Десантура.ру
На главную Поиск по сайту Техподдержка
Закрыть
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация
Главная  |  Карта сайта  |  Войти  |  Регистрация

Опрос посетителей

Перевод факультета специальной разведки из Новосибирска в Рязань*






Включение училищ связи и автомобильного в состав РВВДКУ*






Будущее РВВДКУ*






  



Ветераны

«Таджики» 35-ой гвардейской десантно-штурмовой бригады: Мурат Мухамеджанов
Боль и возмущение действиями водителя Уазика были настолько сильными, что я, выскочив из кабины, подбежал к находившемуся за рулем парню лет 25-ти, открыл дверцу и от всей души заехал кулаком ему в лицо. Одновременно, я делаю что-то вроде внушений насчет правил дорожного движения, что в той ситуации и местности выглядело, наверное, очень комично. Водитель выскочил из своей машины, сдернул с одетой на него разгрузки РГД-5 и схватился за кольцо. Он стоял передо мной с окровавленным лицом и что-то озлобленно говорил мне в ответ. И тут до меня доходит, что говорит он не на местном наречии, отдельные слова которого я уже немного различал, а на не понятном мне диалекте фарси. И это вовсе не местный памирец, которые кто-то хуже, кто-то лучше, но разговаривали на русском, а афганский моджахед…

Страницы истории


10.12.2011

Родом из войны. Исторические заметки о 351 гвардейском парашютно-десантном полке. Часть II

Содержание

Глава 5. Дорогами Венгрии
Глава 6. Австрия. На пути к Вене
Глава 7. В Пражской наступательной операции
Глава 8. На берегах Влтавы
Глава 9. И снова Венгрия
Приложения
Список литературы

Глава 5. Дорогами Венгрии

Советским войскам южнее Дуная противостояла группа армий “Юг” под командованием О. Велера, а с 7 апреля – генерал-полковника Л. Рендулича, в составе 3-й венгерской, 6-й и 8-й полевых немецких, 6-й и 2-й танковых армий и часть сил группы армий “Ф”. Авиационное прикрытие обеспечивал 4-й германский воздушный флот. Немецкое командование придавало обороне венгерского направления большое значение, рассчитывая остановить советские войска и удержаться в горно-лесистых районах Австрии в надежде на заключение сепаратного мира с Англией и США. Для этого была создана глубоко эшелонированная оборона, включившая 3 оборонительные полосы, ряд промежуточных рубежей, а также многочисленные фортификационные сооружения на подступах к Вене.
Местность, на которой предстояло действовать советским войскам, пересекают покрытые лесом отроги гор Вертеш и Баконь и многочисленные реки. Самая крупная из них — Дунай — рассекала район боевых действий на два участка. Наиболее удобным для наступления было направление Секешфехервар, Папа, Топрон, Вена. Советским войскам предстояло преодолеть подготовленную оборону, которая в сочетании с естественными препятствиями создавала значительные трудности.

В январе 1945 года обстановка в Венгрии характеризовалась следующим образом. 17 января в условиях соблюдения строгой секретности части 4-го танкового корпуса СС были переброшены на территорию между озером Балатон и Секешфехерваром. На следующий день они атаковали советские позиции.
Стоит отметить, что эта была первая в истории войн операция, когда танки были оснащены приборами ночного видения, а стало быть, могли атаковать в темноте. Разведчики 4-й армии не смогли заметить передислокацию немецких войск, и наступление стало полной неожиданностью. «4-я гвардейская армия не была хозяином положения».

Попытка деблокирования Будапешта во время операции «Конрад III». 18–27 января 1945 года

19 января немецкие танки после разгрома нескольких советских частей вышли к Дунаю в районе Дунапетеле, тем самым, разорвав трансдунайскую линию боев. 22 января после долгих и упорных боев пал Секешфехервар. 24 января дивизия «Мертвая голова» захватила южную часть Барачки, населенного пункта, находившегося на расстоянии 30 километров от Будапешта. К 26 января наступавшие немецкие части приблизились к Будапешту. От венгерской столицы их отделяло 25 километров.

Однако, операция «Конрад III» закончилась для немцев неудачей. Ввиду тщетности попыток деблокировать Будапешт 28 января 1945 года Гитлер решил перебросить из Арденн, где немецкое наступление уже теряло обороты, в Венгрию свой последний резерв — 6-ю танковую армию. В итоге к февралю 1945 года половина всех задействованных на Восточном фронте танковых дивизий располагалась именно в Венгрии. Характерно, что в ставке фюрера проводились совещания по венгерской проблематике, хотя в это время советские танки находились всего лишь в 60 километрах от Берлина. Один из ординарцев Гитлера, Герхард Болдт в феврале 1945 года «неосмотрительно» расположил географические карты так, что данный театр военных действий был на них последним. Позже он вспоминал: «Генерал-полковник Гудериан начал свой доклад с освещения военных действий в Венгрии. Посреди первого предложения он остановился и яростно, блеснув глазами, посмотрел на меня. Затем меня всего с ног до головы взглядом смерил Гитлер, затем сделал неопределенный жест и откинулся в кресле со скучающим видом. Я пролепетал что-то бессвязное и неопределенное. Я думал, что провалюсь от стыда сквозь пол. Карты Генерального штаба лежали перед Гитлером в обратной последовательности: они начинались с Курляндии и заканчивались Венгрией». В такой обстановке Ставкой ВГК принималось решение о переброске 9 гвардейской армии в Венгрию.

В январе 1945 года дивизия в составе 38 гв. ск передислоцировалась по железной дороге через Молдавию и Румынию в Восточную Венгрию. Свои впечатления об этом оставил в письмах родным Мичурин Анатолий Алексеевич. 2 февраля 1945 г. «Сегодня ночью пересекли государственную границу. Всю ночь и день едем по чужой земле. Румыния! В недалеком наш ярый враг, а теперь смирившийся зверь, сломленный и притихший под нашей силой. Нас везде встречают с подобострастной улыбкой, заискивают, лебезят… Все в один голос трубят: «Гитлер «капут», «Антонеску нехорош» и т.д.» 13 февраля 1945 г. «Ну, вот я и за границей. Проехал по всей Румынии. Теперь нахожусь в Венгрии, недалеко от фронта. Мадьяры встречают гостеприимно, здороваются на каждом шагу. Но нам ясно их нутро. Они вежливости учились под Сталинградом и Воронежем, в Трансильвании и под Будапештом. Многих заставляет улыбаться наша сила и мощь».
Когда наш эшелон остановился в румынском городе Плоешти на вокзале, мы с удивлением увидели ряды торговцев, продающих мясо, колбасы и другие, редкие в то время, продовольственные товары. Кажется, что они специально к нашему прибытию разложили эти колбасы, так как кроме наших солдат, никого из гражданских жителей не было видно. А эти торговцы, размахивая руками, привлекали наше внимание и жестами предлагали покупать.
Давно не видели таких деликатесов наши гвардейцы, да и гражданское население даже по карточкам подобного тогда не получали, а здесь в открытой продаже на вокзале различные сорта колбас, что-то мясное копчёное. А главное, что было возмутительно, что всё это здесь в Румынии, в стране наших бывших, и только что поверженных врагов. Вопиющая несправедливость! К тому же у нас не было никаких денег, мы просто подходили и смотрели, а купить ничего не могли… Продавцы, а это, как мне показалось, были цыгане, довольно скоро поняли, что торговли не будет, и начали быстро собирать свой товар. Маленькие, юркие, они на всякий случай стали грозить нам кулаками. Явно они стали опасаться, что у них могут просто всё это не купить, а отобрать, и не без оснований опасались… Но всё обошлось без инцидентов, так как наш состав, после длинного паровозного гудка, возвещающего о начале движения, зашипел выпущенным паром и двинулся медленно вдоль перрона, а мы побежали бегом, догоняя свои вагоны медленно набирающего скорость поезда.

Проехав город Плоешти, и ещё несколько довольно крупных населённых пунктов, наш состав остановился прямо в открытой степи, а не на каком-то железнодорожном переезде, как говорили, для замены паровоза. Но нам пришлось очень долго, почти сутки, стоять здесь в открытой широкой степи. Здесь нам организовали обед. С бачками и с котелками побежали из вагонов гвардейцы к вагону, где ехала с нами походная кухня. Обед по полной программе, то есть и первое, и второе, и хлеб «по фронтовой норме».

На территории Венгрии полк выгрузился из эшелонов на станции Сольнок. Это небольшой город, но гвардейцы его не увидели, двинувшись в путь. Здесь февраль был похож на весну. Снега нет, на дорогах грязь. 23 февраля 1945 года полк прибыл на место назначения в довольно большое венгерское село Яскорайене и разместился по квартирам.
«Здесь нас разместили по домам группами в составе отделения. Хозяйка нашего дома и её дочка – девочка лет пятнадцати вступали с нами в разговоры. Объяснялись жестами, показывая на предметы и называя их на своем языке. Они тоже немного знали немецкий язык, что облегчало наше общение. Оказывается, они довольно смело выражают своё недовольство нашим присутствием, особенно эта девчонка-мадьярка, плохо отзываются о наших солдатах, но, заметив свою оплошность, быстро замолкают, смущенно улыбаясь…
Здесь мы сдали свои теплые зимние вещи и получили летнее обмундирование, то есть, кроме летних брюк и гимнастёрок, нам выдали пилотки и шинели. А обувь прежняя - ботинки с обмотками, а не сапоги. Шинели мы носили в скатках через плечо, и разворачивали только на ночных привалах».

Слева гв. майор Сидько Г.С. заместитель командира полка по политической части.
Венгрия.


Дивизия к 26 февраля сосредоточилась восточнее г. Будапешт в районе: Сольнок – Абонь – Сойал – Териель и в начале марта вошла в состав 3-го Украинского фронта. До начала марта 1945 года воины дивизии усиленно готовились к прорыву сильно укрепленных позиций противника.
«В феврале 1945 года 9 гвардейская армия представляла собой оперативное объединение, сформированное в совершенно новой организации, которую не имела еще ни одна армия во всей Красной Армии. Достаточно отметить, что дивизии армии имели артиллерийские бригады трех полкового состава, отдельный истребительно-противотанковый дивизион и отдельный зенитно-артиллерийский дивизион с общей численностью личного состава в них 3570 человек, чего не имела ни одна дивизия Красной Армии».
«В Яскорайене полку предстояло принять лошадей, сформировать полковой и батальонные обозы… Невдалеке от Яскорайене мы устроили укрепления по типу немецких: вырыли траншеи, создали препятствия, преодолевать которые учились солдаты всех родов войск. Были проведены батальонные тактические учения с боевой стрельбой…Присутствующий на учениях командующий 9 гв. армией генерал-полковник Глаголев В.В. учениями остался доволен». После учений командарм спросил у комдива - какой полк в дивизии лучший? - Комдив уверенно назвал 351-й. Но на ужин пригласил командарма в другой полк. Глаголев В.В. на это сказал: " Полк лучший в дивизии. Показал прекрасные результаты на учениях. Ужинать будем в этом полку." Ларчик открывался просто - в соседнем полку командир был затейник, и анекдот рассказать, и сплясать. Вот комдив и хотел для полного счастья показать его.
Эти повозки, запряженные парой лошадей, для батальонных и полкового обоза были подготовлены для полка заранее интендантской службой и только дожидались прибытия частей дивизии.
Гв. полковник Федотов П.Н. описывает один случай произошедший в Яскорайене. Полк вышел на занятия, на заранее выбранную поляну, на берегу реки. Перед занятиями, во время перерыва на поляну выскочил заяц. Кто-то кинул в него шапкой. Заяц носился по поляне, увертываясь от солдатских рук, и с маху вскочил в шалаш, сделанный из кукурузных стеблей. В шалаше раздался выстрел. «В шалаше корчился человек, с кровоточащей раной в правом и левом висках. В стороне валялся маленький пистолет, и тупо поблескивало лезвие ножа. Над головой лежал собранный в комок купол парашюта. Рядом стояла упакованная радиостанция. Человек был одет в серый, грубый шерстяной свитер, в лыжные брюки, ботинки. Документов при нем не оказалось. Он еще дышал…Ситуация для нас была ясна. Парашютиста выбросили с самолета ночью. Здесь его застал рассвет. Он решил в поле дождаться следующей ночи. Укрывшись в стеблях кукурузы, уснул и не слышал, как его временное логово оказалось в центре поляны, где разместился наш полк. Проснувшись от гиканья и свиста, шпион со всей ясностью понял, в каком скверном положении он очутился. Самоубийство он счел наилучшим выходом… На пути в госпиталь безымянный шпион умер». Занятия подразделений полка проходили на берегу реки Тиса, на поле прошлогодней кукурузы.

Когда наша дивизия, - вспоминает гв. старшина А.В. Винер - уже под новым номером – 106-я гвардейская дивизия, в марте 1945 прибыла в Венгрию как стрелковая часть, то с нашим взводом не сразу определились, как его использовать, куда нас правильнее пристроить. В начале марта нам приказали получить коней, хотели из нас сделать что-то вроде конной разведки. Потом приказали коней и седла сдать обратно, нас передали как обычный разведывательный взвод в 351-й гв. полк подполковника Федотова. Когда нас передали в 351-й гв. полк, то мы поступили в распоряжение замечательного командира, подполковника Федотова. Это был спокойный, интеллигентный человек. Заместителем командира полка был майор Сингатуллин, татарин, человек с тяжелым характером, но смелый, который мог на белом коне, с криком «За Сталина!», впереди всех помчаться в атаку на немцев. Мне хорошо запомнился подполковник М. И. Грабарник, очень культурный офицер, участник «вяземского десанта», который в конце войны вместе с Федотовым был награжден орденом Суворова.
Кроме того, нам приходилось участвовать в операциях проводимых 347-м гв. полком, которым командовал подполковник Фирсов, отчаянный офицер, которого любила вся дивизия. Третьим полком нашей дивизии командовал также уважаемый простыми десантниками командир, подполковник Киреев.
Во исполнение директивы штаба 2-го Украинского фронта № 0085/011 от 2-го марта 1945 года войска 9-й гвардейской армии начали передислокацию в новый район. (Приложение № 5.1).

В начале марта 1945 г. дивизия получила задачу выйти в исходные позиции для наступления в районе Вершег – Будакеси – Фать – Бичке. Марш совершался в сложных условиях весенней распутицы и только в темное время. Дивизии двинулись по 250 километровой дуге на север, потом на запад и юго-запад и вышли к фронту севернее Секешфехервара.
В районе выгрузки полка в Венгрии на станции Обонь, для охраны боеприпасов полка было оставлено отделение 2-й автоматной роты в количестве шести человек под командой командира отделения гв. старшего сержанта Ковалевского М.С. За период с 16 марта по 16 апреля 1945 года станция несколько раз подвергалась бомбежкам авиации противника, но хорошо организованной маскировкой боеприпасы были сохранены. Проявив личную инициативу, достав документы для перевозки гв. старшего сержанта Ковалевского М.С. сумел доставить боеприпасы на склады армии.

«…23 февраля прибыли в местечко Яскорайене (Венгрия). В ночь на 4 марта 351 полк выступил в боевой поход. В целях маскировки марш совершался только ночью. К рассвету этот мощный поток походных колонн растворялся в лесах, оврагах, деревнях, и жизнь на дорогах опять замирала до ночи. От Сольнока полк двигался на северо-запад к излучине Дуная, где действовал второй Украинский фронт. У г. Вац нас догнал новый приказ: двигаться строго на юг, к Будапешту и вступить в распоряжение 3-го Украинского фронта в районе Секешфехервара. После восьми ночных переходов расположились в районе алюминиевого завода недалеко от деревни Чаквар. Ночами прошли 250 километров. Мы пришли на смену 29 гвардейскому воздушно-десантному стрелковому полку. Шла подготовка к широкомасштабному наступлению. Полк действовал на главном направлении дивизии. Стояла задача прорвать оборону врага и овладеть первым опорным пунктом – деревней Чекберень. Предстояло сразиться с 6 вражеской танковой армией СС, объединенными усилиями планировалось уничтожить основные силы врага в районе озера Балатон».

