случае отведут нас в спортгородок, где мы бесславно умрем на турнике. Но десантники-зверюги повели нас почему-то в столовую. Повар принес две миски дымящегося мяса. От его запаха закружилась голова. Свежий хлеб, масло, горячий чай и - о Господи! - жареная с золотистой корочкой картошка! - Ну чего смотрите? Ешьте. Слышали, что дядя Ваня приказал? - усмехаясь в белесые усы, сказал сержант Артемьев. - Мы теперь за вас отвечаем. Не веря в это чудо, мы наелись от пуза впервые за полгода. Моим опекающим стал сержант Дима Артемьев из Ульяновска, или просто, как его звали во взводе, Артюха. Серегу взял на воспитание Игорь Стафиевский из Норильска. За коренастую и угловатую фигуру его прозвали Шайбой. Своим квадратным кулаком он запросто разбивал табуретку. Она разлеталась в щепки по всей казарме. Тем дело и заканчивалось.
Как-то, осмелев, я поинтересовался: "Что все это значит? Почему нас никто не мучает?". - А как же мы с тобой завтра воевать будем в Афганистане? Если меня ранят, кто вытащит? Больше вопросов не было.
Единственным проявлением "дедовщины" во взводе было следующее. Порой, затосковав по дому, "деды" вручали Сереге или мне радиостанцию - "куклу". Из нее были вытащены все электронные внутренности. В пустой корпус входило ровно шесть бутылок чашмы - портвейна местного розлива. С этой коробкой шли в поселок. Вроде как проверить работу рации на расстоянии. Затоваривались и возвращались. Дежурному офицеру на КПП не могло придти в голову, что в "говорящем ящике" можно переносить что-то еще.
Все лето 1979 года полк находился в повышенной боевой готовности, и, казалось, судьба наша предрешена… В конце ноября полк расформировали. Тельняшки и береты стали под запретом. Нас переодели в общевойсковую форму и зачем-то отправили в Венгрию».


Последнее построение полка было в августе 1979 года, на День ВДВ.

Последнее построение полка.


«В 1979 году 7 рота начала строить большой огневой городок в 6 км от части. Офицеров в роте по разным причинам не было: целина, отпуска, мы с Боднером по очереди жили в поле в палатках и строили. Успели сделать чуть более половины. Во второй половине лета нас со стройки сняли.
Сейчас большая награда для меня это отзывы моих бывших подчиненных моих солдат и сержантов, активистов роты и просто хороших солдат, которые верой и правдой служили. С разгильдяями боролся активно в полку роту солдаты называли - коммунистическая т.е. до минимума была ограничена дедовщина известная мне не понаслышке, а ещё с времен когда сам был солдатом, да и директива - Д-028 1976 года о борьбе с неуставными отношениями подстегивала. Дневали и ночевали в казарме. К 5.30 на подъем и раньше 22.00 домой не уходили, каждое воскресение в течение 7 лет ответственный. Заслуга простая, но главная ни кого не похоронили и не посадили, что нельзя было сказать о других ротах и батареях. Вообще с командиром роты лейтенантом, потом старшим лейтенантом Боднер Александр Алексеевичем мы в этом направлении работали дружно. Хорошо помогали командир 1 ПДВ лейтенант Нужный В.Д. - впоследствии Герой России, полковник, и как не странно старший лейтенант Здеков Владимир Михайлович - командир 3 ПДВ, а ему в то время было 38 лет, для взводного это серьезный возраст» - вспоминает Белобров Н. Ф.

Летом 1979 года зенитные подразделения полка убыли в Мары. Эти учения проводились по плану Туркестанского военного округа. «В Мары добирались по железной дороге, в теплушках. Один парень проехал в ста метрах от своего дома и за нами гнались родственники на мотоциклах. Высадились на станции Байрам-Али и добирались до зенитного полигона своим ходом. Под Марами большой зенитный полигон. Там были все зенитчики полка, помню, что офицеры были из разных батальонов. На полигоне были около месяца. Когда вернулись, уже шел разговор об Афганистане» - вспоминает Владимир Тузенко из взвода связи 2 парашютно-десантного батальона.
«Там проходили учения в пустыне с имитацией ядерного взрыва. Учения запомнил потому, что эту бомбу сам с товарищами получал на окружном складе и привезли в полк. Тащили её в роту на руках в оружейку, раз ее уронили. У командира взвода фуражка дыбом встала. Сказал нам, если взорвется - полк как ветром сдует.
На учениях было много техники, авиация проводила бомбометание, а наши имитировали взрывы тротиловыми шашками, а бомбу для имитации ядерного взрыва они вручную закапывали и подрывали. Стреляли из ПЗРК по воздушным мишеням. Кажется, это были армейские учения, на полковых мы только десантировались да в атаку ходили со стрельбой по мишеням, но бомбы не взрывали, только противотанковые мины да взрывчатку и все» - пишет Евгений Масленников из саперной роты полка. Со сборов в Марах уезжали поспешно, видимо какая-то команда была на этот счет.

О расформировании 105 гв. вдд в полку заговорили в июне-июле 1979 года. Начинаются мероприятия по подготовке к предстоящему переформированию. В августе до офицерского состава доводится директива Генерального Штаба ВС СССР от 3 августа 1979 года № 314/3/00746. Командование полка начинает ездить в Ташкент, в штаб округа, за указаниями по формированию на базе полка отдельной десантно-штурмовой бригады. Этой директивой кроме формирования 56 отдельной гвардейской десантно-штурмовой бригады, на полк возлагалась ответственность за формирование 902 отдельного десантно-штурмового батальона ЮГВ и отправку на доукомплектование во вновь формируемые части некоторого количества военнослужащих.

В полк приезжал из штаба ТуркВО генерал-майор Безденежный по вопросу комплектования 56 бригады прапорщиками. Вместе с ним в ГВК г. Чирчик ездил гв. капитан Чевозеров А.П. для отбора из запаса, но никого там не получили.
Первым из полка уехал начальник штаба 3 батальона капитан Пустовит О. На аэродром в Баграм, в 1 пдб 111 пдп, за полгода до ввода войск в Афганистан. В июле 1979 года командование полка и командиры батальонов c аэродрома Ташкентского авиазавода под видом туристов вылетали в ДРА для проведения рекогносцировки.
В августе 1979 года в Венгрию уехали капитан Громов и старший лейтенант Долбилов Александр готовить базу для 902 одшб.

Строевой смотр полка. Заместители командира полка.
Первый слева (половина корпуса) – командир полка подполковник Плохих А.П.

В 20 числах августа 1979 года с частями 105 гв. воздушно-десантной дивизии, дислоцирующимися в Чирчике, произошел странный случай. Около 15 часов по закрытой дежурной радиосети открытым текстом прошла команда о приведении 351 гв. пдп, 1181 гв. артиллерийского полка и 76 отдельного самоходного артиллерийского дивизиона в полную боевую готовность. В частях началось движение. Но форма подачи сигнала у командования частей вызвала подозрение. После связи с оперативным дежурным дивизии выяснилось, что ни какого сигнала о приведении в полную боевую готовность из дивизии не поступало. Так этот случай оказался не выясненным. Высказывались предположения об радиоэлектронной борьбе со стороны американцев.

Обстановка была крайне нервная, держали на «повышенной» из-за Афганистана, всех постоянно тасовали по формированиям. То смотры формирований, то вдруг три дня не выпускали из казарм: все-все летим в Кабул. С 13 по 17 сентября полк был в полной боевой готовности. БМД были загружены всем, вплоть до хвороста. Спали в одежде с оружием в казармах. Техника под окном.

Все загружено. Мы готовы. Ждем сигнал к выступлению.
Боевая техника 2 парашютно-десантного батальона

 
«Это была последняя боевая готовность «Полная» перед расформированием полка, - вспоминает Олейник В.И. - на бронелисте силового отделения ремнями закреплены дополнительные 100 литровые топливные ёмкости. Это моя 5 рота, я в ней старшим механиком- водителем был. На Афганистан мы долго стояли. Там в голове колонны перекрёсток, на нем, слева от колонны в сторону столовой, стояла радийная машина и часовой возле нее. Говорили, что это прямая кодированная связь с Москвой. В зависимости от оперативной обстановки в Афганистане, принималось решение на переброску войск по воздуху либо эшелоном. Бывало ночью, я по команде поднимал механиков-водителей, и мы то сливали 10% топлива, чтобы на высоте не порвало баки, то вновь заливали из бензовозов полную заправку. Каждый день меняли боевую частоту на рациях и пломбировали их. За ремни, которыми крепились топливные баки, мы после запихивали вязанки дров, старались всё предусмотреть».
Но после поздравления Брежневым Амина дали отбой. Правда, 30% сухих пайков было уже солдатами съедено. Боднеру А. пришлось искать разумное решение, как возместить утраты и это он смог сделать, чтобы никто не пострадал. Дали отбой и со следующего дня мы стали активно готовится в отъезду в Венгрию. Все передавать, сдавать, готовить форму мотострелков» - помнит Белобров Н. Ф.

Осень 1979 года стала последней осенью полка. Этой осенью все происходящее в полку было последним. Как пишет начальник связи 2 батальона О. Гитман: «В начале осени полк жил уже по 2-м штатам, полка и бригады, стояла неразбериха, то ли мы еще подчиняемся ВДВ, то ли округу. Шла подготовка к отправке личного состава к новым местам службы, все начальники служб проводили сверки, списание и начисления за утерю и т.д. Строевая часть по 100 раз переписывала штаты, вносились изменения по несколько раз на день, принимали городки артиллерийского полка в Азадбаше и самоходного дивизиона в Мишенном дворе, и т.д.». В Азадбаше разместились 3 батальон и артиллерийский дивизион, в Мишенном дворе – разведывательная рота бригады.
Расписывать людей по подразделениям начинали в сентябре, в октябре уже начали жить по штатам бригады, штат которой № 35/ 901 был утвержден 11 сентября 1979 года начальником Генерального Штаба ВС СССР.
Отдельная десантно-штурмовая бригада состояла из управления, трех парашютно-десантных батальонов, одного десантно-штурмового батальона, артиллерийского дивизиона, противотанковой батареи, зенитно-ракетной батареи, разведывательной роты, роты связи, взвода управления начальника артиллерии, инженерно-саперной роты, медицинской роты, ремонтной роты, роты десантного обеспечения, роты материального обеспечения, комендантского взвода, взвода химической защиты, оркестра. Боевой потенциал одшбр составлял 0,27 расчетной дивизии.

Численность, вооружение и техника отдельной десантно-штурмовой бригады

Личный состав, вооружение и техника

управление

пдб (три)

дшб

адн

птбат

зрбат

подразделения

Всего

боевого обеспечения

обслуживания

Личный состав

66

1386

460

305

43

48

273

252

2833

5,45 мм АКС-74

66

1176

313

305

43

27

256

202

388

5,45 мм РПКС-74

81

27

3

111

7,62 мм АКМС

30

30

7,62 мм пулеметы ПК

18

18

9 мм ПМ

54

294

183

61

15

28

47

50

732

СПГ-9дм

18

18

АГС-17

18

6

24

РПГ-16

96

31

11

3

3

10

1

155

82 мм минометы


 

36

12

48

120 мм минометы

18

18

120 мм САО 2С9

8

8

122 мм БМ-21В

6

6

122 мм Д-30

18

18

БМД-1

31

7

38

БТР-Д

17

17

ПТУР 9П151 «Фагот»

36

36

ПТУР 9П135 «Метис»

18

12

30

БМ 9А34М (С-10)

9

9

БМ 9А35М

3

3

ПЗРК 9П58М

27

9

9

12

3

60

Тягачи МТЛБ

12

12

Автомобили

75

12

59

4

3

43

136

332

Прицепы

9

3

9

3

46

70

Трактор Т-155

2

2



Командирами батальонов были назначены 1 - пдб майор Кастрюлин Федор Иванович, 2 - пдб майор Каленов Олег Николаевич, 3 - пдб капитан Селиванов Иван Васильевич, дшб - майор Хабаров Леонид Васильевич.

«Помню в сентябре-октябре, был организован прощальный банкет в нашем летнем лагере в Азадбаше, но мне пришлось обеспечивать порядок в батальоне. На 300 с лишним гвардейцев я остался один, а они умели прыгать через забор трансформаторного завода. Пришлось активничать всю ночь, чтобы таких перебежек с их стороны было меньше» - вспоминает Белобров Н. Ф.
30 сентября проводили на новое место службы заместителя начальника штаба полка майора Гребенника М.

«Нас офицеров политработников пригласили на комиссию политотдела ВДВ, которая день, два работала в полку. Я тогда исполнял обязанности заместителя командира 3 батальона по политической части, старший лейтенант Гушин Виктор Михайлович поступил в ВПА им. Ленина. Капитан Селиванов назначался командиром одного из батальонов будущей бригады и предлагал командованию мою кандидатуру к нему заместителем по политчасти, но комиссия мне предложила поехать в 7-ю дивизию в Пренай, Каунас на должность заместителя командира роты по политической части с перспективой через полгода на батальон. Спросив, мое мнение я ответил, оставьте меня в моем батальоне, тогда Смирнов - заместитель начальника политического отдела ВДВ сказал "Вы перспективный, хотим оставить в ВДВ".
Дискутировать на комиссии было бессмысленно, но, выйдя с нее, я пошел к комбату Пархоменко И.И. и попросил принять меры, чтобы оставить меня в батальоне. Он в перерыве заседания комиссии поговорил с заместителем командира полка по политической части майором Масановец и меня оставили в нашем батальоне» - вспоминает Белобров Н. Ф.

Впоследствии 28 офицеров полка служили в разное время в управлении командующего ВДВ.

Осенью 1979 года полк сжимался подобно шагреневой коже. Офицеры 3 батальона занимались подготовкой к передислокации в ЮГВ. Отбирали сержантов и солдат для своей будущей части и одновременно часть своих подчиненных передавали в другие подразделения, которые потом вошли в состав 56 гв. одшбр.
Приказ о назначении значительной части офицеров полка на должности в 56 одшбр № 0205 был подписан командующим ВДВ 25 октября 1979 г. В октябре начала складываться новая структура. С 1 ноября формирование уже пошло полным ходом.
В ноябре всех по тревоге построили на плацу и командующий ВДВ со словами передал командующему ТуркВО прямо на трибуне гвардейский полк, «которому предстоит в скором будущем решать очень сложные задачи, и гвардейцы всегда останутся десантниками и не посрамят чести воздушно-десантных войск в прославленном Краснознаменном Туркестанском военном округе». На плацу стояло примерно 500 человек. Личный состав уже жил на два городка, молодежь еще не привозили, внутренний наряд на два городка, наряд на две столовые, караулы, на заработках... Офицеров и то было половина от обычного количества. Полк стал остановочным пунктом для одной из команд 111 Ошского полка, улетающей из Ташкента в Германию.
В ноябре начали свозить в часть остатки личного состава и техники из уже расформированного 111 пдп, отдельных частей дивизии, которые выделялись на уборку урожая 1979 г. Прибыло около 25 офицеров, 60-80 сержантов и солдат. В автопарке полка было сосредоточено около 400 автомобилей, большинство из них «целинных», и много другого «целинного» имущества.