Шли мы только ночью и останавливались утром, в каком-нибудь селе, где удавалось поспать в каком-то большом сарае на соломе, видимо подготовленном для нашего дневного отдыха специальной группой, идущей, а вернее, едущей впереди нас. Проходили за ночь километров по тридцать пять, сорок. Уставали, а иногда при хорошей погоде, когда пройдено километров тридцать, очень хотелось спать, и бывало, засыпали на ходу, а ноги идут сами, хотя мозг дремлет. Так идёшь полусонный, а вернее спящий, пока не столкнешься с соседом, также борющимся со сном. Помню, когда нашу колонну обгоняла походная кухня, то мы собирали рассыпавшиеся горячие светящиеся угольки, и перебрасывали их из одной ладони на другую. Это обжигало ладони, но позволяло очень эффективно сбросить сонливость, встрепенуться и некоторое время бодро идти в строю. Особенно тяжелым был марш на третью ночь, когда пришлось идти до 10 часов утра (с 8 часов вечера). Было холодно, под ногами грязь, а кое-где просто подморозило. Лошади скользили и падали, им приходилось помогать, особенно при подъёме в гору. Одни ездовые не справлялись, толкать повозки приходилось многим из нас. Уставали и лошади и люди. Мы прошли через большой город, и вышли за его пределы, прежде чем остановиться на отдых. Это город Асон. Здесь нам дали отдыхать целые сутки, то есть вечером мы не двинулись в дальнейший путь, а остались на ночь. Походные кухни раздавали горячий обед и ужин. Нормально поспали ночь, да и следующий день до вечера отдыхали, валяясь на соломе в сарае. Продолжили наш путь только на вторые сутки вечером.

Местное население, венгры большей частью к советским солдатам относилось недоброжелательно. Часто были случаи отравлений. Поэтому, воду, молоко пили только после хозяев.
«… десантники пешим ходом около ста километров добирались до города Будапешта. Они вошли в окутанную от пожаров дымом столицу Венгрии, когда она была освобождена от немцев другими советскими частями».

По воспоминаниям В.Н. Аксенова: «Через Дунай переходили в предрассветной белизне по понтонному мосту. Это было, вероятно, где-то 8 марта, как я выяснил потом, сопоставляя известные данные о начале боёв в районе озера Балатон. Понтонный мост построили наши сапёры. Вероятно, они уже ждали подхода гвардейских полков 9 армии, приданных Третьему Украинскому фронту. С середины этого понтонного моста справа вдали был виден, как в тумане, большой мост, взорванный в середине и свисающий обломками в воды Дуная.
Мы шли по улицам Будапешта ранним утром, когда уже видны были и целые, и поврежденные здания. Встречались и целые кварталы неповреждённых зданий. Много зданий в готическом стиле, со шпилями. Улицы не широкие, переулки совсем узкие. Улицы вымощены точёным камнем-булыжником. Асфальтовых покрытий мало. Мы проходили по пустынным улицам Будапешта, не встречая местных жителей. Было уже совсем светло, когда мы пришли в Будакеси, что в пяти километрах за Будапештом. Там отдыхали до вечера, поспали днем, а вечером опять в путь.

Теперь мы шли недалеко от линии фронта. Слышна орудийная стрельба, взрывы снарядов и глухие длинные пулеметные очереди. Небо часто освещалось ракетами. Уже утром пришли в населённый пункт, что расположен километрах в двух от передовой линии фронта. Где-то переспали день, а вечером выступили снова. Мы понимали, что идём вдоль линии фронта. Фронт от нас слева. Участки пути, простреливаемые немцами, проходили бегом».
Очевидцы упоминают о большом количестве брошенных немцами исправных танков "Тигр" и "Пантера", поскольку у них просто кончилось горючее. «Подбитых и сгоревших танков и самоходок было столько, что не охватить глазом». Были связки танков, где первый буксировал второй без топлива, но стреляли оба. Похоже, что ситуация была отчаянная для обеих сторон, героизма хватало тоже с обеих сторон.

Мартовские талые поля Венгрии были забиты сожженной бронетехникой и не убранными с полей фрагментами человеческих тел. Зрелище тяжелое.


К нашей колонне подходили солдаты из фронтовых частей, занимающих здесь оборону. Их первый вопрос к нам: «А по сколько человек у вас в ротах?». «По сто двадцать» - отвечаем. Они удивляются. Ведь это явный признак свежей части, ещё не понесшей потерь в боях, но и не обстрелянной ещё. У них в ротах по 30-40 человек, и часть считается боеспособной. Как позже выяснилось, это были гвардейцы 7-й гвардейской воздушно-десантной дивизии, которую и подменила наша 106-я гвардейская дивизия.
Последним населённым пунктом, где мы остановились, было село Чаквар. Видимо здесь нам был отведён участок фронта, к которому мы шли ночами вдоль линии фронта вот уже несколько дней. Мы отдыхали весь день. Командиры сходили на рекогносцировку местности, туда, где нам предстояло занять участок фронта, а возвратившись, объяснили нам нашу задачу. Наш 355 полк оказался во втором эшелоне, и занимает оборону на склоне небольшой горы. Два других полка нашей дивизии 351-й и 347-й расположились впереди нас, заняв первую линию обороны.
Мы выдвинулись на наш участок и расположились на склоне, поросшем редким кустарником и небольшими деревьями. Склон обращен в сторону противника. Впереди простирается большая равнина, а за ней вдали видны холмы, поросшие лесом. Нам приказано вырыть ячейки для стрельбы, стоя, прямо здесь, на склоне горы. Это глубокие одиночные окопы, которые ещё не соединены между собой ходами сообщения. Приказано также пристрелять личное оружие. Я пристреливал свой автомат ППС № 995, целясь и стреляя по веткам дерева. Убедился что попадаю, хотя понимаю, что это не пристрелка, а так, проба, проверка. Надо бы установить нечто, вроде мишеней, да на известном расстоянии впереди нас, тогда и пристреливать.
Нас предупреждали, что поле левее нашей горы минировано, хотя никакого ограждения или знаков не выставлено, минное поле немецкое, ещё не разминированное или разминированное не полностью. Но некоторые солдаты, не веря предупреждениям, или пренебрегая опасностью, через это поле переходили на дорогу, сокращая путь в село Чаквар. Слышал, что какие-то двое наших гвардейцев подорвались.

Управление 38 гвардейского стрелкового корпуса из района Сольнок к 5 марта 1945 года прибыло в район Кекением. 8-го марта 1945 года войска 9 гвардейской армии вошли в состав 3 Украинского фронта и возобновили марш в новый район дислокации. 9 гвардейская армия предназначалась для последующего наступления на Вену, и её использование в оборонительных боях категорически запрещалось Ставкой ВГК. 

Фрагмент карты боевого пути полка составленного Л. В. Буторовым


9 марта командующий 3 Украинским фронтом Маршал Советского Союза Толбухин Ф.И. обратился в Ставку Верховного Главнокомандующего с просьбой разрешить использовать части 9 гвардейской армии для усиления держащейся из последних сил обороны. Армия в тот момент находилась юго-западнее Будапешта. Ответ из Ставки был безаппеляционным: 9 гвардейскую армию не втягивать в оборонительные бои, а не позднее 15–16 марта перейти в наступление.
Из письма Мичурина Анатолия Алексеевича 13 марта 1945 г. «3 марта получил от тебя письмо и тотчас сел писать ответ. Написал всего четыре строчки, как была объявлена боевая тревога. И с того дня, дорогая, мы все шагаем на своих двоих. Идем по ночам, а днем коротко отдохнем и дальше. Первую ночь сорок километров дались трудновато, а потом втянулся и, кажется, прошел бы еще столько. Настроение у всех отличное. Сегодня подошли, очевидно, к нашему пункту. Всю ночь нынче шли вдоль фронта в 8-12 км. Может быть, завтра утром мы померяемся силами с эсэсовцами. Здесь сейчас идут самые ожесточенные бои».
В марте 1945 г., по окончании ускоренного курса Высшей военной академии им. К.Е. Ворошилова, был назначен командиром 38 гвардейского стрелкового корпуса генерал-лейтенант Утвенко А.И. Командующий 9 гвардейской армией гвардии генерал-полковник В.В. Глаголев отмечал, что А.И. Утвенко «поставленные перед корпусом задачи выполнил полностью, в результате чего нанесено противнику крупное поражение, а войска корпуса сохранили свою боеспособность». За успешное руководство боевыми действиями генерал-лейтенант Утвенко был награждён орденом Богдана Хмельницкого 2-й степени.

После войны А.И. Утвенко продолжал командовать 38 гвардейским стрелковым корпусом (с июля 1946 г. – 38 гвардейский воздушно-десантный корпус). В мае 1948 г., по окончании ВАК при Высшей военной академии им. К.Е. Ворошилова, А.И. Утвенко был назначен командиром 65 стрелкового корпуса. С июля 1951 г. – начальник курса, затем факультета Военной академии им. М.В. Фрунзе. С мая 1954 г. в запасе.

Командующий 3-м Украинским фронтом маршал Ф. И. Толбухин решил нанести главный удар из района севернее Секешфехервара в юго-западном направлении на Варпалота, Веспрем силами правого крыла (9-я и 4-я гвардейские армии), прорвать оборону противостоявшего противника, окружить и совместно с войсками 27-й и 26-й армий уничтожить его танковую группировку, вклинившуюся в оборону советских войск юго-западнее Секешфехервара. В дальнейшем предполагалось продвигаться в направлении на Папа, Шопрон, выйти к венгеро-австрийской границе и создать условия для наступления на Вену.
На основании боевого распоряжения Военного Совета от 11-го марта 1945 года № 00190/оп 9 гвардейская армия в ночь на 13 марта приступила к смене войск 4 гвардейской армии и заняла исходное положение (Приложение №.5.2).
Обстановка в этом районе по оперативной сводке № 71 к 24.00 12.03.1945 г. подписанная начальником штаба 4 гвардейской армии гвардии генерал-майором Деревянко оценивалась следующим образом: «Войска армии в течение 12.3.45 г. вели наблюдение за противником, огонь по замеченным целям, выполняли оборонительные работы и проводили занятия по боевой подготовке. Противник в течение 12.3.45 г. перед фронтом армии активных действий не предпринимал, вел пулеметный и артиллерийско-минометный огонь по боевым порядкам наших войск. Его авиация одиночными [самолетами] и парами самолетов вела разведку. Всего за сутки самолето-пролетов – 12. На 12.3.45 г. в полосе армии выполнены следующие оборонительные работы: траншей – 283.6 км, ходов сообщения – 35.3 км, стрелковых ячеек – 24 998, окопов для пулеметов – 3032, окопов для противотанковых ружей – 601, подбрустверных блиндажей – 1812, усиленных блиндажей – 122, окопов для минометов – 836, окопов артиллерийских – 462, наблюдательных пунктов командиров рот, батарей, взводов – 380, наблюдательных пунктов командиров батальонов, полков – 126, дзотов – 16. Установлено противотанковых мин – 27 772, противопехотных мин – 6018, фугасов – 3454, проволочных препятствий – 18.7 км, [отрыто] противотанковых рвов – 7.5 км, приспособлено зданий к обороне – 431, газоубежищ – 28».
Благодаря сохранившимся документам можно с точностью до часа определить начало активных боевых действий полка – с 3 часов 13 марта 1945 года.
 

Выписка из плана
смены и перегруппировки войск 4-й гвардейской армии в период с 12 по 14 марта 1945 г.

 Время смены и перегруппировки

Части и соединения, сдающие боевые участки

Боевые участки, подлежащие сдаче и приему частями и соединениями

Части и соединения, принимающие боевые участки

Маршруты вывода войск для смены

Маршруты вывода войск после смены

Районы сосредоточения войск перед сменой

Ответственный за прием и сдачу боевого участка

начало

конец

21.00 12.3.45 г

3.00 13.3.45 г

7 гв. воздушно-десантная дивизия
(18, 29 и 21 гв. вдсп )

1. Изв. (1 км юго-западнее Гант), высота 313, 1 км восточнее отметки 162.

2. Высота 221, мост 2 км северо-западнее г. дв. Форна.

106 гв. стрелковая дивизия
(351, 347 и 355 гв. стрелковые полки), имея в первом эшелоне два полка и один полк – во втором эшелоне.

Пехота:
а) Етьек. Алчут, Вертешача, г. дв. Гурды, Чаквар;
б) Етьек, Вертешача, высота 197, г. дв. Форна (колонным путем).

Автотранспорт и артиллерия:
Етьек, Алчут, Вертешбоглар, Чаквар.

Г. дв. Форна, Патка.

Чаквар, г. дв. Форна, высота 197, высота 209.

До 3.00 13.3.45 г. – командир 7-й гв. воздушно-десантной дивизии, с 3.00 13.3.45 г. – командир 106-й гв. стрелковой дивизии.

Особые мероприятия, проводимые при смене войск

2. Прием оборонительных сооружений, заграждений (минных полей, проволоки), жилых землянок и документов по оборонительным сооружениям произвести в период смены частей по данным рекогносцировки участков, проводимой ограниченным составом офицеров (по одному от роты первого эшелона) днем 12.3.45 г.

3. Прием и сдачу участков обороны и документов (данные о противнике, оборонительных сооружениях, минных полях, данные стрельбы, топографические, пристрелочные и разведывательные данные) оформить актами за подписью командиров сменяющихся и принимающих участки частей и соединений.

4. Для контроля смены частей и соблюдения мер маскировки, а также для вывода [войск] в районы смены на каждый стрелковый батальон иметь группу офицеров в 2-3 человека.

5. Учитывая ограниченное количество маршрутов, выводящих в районы сосредоточения и смены частей, смену частей 4-й гвардейской армии произвести только стрелковыми полками первых эшелонов дивизий и корпусов армий. Стрелковые полки и дивизии 9-й гвардейской армии, предназначенные для использования во вторых эшелонах, иметь укрытыми в районах сосредоточения (5-8 км от переднего края главной полосы обороны).

Перемещения в тылу 3 Украинского фронта были замечены немецкой разведкой уже 13 марта. Поначалу их восприняли как местные перегруппировки с целью накопления резервов. Однако дальнейшие полеты самолетов-разведчиков развеяли последние сомнения. Сообщения немецкой армейской разведки, радиоразведки и авиаразведки сходились в одном — в сторону передовой направлялись огромные силы Красной Армии. В результате попыток создать картину этих перемещений, на карте в штабе группы армий «Юг» возникла какая-то феерическая картина. Все окрестности к западу от Будапешта были испещрены красными стрелками, рядом с которыми значились поясняющие подписи: «900 машин», «250 грузовиков», «200 транспортных средств», «раздавался лязг гусениц» и т. д. Отдельного упоминания достойны так называемые «красные пункты», которыми помечались места наиболее активных советских бомбардировок. Предполагалось, что именно здесь будет осуществляться советский прорыв: Татабанья - Комаром - Мор - Рааб - Веспрем - Зирц.
«С рассветом деревня Чаквар, восточнее алюминиевого завода, подверглась бомбардировке. В штабе 106 дивизии были убитые и раненые». Из письма Мичурина Анатолия Алексеевича 14 марта 1945 г. «Вот я и на фронте. Вчера пережил первую бомбежку – первое боевое крещение. Самочувствие не из приятных. Этот день был печальным – убит мой хороший друг – парторг, лейтенант Воложанин. Ему 25 лет. Замечательный был парень».

Нужно сказать, что нам досаждали вражеские легкие самолеты, вроде наших ПО-2 - "кукурузников", вспоминает Константин Яковлевич Ваншенкин. По ночам летали они над нами, и стоило блеснуть карманному фонарику или вспыхнуть цигарке, как сейчас же в это место бросали мину. Просто вручную, с борта самолета. Пробовали стрелять по ним, но, выкрашенные в черный цвет, они были совершенно не видны во мраке, а отблеск выстрела сразу же засекался.
«… нам было видно, что и противник, да и немецкая авиация проявляет повышенный интерес к нашему передовому краю. Несколько раз над нами пролетали отдельные немецкие самолёты, явно с разведывательной целью они кружили над нами. Кроме того, пролетали и другие самолёты и что-то бомбили у нас в тылу. Наши зенитные батареи молчали. В селе Чаквар мы сдали свои противогазы и их сложили в каком-то, отдельно стоящем деревянном сарае или амбаре. Как стало известно позже, это немецкие самолёты разбомбили склад наших противогазов. Очевидно, мадьяры, местные жители, которые видели, как загружался нашими военными этот амбар, доложили немцам, что здесь находится военный склад, ну, конечно, склад вооружения и боеприпасов. Вот немцы и указали его самолётам, как объект для бомбёжки».