17 ноября третий парашютно-десантный батальон, как и в далеком 1955 году опять убыл из полка. На этот раз на формирование 902 отдельного десантно-штурмового батальона. 3 парашютно-десантный батальон и 7 рота были лучшие в полку и дивизии. В том году командиру батальона Пархоменко И.И. вручили орден "За Службу Отечеству" 2-й степени. «17 ноября 1979 года в 7.00 на Уралах выехали на аэродром Чкаловский в Ташкенте, где быстро заняли два борта ТУ-154 и полетели 40 минут в Симферополь, где таможенники нас отказались смотреть с нашими армейскими пожитками. Прилетели в Дебрецен, сразу на машины ЗиЛ-131 на них на железнодорожный вокзал. Из машин сразу в электричку, доехали до станции Цеглед, пересадка из одной в другую до Кечкемента. Там сразу в ЗиЛ-131 и до казармы. Когда мы в казарме открыли бутылку вина, я посмотрел на часы, было 19.00, то есть за 12 часов мы из одной казармы перебазировались в другую на расстояние около 5 тыс. км. Старшим был капитан Боднер А. А.
Через два дня таким же образом прилетели остальные во главе с Пархоменко И. И., также на двух бортах. Таких частей, каким был наш 902 ОДШБ по высочайшей боеготовности, организованности и т.п. ни раньше, ни позже я не встречал. В батальоне царил высочайший десантный дух уважение старших к младшим и наоборот»- вспоминает Белобров Н. Ф.

Эта часть в основном был сформирована из офицеров и солдат 3 пдб, всего более 400 человек. Командиром был назначен гв. капитан Пархоменко И.И., он лично производил набор личного состава. Начальником штаба гв. капитан Боднер А.А., заместителем командира батальона по ВДП гв. капитан Громов. Дислоцировался на территории 110 мотострелкового полка 93 гв. мотострелковой дивизии. Батальону была выделена отдельная казарма. Плац и столовая были общие с полком. Оружие получали новое, было выдано 28.11.79. 8 БМД привезли с завода в г. Волгограде. Также часть была доукомплектована специалистами из мотострелковых учебных частей и высших военных училищ и молодым пополнением в 150 человек. Официально день рождение 902 одшб, считается 5 декабря 1979 год. На знамени батальона значилось: "Отдельный разведывательный учебный батальон". Десантирование осуществляли из АН-26 и АН-12, а посадочным способом из МИ-8 и МИ -6. Первый раз на прыжки 902 одшб вывезли в ОдВО. 902 одшб был выведен из Венгрии 27 апреля 1990 г. в г. Малорита Брестской обл. Беларусь. В военный городок расформированного в 1989 г. 44 ракетного полка 31 гвардейской Брянско-Берлинской Краснознаменной ордена Суворова ракетной дивизии РВСН (Пружаны). Батальон расформировали в 1992 г.

Остальных военнослужащих полка отправляли по списку оперативной части – она лично этим занималась под руководством начальника штаба полка.

В первой половине ноября 1979 года в последней раз вернулась в полк целинная рота, входившая в состав 1044 отдельного автомобильного батальона, который ежегодно формировался в дивизии, (Командир роты капитан В. Муравьев, заместитель по политической части роты старший лейтенант Е. Головин, командир взвода капитан Здеков В.М.). Из полка рота своим ходом выехала в Джизакскую область, потом железнодорожным эшелоном в Восточно-Казахстанскую область, Кокпектинский район, село Теректы. Потом была Киргизия, село Масанчи, недалеко от Токмака. Там возили свеклу на сахарный завод в Токмак. А перевозила рота все, что было в колхозах, и пшеницу, и металлолом, и комбикорма, и скот. Из Киргизии роту сняли с уборки, быстро загрузили в эшелон и вернули в часть. Правда, перед этим были слухи, что роту отправят в Читу, на границу с Китаем. Роту наградили переходящим Красным знаменем ЦК компартии Казахстана. Эта была последняя мирная награда полка.

12 ноября 1979 года были исключены из списков подразделений полка значительное количество военнослужащих, предназначенных для доукомплектования в ГСВГ, формируемых 899 отдельного десантно-штурмового батальона 3 УА ГСВГ (г. Розенкруг, г Бург) и 900 отдельного десантно-штурмового батальона 8 ОА ГСВГ (Шинау).
«Когда мы вернулись с целины, комендантский взвод был в полном составе. Началось все внезапно, для солдат. Я был в наряде на КПП, принесли красные погоны, сказали, пришивайтесь, улетаете в Германию. Я не поверил, ходил к командиру взвода Семенову В.Е., он сказал - исполнять. Никто толком ничего не мог объяснить. Нас из Чирчика увезли на машинах в аэропорт Ташкента, посадили в зале старого аэропорта, закрыли вход, запретили общение, потом привели настоящих молодых и с ними отправили сначала на Киев, но там почему-то не посадили, развернули на Германию, аэродром Мальвинкель. Когда улетали из нашего 351 полка, нас заставили пришить красные погоны, в Германии таких войск не оказалось, через плац стояли танкисты, нам выдали черные погоны. ( Примечание: 899 отдельный десантно-штурмовой батальон первоначально дислоцировался на территории 117 отдельного учебного танкового полка и неформально назывался 4 учебным танковым батальоном). В батальон зачислили с 1 декабря 1979 года. В Германии мы в основном готовили площадку для приземления. Корчевали пни и т.п. Офицеры все были из других родов войск. Увольнялись в запас в заплатанных ПШ, первая посадка была в Ленинграде, пограничники в Пулково думали, что мы из дисбата. Так что на дембель нам пришлось уйти в гражданке, хорошо не отобрали. Была проблема с постановкой на учет по месту жительства, заставляли явиться в форме», - вспоминает Алексей Кокарев, из комендантского взвода полка, убывший в ГСВГ после прибытия с целины.

Часть военнослужащих была отправлена в Актогай на доукомплектование формируемой 57 отдельной десантно-штурмовой бригады САВО. В сентябре, для знакомства с офицерами предназначенными для 57 одшб, приезжал майор Калиняк, бывший в свое время в 351 гв. пдп командиром роты, а к тому моменту ставший заместителем командира Актогайской бригады. Они уезжали последними. Вместе с ними с железнодорожного вокзала в Ташкенте убыли и военнослужащие артиллерийского полка дивизии, в частности реактивной батареи полка и взвода управления начальника артиллерии дивизии. Командиром батальона был назначен заместитель командира 2 батальона капитан Муравьев В., ставший в 57 одшбр командиром 1 батальона. С ним убыли командир 3 роты Мальцев, гв. старшие лейтенанты Здеков В.М. и Ануфриенков А. (Бригада была расформирована в Гергиевке, Семипалатинской области в 1990 г.). В второй половине ноября началась погрузка на железнодорожные платформы БМД-1 1-го и 2-го батальонов для Актогайской бригады. Несколько дней ранним утром, еще до рассвета, этим занимались механики-водители, по сроку службы увольняемые в запас Гимадиев С, Гришин, Гичевский, Бердышев с 3 роты и другие. Им приходилось проезжать через город Чирчик на железнодорожную станцию Боз-су, где шла погрузка. В ходе этих предрассветных маршей одна БМД столкнулась с гражданской машиной. Водитель автомобиля не ожидал появления колонны БМД в столь ранний час и попал под одну из них, к счастью свою машину помял не сильно.

«Расформирование происходило очень интенсивно. Помню, на плацу выстраивали роты, форма одежды голый торс, осматривали личный состав, чтоб не было никакого напоминания о ВДВ никаких наколок, даже заставляли их выводить. Мы старослужащие уже в этом не участвовали. Механиков тоже отправляли. Тут же дембелей начали увольнять в запас, мы же, кого оставили, в автопарке технику перегоняли, всего то было несколько человек из роты. Постоянно кто-то находился на охране техники, приготовленной к передаче. БМД были полностью разоружены. Мы только видели: построили уже группу наших, переодетых в форму с красными или чёрными погонами, и тут же с плаца на погрузку. Попрощаться не было возможности, они уже отдельно жили, а нас перевели в старые казармы. Похоже, парни и сами не знали до последнего кого куда. Стресс у всех был. Столько лет прошло не могу понять, почему такой полк расформировали. Мы готовились к Афганистану полгода, стрельбы и днём и ночью, автомат как продолжение рук был. Тактическая подготовка, и в условиях города и на полигоне. Климатические условия схожи с афганскими, без воды могли долго обходиться. В колонне стояли, ждали команды, боеприпасов под завязку, дрова даже к броне подвязывали, соль в каждой машине по нескольку пачек, чтоб воду подсаливать, всё предусмотрели. И после этого расформирование. Десантники, прошедшие усиленную подготовку при подготовке к Афганистану, снимали тельники, все знаки ВДВ, переодевались в общевойсковую форму, это были тяжёлые дни. Нас механиков – водителей выслуживших 2 года, оставили передавать технику. В автопарке выстроили БМД-1 плотно по-батальонно, броня к броне. Столовая не работала, так как в полку оставалось мало народу: карантин призывников, целина, за столовой там же полевая кухня. На кухне питались: карантин и группы численностью не более взвода. Когда идет рота её сразу видно, не говоря о батальоне. В артиллерийском полку, похоже, солдат было еще меньше, потому что нас периодически небольшой группой возили к ним и мы заступали в артполку в местный караул. Офицеры были с артполка. В часть стали прибывать орудия и солдаты из других родов войск (красные и чёрные погоны), нам сообщили, что формируется десантно-штурмовая бригада» - пишет Олейник В.И.

На 30 ноября 1979 года в полку из 1730 военнослужащих осталось около 25% офицерского состава и 837 солдат и сержантов. Было указание оставить в каждой роте не более 3 солдат-сержантов старослужащих, так как бригада должна была быть одного призывного состава. Было решено иметь в каждом батальоне одну роту «старослужащую» и остальные – «молодые». «Старослужащие» роты комплектовались «остатками» личного состава полка и дивизии. В ротах и батареях было 4-8 старослужащих, которых ставили старшинами, заместителями командиров взводов и командирами отделений. Например, в разведывательной роте 56 бригады из офицеров полка, кроме гв. ст. лейтенанта Балабанова Г.Ф. ни кого не было, от старой разведывательной роты остался только старшина роты гв. прапорщик Егоров А. В роте десантного обеспечения осталось два сержанта прослуживших полтора года. Эта рота после реорганизации полка в бригаду все платформы ПП-128-5000 по железной дороге отправляла в Коломну. С 3 парашютно-десантной роты в бригаде остались командир взвода гв. старший лейтенант Келов А. назначенный командиром 3 роты, гв. сержант Фролов С. (погиб в Афганистане 14.04.1980 г.) и два механика-водителя. После 7 ноября командир взвода 2 роты гв. старший лейтенант Иванов М.И. с одним сержантом со своей роты начал формировать противотанковую батарею 3 батальона бригады. В полку проходили загрузка и отправка одной техники, получение другой, отбытие и прибытие партий с личным составом. Всё одновременно, срочно и бегом.

Для некоторых военнослужащих оставшихся в полку эта осень стала последней в их жизни. Например, рядовой Коваленко Анатолий Викторович, прибывший в полк из учебного подразделения в октябре 1979 года. Уже находясь в 56 бригаде 20 января 1980 г. при ликвидации укрывшейся в горах банды, и погиб в бою. За мужество и отвагу, проявленные в бою, рядовой Коваленко Анатолий Викторович в 1989 году награжден орденом Красная Звезда (посмертно).

Какой день считать последним днем полка? На основании директивы Генерального Штаба ВС СССР от 3 августа 1979 года № 314/3/00746 с 15 октября 1979 года части 105 гвардейской воздушно-десантной Венской Краснознаменной дивизии начали расформирование, чтобы к 1 декабря 1979 года завершить организационно-штатные мероприятия.
В выписке из исторического формуляра 56 бригады указывается – бригада сформирована к 1 октября 1979 г. В нем же, в списке командиров бригады указаны периоды командования, и у первого командира гв. подполковника Плохих А.П. он начинается в декабре.5 В записях в военных билетах в октябре и ноябре, в том числе и у молодого пополнения, фигурирует печать полка - в/ч12182. С 1 декабря печать бригады в/ч 33079. Можно с уверенностью сказать, что последним официальным днем полка был последний осенний день 1979 года – 30 ноября. Утро следующего зимнего дня 1979 года возвестило о рождении 56 отдельной гвардейской десантно-штурмовой бригады Туркестанского военного округа. «1 декабря у нас на плацу было построение с объявлением о прекращении существования полка, но кажется, знамя полка ещё оставалось в бригаде. Правда всего 11 дней» - вспоминает дирижер оркестра Пержановский Е.П.