Командир 20 гв. стрелкового корпуса генерал-лейтенант Бирюков Н.И., чью 7 гв. воздушно-десантную дивизию сменяла 106 гв. стрелковая дивизия, говоря о разведке противника, писал в мемуарах: «О том, что командование нашего корпуса в период пребывания в Ловашберене состояло на учете в картотеке немецкой фронтовой разведки, я узнал много позже, когда началось новое наше наступление. Наши разведчики захватили штабной автобус с множеством секретных документов. Среди них — карта-схема села Ловашберень и его окрестностей. На ней были изображены отдельные дома, где мы жили, и аккуратно, черной тушью, готическим шрифтом сделаны пометки: «Командир корпуса Бирюков Н. И.», «Начальник штаба корпуса Забелин М. И.» Майор Тригубенко только головой качал, рассматривая эту схему. Что и говорить, чисто сработано. Впрочем, эти же слова, только уже в адрес наших разведчиков, повторяли мы через минуту, рассматривая другую карту, найденную в том же автобусе. На ней была изображена противостоящая нам фашистская оборона. Она в деталях повторяла схему, уже имевшуюся у нас, и была составлена по данным всех видов советской разведки, в том числе и агентурной».
Были моменты, когда мы испытывали по-настоящему сильную радость – вспоминает К. И. Веселов, - Уже за Будапештом пришлось совершить ночной тридцатикилометровый марш. Шли в трех километрах от переднего края с полной боевой выкладкой, без привалов и перекуров. На переднем крае перестрелка не прекращалась, были видны трассеры и разрывы. Пришли к утру в деревню уставшие от напряжения и грязной мартовской дороги.

Расположились в каком-то доме, нашли мешок муки и бочонок сала и радостно стали жарить то ли блины, то ли оладьи. Все были голодны, но самые усталые повалились спать. Тут появились семь немецких самолетов, и наша трапеза оказалась прервана их налетом. Как же мы обрадовались, когда зенитчики сбили на наших глазах три "Мессершмитта"! Один взорвался прямо в воздухе. А ведь именно немецкая авиация наносила нам наибольшие потери. Раз они налетели, когда выделенный для охраны штаба взвод еще не успел отрыть окопы. Самолеты стали в круг и бомбили непрерывно. Мы потеряли восьмерых только убитыми, многих ранило, со всех сторон доносились крики, сразу санитары с носилками прибежали, вытаскивали раненых из мелких окопов.
13 марта в штабе 106 гв. дивизии командирам полков был объявлен приказ на наступление. Армия наносила главный удар в направлении Варпалота, Веспрем, с задачей прорвать оборону противника на участке Замоль, Дьола и выйти в район Берхида и Фюзфо.

С 13 по 16 марта 1945 года велась усиленная разведка противника и местности в направлении наступления. Как вспоминает начальник разведки 534 гв. минометного полка капитан Николаев А.В.: «13 марта 1945 г. — планирование наступления и разведка боем в районе населенного пункта Чекберень, северо-западнее Будапешта. Наш полк (534 гв. минометный) в составе 57-й артбригады поддерживает 351-й стрелковый полк под командованием полковника Федотова». С первого своего боя полку был придан 534 гвардейский полк 120 мм минометов, командир полка гвардии подполковник Шаблий Ф.Е. Этот полк прошел с 351 полком от начала боевых действий и до конца войны. Его боевая деятельность неразрывна от боевой деятельности 351 полка. И поэтому история боевых действий 351 гв. стрелкового полка - есть история 534 гв. минометного полка.
Штаб и командиры четверо суток с красными от бессонницы глазами проводили работу по уточнению задач на местности, по организации взаимодействия и связи, анализируя и сверяя данные разведки с реальными целями на переднем крае противника.

На передовой.
В центре начальник политотдела 106 гв.стрелковой дивизии Курылев В.Д.
Справа гв. подполковник Шувалов И.Е.
Венгрия, март 1945 года

Оборона противника проходила под углом к позициям 351 гв. полка. На правом фланге расстояние до переднего края было чуть более ста метров, на левом фланге до восемьсот метров. Во время предыдущих боев, земля на этом участке была изрыта траншеями и окопами, которые немцы умело использовали. Перед передним краем обороны противника имелось проволочное заграждение. Дороги, ведущие в деревню Чекберень, были заминированы. Оборона противника представляла собой систему опорных пунктов, основой которой являлась деревня Чекберень, лежащая в полосе наступления полка. Оборона в полосе прорыва и наступления дивизии оказалась вплоть до озера Балатон сильно укрепленной, проходила по отрогам Средне-Венгерских гор с многочисленными реками.
Уже в те дни гвардейцы проявили исключительное мужество и инициативу. Среди личного состава развернулось снайперское движение. Первым в полку открыл боевой счет стрелок стрелковой роты гв. красноармеец Шляхов Иван Петрович. Находясь в обороне он 13 марта 1945 года, он вел наблюдение за передним краем противника и появившегося на расстоянии 900 метров немецкого солдата уничтожил огнем из карабина. На следующий день боевой счет открыли, уничтожив по одному солдату противника помощник командира автоматного взвода стрелковой роты гв. младший сержант Глазов П. М. и помощник наводчика станкового пулемета пулеметной роты гв. сержант Меринов И. В. Они же первыми были награждены медалями «За отвагу» (Приложение № 5.3). 14 марта пулеметным огнем, над расположением полка был сбит немецкий самолет Messerschmitt Bf-109, производивший разведку.
Появились первые потери. Так в книге памяти села Хоботец-Васильевское, Тамбовской области значится Манохин Михаил Андреевич, 1915 г.р., призванный в 1937 г. Первомайским РВК, Тамбовской обл., старший сержант, командир отделения автоматчиков 351 сп 106 гв. сд, погиб в бою 15.03.1945 г., похоронен в Венгрии, алюминиевый рудник.

15 марта, в последний день немецкого наступления, Геббельс в своем дневнике записал: «В Венгрии в результате наступления между западной оконечностью Балатона и Капошваром наши войска на широком фронте продвинулись на два-три километра, но на других участках — в частности, в районе Секешфехервара — противник усиленно контратаковал, главным образом пехотными частями. Все атаки, за исключением вклинения в наши позиции между Секешфехерваром и Фельзёгаллой, были отражены». Утром 15 марта 1945 года Зепп Дитрих разослал по дивизиям 6-й танковой армии телеграмму-«молнию», в которой давал оценку сложившейся ситуации. В ней говорилось, что погода и особенности ландшафта позволили Красной Армии выиграть время для создания новых мощных оборонительных рубежей, что стоило ожидать советского наступления, что надо продолжать наступление, что единственным выходом является атака на советские позиции, которая должна закончиться уничтожением частей Красной Армии. Для этого в течение четырех ночей надо было скрытно провести перегруппировку.
Дивизия прибыла на передовую, - пишет бывший разведчик А.В. Винер - мы меняли усталых, замученных и заросших солдат, державших здесь оборону. Это произошло, если я не ошибаюсь, 15-16-го марта. Взводу приказали без промедления произвести разведпоиск, время на подготовку почти не дали, только саперы сделали для нас проход, сразу приказ – «Разведка, вперед!». Поползли впятером к немцам, там «нейтралка» была метров триста, потом наткнулись на пучок проводов, перерезали его ножом и затаились. Провода шли в сторону немецкого тыла. Старший в группе, Дзюба, нас правильно расположил, ждем, кто придет «на порыв связи».
Минут через двадцать появляются два немецких связиста, один идет по проводу, второй страхует напарника сбоку. Взяли их быстро. Шорохов в одиночку скрутил первого, а мы навалились на второго, сунули им кляп, сделанный из портянки, связали и потащили к себе. А закон простой – по той дороге, по которой пришел, назад нельзя возвращаться. Взяли вправо, и уже на середине «нейтралки», когда над нашими головами зависла осветительная ракета, один из немцев выплюнул кляп и дико заорал, звал своих на помощь. Дзюба ему сразу этот кляп вбил назад вместе с зубами, но немцы немедленно отреагировали на крик и стали обстреливать место, на котором мы находились, из минометов и пулеметов, и в пятидесяти метрах от наших окопов Дзюбу задело пулей по касательной в руку, Шорохова зацепило осколками, и ранило одного из пленных, которого пришлось тащить на плащ –палатке.
Пленных привели в штаб полка, но штатный переводчик Дымов (примечание автора: по документам Дыма Г.М.) как, оказалось, плохо владел немецким языком и переводить на допросе приказали мне. В три часа ночи пленных отвезли в штаб дивизии. За участие в захвате этих «языков» я был награжден орденом Отечественной Войны 2-й степени.
Всего в ходе боевых действий взвод совершил два–три удачных разведпоиска, когда нам заранее ставилась задача взять «языка», еще пять разведвыходов - на «поиск стыков в обороне». И раз десять мне приходилось ползать к линии немецкой обороны, подключался к проводу и прослушивал немецкую телефонную связь.
Были моменты, что нас использовали как пехотинцев, направляли на помощь в батальон капитана Беспальцева или на поддержку роты капитана Артемьева или полковой роты автоматчиков под командованием капитана Каторжина. Одним слово, где туго приходилось, туда нас и направляли, «для приведения немцев в чувство».
Документы свидетельствуют, что в ночь на 16.03.1945 года саперный взвод полка разминировал проходы перед передним краем обороны противника и сделал проходы в проволочных заграждениях. За время трех дней наступления в полку не было случаев подрыва на минах противника.

Утром 16-го марта 1945 года, когда началась новая операция, получившая наименование «Венской», погода выдалась неприятнейшая. С самого утра землю плотно окутал густой туман. Сверху, словно из гигантского распылителя, падала водяная изморось. Видимость была ограниченной, поэтому наступление отодвигалось к полудню. На наблюдательные пункты частей и соединений то и дело звонили: «Как погода?», «Не рассеялся ли туман?», «Как видимость?» В районе расположения 106 гв. дивизии стоял сильный туман. В двух шагах ничего не было видно.
В дивизию пришло распоряжение об отмене артиллерийской подготовки и ожидании улучшения погоды. В середине дня в дымке показалось тусклое солнце.

В 14 ч. 30 мин. началась 60-минутная артиллерийская подготовка. В 15 часов 35 минут над передним краем взлетели сигнальные ракеты. 38-й гвардейский стрелковый корпус в составе 9 гвардейской армии во исполнение директивы штаба 3-го Украинского фронта № 001921 от 12 марта 1945 года, атаковал передний край оборонительной полосы противника в районе Алюменъ, юго-западнее окраины Чаквар, Влдагань, Чекберень, Гурды, Замой, на участке Изв (5200) Борвала. Главный удар был нанесен на стыке 2-й венгерской танковой дивизии и 3-й танковой дивизии СС «Мертвая голова». Для ликвидации советского прорыва и предотвращения окружения IV-го танкового корпуса СС и всей балатонской группировки группы армий «Юг» был направлен I-й танковый корпус СС.
Гвардейцы перейдя в атаку на участке Изв (5200) - Лая к 16.00 овладели первой траншеей, в 18.00 ворвались во вторую траншею, за остаток дня продвинулись на 4 – 7 км, овладев д. Чекберень, лесным массивом севернее нее и населенным пунктом Кополнопуста.
Гв. младший лейтенант Газиев А. С. командуя стрелковым взводом 1 стрелкового батальона, 16 марта 1945 года во время прорыва полосы обороны противника быстро и решительно вместе со своим взводом ворвался в траншеи противника и огнем своего взвода уничтожил станковый пулемет противника. Получив ранение и попав в окружение противника, не щадя свое жизни бился до последнего патрона.
Подразделения первого и третьего батальонов полка на окраине деревни Чекберень попали под обстрел шестиствольных минометов противника и понесли чувствительные потери. Но полк, продолжал при поддержке артиллерии неуклонно двигаться вперед, очищая улицу за улицей.


Дивизионная газета «За Родину» в эти писала о 351 гв. полку: «Шел горячий бой. Противник ввел в действие танки. В разгаре сражения гвардии рядовой Скородумов вскочил на вражескую машину, ведущую огонь по нашим наступающим подразделениям. Отважный воин открыл люк танка и огнем из автомата расстрелял фашистский экипаж. Танк в полной исправности достался нашим войскам».
В этой же газете сообщалось: «Район боев, 17 марта 1945 года. Гвардии старшина медицинской службы Поршнев – отважный санинструктор. Он всегда бывает там, где кипит жаркий бой, спеша на выручку своим товарищам. Так во вчерашнем бою он вынес из под огня 50 наших бойцов с их личным оружием».
Подбежал ко мне заместитель командира батальона гв. капитан Ивин – вспоминает Сметанин В.И.- показал рукой в сторону, где лежал раненый и на ходу крикнул: «Быстрее отправь раненого и вперед, быстрее». Но раненому уже не нужна была помощь. Так я встретил первую смерть боевого товарища.

Еще об одном танке противника доставшегося полку в последующих боях вспоминает А.В. Винер: «Наш разведчик, чуваш Василий Акентьев, заблудился и оказался в немецком тылу, где наткнулся на экипаж немецкого танка, который сидел рядом с «тигром» и отдыхал. Акентьев их всех обезоружил, взял в плен, и заставил механика - водителя под дулом автомата перегнать танк в нашу сторону. За этот подвиг он был награжден орденом Боевого Красного Знамени, и о нем даже написали в центральной армейской газете «Красная Звезда».

Из представления к награждению медалью «За отвагу» гвардии сержанта Саранчева Н.Е. «…гвардии сержанта Саранчева Николая Ефимовича за то, что он 16.03.45 года во время прорыва обороны противника, в районе Чекберень, его отделение в числе первых ворвалось в траншеи противника, беря пример со своего командира, показывающего мужество и геройство, при этом уничтожил тов. Саранчев трех солдат противника».

Тяжело пришлось полковым разведчикам. Так добывая сведения о противнике, командир разведывательного взвода гв. лейтенант Поляков со своими разведчиками шел впереди атакующего первого батальона, постоянно информируя командира батальона о поведении противника. В бою за деревню Чекберень гв. лейтенант Поляков погиб.
Афанасий Спиров воевавший вторым номером пулеметчика в 3 батальоне оставил свои воспоминания о боевом крещении полка. «Так мне вспоминается начало боев на Венгерской земле в районе озера Балатон. 16 марта 1945 г., как только рассеялся туман, и улучшилась видимость, началась наша артподготовка. Земля испуганно содрогнулась. В заключение проревела "Катюша". Пришел миг, которого с тревогой ждали. Над полем боя расцвели сигнальные ракеты. Слышались слова командиров: "В атаку! За мной!" 351 гв. полк 106 гв. дивизии принял боевое крещение, закончив первый день боя замечательной победой».
Дважды пришлось отражать контратаки танков и пехоты противника, пытавшегося смять левый фланг 8 стрелковой роты 2 батальона. Пулеметным огнем удалось отрезать наступающую пехоту от танков, после чего контратаки противника захлебнулись. При этом отличился командир стрелкового отделения гв. сержант Гондилов И. Н. Он гранатами и огнем из своего оружия уничтожил два станковых пулемета и восемь вражеских солдат и захватил два ручных пулемета (ЦАМО, фонд 33 опись 717037 дело 1130).

В первый день полку удалось вклиниться в глубину оборону противника на 5 км. Было уничтожено 350 солдат и офицеров противника, более 300 взято в плен. Среди пленных находился и один чех, которого взял в плен минометчик минометной роты гв. красноармеец Ломин В.А. «16 марта 45-го года считаем боевым крещением 351 гвардейского стрелкового полка – в бою было подбито 5 танков, одно самоходное орудие, захвачено пять автомашин, большое количество пулеметов, автоматов, боеприпасов. Прорыв первой обороны противника и захват деревни Чекберень стало началом наступления».