«Управления бригады, батальонов были укомплектованы полностью, командиры рот, отдельных взводов тоже были назначены и находились на местах, а вот командиров линейных взводов не хватало катастрофически. В десантно-штурмовом батальоне (его комплектовали в первую очередь) было по 1-2 командира взвода в роте, в остальных на весь батальон по 1-2 командира взвода. Прапорщиков также не хватало. Должности командиров хозяйственных взводов, начальников складов кое-как укомплектовали, и все.
Как только рота формировалась – срочно начиналась подготовка к учебному году. Подмазывали-подкрашивали казармы, убирали мусор из городков, воевали с КЭЧ за каждую лишнюю банку краски, гвоздь, молоток, хоть какую-то мебель. Получали индивидуальное вещевое имущество, спальные принадлежности. В общем, начинали обзаводиться ротным хозяйством. О боевой подготовке еще и не говорили.
Оружие, даже стрелковое, выдано было не всем: надо было оборудовать комнаты для хранения оружия. Групповое оружие тоже еще не получали. Как потом выяснилось, если стрелковое оружие на складах было в достаточном количестве, то ПТУР (а нужны были «Метис»), 82 мм минометов, СПГ-9 - этого не было. Не было на месте и некоторых позиций тылового имущества, которое не использовалось в ВДВ, а здесь по штатному расписанию было положено: каски, бронежилеты, кухни очаговые… Средства связи в подразделения также еще не выдавались. Все это лежало на складах.
Техника, теоретически была распределена, но в подразделения не выдавалась, и многие командиры рот (батарей), ее еще и не видели, вся она стояла в полковом парке. Там была неразбериха бесконечные скандалы с этой «целиной».
К 10 декабря личный состав последнего призыва, а их было не менее 70% срочного состава бригады, к присяге приведен не был, из стрелкового оружия еще ни разу не стрелял. Исключение, в какой- то степени, составляли десантно-штурмовой батальон, где БМД были уже закреплены за подразделениями, и артиллерийский дивизион, где артсистемы были на месте. Но и эти подразделения были такие же «нестрелянные». Более-менее были подготовлены экипажи боевых машин.
Бригада к 10 декабря была очень в сложном положении. Если говорить по большому счету, бригада в тот момент не была боеготовым соединением, так как:
- офицеры звена от командира роты и выше были очень перспективными, но 75% офицерского состава в батальонах (дивизионе) были вновь назначены на вышестоящие должности и, естественно, опыта командования подразделениями в новом объеме не имели. Да и в управлении бригады картина была примерно такая же.
- подготовки управлений и штабов (ни в бригаде, ни в батальонах) в новом составе не проводилось.
- практически отсутствовал офицерский состав низшего звена;
- 70% -75% личного состава срочной службы не получило даже начальной военной подготовки;
- о слаженности подразделений говорить даже не приходилось …
- большая часть вооружения находилась не в подразделениях, часть основного вооружения находилась вне части (82 мм. минометы, переносные комплексы ПТУР, боеприпасы к ним);
- инженерные средства, средства связи, химической защиты и т.д. в подразделения не получались, большинством личного состава изучены не были;
- автомобильная техника в парашютно-десантных батальонах не получена; у имевшейся техники состояние было очень плохое;
- в части скопилось большое количество излишествующей бронетанковой (около 60 ед. БМД-1, 30 БТРД) и автомобильной техники (около 250 ед);
- часть тылового имущества находилась вне бригады – на окружных складах, и видимо его приписка (назначение) к бригаде еще не проводилось.
Тем не менее, 10 декабря в 8 часов утра был получен приказ о приведении части в боевую готовность «Полная» и началось участие 56 одшбр в Афганской войне.
К 10-11 утра, через два часа после объявления тревоги, из штаба округа (из Ташкента) уже прилетели «волги» с «помощью». Нужно отдать должное, приехавшие были толковые. … в тот же день весь личный состав вывели в поле, дали стрельнуть три раза и сразу после этого привели к Военной присяге. После обеда прямо ротами - по графику ходили на склады РАВ за оружием. Выдавали автоматы, ручные пулеметы. СПГ, минометов 82 мм, ПТУР – не было, вместо этого получили пулеметы ПК, гранатометы РПГ…
Водителей собрали и повели в парк. Подходили, пробовали завести машину – если заводилась и тормозила, то забирали. Тут же на заправку. Прямо на заправке выдавали дополнительные канистры, набирали в них бензин, масло. У склада ВТИ кидали какие-то ящики – говорили с запчастями.
К вечеру (вернее уже ночью) пришла команда – вести на аэродром… Но еще не все получили. Не хватало много вещевого имущества, не разобрались со взводом обеспечения, еще какие то проблемы… Часам к 12 - 1 ночи дали отбой, ночуем в казармах… Запустили в столовой приготовление завтрака для личного состава.
С утра 11 декабря меня отправили получать и грузить боеприпасы на батальон… личный состав в военном городке на месте, получали кухни, продукты, вещевое, рюкзаки…
Часам к 15 начали приземляться вертолеты… тут сердце застучалось тревожно – так далеко дело раньше не заходило…К 22.00 личный состав стоял у вертолетов, все недостающее привозили с окружных складов и грузили прямо в ящиках в вертолеты, и контроль, честно говоря, за тем что именно и куда загрузили… Все в записных книжках, по разным карманам… Еще раз отпустили ночевать в казармы…12 декабря утром, около 9 часов взлетели. С батальоном полетел «куратором» заместитель командира бригады майор Щепетов О. В… Улетало из Чирчика 12 декабря нас 305 человек », - такая картина первой половины декабря 1979 года осталась в памяти ветеранов полка. За третим батальоном двинулись и остальные подразделения бригады.

Опустевшая территория полка использовалась как перевалочная база для некоторых частей, предназначенных для ввода в ДРА. Так 25 декабря 1979 года в расположение полка прибыл на один день личный состав одного из полков 103 гв вдд. «Под покровом ночи, преодолев вторые две тысячи километров, караван самолетов приземляется уже в Узбекистане, на аэродроме близ Чирчика. Получился чудесный перелет из суровой зимы в ласковое лето: тут совсем не было снега и веяло приятным южным теплом. За нами прямо на аэродром подъехала колонна грузовых машин. Набившись битком в их кузова, мы поехали в расположение местной воинской части. Казармы там были пусты, а их двери опечатаны: личный состав располагавшегося здесь чирчикского десантного полка, как нам сказали, покинул городок несколькими днями раньше. Всему нашему батальону (это более двухсот человек) отвели место в спортивном зале. Уложив в угол свои вещи, некоторые, устроившись поудобней, легли спать. Остальные бродили по территории без дела или сушили портянки на солнышке. Офицеры где-то бесконечно совещались, и личный состав был предоставлен сам себе, а точнее, на усмотрение сержантов». Переночевав, этот полк на другой день убыл на аэродром. А на следующий день после вхождения в Афганистан наших войск, в сообщении "Голоса Америки" о десантировании на аэродроме Кабула, упоминалась и несуществующая уже месяц 105 гв. воздушно-десантная дивизия.

Можно с уверенностью назвать одного из двух последних солдат 351 гв. пдп. Это механик – водитель БМД-1 с 5 роты 2 батальона гв. ефрейтор Олейник Василий Иванович. С первого дня службы он служил в 351 полку. После карантина попал в 5-ю роту 2-го батальона. В начале стрелок помощник гранатомётчика, после пулемётчик, в полку прошёл курс подготовки механиков-водителей. На втором году службы был механиком водителем БМД-1 бортовой номер 256 во втором взводе. Весной 1979-го назначен старшим механиком - водителем 5-й роты на командирскую машину номер 250. Из его воспоминаний видна картина последних дней 1979 года: «В конце ноября я заболел и попал в госпиталь в Ташкент. Через месяц вернулся в часть, со мной был ещё один солдат моего призыва, также из госпиталя. Уже в госпитале узнали, что ввели войска в Афганистан. Когда прибыли, в части никого, только музыканты в караул по полку ходят, в солдатском магазинчике офицерские жёны собирались, было слышно как плакали, обстановка гнетущая. Никого из нашего призыва мы не встретили. Из знакомых были только солдаты из оркестра. В штабе также был дирижер оркестра. Он сообщил, что бригада находится в Афганистане, печать тоже там. Разместили в казарме 1-го батальона, там уже была группа десантников, прибывавшая также из госпиталей и из отпусков. Они были не из нашего полка. В полку было более 1500 человек, и мы всех знали в лицо, даже спустя столько лет, я узнаю сослуживцев по армейским фотографиям. Нам сообщили, что набирается группа в 20 человек, и на днях полетим в Афганистан. Я поинтересовался: а где же карантин? Говорят, их ночью подняли по тревоге, приняли присягу и на погрузку в эшелон. Жалко их стало, вспомнил, каким я был солдатом после нескольких месяцев карантина. Утром на построении нас 2-х дембелей вывели из строя и сообщили, что по приказу министра обороны мы должны быть уволены до 1-го января, т.к уже 28 декабря, мы не успеваем. Нам объяснили как проехать в штаб полка гражданской обороны в Чирчике (войсковая часть 42219), где нам поставят печати на документах об увольнении в запас 28 декабря. Вечером мы прибыли в свой полк за вещами, уже был отбой, идём по кубрику прощаемся с ребятами, жму руку, и каждый говорит: поживите за нас, им завтра в Афганистан, а мы домой. Фамилию второго дембеля уже не помню, я был не один, нас было двое последних солдат уволившихся в запас из 351 полка».
Их увольнение в запас осталось в памяти гв. майора Пержановского Е.П. 28 декабря 1979 года в полку погас свет, и при свечах примерно в 22 часа им вручили необходимые документы.