Командир пулеметного отделения пулеметной роты 3-го батальона гвардии старшина Приподобный Г. М. в бою при прорыве укрепленной обороны в районе Чекберень 16 марта 1945 года, огнем своего пулемета уничтожил две огневых точки и пять солдат противника.

Командир пулеметного отделения пулеметной роты 3-го батальона гвардии старшина Туркин В. Г. в бою при прорыве укрепленной обороны в районе Алюминиевый рудник 16 марта 1945 года, огнем своего пулемета уничтожил три огневых точки противника.


Большую роль в успехе атаки сыграли артиллерийские подразделения полка. Так, гв. младший сержант Коробейников П. А. наводчик 45 мм орудия из взвода гв. лейтенанта Гаранина К. М. истребительно-противотанковой батареи 3 стрелкового батальона подбил самоходное орудие «Фердинанд». Расчеты огневого взвода 45 мм пушек гв. младшего лейтенанта Раенко Д. Г. истребительно-противотанковой батареи 2 стрелкового батальона уничтожили 6 огневых точек противника, в том числе одно автоматическое зенитное орудие и 35 солдат противника. Гв. младший лейтенант Балухин Н.С., командир взвода 37 мм авиадесантных пушек истребительно-противотанковой батареи 3 стрелкового батальона, на протяжении всего наступательного боя умело командовал взводом. Орудия взвода уничтожили одно орудие ПТО, два станковых пулемета, дот противника. (ЦАМО, фонд 33 опись 686196 дело 1187). Гв. сержант Афонин Е.М. в бою за деревню Чекберень 16.03.45 г. будучи наводчиком 76 мм. орудия огнем прямой наводки уничтожил бронетранспортер противника с его экипажем и рассеял до роты противника. Личный состав отделения ПТР 3-го стрелкового батальона гв. сержанта Маркина А. Ф. подбил два танка и вывел из строя два противотанковых орудия противника

Как отмечает гв. полковник Федотов П.Н. в бою отличился командир стрелкового отделения гв. сержант Заворотный. В рукопашной схватке он уничтожил трех солдат противника. Всего его отделение в этом бою уничтожило 13 солдат противника. Начальник штаба первого батальона гв.ст. лейтенант Байдужный В. М. двигался в левофланговую роту вместе со связистами, всего 5 человек. В Чекберень захватил в плен 8 вражеских солдат и пароконную повозку. С двумя солдатами отправил пленных в тыл. С остальными двумя солдатами направился в деревню Чокако. На дороге обсаженной деревьями, ведя огонь по домам в Чекберень, задним ходом двигался немецкий танк. Подпустив его вплотную к себе, гвардейцы двумя гранатами подбили его, а брошенной гранатой в моторную часть - подожгли. Пытавшийся выскочить из танка экипаж расстреляли. Под огнем противника санинструктор Анисимов вынес с поля боя 17 раненых. 16 марта 1945 г в бою за деревню Чекребень командир отделения ПТР 1 стрелкового батальона гв. ст. сержант Еремин Н.В. уничтожил один ДЗОТ и семь солдат противника в нем. Автоматчик стрелковой роты 2-го стрелкового батальона гв. младший сержант Скородумов А. П. при прорыве обороны у деревни Чекберень гранатой уничтожил расчет пулемета противника и в первый день боев имел на своем счету 17 уничтоженных солдат противника. Автоматчик стрелкового батальона гв. красноармеец Стратунов С. М. при прорыве обороны противника 16.3.45 года уничтожил 12 автоматчиков и взял в плен 6 солдат противника.

К исходу дня, 16 марта, стрелковые батальоны полка вышли на рубеж высоты 424 и 253. Сильным огнем противника атакующие цепи были остановлены. Противник успел подтянуть к участку прорыва свои резервы и несколько раз предпринимал контратаки. Темп продвижения оказался низким. Полоса обороны противника оказалась прорванной не полностью. Подразделения полка закрепились перед деревней Чокако.
В полку появляются погибшие и пропавшие без вести. Судьбу одного из них лейтенанта Блинникова П.Г. пытались выяснить после войны. Но, наверное, его судьба так и осталось одной из многочисленных загадок войны.

Рядовой Гриднев Николай Александрович был убит в бою в первый день наступления 16 марта 1945 года.


«Мы вошли в горящий населённый пункт уже под вечер. Свет дают горящие дома, ощущается специфический запах пожарища. Это похоже на запах обгорелых головешек, залитых водой. А особенно врезался в память противный запах горелого мяса и горелой шерсти. Это сгорели коровники вместе с коровами от ударов реактивных снарядов «катюш», содержащих термитные смеси. За селом, и на его окраине идёт бой. Там светло над полем боя. Немцы держат оборону. Они специальными осветительными ракетами на парашютиках осветили поле перед передним краем. Количество таких осветительных ракет непрерывно пополняется в воздухе. Видимо немцы выстреливают такие ракеты из обычных ракетниц, а запас их таков, что они не экономят. Я подобрал несколько таких парашютиков от ракет. Они сделаны из очень тонкого материала, и размером менее одного квадратного метра, а держатся в воздухе на высоте довольно долго, и долго снижаясь, светит ракета».

Из представления к награждению орденом Отечественной войны I степени адъютанта командира 351 гвардейского стрелкового полка гв. старшины Дудина Ивана Игнатьевича. «В период боев с немецкими захватчиками с 16.3.45 года тов. Дудин всегда исполнительный, энергичный, не зная усталости, четко и своевременно выполнял все приказания командира полка. В моменты, когда прерывалась связь командира полка с подразделениями, тов. Дудин спешил в подразделения, знакомился с обстановкой и своевременно докладывал командиру полка. Выполняя приказание командира полка, тов. Дудин по пути во 2 батальон встретился с засадой противника. Несмотря на автоматный огонь со стороны противника, тов. Дудин не растерялся быстро залег и открыл огонь по двигающимся на него немецким автоматчикам. В этой схватке тов. Дудин уничтожил 3 автоматчиков и при содействии подошедших к нему на выручку красноармейцев взял в плен одного немецкого солдата».

Об военнослужащих отличившихся в первом дне боевых действий полка говорится в приказе командира полка от 18 марта 1945 года.

СЕКРЕТНО
Экз. № 2

П Р И К А З
351 ГВАРДЕЙСКОГО СТРЕЛКОВОГО ПОЛКА 106 ГВАРДЕЙСКОЙ СТРЕЛКОВОЙ ДИВИЗИИ
№ 04/Н

18 Марта 1945 года

Действующая армия

От имени Президиума Верховного Совета СССР НАГРАЖДАЮ:

Медалью «ЗА ОТВАГУ»

1. Санитара стрелковой роты Гвардии Сержанта АНДРЕЕВА Петра Спиридоновича за то, 16 марта 1945 года под артиллерийским и минометным огнем противника оказал первую помощь 19 раненым бойцам и 10 бойцов, оказав им помощь, вынес в укрытие.

2. Наводчика пулеметной роты Гвардии Младшего Сержанта АРХИПЕНКО Пантелея Николаевича за то, 16 марта 1945 года в момент наступления на оборону немцев уничтожил одну огневую точку противника, тем самым обеспечил продвижение роты.

3. Помощника командира взвода связи батальона Гвардии Старшего Сержанта АРХИРЕЕВА Константина Васильевича за то, 16 марта 1945 года под сильным огнем противника дважды исправлял линию командира батальона с командироми рот.

4. Номера ПТР взвода противотанковых ружей стрелкового батальона Гвардии красноармейца АСТРАХАНЦЕВА Василия Андреевича за то, 16. 03. 45 года в период наступления огнем из своего автомата убил 8 немцев.

5. Стрелка стрелковой роты Гвардии Младшего Сержанта АФАНАСЬЕВА Василия Павловича за то, что будучи связным командира батальона, в период наступления с 14 по 16 марта 1945 года под артиллерийским и пулеметным огнем своевременно доставлял донесения командиру полка и командиру дивизии.

6. Стрелка стрелковой роты Гвардии красноармейца БАХАРЕВА Николая Ивановича за то, что 16. 03. 45 года первым ворвался в траншею противника и убил 7 немецких солдат, кроме этого убил 5 отступающих немцев.

7. Снайпера стрелковой роты Гвардии Старшего Сержанта БЕЛОУС Василия Васильевича за то, что 16. 03. 45 года метким огнем из снайперской винтовки уничтожил более 15 немецких солдат.

8. Командира отделения пулеметной роты Гвардии Сержанта БЕРЕЗОВСКОГО Андрея Филипповича за то, что 16. 03. 45 года огнем своего станкового пулемета уничтожил пулеметный расчет противника, тем самым обеспечил свободное продвижение роты.

9. Автоматчика стрелковой роты Гвардии Младшего Сержанта БУБЯКИНА Николая Ивановича за то, 16 марта 1945 года в рукопашном бою убил одного и взял в плен пять немецких солдат.

10. Санитарного инструктора стрелковой роты Гвардии Старшего Сержанта БУЛАТОВА Георгия Гавриловича за то, 17 марта 1945 года под сильным огнем противника перевязал и вынес с поля боя с оружием 12 раненных бойцов.

11. Командира отделения стрелковой роты Гвардии Старшего Сержанта ГОЛАНОВА Владимира Андреевича за то, что 16. 03. 45 года ворвался в траншею противника и был ранен в плечо, но поле боя не оставил. Огнем из своего автомата убил 4 немецких солдат и продолжал вместе со своим отделением преследовать врага.

12. Командира орудия батареи 37 мм пушек Гвардии Старшего Сержанта ГРИШКИНА Ивана Васильевича за то, что 16. 03. 45 года передок и лошади были выведены из строя со своими бойцами подтащил орудие на танкоопасные места, своевременно открыл огонь, тем самым помог продвижению пехотного подразделения.

13. Наводчика станкового пулемета пулеметной роты Гвардии Младшего Сержанта ГРОМОВА Кузьму Ивановича за то, 16 марта 1945 года из своего пулемета уничтожил огневую точку противника, тем самым помог свободно наступать стрелковому подразделению.

14. Стрелка стрелковой роты Гвардии красноармейца ДОМАШИНА Павла Ильича за то, что 16. 03. 45 года получив сквозное пулевое ранение, не покинул поле боя и шел впереди поражая врага.

15. Телефониста взвода связи стрелкового батальона Гвардии красноармейца ЕВТУШЕНКО Анатолия Афанасьевича за то, что 16. 03. 45 года неоднократно под огнем противника налаживал связь командира батальона с подразделениями, тем самым помогал обеспечению руководства боем.

16. Номера противотанкового ружья взвода противотанковых ружей батальона Гвардии красноармейца ЕРМОЛАЕВА Николая Федоровича за то, 16 марта 1945 года огнем из своего автомата убил 6 немецких солдат.

17. Подносчика патронов стрелковой роты Гвардии красноармейца ЕФИМЕНКО Петра Савельевича за то, что 16. 03. 45 года под сильным минометным огнем противника беспрерывно лоставлял боеприпасы, тем самым обеспечивал нормальную работу огневых средств.

18. Стрелка стрелковой роты Гвардии красноармейца ЖАБКИНА Николая Фирсовича за то, что 16. 03. 45 года огнем из своего ручного пулемета уничтожил два ручных пулемета противника, чем облегчил продвижение взвода без потерь.

19. Санитарного инструктора стрелковой роты Гвардии Старшину ЗОТОВА Владимира Михайловича за то, что 16. 03. 45 года под сильным артиллерийским и минометным огнем противника перевязал и отправил на мед. пункт 12 раненных бойцов и вынес с поля боя 4 раненных бойцов, оказав им первую помощь.

20. Санитара стрелковой роты Гвардии красноармейца КАБАЛИНА Петра Михайловича за то, 16 марта 1945 года под сильным огнем противника оказал первую помощь и вынес с поля боя 9 раненных бойцов с их оружием.

21. Телефониста взвода связи стрелкового батальона Гвардии красноармейца КАТАЦКОГО Александра Алексеевича за то, что выполняя задание по наводке телефоно-кабельно-линии 16. 03. 45 года действовал отважно, несмотря на сильный огонь противника он с катушкой в руках продолжал наводить линию, чем обеспечил связь командира батальона с ротами.

22. Ездового стрелковой роты Гвардии Старшего Сержанта КАХЕТРОВА Александра Константиновича за то, что в период наступления роты своевременно обеспечивал горячей пищей бойцов, а 16 марта 1945 года под сильным артиллерийским огнем противника, заменил разбитое осколком колесо кухни и своевременно доставил пищу бойцам.

23. Стрелка стрелковой роты Гвардии красноармейца КОМАЛДИНОВА Муслима Комалдиновича за то, 16 марта 1945 года перед атакой на оборону противника заметил автоматчиков, мешающих продвижению подразделения. Огнем из своего ручного пулемета уничтожил немецких автоматчиков, тем самым помог продвижению своего подразделения.

24. Номера противотанкового ружья взвода противотанковых ружей батальона Гвардии красноармейца КОЛЕСНИК Андрея Даниловича за то, что 16. 03. 45 года из своего автомата уничтожил 10 немецких солдат и будучи сам ранен продолжал участвовать в бою.

25. Стрелка стрелковой роты Гвардии красноармейца КОНЦЕДАЙЛО Павла Леонтьевича за то, что 16. 03. 45 года первым ворвался в траншеи противника и штыком своей винтовки поразил трех немцев.

26. Стрелка стрелковой роты Гвардии красноармейца КУЗНЕЦОВА Николая Михайловича за то, что 16. 03. 45 года идя в первых рядах наступающих, огнем из своего автомата уничтожил пять немцев.

27. Номера противотанкового ружья взвода ПТР батальона Гвардии красноармейца ЛЕОНОВА Петра Леонтьевича за то, что 16. 03. 45 года уничтожил три пулеметные огневые точки и, будучи раненным, не покинул поле боя.

28. Командира стрелкового отделения стрелковой роты Гвардии Старшего Сержанта ЛЕПИХОВА Андрея Васильевича за то, что 16. 03. 45 года когда командир взвода вышел из строя, принял на себя командование взвода и отлично управлял боем, отбил две контратаки противника, его взвод уничтожил два ручных пулемемета противника с расчетом.

29. Наводчика орудия батареи 37 мм пушек Гвардии красноармейца ЛУКИНА Николая Степановича за то, что 16. 03. 45 года под сильным артиллерийским огнем противника он двигал пушку вперед в боевых порядках пехоты и огнем своего орудия прикрывал подразделения от вражеских танков, подавив две огневые точки противника.

30. Телефониста взвода связи стрелкового батальона Гвардии красноармейца МАКЕЕВА Александра Петровича за то, что своевременно устанавливал связь с ротами, отлично дежурил у аппарата и в ночь на 17. 03. 45 года под сильным артиллерийским огнем противника исправил телефонную линию.

31. Старшину батареи 37 мм пушек Гвардии Старшего Сержанта МАЛАХНЕВА Евгения Васильевича за то, что во время наступательных боев 16. 03. 45 года при непрерывном артиллерийским и минометным огнем противника своевременно доставлял снаряды на передний край, что обеспечивало непрерывное ведение огня по противнику.

32. Заместителя командира стрелкового отделения стрелковой роты Гвардии красноармейца МЕДВЕДЕВА Василия Захаровича за то, что 16. 03. 45 года принял на себя командование отделением и уничтожил расчет немецкого пулемета.

33. Номера противотанкового ружья взвода ПТР батальона Гвардии красноармейца НЕЧИПОРЕНКО Михаила Гавриловича за то, что 16. 03. 45 года во время наступления под сильным артиллерийским огнем противника своевременно и быстро доставлял патроны противотанковым ружьям и убил из своего автомата двух немецких солдат.

34. Командира отделения станковых пулеметов пулеметной роты стрелкового батальона Гвардии Младшего Сержанта НИКИТИНА Константина Борисовича за то, что в наступательном бою 16. 03. 45 года вывел из строя расчет немецких пулеметчиков, чем облегчил наступление взвода.

35. Командира отделения взвода связи стрелкового батальона Гвардии Сержанта ПАРФЕНОВА Николая Алексеевича за то, что во время прорыва обороны противника под сильным огнем 16. 03. 45 года своевременно обеспечил связь командирабатальона с командирами рот, бесстрашно исправлял порванные линии, тем самым обеспечил управление боем.

36. Наводчика противотанковых ружей взвода ПТР батальона Гвардии красноармейца ПАХОМОВА Виктора Петровича за то, что он в наступательном бою 16. 03. 45 года огнем из своего автомата уничтожил 12 немецких солдат.

37. Наводчика станкового пулемета пулеметной роты стрелкового батальона Гвардии красноармейца ПЛЕТНЕВА Алексея Николаевича то, что во время атаки траншей противника 16. 03. 45 года уничтожил расчет немецких пулеметчиков с двумя немецкими солдатами и убил несколько немцев во время их отступления.

38. Телефониста взвода связи стрелкового батальона Гвардии Сержанта ПОЛИКАРПОВА Бориса Афанасьевича за то, что во время наступления 16. 03. 45 года в ходе боя навел связь между подразделениями и одновременно ведя огонь по врагу уничтожил четырех немецких солдат.

39. Командира стрелкового отделения стрелковой роты Гвардии Старшего Сержанта СИЗИНЦЕВА Василия Андреевича за то, что 17. 03. 45 года при сигнале «в атаку» поднялся первым и воодушевил свое отделение, первым занял рубеж и, ведя огонь, обеспечил свободное продвижение взвода.

40. Наводчика станкового пулемета пулеметной роты стрелкового батальона Гвардии Младшего Сержанта СИМОНОВА Льва Ивановича за то, что во время наступления 16. 03. 45 года, несмотря на минометный огонь противника, бесстрашно и метко разил врага из станкового пулемета, тем самым обеспечил продвижение своих подразделений.

41. Наводчика станкового пулемета пулеметной роты стрелкового батальона Гвардии красноармейца СЛЯДНЕВА Николая Михайловича за то, что 16. 03. 45 года заметил огневую точку противника, мешающую наступлению нашей пехоте, меткими выстрелами из станкового пулемета уничтожил расчет в количестве трех немецких солдат.

42. Повара батальона Гвардии красноармейца СМИРНОВА Василия Николаевича за то, что в перид наступательных боев с 16 по 18 марта 1945 года готовил хорошего качества пищу и своевременно доставлял ее на передовую, несмотря на артиллерийский обстрел.

43. Помощника наводчика станкового пулемета пулеметной роты стрелкового батальона Гвардии красноармейца СМИРНОВА Николая Ивановича за то, что в наступлении 16. 03. 45 года огнем из своего станкового пулемета уничтожил более 20 немцев и только после тяжелого ранения передал свой пулемет командиру отделения.

44. Телефониста взвода связи стрелкового батальона Гвардии красноармейца СОПИКОВА Ивана Гурьевича за то, что 16. 03. 45 года во время наступления исправил порванную линию связи, огнем из своей винтовки убил замеченных в окопе двух немецких солдат.

45. Наводчика станкового пулемета пулеметной роты стрелкового батальона Гвардии красноармейца СТОЛЯРОВА Михаила Андреевича за то, что во время наступления 16. 03. 45 года, был ранен, но не покинул своего грозного оружия – станковый пулемет продолжал вести ожесточенный огонь по отступающему противнику.

46. Подносчика патронов пулеметной роты стрелкового батальона Гвардии красноармейца ТРУБНИКОВА Николая Петровича за то, что 16. 03. 45 года во время сильного артиллерийского, минометного и оружейного огня протвника быстро и своевременно доставил боеприпасы на передний край.

47. Стрелка стрелковой роты Гвардии Младшего Сержанта ТЯПКИНА Виктора Владимировича за то, что во время наступления 16. 03. 45 года в момент соприкосновения с противником вступил в рукопашный бой, уничтожил 5 немецких солдат, 6 взял в плен.

48. Номера противотанкового ружья взвода ПТР батальона Гвардии красноармейца УФИМЦЕВА Николая Мироновича за то, что во время наступления 16. 03. 45 года, ручной гранатой уничтожил 4 и огнем своего автомата убил 2 немецких солдат.

49. Командира отделения станковых пулеметов Гвардии Старшину УХАРСКОГО Василия Матвеевича за то, что 16. 03. 45 года быстрым и точным расчетом уничтожил огневую точку противника, тем самым обеспечил продвижение стрелкового взвода.

50. Командира отделения стрелковой роты Гвардии Младшего Сержанта ЦАРЕВА Ивана Петровича за то, что он во время наступления при прорыве обороны противника первым поднял свое отделение, с которым ворвался в траншеи противника и лично уничтожил трех немецких солдат.

51. Командира стрелкового отделения стрелковой роты Гвардии Сержанта ЦАРЬКОВА Степана Максимовича за то, что 16 марта 1945 года во время наступления ворвался в траншею противника, уничтожил одного немецкого солдата и получив ранение, продолжал вести бой и командовать отделением, которое умело уничтожало противника.

52. Заместителя командира стрелкового отделения стрелковой роты Гвардии красноармейца ЧИЖЕНКОВА Ивана Семеновича за то, что он во время прорыва обороны противника 16. 03. 45 года по сигналу «в атаку» первым поднялся из окопа и бросился навстречу противнику, огнем из ручного пулемета убил четырех немецких солдат.

53. Телефониста взвода связи стрелкового батальона Гвардии красноармейца ШИШКИНА Матвея Михайловича за то, что во время наступления батальона из обрывков кабеля, несмотря на сильный артиллерийский огонь, навел телефонную линию в роту от командного пункта батальона, тем самым обеспечил связь командира батальона с ротами.

54. Стрелка стрелковой роты Гвардии красноармейца ШЛЯХОВА Ивана Петровича за то, что он во время атаки противника 16 марта 1945 года ворвался в блиндаж и штыком своего карабина уничтожил трех немецких солдат.

55. Стрелка стрелковой роты Гвардии красноармейца ШОРИНА Леонида Алексеевича за то, что во время атаки 16. 03. 45 года был ранен, но не покинул поле боя и продолжал вести бой, в этом бою огнем своего оружия уничтожил трех немецких солдат.

56. Стрелка стрелковой роты Гвардии красноармейца ЩЕРВАНЕВА Петра Фахотовича за то, что он после атаки противника заметил экипаж немецкого танка, пытавшийся уйти, но меткими выстрелами из своего оружия экипаж был уничтожен.

57. Помощника наводчика ручного пулемета Гвардии Ефрейтора ЮШКОВА Владимира Дмитриевича за то, что он во время наступательного боя 16. 03. 45 года когда его наводчик вышел из строя он принял командование на себя и действовал решительно. В то время по шоссе прямо на него шла самоходная пушка, за которой двигалась пехота противника. Метким огнем из своего пулемета он отрезал пехоту противника и в этом бою уничтожил двух немецких солдат.

58. Заместителя командира отделения ПТР взвода противотанковых ружей Гвардии Младшего Сержанта ЯКОВЛЕВА Илью Петровича за то, что он в боях за высоту безымянную из своего ружья лично уничтожил расчет станкового пулемета противника, тем самым помог продвижению наступающего подразделения.

59. Стрелка стрелковой роты Гвардии красноармейца ЯЗИКОВА Александра Никифоровича за то, что он во время наступления 16. 03. 45 года ворвавшись в траншею противника ручной гранатой уничтожил двух немецких солдат и вывел из строя станковый пулемет противника.

Медалью «ЗА БОЕВЫЕ ЗАСЛУГИ»

1. Телефониста взвода связи стрелкового батальона Гвардии красноармейца АВРОСИМОВА Павла Михайловича за то, что он во время наступления 16 марта 1945 года на оборону противника под артиллерийским огнем противника на всем протяжении боя исправлял линию связи, чем способствовал в обеспечении бесперебойной связи подразделения батальона с командным пунктом.

2. Воспитанника – повара хозяйственного взвода стрелкового батальона ВОЛОСЕВИЧ Владимира Львовича за то, что во время наступательных боев под ружейно-пулеметным и артиллерийским огнем своевременно доставлял горячую пищу подразделениям батальона на передний край.

3. Стрелка стрелковой роты Гвардии красноармейца КОВЫЛЯЦКОГО Николая Федоровича за то, что он исполняя обязанность письменосца батальона за своевременное доставление писем бойцам с родины непосредственно на передовую и возвращаясь в батальон с почтой попал под ружейный огонь. В этом бою уничтожил двух немецких солдат.

4. Командира отделения взвода связи стрелкового батальона Гвардии Старшего Сержанта МАМЕДЗЕКОВА Нури Махмудовича за то, что он работая на рации несмотря на артиллерийский обстрел, на всем протяжении наступательного боя обеспечивал прочную связь штаба полка, тем самым своевременно информировал командира о поступающих приказах и распоряжений.

5. Стрелка стрелковой роты Гвардии красноармейца МАРТЫШИНА Николая Ивановича за то, что он во время атаки противника 16 марта 1945 года ворвавшись в траншеи штыком и прикладом истребил двух немецких солдат.

6. Автоматчика взвода автоматчиков стрелкового батальона Гвардии красноармейца ПЛЮЩЕВА Анатолия Кирилловича за то, что он в наступательном бою 16. 03. 45 года во время атаки в составе отделения огнем из своего автомата уничтожил двух немецких солдат.

7. Стрелка стрелковой роты Гвардии красноармейца СЕРГЕЕВА Сергея Степановича за то, что он во время наступательных боев действуя в должности связного несмртря на сильный ружейно-пулеметный и артиллерийский огонь противника обеспечивал живую связь с командирами рот, передавая своевременно указания, распоряжения и приказы командира батальона, тем самым обеспечил четкое управление подразделениями в бою.

8. Автоматчика взвода автоматчиков стрелковой роты Гвардии красноармейца СКОРОБОГАТОВА Василия Андреевича Кирилловича за то, что он в наступательном бою 17 марта 1945 года с группой автоматчиков во время уличных боев в населенном пункте выбивая противника уничтожил двух немецких солдат.

9. Писаря-каптенариуса стрелковой роты Гвардии Младшего Сержанта СМИРНОВА Николая Гурьевича за то, что он в наступательном бою под огнем противника своевременно доставлял сведения в штаб батальона, а также во время оборудования наблюдательного пункта подвергался артиллерийскому обстрелу и не смотря на это продолжал выполнять свою задачу –оборудовать наблюдательный пункт.

КОМАНДИР 351 ГВАРДЕЙСКОГО СТРЕЛКОВОГО ПОЛКА  Гвардии ПОЛКОВНИК (ФЕДОТОВ)

Отпеч. 3 экз.
Экз. № 1 – Секретариат Президиума
Верховного Совета СССР.
Экз. № 2 – ГУК НКО.
Экз. № 3 – в дело полка.
Исп. Юзиков.
20.3.45 года.

ЦАМО, фонд 33 опись 686196 дело 1995. Подлинник.

Примечание автора: опущены персональные сведения о награжденных - год рождения, национальность, партийность, каким военкоматом призван, домашний адрес.
Приказ заверен печатью 7 Гвардейской Воздушно-Десантной Бригады.

Утром 17 марта 351 гв. сп. был сменен 355 гв. сп. и выведен во второй эшелон дивизии. Зарытые в землю немецкие танки и самоходные артиллерийские установки, не позволили продвинуться 355 гв. стрелковому полку. Батальоны полка понесли большие потери. Не смогли помочь продвижению полка ни артиллерия, ни авиация.
По воспоминаниям В.Н. Аксенова: «Хоть сильна была вчера артподготовка, но она оказалась малоэффективной, так как противник отошел с передовых позиций в глубину обороны. Немцы, конечно, изучили нашу тактику в наступлении, они знают, что перед наступлением артподготовка длится один или два часа, и на это время отходят в глубину, укрепляя вторую линию обороны. А наше командование эту тактику не меняет. И вот теперь, когда артиллерия очень нужна, её нет поблизости, где-то сзади тащится, да и снаряды изрядно израсходовали по пустым позициям переднего края противника… Противник вёл прицельный огонь, а гвардейцы зарывались в землю, явно демаскируя свое место. Мы лежали на обочине дороги, вжимаясь в землю, от свистящих пуль над головой. Позади меня по грязи кювета медленно ползли раненые. Сколько их, их было много. Все раненые, которые могли двигаться, ползли по этому кювету, по этой канаве. Страшная картина. Вот один раненый солдат ползёт, а сзади себя тянет своего друга за лямку из обмотки. Удобный способ транспортировки раненого пришлось применить, размотав обмотки солдатских ботинок. Связанные узлом две обмотки, продетые под руки, тянул ползком другой, вероятно легкораненый. Раненый лежит на спине и сам передвигаться не может, хотя одной пяткой отталкивается. Некоторые ползут ещё не перевязанные, хотя где-то там впереди ползает наш санинструктор, перевязывает раненых… Роты нашего батальона до вечера лежали под этой деревней. Только под вечер, когда сгущались сумерки, отошли вправо, к горам, так и не взяв эту деревню лобовой атакой. Мы, эту ночь провели в окопах, мёрзли и дрожали. У некоторых не было даже шинелей. Шинели в скатках многие побросали на поле во время атаки. Правда, некоторые раздобыли здесь у миномётчиков плащ-палатки. Утром на рассвете командир взвода повел нас искать наш батальон. Шли узкой тропинкой. Видели неубранные трупы наших солдат. Мне запомнился труп солдата, лежащего прямо на этой тропинке, по которой мы все шли, и через него нам приходилось перешагивать. Лежал солдат с расколотой, как арбуз, головой, крови не видно, а серая масса мозгов видна из щели ото лба до затылка. Нам всем пришлось перешагивать через него, ведь мы торопились, спешили на пункт сбора».
На командном пункте командира 355 полка осколком в грудь был тяжело ранен заместитель командира 106 гв. дивизии по строевой части гв. полковник Гребнев. Не лучше обстояли дела и у наступающего в горно-лесистом массиве, восточнее города Мор 347 гв. стрелкового полка 106 гв. дивизии. От его командира гв. полковника Киреева С.Н. то и дело по радио поступали тревожные донесения: «Противник, используя выгодную местность, контратакует и обходит фланги. Полк продвижения вперед не имеет».
Находясь во втором эшелоне дивизии командный состав 351 гв. полка и его батальонов в течении дня непрерывно вели наблюдение за ходом боя 355 гв. полка. Впереди лежащая местность была хорошо изучена. Это вселяло уверенность в успех предстоящем бою.
Войска 9-й гвардейской армии за 16 марта из-за сильного сопротивления противника задачи не выполнили. Первая полоса обороны была прорвана, цепи залегли перед второй полосой обороны, центром и основным опорным пунктом которой была д. Чокако. Неоднократные попытки атаковать деревню днем успеха не имели, поэтому было принято решение атаковать под прикрытием темноты с двух сторон при хорошей артиллерийской поддержке. Командиры приданных артиллерийских батарей находились в боевых порядках атакующих подразделений. За сутки д. Чокако и ближайшие высоты были очищены от врага.

Командир огневого взвода 49 отдельного зенитно-артиллерийского дивизиона 38 гв. стрелкового корпуса Пентин Юрий Андреевич впоследствии писал: «Мои личные наиболее яркие воспоминания начну с первой ночи перед началом и с первых дней наступления наших войск. Позиция батареи в эту ночь была на самой передовой, не далее пары сотен метров от наших окопов пехоты. Было довольно тихо, только временами слышался свист и хлопки случайных разрывных пуль, задевавших веточки. Внезапно обрушился грохот, который заставил сжаться в комок, заткнуть уши и сдерживать рвавшееся из груди сердце. Я не сразу понял, что это началась наша артподготовка. Не помню точно, сколько времени продолжался вой летевших над нами с тыла снарядов и гул сплошных взрывов впереди. Не хотел бы я быть в эти минуты на месте противника. Так же внезапно грохот прекратился, сменившись криками "Ура!", стрельбой и шумом моторов: наши пошли вперед. Настал и наш черед встать по местам и следить за "воздухом", чтобы прикрывать, если понадобится, пехоту и танки при возможном появлении вражеских самолетов. Однако прийти в себя и сразу поддерживать своих с воздуха немцы не успели. Наши части смели их боевые порядки и быстро продвигались вперед, сломив сопротивление.
Вечером первого дня наша батарея стала менять позицию, следуя за передовыми частями. Двигались практически в темноте, иногда приходилось миновать стонущих раненых, которых подбирали санитары. Убитых молодых солдат, которых за ночь не успели подобрать, как и немецких трупов, мы насмотрелись уже утром около новой позиции нашей батареи».
Ночью на северную окраину деревни Чекберень переместился штаб 351 гв полка. Сменил огневые позиции и 534 гв. минометный полк. С поля боя эвакуировали всех раненных. Эта была тяжелая ночь для медицинской службы полка, где служили гв. капитаны Дубинин и Клава Киселева, гв. старший лейтенант Могилянский и гв. лейтенант А. Штейнберг. В подразделения подвезли боеприпасы и горячую пищу.