В списках полка осталось несколько офицеров подлежащих увольнению в запас по возрасту и выслуге лет. Временно исполняющим обязанности начальника штаба полка был военный дирижер гв. майор Пержановский Е.П. Он издавал приказы по части. При убытии бригады в Афганистан отвечал за охрану военного городка силами бригадного оркестра. Расположение полка стало тыловым пунктом обеспечения, все склады функционировали. Автотранспортом отправляли в Афганистан всё необходимое для бригады.
Оформлением документов для сдачи в архив занимался помощник начальника штаба полка по строевой части и кадрам гв. майор Чевозеров Александр Павлович. Он вместе с гв. майорами Артемьевым И.Б. и Вагизовым В.В. приказом МО СССР от 30.10.1979 года № 01098 был уволен в запас. Исключили их из списков 351 гв. пдп 11 января 1980 года.

Что было, потом вспоминает гв. майор Пержановский Е.П.: «Тревог, в 1979 году было столько, что последняя была воспринята привычно - снова будет «повышенная готовность». Но бригада уходит на учения, я заступаю дежурным по части, а музыканты в караул. Знамя полка начальник штаба увозит с собой. Проходит три дня, а возврата бригады нет. Уезжая, командир бригады представил мне подполковника Звягильского Юрия Александровича как старшего начальника оставшегося личного состава. Это был бывший заместитель командира артиллерийского полка по тылу в Азадбаше. Он ждал приказа на перевод в нашу бригаду и решал вопросы в основном по строительству. Вот мы с ним и начали срочно формировать второй состав караула, дежурных по КПП, а их у нас прибавилось, ведь к нам влили Азадбаш и Мишенный двор, где раньше стояли самоходчики.
Жизнь продолжалась, возвращались с командировок, отпусков, госпиталей. Это и был так необходимый второй состав для караула. Но люди нужны были не только для службы, но и для хозяйственных работ. Комбриг ежедневно требовал доклада о ходе выполнения работ "хозяйственным способом," В автопарке для этого оставили прапорщика Панина и бригадного метролога майора Филоненко. В то время о длительном отсутствии бригады, а тем более о невозвращении её на свою базу речи не велось. Кроме них, в расположении осталось по одному солдату для охраны ротного имущества. Начальник вещевого склада прапорщик Макаров, начальник продовольственного склада прапорщик Беляков Александр, начальник столовой прапорщик Ким Владимир Владимирович, и начальник секретной части, который готовил документы в\ч 12182 в архив, командир хозяйственного взвода прапорщик Матвеев В., старшина РДО Бадюк, связист прапорщик Фаткулин (оставили одну радийную машину для связи с бригадой), прапорщик Шашков, из финансовой службы. Мои 7 музыкантов сверхсрочников, 8 музыкантов срочной службы и 3 воспитанника оркестра, которых в марте передали в оркестр Ташкентского танкового училища, да, ещё и писарь строевой части, т.е. у меня т.к. я выполнял обязанности начальника штаба и заместителя по политической части. Вот это список оставшихся на 12 декабря 1979 г. Ещё был лейтенант с транспортной роты. После тревоге через месяц- второй необходимо было отправлять в бригаду имущество, находящееся в частности на складах вооружения и химическом. У нас не было ключей от замков этих складов. Пришлось писать акты о вскрытии и ножовкой спиливать замки.

Одной из главных моих задач было написание ежедневных приказов по части. И в первую неделю Чевозеров А.П. мне очень в этом помогал, потом дело пошло проще, так как у меня в распоряжении был толковый его писарь. Через недели 2-3 стали приходить на имя командования полка запросы "почему от сыновей нет писем?" По предложению Звягильского так как вопросов становилось всё больше, мы напечатали ответ – шаблон "мол, уважаемые такие-то Ваш сын находится в длительной командировке, по прибытии обязательно вам напишет". А в середине января получаем от отца солдата такую пилюлю: " Я уже сына похоронил, а ВЫ пишете "напишет". После чего я стал вести список погибших, их до 11 декабря 1980 г. было 55. И конечно ответы теперь были персональные, и с уточнением за речкой по радиостанции.

Для округа штаб бригады далеко, Чирчик близко и все вопросы по личному составу присылались ко мне. Ответы на эти вопросы в основном кто и где надо было искать в учётно-послужных карточках, а они распределены по подразделениям. На поиски уходило много времени. Я взял человек 15 солдат, с ящиком УПК все бригады пошли мы в парашютный класс и каждый отбирал свои две буквы. Так мы за часа три всю бригаду срочнослужащих разложили в алфавитном порядке. Сразу стало на много быстрее работать. Всех офицеров, направленных для прохождения службы в бригаде мы направляли в Кокайты.

Звягильский был старшим у нас до середины февраля 1980 года. По прибытии к нам заместителя командира бригады гв майора Щепетова О.В. он убыл в распоряжение командующего ТуркВО и продолжил службу в Ташкентском танковом училище. С приходом Щепетова О.В. особых изменений не было. Может кроме солдатских настроений. С первых дней вхождения наших в Афганистан был такой патриотический настрой, что мы отправляли туда только достойных солдат. И это поняли нерадивые. Хотя нам командование бригады за речкой говорило, чтобы мы им присылали таких на перевоспитание. Пошли досыпания после подъёма под предлогом болезни. Сон на посту тоже встречался. Вот тогда и в сознании нашем произошёл переворот. Отправлялись в первую очередь нарушители.

С середины ноября 1979 года в автопарке стояли целинные машины, когда в полк с уборки зерновых в Казахстане вернулась сборная авторота под командованием майора Заверухина П. в количестве 30-ти машин. В каком состоянии они были, можно только представить. Очевидно, было не до них, и они так и остались после тревоги в автопарке. Война войной, а ревизия в своё время. И в 56 -й одшбр в г. Кундузе весной 1980 года окружной ревизией бронетанковой и автотранспортной техники, наряду с боевыми потерями, был выявлен большой недостаток транспортных средств. В Чирчике об этом конечно не знали. И к нам как снег на голову в один из весенних вечеров прибывает ремонтная бригада из двадцати солдат под командованием подполковника из Ташкентского ремонтного завода, со своими инструментами и танковым аккумулятором. После ужина в нашей столовой они, не смыкая глаз, до утра завели все машины. Каждую своим ходом доставили на станцию Боз-су, погрузили и на платформах отправили в Термез, а там наши водители перегнали их в бригаду.

В апреле прибыл заместитель командира бригады по ВДП гв. майор Никифоров Виктор, а Щепетов О.В. убыл для дальнейшего прохождения службы в Самаркандское автомобильное училище, где умер от сердечного приступа осенью 1980 года. Жена с нашей помощью похоронила его в Чирчике, рядом с могилой сына, который погиб в катастрофе на мотоцикле на железнодорожном переезде четыре года раннее.