Не дремал и противник. Определив направление главного удара 106 гв. дивизии, он оперативно перебрасывал на это направление пехоту, артиллерию и танки. К рассвету 17 марта противнику удалось закрепиться на промежуточной позиции по рубежу Чокако и организовать систему огня.
Как вспоминает гв. старшина А.В. Винер: «Все мы в войну были молодыми. Наши десантные батальоны были в основном укомплектованы личным составом 1924-1925 года рождения, но в нашем взводе ребята были, конечно, постарше. Я пришел в разведвзвод как бывший партизан, и это сразу определило многое по отношению ко мне. Физические нагрузки переносил спокойно, прыгал с парашютом без «фокусов». Еще в Белоруссии меня назначили командиром отделения, а затем я стал помкомвзвода, так что мой возраст никакого значения не имел. Но был момент, когда Дзюба, пользовавшийся беспрекословным командирским авторитетом, решил меня поберечь. У нас как раз куда-то на повышение забрали Гунина и вместо него прислали молодого младшего лейтенанта. Мы днем пошли всем взводом на задание, идем по оврагу, а немцы с двух сторон стали по нам стрелять. Огонь плотный, но по нам не попадали, овраг нас прикрывал. Молодой лейтенант решил показать, что он смелый парень, порывался выскочить из оврага наверх, а ему наши «старички» сказали: «Лейтенант, не лезь», но офицерский гонор не позволил лейтенанту послушать сержантов. Лейтенант выскочил из оврага, и уже через секунду получил две пули в руку. Дзюба приказал мне отвести раненого в тыл, Я отказался, мол, своих на задании не брошу, а Дзюба резко сказал в приказном тоне: «Я сказал, «младший» поведет!». А «младший» - это был я… А через два дня надо было нашего тяжелораненого десантника с «нейтралки» вытащить, так я первым вызвался, и Дзюба одобрил. Раненый был обладателем странной фамилии – Зололайло, и звали его Ваня, так вот я его и вытянул перед самым носом у немцев. Ване дали орден Славы 3-й степени, а мне за это дело - первую медаль «За Отвагу».
«Дивизия вступила в бои в глубине обороны врага за овладение населенными пунктами Чокако и Мор. Через них проходила важная автострада, связывающая Шекешфехервар и Папа. Мор был крепким орешком, тогда его решили атаковать ночью. Были задействованы все силы: полковая батарея обрушила огонь, батальоны пошли в атаку. Трое суток потребовалось, чтобы сломить сопротивление врага. Сломили».

17 марта 1945 года проходило прочесывание деревни Чекребень в которой были обнаружены три автоматчика противника, засевшие на чердаках домов
В тот же день командир стрелковой роты гв. старший лейтенант Глухов В.Е. со своей ротой первым поднялся на штурм села Турон. В этом бою 1 батальоном полка было уничтожено 150 солдат и офицеров противника, 35 солдат взято в плен. Так указано в представлении к награждению орденом Кутузова 3 степени гв. старшего лейтенанта Глухова В.Е. состоявшееся приказом Военного Совета 3 Украинского фронта № 0144/Н от 8 июня 1945 года. (ЦАМО, фонд 33 опись 690306 дело 1873).

В ходе второго дня боя командир дивизии принимает решение вводом в бой второго эшелона дивизии овладеть Чокако. Исходя из обстановки, командиром полка было принято решение нанести удар по Чокако в ночное время, обходя его с двух сторон. Второй батальон с юга, третий с севера. Первый батальон оставался в резерве командира дивизии. Пулеметчик стрелковой роты 2-го стрелкового батальона гв. красноармеец Никижичев А. С. при выполнении боевого задания в разведке заменил раненого командира отделения и лично взял в плен одного немецкого солдата. 

К вечеру батальоны сблизились с противником и изготовились к атаке. С наступлением темноты, после короткого артиллерийского налета, батальоны перешли в атаку. Противник предпринял контратаку силой до 40 пехотинцев при поддержке двух самоходных орудий. Огнем станковых пулеметов пехоту удалось отрезать от самоходок, и контратака противника захлебнулась. Контратакующие потеряли до 20 человек убитыми. Снайпер стрелковой роты 2-го стрелкового батальона гв. красноармеец Терошин В. И. из снайперской винтовки уничтожил расчет станкового пулемета противника, тем самым обеспечил продвижение роты. Укрываясь в винных погребах и домах, расположенных вокруг деревни, противник ведет огонь по наступающим батальонам. Но, почувствовав приближение нашей пехоты, немцы стали выводить из деревни на запад свои танки и САУ. Вскоре Чокако был полностью очищен от противника. В ходе этого боя было уничтожено более 100 и взято в плен 70 солдат и офицеров противника, подбито 2 самоходно-артиллерийские установки. Особенно отличилась 4 стрелковая рота, обойдя Чокако с запада, 2 и 3 взводы 5 стрелковой роты. Путь на город Мор был открыт.

Именной список 
безвозвратных потерь 351 гвардейского стрелкового полка за период с 14 марта по 17 марта 1945 г.

Воинское звание

ФИО

должность

Дата рождения

Когда выбыл

Где похоронен

1

гв. старший сержант   

Манохин Михаил Андреевич

ком. отделения

1915

15.03.45

Аллюминиевый рудник

2

гв. ефрейтор

Марциняк Всеволод Алексеевич

пулеметчик

1925

14.03.45

Аллюминиевый рудник

3

гв. сержант

Етелин Иван Акимович

ком. отделения

1925

16.03.45

м. Чокако

4

гв. красноармеец

Окунев Алексей Иванович

стрелок

1925

16.03.45

м. Чокако

5

гв. красноармеец

Меньшов Николай Сидорович

стрелок

1925

16.03.45

м. Чокако

6

гв. красноармеец

Рябов Анатолий Васильевич

стрелок

1925

16.03.45

м. Чокако

7

гв. сержант

Идрисов Аиса Идрисович

ком. отделения

1925

16.03.45

м. Чокако

8

гв. красноармеец

Плугин Виталий Андреевич

стрелок

1925

16.03.45

м. Чокако

9

гв. красноармеец

Центнер Михаил Иосифович

стрелок

1925

16.03.45

м. Чокако

10

гв. красноармеец

Пискунов Александр Иванович

стрелок

1925

16.03.45

м. Чокако

11

гв. красноармеец

Чернышев Александр Федорович

стрелок

1925

16.03.45

м. Чокако

12

гв. красноармеец

Кокорин Александр Иванович

стрелок

1925

16.03.45

м. Чокако

13

гв. красноармеец

Комаров Анатолий Иванович

стрелок

1925

16.03.45

м. Чокако

14

гв. красноармеец

Кабиев Халип Шангулович

стрелок

1925

16.03.45

м. Чокако

15

гв. красноармеец

Айжариков Махмур Айджарикович

стрелок

1925

16.03.45

м. Чокако

16

гв. старший сержант

Натоконов Петр Иванович

сан. инструктор

1911

16.03.45

м. Чокако

17

гв. младший сержант

Котриков Борис Александрович

ком. отделения

1925

16.03.45

м. Чокако

18

гв. красноармеец

Ентис Михаил Моисеевич

стрелок

1925

16.03.45

м. Чокако

19

гв. красноармеец

Мухомедьяров Гальят Мухамедьярович

стрелок

1916

16.03.45

м. Чокако

20

гв. красноармеец

Стрельников Владимир Павлович

стрелок

1925

16.03.45

м. Чокако

21

гв. красноармеец

Брызгалин Александр Васильевич

пулемётчик

1925

16.03.45

м. Чокако

22

гв. красноармеец

Орешкин Николай Иванович

стрелок

1925

16.03.45

м. Чокако

23

гв. сержант

Шевнин Николай Степанович

кузнец

1903

16.03.45

м. Чокако

24

гв. красноармеец

Гриднев Николай Александрович

стрелок

1925

16.03.45

м. Чокако

25

гв. красноармеец

Леднев Константин Васильевич

стрелок

1924

16.03.45

м. Чокако

26

гв. красноармеец

Волков Юрий Алексеевич

стрелок

1925

16.03.45

м. Чокако

27

гв. красноармеец

Пауков Михаил Петрович

стрелок

1925

16.03.45

м. Чокако

28

гв. старший сержант

Салетов Николай Иванович

ком. отделения

1919

16.03.45

м. Чокако

29

гв. старший сержант

Исаков Василий Александрович

ком. отделения

1922

16.03.45

м. Чокако

30

гв. младший сержант

Маслов Дмитрий Григорьевич

ком. отделения

1922

16.03.45

м. Чокако

31

гв. красноармеец

Гормаш Иван Константинович

стрелок

1925

16.03.45

м. Чокако

32

гв. красноармеец

Саторканов Ердотбай Джусупович

стрелок

1925

16.03.45

м. Чокако

33

гв. младший сержант

Басов Александр Михайлович

ком. отделения

1925

16.03.45

м. Чокако

34

гв. красноармеец

Перминов Александр Петрович

стрелок

1925

16.03.45

м. Чокако

35

гв. красноармеец

Бекетов Борлик Бекетович

стрелок

1925

16.03.45

м. Чокако

36

гв. старшина

Комаров Петр Александрович

ком. отделения

1923

16.03.45

м. Чокако

37

гв. красноармеец

Сибгатулин Фахматула Коритович

миномётчик

1924

16.03.45

м. Чокако

38

гв. младший сержант

Глазов Павел Михайлович

ком. отделения

1920

16.03.45

м. Чокако

39

гв. младший сержант

Иноземцев Иван Федорович

ком. отделения

1920

16.03.45

м. Чокако

40

гв. красноармеец

Рамазанов Васил Хознахмедович

стрелок

1925

17.03.45

Мор

41

гв. сержант

Тюрин Александр Семенович

зам. ком. отд.

1925

17.03.45

Мор

42

гв. красноармеец

Кошкин Борис Михайлович

телефонист

1925

17.03.45

Мор

43

гв. младший сержант

Свирин Михаил Антипович

пом. ком. взвода

1920

17.03.45

Мор

44

гв. сержант

Маребаев Николай Васильевич

ком. отделения

1925

17.03.45

Мор

45

гв. сержант

Замятин Александр Павлович

зам. ком. отд.

1924

17.03.45

Мор

46

гв. красноармеец

Дементьев Михаил Яковлевич

повозочный

1925

17.03.45

Мор

47

гв. старший сержант

Нестеров Владимир Архипович

ком. отделения

1922

17.03.45

Мор

48

гв. красноармеец

Грачев Василий Михайлович

стрелок

1925

17.03.45

Мор

49

гв. красноармеец

Шулутов Павел Михайлович

стрелок

1925

17.03.45

Мор

50

гв. красноармеец

Горшков Тимофей Акимович

стрелок

1925

17.03.45

Мор

51

гв. красноармеец

Новичков Петр Павлович

стрелок

1925

17.03.45

Мор

52

гв. красноармеец

Сбродов Борис Борисович

артиллеримст

1925

17.03.45

Мор


ЦАМО, фонд 58 опись 18003 дело 529

С рассветом 18 марта полк начал наступление на город Мор. «Удерживая важный узел дорог, гарнизон противника, усиленный 5 танковым батальоном 3 танковой дивизии СС «Мертвая голова» отчаянно сопротивлялся».38 От огня немецких танков стрелковые роты 2 и 3 батальонов наступавшие вдоль автострады по открытой местности понесли потери. Цепи залегли. Бой принял затяжной характер. День угасал, но попытки полка атаковать город с юга успеха не приносили.
Было принято решение атаковать Мор ночью. Под покровом темноты была проведена перегруппировка боевого порядка полка. С фронта справа и слева шоссе оставили стрелковую роту 2 батальона и артиллерию полка – батареи 57 и 76 мм. орудий. Третий батальон занял исходное положение юго – восточнее города, второй батальон изготовился для атаки юго-западнее Мора. Под прикрытием огня полковой артиллерии и 534 гв. минометного полка батальоны перешли в атаку.
Минометчики 120 мм минометной батареи полка (командир батареи гв. старший лейтенант Федоров В.В.) 18 марта подбили огнем батареи САУ «Фердинанд». Так указывается в наградных представлениях.

(Примечание: В действительности с этим трудно согласиться. По подсчётам историка М. Свирина, в мемуарной литературе рассказывается более чем о 800 САУ «Фердинанд», якобы участвовавших в боях на самых различных участках фронта. Это связано с широкой известностью этой САУ в Красной Армии в связи с выпуском большим тиражом специальных памяток, посвящённых методам борьбы с данной машиной. Например, Н. Х. Горюшин Уязвимые места немецкого самоходного орудия типа «Фердинанд» и способы борьбы с ним - М.: Воениздат НКО, 1943. И недостаточной осведомлённостью личного состава о других САУ вермахта. «Фердинандом» назывались практически все немецкие САУ, особенно больших размеров и имевшие заднее расположение боевого отделения - Насхорн, Хуммель, Мардер II, Веспе. Как свидетельствуют документы, 25 февраля 1945 года отдельную 614-ю тяжёлую самоходную противотанковую роту (sPzJgKp 614), имеющую последние 13 САУ «Элефант» (так САУ «Фердинанд» стала официально называться после модернизации в 1944 г.), перебросили к Вюнсдорфу для усиления противотанковой обороны немецких частей. Последние бои «Элефанты» провели в Вюнсдорфе, Цоссене и Берлине, поэтому в марте 1945 г. в Венгрии их быть не могло.)

Из воспоминаний А.В. Винера: «Мы пошли на Мор первыми и в город ворвались самыми первыми, захватили шестиствольные минометы и гору фаустпатронов, и тут мы столкнулись с ожесточенным сопротивлением. На втором этаже большого каменного дома засела группа мадьяр, человек двадцать «салашистов», состоявшая в основном из офицеров, и держались они до последнего патрона. Мы их выбили из дома, а в доме обнаружили деньги в мешках с банковскими печатями, видимо, эта была армейская казна, но времени не было, «трофеи» считать, двинули дальше, добивать немцев и мадьяр».

Первым в город ворвался второй батальон. Завязался уличный бой. Особенно отличился со своим отделением гв. сержант Саранчев. Он со своим отделением ворвался в дом и уничтожил расчет крупнокалиберного пулемета. Третий батальон попал под фланговый пулеметный огонь противника. Положение спас заместитель командира батальона по строевой части гв. капитан Ивин, погибший в этом бою. «Наступать на город Мор мешал пулемет противника. Вперед кинулся гв. младший сержант Саша Басов. Не добежал он метров 100 до дзота как был сражен. Преодолев траншею фашистской обороны, мы вышли на окраину города. Патроны были на исходе. Немцы отступали в город. Их было видно, они бросили машины с боеприпасами, и ушли в город. Мы по команде гв. капитана Ивина заняли исходный рубеж для атаки. Сзади, далеко наступали основные силы, ведя огонь по городу. По команде «Вперед!» мы огородами ворвались на окраину города. Но сидеть было невозможно от огня наших наступающих. Гв. капитан Ивин приказал перейти через улицу, разведать. Я и еще два человека, оба однофамильцы Дунаевы, осмотрели дом и двор. Никого не было. Вся группа перешла к нам. Когда наши основные силы вышли на окраину города, мы устремились вперед: гв. ст. сержант Бебия, гв. рядовые Носов Иван, Павел Шемелин и др. Последними выходили гв. капитан Ивин и оба Дунаевы. Гв. капитан Ивин вышел из калитки дома на улицу, как раздалась пулеметная очередь. Стреляли с чердака соседнего дома. Дунаев крикнул, что Ивина убили, я вернулся и увидел картину. Гв. капитан Ивин лежит убитым, вся грудь разворочена пулями, оба Дунаевых ранены. Один в руку, другой смертельно» -пишет В.И. Сметанин.