К лету с перевалочной базы в Кокайтах ко мне в помощь прибыл гв. майор Гармашов Евгений Андреевич - начальник ПДС бригады. Физически стало легче, но морально... Пошли погибшие. Их из Ташкента к родителям сопровождали сверхсрочники - музыканты. Опыта ещё никакого не было. Как-то отдать представителю военкомата на аэродроме и ехать на вокзал. Передавали родителям, присутствовали на похоронах. И это всё под такими взглядами и с разговорами, далеко не приятными. Они приезжали, рассказывали, а их снова приходилось направлять по новому адресу. Или вот из личного опыта. В бригаду прибыл капитан Эмиров на должность командира роты. Он окончил Ташкентское общевойсковое училище и женат был на ташкентке. Его настигает смерть. Комбриг по радио просит меня чтоб я узнал, куда отправлять тело для похорон - жена в Ташкенте, а мать его в Намангане. Во-первых, мне чего стоило самому сообщить о смерти мужа, а во-вторых, она в растерянности говорит, чтобы я поехал в Ташкент к её отцу, а он посылает меня к старшему брату Эмирова в Янгиюль, что тот скажет. Еду. Он от услышанного чуть не в обморок. И говорит "Если я сообщу маме о случившемся - мама умрёт. Она сердечница. " Я уговорил о его поездке в Наманган, и через два дня он мне телеграфирует о решении проблемы. А на третий день приходит телеграмма "Не смог сообщить по случаю смерти матери последними словами, которой были «Похорони его рядом со мной». Так одна пуля оборвала две человеческие жизни.

Но не только трагедии были. На 8 марта я пригласил с концертом для семей военнослужащих ансамбль песни и танца округа. 9 мая собрали ветеранов части Левченко, Белобородова, Фаткулина старшего. 2 августа собрал у себя всех, кто был свободный от службы. Белобородов А.И. принёс целый фотомонтаж. Был даже полковник Ахмедов, первый ротный Гармашова Е.А. Они не виделись 15 лет. Ко 2-му августа, это была 50-я годовщина ВДВ, организовал бригаде подарки от города Чирчик. Книги для библиотеки, солдатам тетрадки для писем родителям.

Был случай с железнодорожными требованиями. В бригаде кончились и меня попросили их получить в округе. Я получил шесть книжек. Переписал и передал с очередной командой, отправляющейся в Кундуз, но пакет отдал не начальнику команды, начальнику ПВО бригады (была суматоха, опаздывали на поезд в Термез) а его сержанту. Дня через 3 меня вызывают в округ. Книжки нашли на ж.д.ст. Душанбе. Хорошо, что я переписал все серии и номера книжек. Оказалось одной книжки не хватило. Её после нашли по воинским кассам. Определили и прикарманившего. Но было очень неприятно.

Ровно через год после тревоги, 11 декабря 1980 года оркестр убыл в Кундуз для подготовки и приведения молодого пополнения к Военной присяге, но бригаду мы не застали, её передислоцировали в Гордез.
Здесь остались склады с начальниками и 2-я рота для охраны во главе с заместителем командира бригады по вооружению и технике подполковником Масол. В день приезда оркестра формировалась последняя колонна для отправки имущества подразделений бригады в Гордез под командованием того же начальника ПВО. На новом месте оркестру надо было оборудовать места для работы и жилья. Старшина на месте. Сам справится, а я предложил свои услуги здесь и командир бригады подполковник Карпушкин дал добро. Рано утром переписал всех отправлявшихся в колонне. Колонна машин с имуществом тронулась. Оркестр улетел самолётом через Кабул. А утром следующего дня в наше расположение прибыла целая комиссия во главе с генералом Воробьёвым. Стали выяснять как, кого отправляли. От нас они полетели в Полихумри и оттуда привезли список 9-ти погибших наших однополчан во вчерашнем бою в "зелёнке" под Багланом. Это не далеко от Кундуза. Колона шла без прикрытия "вертушек" (при прохождении колоны КПП Кундузского гарнизона дежурный ходил на завтрак, а по прибытии ему не доложили о прохождении колонны - он не поднял вертолёты). Что делается в наших частях душманам было всё известно, и они колонну ожидали в кишлаке, расположившись группами по 3-4 человека в шахматном порядке вдоль дороги по обе стороны, в основном в глубине дворов. В каждой группе пулемётчик, гранатомётчик и автоматчик. Их было 5 - 7 групп. Выбив переднюю и заднюю машины, начали бой пока через 3-4 часа не подошли танки с Полихумри, туда доехал начальник колонны и сообщил о нападении. За это время душманы спалили 28 машин из 56 в колонне. Сгорели и инструменты оркестра, находившиеся в одной из сгоревших машин. Сопровождавшего эту машину музыканта гвардии рядового Каримова ранило в руку он отстреливался из арыка, за что был награждён орденом Красной Звезды. Я, будучи в Полихумри, видел эти сгоревшие машины. Обычно, до этого боя, душманы вели кратковременные нападения 15 - 20 минут, а здесь очевидно повлияло слабое сопротивление и как результат - бой до 4-х часов.

В преддверии Нового года командование решило, что одного меня на охране хватит, и подполковника Масол отозвали в расположение бригады для выполнения своих непосредственных обязанностей. Вскоре прибыла 7 рота на БМД-1 для охраны нашей территории, а в начале января прибыла наша транспортная рота для получения в дивизии, что за взлётной полосой Кундузского аэродрома 25 автомашин УРАЛ и своими машинами мы должны вывезти тылы бригады. Пока получали машины, расстреливали боеприпасы в учебных целях, да и чтобы было, что везти время шло и только 31 января мы тронулись в путь, под охраной 7 роты на БМД-1. Огромная заслуга в том, что мы без потерь, в течении 15 суток преодолели 1000 км. военной дороги от Кундуза до Гордеза, принадлежит командиру автомобильной роты гв. капитану Барсукову. Он предложил обогнуть Багланскую зелёнку, он заведовал нашим прикрытием с воздуха вертушками. 12, 13-го февраля ночевали в расположении полка под Кабулом в Тёплом стане, и 15 февраля прибыли в расположение бригады».

Но это уже бригадная истории, а завершающую точку в полковой поставил бывший помощник начальника штаба полка гв. старший лейтенант Серков Сергей Иванович. В последних числах апреля 1980 года его на несколько дней откомандировали из 56 гв. одшбр, находящейся в Демократической Республике Афганистан, в Аранчу для сдачи документов полка в архив. Сдавались документы за последние 17 лет жизни полка. Принимал их начальник архива ТуркВО в Ташкенте старший прапорщик Гак Алексей Михайлович.
Спустя некоторое время после сдачи документов, в августе 1980 года 56 отдельной гвардейской десантно-штурмовой бригаде вручили Боевое Знамя 351 гвардейского парашютно-десантного полка.  

Послесловие

В 1985 году, на бывшей территории полка был размещен 467 учебный полк специального назначения (в/ч 71201).
Из письма И. Попелковского - механика-водителя БМП-1-КШ. Взвод связи 334 отдельного отряда СпН/5-й батальон, 15 обр СпН от 19.02.1985 года «Уже месяц, как я нахожусь здесь - в городе Чирчике... Рассвело, и мы во всей красе увидели горы, которые ночью казались холмами мусора. В части, где мы расположились, с 1981 года никто не жил, за исключением роты связи и авто взвода. По неизвестным причинам она была расформирована (раньше здесь стояли десантники, и судя по количеству казарм, в довольно большом количестве). Поэтому все было забито, заколочено, в общем, такое ощущение, что все обитатели этого места резко вымерли от какой-то страшной эпидемии. Теперь, вроде, сюда опять вернулась жизнь. Открыли клуб, чайную, столовую и т.д. В общем, стало довольно неплохо. Твое письмо получил в последний день своего пребывания в Чирчике. Чирчик... Скажу откровенно, там я провел лучшие месяцы своей службы. … наша часть была в Аранче».
За прошедшие годы военный городок бывшего 351 полка повидал многое. В разное время в нем располагались и бригада СпН, потом бригада связи, затем вертолетчики, от них остался вертолёт у клуба, а теперь школа сержантов. Сначала она была полугодичная, позже перешла на трехмесячный курс обучения, и носит имя Ташкентская. Деревья, посаженные в военном городке в бытность полка, в 60-70 годы, выросли огромные, и под их сенью, как и прежде звучат отрывистые строевые команды и слышна самая известная военная мелодия всех времен и народов – грохот солдатских сапог на плацу.

18 августа 1990 года была издана директива Министра обороны СССР № 614/3/0211, в которой указывалось, что к 30 декабря 1990 года на базе 56 отдельной гвардейской воздушно-десантной ордена Отечественной войны бригады должна была быть сформирована 105 гвардейская воздушно-десантная ордена Отечественной войны дивизия. В этом случае бригада теряла гвардейское звание и орден Отечественной войны первой степени заслуженный в Афганистане, согласно указу Президиума Верховного Совета СССР от 4 мая 1985 года.
Позже, 17 августа 1991 года, это решение пересмотрели. 56 отдельная гвардейская воздушно-десантная бригада в г. Иолотань, находилась в оперативном подчинении 105 гвардейской воздушно-десантной Краснознамённой дивизии (горно-пустынной). И по аналогии с другой бригадой дивизии (35 гв. овдбр, которая должна была преобразовываться в 111 гв пдп), можно предположить, что и 56 отдельная гвардейская воздушно-десантная ордена Отечественной войны бригада должна была реорганизоваться снова в парашютно-десантный полк и с большей степенью вероятности получить старый номер – 351. Но это предположение, в результате распада СССР остается только догадкой.

В 1999 году в Министерстве государственного имущества Российской Федерации появилось распоряжение, касающееся войсковой части 12182. Оно приводится ниже.

МИНИСТЕРСТВО ГОСУДАРСТВЕННОГО ИМУЩЕСТВА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РАСПОРЯЖЕНИЕ
от 13 июля 1999 г. N 975-р

О ПЕРЕДАЧЕ В МУНИЦИПАЛЬНУЮ СОБСТВЕННОСТЬ МУНИЦИПАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ - ГОРОД ЕФРЕМОВ И ЕФРЕМОВСКИЙ РАЙОН ТУЛЬСКОЙ ОБЛАСТИ ОБЪЕКТОВ СОЦИАЛЬНО - КУЛЬТУРНОГО И КОММУНАЛЬНО – БЫТОВОГО НАЗНАЧЕНИЯ ВОЙСКОВОЙ ЧАСТИ 12182 ВООРУЖЕННЫХ СИЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Во исполнение распоряжения Правительства Российской Федерации от 24 июня 1999 г. N 995-р:
1. Комитету по управлению государственным имуществом Тульской области совместно с Минобороны России и администрацией муниципального образования - город Ефремов и Ефремовский район Тульской области оформить в установленном порядке передачу в муниципальную собственность муниципального образования - город Ефремов и Ефремовский район Тульской области объектов социально - культурного и коммунально - бытового назначения войсковой части 12182 Вооруженных Сил Российской Федерации, расположенных в г. Ефремов-3, согласно Приложению.
2. Комитету по управлению государственным имуществом Тульской области до 30 августа 1999 г. представить в Мингосимущество России копии передаточных актов.

Заместитель Министра
Н.А. ГУСЕВ

Город Ефремов и войсковая часть 12182. Первое, что приходит в голову, – неужели все это осталось от 351 гв. парашютно-десантного полка? Однако это не так. В 1994 году из Западной группы войск, из Ораниенбурга на аэродром под Ефремовым был передислоцирован 239 отдельный гвардейский вертолетный Белгородский Краснознаменный полк (полевая почта 79048). На родной земле он получил новое условное наименование - в/ч 12182. Этот аэродром еще помнил десантников 351 гв. парашютно-десантного полка. И снова, благодаря случайности, в Ефремов вернулась войсковая часть 12182.
Вертолетный полк расформировали в 1998 году. И все это время условный номер 12182, словно призрак старого полка, незримой нитью связывал его тень с действительностью и жизнью. Теперь этого не стало. Почему-то это вызвало в подсознании сравнение со светом погасшей звезды. Звезда уже угасла, но свет от нее, еще долгие годы создавал иллюзию жизни далекого солнца.


В городе Ефремове Тульской области раз в два года, проходили встречи ветеранов 351 гвардейского парашютно-десантного полка.
На фотографии участники встречи 8 мая 1985 года в актовом зале биохимического техникума

Бланк письма Совета ветеранов 351 гвардейского парашютно-десантного полка

Памятная медаль о первой встрече
ветеранов полка в Москве 24 апреля 1976 года.

Знак ветерана войсковой части 12182

Командование полка разных лет.

Слева на право. Первый ряд. 1. Начальник штаба полка Купавский И.И. 2. Командир полка Осадчий Б.В.. 3. Заместитель командира полка Беспальцев И.И. 4. Заместитель командира полка Поликарпов Е.Н. 5. Командир полка Герой Советского Союза Антипов П.Ф. 6. Командир полка Добровольский А.М. 7. Командир полка Жигульский П.Г. 8 Командир полка Буйнов М.Н. 9. Начальник штаба полка Кузнецов Ю.И. 10. Заместитель командира полка по политической части Перфильев Я.С.
Второй ряд. Слева направо. 1. Заместитель командира полка по политической части Селеменев Н.Н. 2. Джелагония Г.Э. 3. Коршун А.С.

Наши парашюты солнцем пропитались.
Небо Туркестана выжжено дотла.
Радости земные только и остались
Те, что на подушке, да на дне котла…
Вспоминать нам часто, как в горах однажды
Брились мы на марше, глядя в сталь штыка.
Вспоминать, как отдал по два года каждый
Вздувшимся от пота сопкам Чирчика…

Из строевой песни М. Гаврюшина


Автор:  Вадим СЕЛЕМЕНЕВ

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Возврат к списку


Рядовой-К
Отлично проделанная МЕГАработа. 5 баллов.
Алексей Бугаев
Работа в общем понравилась.Спасибо автору.Узнал много нового и интересного.Вовремя службы мы были молодыми и история нас интерисовала мало.Я в клубе части кроме кмнозала нигде небыл.Особенно интересен для меня был период семидесятых годов.Интересно было увидеть знакомые места на фото знамя части у которого провел не одну бессонную ночь сидя на ящике сденьгами прочитать и вспомнить знакомые фамилии людей с которыми провел два года своей жизни.Есть некоторые неточности на мой взгляд но я могу и ошибаться всетаки прошло 35 лет. Если у автора есть интерес то могу дать несколько фото части правда не очень высокого качества (фото много но на них друзья однополчане и эти фото не представляют общего интереса).Также могу вспомнить о жизни полка период 75-77г.
мишаня
Про пост номер один ,сидя,да ещё ,,на ящике с деньгами,, можно узнать по подробнее.
Алексей Бугаев
А чего здесь интересного.Пост №1 Боевое знамя и ящик с деньгами в.ч.12182.Ночь дежурный по части спит пом.дежурного дремлет за столом справо от поста за окном садишся на ящик и несешь боевое дежурство.Также могу рассказать как назначали на 1пост.
Des
в нашем полку (317 пдп) тоже был сейф с деньгами на посту №1 и ночью часовой втихаря мог посидеть на нём когда никто не видит :)

Яндекс цитирования liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня Все права на материалы, используемые на сайте, принадлежат их авторам.
При копировании ссылка на desantura.ru обязательна.
Professor - Создание креативного дизайна сайтов и любые работы с графикой