С подходом третьего батальона к окраинам города противник стал бросать свои позиции. Бой за город Мор длился почти сутки. Потеряв Мор, противник лишился важного узла сопротивления в тактической зоне обороны, прикрывавшего автостраду. На протяжении этих дней полку пришлось в основном вести бой с танками и самоходками противника.
Командир полка особо отмечает командира саперного взвода гв. лейтенанта Шевцова, который вместе с гв. сержантом Гореловым разминировал небольшой мост на подступах к городу. Гв. рядового Иванова уничтожившего огневую точку на чердаке дома. Гв. сержанта Торгашева захватившего вместе со своим отделением в плен 20 немцев. Гв. рядового Логинова, пленившего трех солдат противника.

Бой за город Мор

По воспоминаниям пулеметчика А. Спирова: «18 марта наш полк получил задачу наступать в направлении города Мор в Венгрии и овладеть им. Едва наступил рассвет, наша рота 3-го батальона (командир батальона капитан Беспальцев Игорь Исаевич) 351 гв. полка развернулась в цепь. Местность на подступах к городу в полосе наступления была ровной. Встретили сильное сопротивление немцев. Первая атака нашего батальона сорвалась. Враг очень упорно оборонял узел дорог в городе. Командир полка Федотов принял решение атаковать г. Мор ночью. За трое суток наш 351 гв. полк прогрыз оборону противника на глубину 12 км, овладел опорными пунктами Чекберень, Чокако, Мор. Южнее нас наступал 332 гв. полк полковника Голофаста, который имел задачу перерезать железную дорогу Мор-Секешфехервар. Бой не прекращался весь день, на исходе были боеприпасы. Но особенно в трудное положение попал взвод лейтенанта Ермолаева. Артиллерия интенсивно обстреливала позиции взвода. Ермолаев уже видел вражеские бронированные машины, их было пятнадцать. "По пехоте противника - огонь!" - скомандовал Ермолаев: Огонь пулеметчиков прижал гитлеровцев к земле, не давал им подняться. "Приготовить гранату", - скомандовал лейтенант отделению. Один танк шел прямо на его окоп. Он, пригибаясь, кинулся навстречу, бросив гранату, танк задымился. Сраженный осколками лейтенант упал на дно траншеи...».

Гв. рядовой Калмыков С.Ф. из взвода пешей разведки 18 марта 1945 г во время боев за город Мор просочился в тыл противника с фланга и уничтожил четырех немецких радистов, которые корректировали огонь своей артиллерии, не давая продвинуться вперед подразделениям полка.

В этих боях полк понес существенные потери. Так через санитарную роту полка с 16 по 18 марта 1945 года прошло свыше 300 раненых человек, которых эвакуировали в медсанбат дивизии (ЦАМО ф. 33, оп. 686196, д. 7272).


19-20 апреля полк вел двухсуточный бой за высоту 261,0 и деревню Надьвелег. В этом бою подразделения полка и в частности огневые позиции минометной батареи подверглись налету авиации противника. Приходилось контратаковать противника. Только 1 стрелковая рота уничтожила 7 дзотов и до 200 солдат и офицеров противника, уничтожила два самоходных орудия и захватила в деревне три автомашины. Другие подразделения в деревне захватили немецкий транспортер и два миномета и подбили САУ противника. Первой в деревню ворвалась 1 автоматная рота, приданная 2 батальону.
Ночью с 19 на 20 марта1945 года в районе города Мор автоматная рота полка отбила 4 контратаки противника.

Из представления к награждению медалью «За отвагу» гвардии красноармейца Сметанина Виктора Ивановича. «Под сильным огнем противника перевязал и вынес с поля боя 6 тяжелораненых в р-не г. Мор 18.03.45 г.».

«Кто-то толкает меня в бок.- пишет К. Я. Ваншенкин, -Я поднимаю голову - взлетают в дымное небо условные ракеты. И тут же слабый - у нас заложены воздухом уши- голос ротного: "Вперед, гвардейцы!..." Мы перемахиваем через бруствер.- Ур-pa-a-a!! - несется отдалённо, будто кричим не мы. Пулеметная очередь разрезает воздух. Мы падаем на землю. Впереди меня, метрах в десяти, лежит солдат. Я где-то видел его, но не могу вспомнить где. Он лежит на левом боку, касаясь щекой земли и подобрав, насколько возможно, ноги. А рядом с его пятками взвиваются и опадают один за другим маленькие пыльные смерчики. И вдруг я вижу, что это Шабанов. Странно, что я не узнал его сразу. На левом фланге катится "ура". Пулемет захлебывается. Мы ползем по-пластунски, делаем короткие перебежки и снова припадаем к земле. Если бы не артподготовка, уничтожившая много огневых точек, плохо бы нам пришлось - у них тут простреливался каждый сантиметр. - Гранатами огонь! Я тоже отцепляю гранату, выдергиваю кольцо и бросаю ее далеко вперед. Через несколько секунд, споткнувшись на бруствере, я падаю в траншею. Низко пригнувшись, два немца скрываются за поворотом. Я даю вслед очередь, поднимаюсь и совсем рядом вижу немца. Он без каски, стоит, прислоняясь спиной к стенке. Одна щека у него чем-то рассечена и в крови. Мгновение мы смотрим друг на друга, потом он быстро поднимает руки. Я словно забываю о нем и медленно вылезаю из траншеи. Следующая линия траншей уже взята нашими. Валяются убитые немцы. Они совсем еще мальчики и, мертвые, лежат тоже в каких-то подчеркнуто мальчишеских позах. - Гитлерюгенд! - говорит кто-то. Это Чернев.- А дальше эсэсовцы - замполит говорил!... Я гляжу на убитых и неожиданно думаю, что ведь, наверно, у них есть родители. Я не жалею их, я просто думаю об этом. Быстро движемся к маленькому старинному городку. Впереди бежит высокий сутулый солдат, на спине его смешно подпрыгивает вещмешок. - Голикова убило, Кудряшова ранило, - рассказывает кто-то сзади, но я почему-то не оглядываюсь. Нас обгоняют танки. Они идут быстро, сильно раскачиваясь, потом, замедлив ход, осторожно, словно нехотя, втягиваются в узенькие улочки городка. Все тихо. Мы сворачиваем за угол, и звонко рассыпается навстречу пулеметная дробь. Со звоном и жужжанием рикошетят пули от плит мостовой, и от этого кажется, что стреляют в тебя со всех сторон. Высокий солдат с вещмешком падает, сразу же садится и рассматривает свою руку, но следующая короткая очередь опрокидывает его на спину. Мы заскакиваем под арку ворот и теперь видим торчащий из маленького окошечка ствол пулемета. Окошечко высоко - узкое, как амбразура: дом старинный, средневековый, приспособленный для обороны. Сюда пулемет не может достать, но и выйти мы не можем. Улица пуста, только лежит на спине тот высокий солдат и смотрит вверх застывшими глазами. Под спиной у него мешок, я не могу избавиться от ощущения, что солдату неудобно лежать. Юрка Бойцов вынимает гранату "Ф-1", аккуратную, в рубчатом, будто черепаховом, панцире. Он у нас лучший гранатометчик. Бойцов бормочет что-то под нос, бросает гранату и стонет: "Сорвалось!..." Мы видим, как, кувыркаясь, летит граната, ударяется в стену в метре от амбразуры, падает вниз прямо напротив нас и скатывается в водосток. Гремит взрыв. Звенят по стенам осколки. Нам явно повезло. Нам кажется, что до взрыва граната летела очень долго, а на самом деле все это длилось какие-нибудь четыре секунды. Из-за угла бегом показываются связисты со своими катушками. Снова точная очередь - он же пристрелялся к этому месту заранее, - один связист падает, остальные скрываются за углом. Издалека доносится беспорядочная стрельба и взрывы. Бойцов снова берет гранату, снова что-то бормочет и бросает. Вместе со взрывом короткая вспышка освещает изнутри амбразуру. - Теперь точно! - комментирует Чернев. Мы движемся дальше».

19 марта 1945 года получает ранение командир пулеметного взвода гв. лейтенант Яблоновский Николай Иванович. С этого дня он считается пропавшим без вести, о чем свидетельствуют следующие документы.

В бою за город Мор, рота из первого батальона Героя Советского Союза капитана Шатрова В.С., в которой служил В. А. Ногин, вырвалась на несколько километров вперед и осталась без прикрытия. Противник бросил на нее танки. Командир роты связался с командиром полка, сказал, что кончились гранаты. «Держитесь, как можете», — прозвучало в ответ. - Было нас 140 человек, а после боя в живых осталась половина, - вздыхает В. А. Ногин. Из своих наград особенно дорожит ветеран орденом Красной Звезды, который получил за уничтожение гитлеровского минометного расчета. Полк нес потери. Так, только личный состав автоматного взвода гв. младшего лейтенанта Ульнникова Н.И. после боя за город Мор, вынес с поля боя 70 раненых бойцов и офицеров с их личным оружием на пункт первой помощи. Но были и исключения. Так, стрелковое отделение гвардии сержанта Карманова А. П., в период наступательных боев с 16 по 21 марта 1945 года в районе Чекберень-Мор, выполняя поставленные задачи, не имело потерь. 19 марта 1945 года издается наградной приказ командира полка № 05 (Приложение № 5.4). 20 марта 1945 года подразделения полка захватили населенные пункты Ака, Навкевлеч и Тунар.

Из представления к награждению орденом Красной Звезды командира пулеметного взвода гв. младшего лейтенанта Никитина А.Р. «Батальон с 16.03.45 г. ведет наступательные бои. 16.03.45 г. прорвали сильно укрепленную линию обороны противника, захватили сильно укрепленный населенный пункт Чекберень. В дальнейшем батальон наступал на город Мор и д. Зеленькут, которым овладел. Бои шли на сильно укрепленной местности. Тов. Никитин на всем протяжении наступательного боя умело и энергично командовал взводом. Противник вел сильный минометный огонь, тов. Никитин личным своим примером воодушевлял бойцов идти вперед. Расчеты его взвода уничтожили 64 немца и 7 огневых точек противника».

Немецкая карта с нанесенной обстановкой на 20 марта 1945 года

Эпизоды войны в деталях вспомнить нелегко. В сборнике «Судьбы опаленные войной» (Исть-Илимск, 2005 год) говорится про сержанта связиста 351 гв. воздушно-десантного полка Сизых Егора Михайловича.
Особенно памятны для солдата события, связанные с городом Мор. Солдат вспоминает: «Под городом Мором попали в окружение. Положение было тяжелым, и командир, подозвав меня к себе, сказал: «Уходи, Егор, спасай знамя». Я обмотался знаменем и, видя, что бежать некуда, решил затаиться. Я упал между убитых и лежал около трех суток. Пока лежал, думал, где же я нахожусь. Поднялся. Офицеры посчитали меня за дезертира, но я сказал, чтобы отвели меня к главному. Главным оказался генерал-майор Виндушев. Когда пришли, генерал-майор спросил: - Кто ты? Из какой дивизии? И почему ты один? Неужели отстал? – Я не отстал, - ответил я, и рассказал, как мне пришлось остаться одному, замотанным в знамя дивизии полковника Фирсова. Каждая дивизия имела свое знамя, которое было очень важно. В случае потери знамени дивизию тут же расформировывали, а командира наказывали. Зная это, генерал приказал быстро: - Давайте два автомата и мою машину. И вот, наконец, меня привезли в нашу дивизию. Командир Фирсов, услышав, что я жив и здоров, да еще и знамя спас, даже повеселел. Знамя было спасено, и мы все остались в части». Спустя шестьдесят лет после описываемых событий, ветеран правильно называет фамилию командира 106 гв. стрелковой дивизии. Называет фамилию гв. подполковника Фирсова Василия Александровича – командира соседнего 355 гв. стрелкового полка 106 гв. сд. Не страшно, что он назвал полк дивизией. Важнее другое – знамя, какого полка он спас 351 или 355? Перепутал фамилии командиров полков? Или попал в 351 гв. посадочный воздушно-десантный полк уже в 1946 году, после расформирования 355 гв. стрелкового полка? О таком эпизоде с полковым знаменем в боях под городом Мор фронтовикам 351 гв. полка ничего не известно. Документально известно лишь одно. Сизых Е.М. служил в 351 гв. стрелковом полку, о чем свидетельствует наградной приказ командира полка от 20.03.45 г. И есть другое свидетельство из наградного листа на командира 1 автоматной роты - в бою за деревню Чокако через фланги подразделений прорвалось до 40 немецких автоматчиков, создав угрозу штабу и тылам полка. Первая автоматная рота полка отразила эту угрозу, уничтожив до 20 и взяв в плен 4 солдат противника. Об этом указывается в наградном листе на командира 1 автоматной роты полка.

О факте окружения наших подразделений в районе города Мор указывается и в другом сообщении «Бойцы батальона под командованием гвардии капитана Суворова в азарте наступления вырвались далеко вперед и в итоге попали в окружение. Но десантники не дрогнули. Решительными ударами они прорвали кольцо и восстановили связь с полком».
Потеряв город Мор, противник лишился главного узла сопротивления. Укрепленная полоса обороны противника была прорвана. В результате 3-й Украинский фронт получил возможность развития флангового удара по Секешфехерварской группировке противника во фланг, а 2-й Украинский фронт получил возможность развития оперативного наступления на г. Вену вдоль реки Дунай. Это стало возможным благодаря упорству, настойчивости и боевому мастерству всего личного состава дивизии.

«В городе Мор мы расположились в пустых домах. Дома или брошены, или люди из них попрятались в подвалах. Здесь большие подвалы для хранения и выдерживания вина. В подвалах стоят чаны - большие бочки, лежащие горизонтально на подставках, бочки с молодым виноградным вином. Вино называется «бор» на венгерском языке. А венгры себя называют «мадьярами». Так вот, мадьярский бор, это слабое вино, кислое, сухое. Его мы пили кружками и не были пьяны. Здесь нас догнали походные кухни, приготовили обед, разливали в котелки суп, в котором плавали большие куски мяса и свиного сала. Этим обедом многие пренебрегали, так как сами приготовили себе обед из курятины. Кое - кто достал банки с вареньем из подвалов, попадались и другие вкусные продукты. Никто не опасался, что продукты могут быть отравлены, хотя нас предупреждали командиры и политработники».
За трое суток 351 гв. полк, действующий на главном направлении в полосе наступления дивизии, во взаимодействии с другими полками, прорвал оборону противника на глубину 12 км., овладев опорными пунктами Чекберень, Чокако и Мор. Во время этих боев личному составу полка пришлось вести в основном борьбу с бронетехникой противника, особенно за Чокако и Мор. Невысокие темпы наступления пехоты без поддержки танков, позволяли немецкому командованию восстанавливать организованное сопротивление на участках прорыва, прежде всего танковыми подразделениями.

О характере боев первых двух дней можно судить по одному из первых приказов командира полка о награждении отличившихся военнослужащих.


СЕКРЕТНО
Экз. № 2

П Р И К А З
351 ГВАРДЕЙСКОГО СТРЕЛКОВОГО ПОЛКА 106 ГВАРДЕЙСКОЙ СТРЕЛКОВОЙ ДИВИЗИИ
№ 06/Н

20 Марта 1945 года

Действующая Армия


От имени Президиума Верховного Совета СССР НАГРАЖДАЮ:


Медалью «ЗА ОТВАГУ»

1. Подносчика патронов пулеметной роты Гвардии красноармейца КОПЫЛЬЦЕВА Николая Николаевича за то, что он в наступательных боях на обороняющегося противника вел огонь из своего пулемета, чем способствовал дальнейшему продвижению подразделениям батальона и несмотря на то, что был ранен не ушел с поля боя продолжая громить врага.

2. Командира стрелкового отделения стрелковой роты Гвардии Старшину КАСЬЯНОВА Андрея Васильевича за то, что исполняя обязанность писаря штаба во время наступательных боев своей кропотливой работой оказывал большую помощь командованию полка в составлении отчетности и сбора боевых сведений от подразделений полка, неоднократно ходил в штабы батальонов, добиваясь получения сведений и своевременного представления их командованию полка.

3. Наводчика станкового пулемета пулеметной роты Гвардии красноармейца КОЛЕСНИКОВА Ивана Николаевича за то, что при прорыве сильно укрепленной обороны противника 16.3. 45 года из своего пулемета под артиллерийским и минометным огнем противника вел огонь поддерживая наступление своего подразделения, во время смены огневой позиции был ранен, но с поля боя не ушел – продолжал вести бой.

4. Автоматчика роты автоматчиков Гвардии красноармейца КОШКИНА Виктора Ивановича за то, что он в наступательном бою 16.3. 45 года под огнем противника вынес с поля боя 13 раненных бойцов с их личным оружием и доставил их на медицинский пункт первой помощи.

5. Писаря-машинистку штаба полка Гвардии Сержанта КУЗНЕЦОВУ Марию Никитичну за то, что работая машинисткой штаба полка во время наступательных боев находилась на КП. Несмотря на плохие условия работы, без устали днем и ночью печатала боевые донесения и материал о награждении личного состава. Несмотря на минометно-пулеметный обстрел, находясь в блиндаже, со всей серьезностью четко выполняла порученную работу.

6. Конного разведчика взвода конной разведки полка Гвардии красноармейца КУДЕЛИНА Михаила Васильевича за то, что 16.3. 45 года показал себя храбрым бойцом. Получив задачу от командира взвода об установлении связи с соседним полком и несмотря на сильно минометно-пулеметный огонь с задачей справился.

7. Разведчика взвода пешей разведки полка Гвардии красноармейца ЛЫСЕНКО Владимира Михайловича за то, что 16.3. 45 года получив задачу разведать населенный пункт ОРОНД просочился сквозь немецкую оборону зашел вглубь на 2 км. и установил наличие танков противника.

8. Инструктора санитарного роты автоматчиков Гвардии Старшину НАДЕЖДИНА Ивана Семеновича за то, в период наступательных боев с 16 по 20 марта 1945 года вынес с поля боя 15 раненных бойцов и 4 офицеров с их личным оружием и в течении суток работая на медицинском пункте первой помощи обработал и оказал помощь 42 человекам, отправив их в санитарный батальон дивизии.

9. Разведчика взвода пешей разведки полка Гвардии Сержанта Пахтусова Григория Афанасьевича за то, что во время проникновения в район Шерет 16.3. 45 года преодолевая местность, обстреливаемый ружейно-пулеметным и минометным огнем противника, проявив смелость и находчивость точно установил присутствие пехоты, танков и бронетранспортеров в деревне Шерет и своевременно донес об этом.

10. Командира отделения взвода конной разведки полка Гвардии Старшего Сержанта ПОНАМАРЕВА Владимира Федоровича за то, при выполнении задачи поставленной командиром полка 16.3. 45 года, по установлению связи с соседним полком, проявил себя храбрым командиром. Под сильным минометно-пулеметным огнем противника с честью выполнил поставленную перед ним задачу.

11. Разведчика взвода пешей разведки полка Гвардии красноармейца ПУПЦЕВА Владимира Владимировича за то, что будучи головным дозором 16.3. 45 года первым обнаружил два транспортера, один танк и 15 солдат противника, которые находились в 150 м. Эти данные он своевременно донес командованию части.

12. Командира отделения взвода конной разведки полка Гвардии Старшего Сержанта РАЗУМНОГО Илью Хрисанфовича за то, что во время наступления 16.3. 45 года при потери связи с соседом, что затрудняло принятие решения, перед ним была поставлена задача – установить связь с соседним полком, узнать обстановку. Под сильным минометно-пулеметным огнем противника, поставленную перед ним задачу своевременно выполнил, точно доложил командиру полка.

13. Разведчика взвода пешей разведки полка Гвардии красноармейца САЛИКОВА Павла Матвеевича за то, что во время проникновения в район Шерет 16.3. 45 года с задачей разведать наличие противника, проявил смелость и решительность, при преодолении простреливаемой ружейно-пулеметным и минометным огнем местности, точно установил наличие пехоты и место нахождения танков и бронетранспортеров противника и своевременно донес об этом.

14. Командира отделения стрелковой роты Гвардии Старшего Сержанта ТРОПИНА Василия Михайловича за то, что в период наступления 16.3. 45 года первым ворвался в траншеи противника и огнем из автомата уничтожил двух немецких солдат, в последующих наступательных боях также проявил мужество и стойкость в борьбе с немецкими захватчиками.

15. Автоматчика автоматной роты Гвардии Ефрейтора ХОРОБРЫХ Михаила Александровича за то, что при прочесывании деревни Чекберень 17.3. 45 г. в которой находились автоматчики противника, огнем своего автомата уничтожил 5 вражеских автоматчиков.

16. Разведчика взвода пешей разведки полка Гвардии красноармейца ХРАБЦОВА Константина Леонидовича за то, что 16.3. 45 года получив задачу разведать населенный пункт ОРОНД, проник сквозь немецкую оборону, зашел вглубь противника на 2 км. и точно установил местонахождение танков противника.

Медалью «ЗА БОЕВЫЕ ЗАСЛУГИ»

1. Командира отделения стрелковой роты Гвардии Старшего Сержанта Золотовского Николая Ивановича за то, что во время наступления 17 марта 1945 года огнем из своего оружия убил двух немецких солдат засевших в доме.

2. Автоматчика автоматной роты Гвардии Ефрейтора КОПЕЙКИНА Григория Сергеевича за то, что 16 марта 1945 года при прочесывании деревни Чекберень уничтожил двух вражеских автоматчиков.

3. Автоматчика автоматной роты Гвардии красноармейца КОРДЮКОВА Евгения Ивановича за то, что во время наступления 16.3. 45 года вынес с поля боя 4 раненных бойцов с их оружием доставил на мед. пункт первой помощи.

4. Командира отделения автоматной роты Гвардии Младшего Сержанта КРЮКОВА Ивана Ивановича за то, что во время наступления 16.3. 45 года вынес с поля боя двух раненных солдат и одного офицера с их личным оружием и доставил на пункт первой помощи.

5. Автоматчика автоматной роты Гвардии красноармейца Кузнецова Анатолия Николаевича за то, что 16.3. 45 года во время наступления вынес с поля боя двух раненных бойцов с их оружием, которых доставил в санитарную роту полка.

6. Командира отделения автоматной роты Гвардии Сержанта КУВШИНОВА Георгия Федоровича за то, что 17.3. 45 года во время наступления вынес с поля боя 5 раненных бойцов с их оружием, которых доставил в санитарную роту полка.

7. Автоматчика автоматной роты Гвардии красноармейца ОДЕГОВА Леонида Сергеевича за то, что 17.3. 45 года во время наступления вынес с поля боя 4 раненных бойцов с их оружием.

8. Автоматчика автоматной роты Гвардии красноармейца САВИНЦЕВА Василия Прокопьевича за то, что при прочесывании деревни Чекако 17 марта 1945 года уничтожил 5 вражеских автоматчиков.

9. Заместителя командира отделения автоматной роты Гвардии Сержанта СИЗЫХ Егора Михайловича за то, что во время наступления 16.3. 45 года вынес с поля боя 4 раненных бойцов с их оружием


КОМАНДИР 351 ГВАРДЕЙСКОГО СТРЕЛКОВОГО ПОЛКА

Гвардии ПОЛКОВНИК (ФЕДОТОВ)

Отпеч. 3 экз.
Экз. № 1 – Секретариат Президиума
Верховного Совета СССР.
Экз. № 2 – ГУК НКО.
Экз. № 3 – в дело полка.
Исп. Юзинов.
20.3.45 года.

ЦАМО, ф. 33, оп. 686196, д. 1188. Подлинник.

Примечание автора: опущены персональные сведения о награжденных - год рождения, национальность, партийность, каким военкоматом призван, домашний адрес.

За три дня боев пулеметный взвод (командир взвода гв. младший лейтенант Никитин А.Р.) 3 стрелкового батальона уничтожил 64 солдат и 7 огневых точек. За эти дни стрелковый взвод (командир взвода гв. младший лейтенант Москалюк В.С.) 3 стрелкового батальона уничтожил 35 и взял в плен 38 солдат противника. 19 марта при установлении связи с первым батальоном, гв. младший лейтенант административной службы Коковин А.Х., делопроизводитель штаба полка, столкнулся с группой просочившихся немецких автоматчиков. Огнем со своим ординарцем рассеял их и одного солдата противника взял в плен.
В районе деревни Зивенкут 21.03.45 г. артиллерийская батарея 76 мм пушек подавила минометную батарею противника, из которой два миномета с расчетами были уничтожены.
В ходе этих боев командир 106 гв. дивизии полковник Виндушев К.Н., командующий 9 гв. армии генерал-полковник Глаголев В.В. увидели, что на 351 гв. полк, на его командира можно во всем положиться. Так оно и было в дальнейших боях.

Из представления к награждению орденом СУВОРОВА III степени от 22 марта 1945 года командира полка гв. полковника Федотова П.Н. «Гвардии полковник ФЕДОТОВ П.Н., действуя с полком 16.03.45 г. перейдя в наступление восточнее ЧЕКБЕРЕНЬ 4 км., прорвал сильно укрепленную оборону противника и к 18.00 совместно с 347 Гвардейским стрелковым полком – овладел ЧЕКБЕРЕНЬ, сильным опорным пунктом противника. Действуя в трудно-проходимо гористой местности 19.03.1945 года, смелым и инициативным маневром с Юга и Юго-запада перерезал шоссейную дорогу, идущую на юго – восток и совместно с 347 Гвардейским стрелковым полком, окружил группировку противника в гор. МОР и овладел крупным опорным пунктом и узлом железной и шоссейной дорог противника. За период наступательных боев полком Гвардии полковника ФЕДОТОВА П.Н. уничтожено 11 танков и 1005 солдат и офицеров противника».
Награжден 18 апреля 1945 года приказом № 080/Н Военного Совета 3 Украинского фронта.

ЦАМО, фонд 33 опись 686196 дело 4954. Подлинник.

Главным итогом боев за Мор было открытие оперативного простора для соединений 6 гв. танковой армии. 21 марта западнее станции Мор и железной дороги, пройдя через боевые порядки 106 гв. дивизии, полки 105 гв. дивизии в 15.30 атаковали противника, в том числе и части 2 венгерской танковой дивизии (командир дивизии бригадный генерал Zoltán Zsedényi) в полосе шириной около 7 километров. Холмистая местность здесь переходила в горы, покрытые лесом, а хороших дорог было всего две. Артиллерия 106 гв. дивизии осталась на своих позициях, и огонь вела по плану командира 105 гв. дивизии.
20 марта Геббельс признал успех советского наступления, происшедшего накануне: «В Венгрии, между Секешфехерваром и Фельзёгаллой противник, действуя в западном и северо-западном направлениях, атаковал слабые позиции венгерских войск на горном массиве Вертеш и вклинился в них во многих местах на глубину от 15 до 20 километров. Атаки на Мор сорваны. Между Мором и Секешфехерваром противник вышел к железной дороге Секешфехервар — Коморн (Комарно). Наша атака южнее Балатона увенчалась продвижением вперед у Марцали». Теперь Геббельс признал очевидное: «В Венгрии мы полностью перешли к обороне. Севернее озера Веленце противнику опять удалось немного продвинуться вперед. О наступлении нашей ударной армии нет больше речи».
На следующий день, как отметил Геббельс, положение стало еще более мрачным: «В Венгрии наше наступление окончательно застопорилось. Здесь мы были вынуждены перейти к обороне, которая вдобавок оказалась чрезвычайно слабой, что привело уже к глубоким вклинениям и серьезным потерям. Город Секешфехервар перешел в руки противника. Мы, правда, предпринимаем контратаку за контратакой, но эти операции не приносят успеха».

ИМЕННОЙ СПИСОК
безвозвратных потерь 351 гвардейского стрелкового полка за период с 16 марта по 20 марта 1945 г.

Фамилия, имя и отчество

Воинское звание

Должность

Год рождения

Когда выбыл

Где похоронен

1

Захаров Михаил Иванович

кр-ц

телефонист

1924

20.03.45

Чекребень

2

Силантьев Михаил Федорович

кр-ц

пулеметчик

1925

20.03.45

Чекребень

3

Колыбин Василий Васильевич

сержант

ком. отделения

1914

20.03.45

Чекребень

4

Булгаков Александр Иванович

кр-ц

пулеметчик

1925

20.03.45

Чекребень

5

Тужилин Илья Дмитриевич

ст.сержант

ком. отделения

1923

20.03.45

Чекребень

6

Ковязин Николай Александрович

кр-ц

пулеметчик

1925

20.03.45

Чекребень

7

Чернов Евгений Александрович

мл.сержант

зам. ком. отд.

1925

20.03.45

Чекребень

8

Полисанов Федор Иванович

кр-ц

номер ПТР

1925

20.03.45

Чекребень

9

Сиражков Павел Леонтьевич

кр-ц

номер ПТР

1925

20.03.45

Чекребень

10

Астраханцев Василий Андреевич

кр-ц

номер ПТР

1925

20.03.45

Чекребень

11

Дернов Леон Андреевич

кр-ц

номер ПТР

1925

20.03.45

Чекребень

12

Фаизов Анвар Сабирович

кр-ц

номер ПТР

1925

20.03.45

Чекребень

13

Обухов Петр Михайлович

кр-ц

стрелок

1925

20.03.45

Чекребень

14

Смышляев Александр Иванович

кр-ц

стрелок

1925

20.03.45

Чекребень

15

Евстропьев Элли Аркадьевич

сержант

ком. отделения

1925

18.03.45

Чокако

16

Уваров Георгий Михайлович

кр-ц

стрелок

1925

18.03.45

Чокако

17

Степанов Николай Андреевич

кр-ц

стрелок

1925

18.03.45

Чокако

18

Кононов Терентий Федорович

кр-ц

стрелок

1925

18.03.45

Чокако

19

Кодалисов Аркадий Иванович

кр-ц

стрелок

1925

18.03.45

Чокако

20

Селиков Александр Михайлович

кр-ц

стрелок

1925

18.03.45

Чокако

21

Чумаков Петр Николаевич

кр-ц

стрелок

1925

18.03.45

Чокако

22

Михонин Михаил Григорьевич

кр-ц

санитар

1925

18.03.45

Чокако

23

Данилевский Василий Васильевич

мл.сержант

ком. отделения

1921

18.03.45

Чокако

24

Акиншин Григорий Тимофеевич

кр-ц

пулеметчик

1925

18.03.45

Чокако

25

Коптяев Василий Васильевич

кр-ц

стрелок

1925

18.03.45

Чокако

26

Подковыркин Иван Семенович

кр-ц

стрелок

1925

18.03.45

Чокако

27

Ордин Анатолий Зиновьевич

кр-ц

стрелок

1925

18.03.45

Чокако

28

Юдин Николай Николаевич

кр-ц

стрелок

1925

17.03.45

Чекребень

30

Яковлев Иван Яковлевич

кр-ц

стрелок

1925

17.03.45

Чекребень

31

Милкин Федор Матвеевич

кр-ц

стрелок

1925

17.03.45

Чекребень

32

Уфимцев Петр Васильевич

кр-ц

пулеметчик

1925

17.03.45

Чекребень

33

Захаров Петр Федорович

кр-ц

стрелок

1925

17.03.45

Чекребень

34

Григорьев Алексей Андреевич

кр-ц

санитар

1925

17.03.45

Чекребень

35

Шешин Николай Федорович

кр-ц

стрелок

1925

17.03.45

Чекребень

36

Романов Николай Павлович

сержант

ком. отделения

1923

17.03.45

Чекребень

37

Савков Василий Петрович

мл.сержант

зам. ком. отд.

1924

17.03.45

Чекребень

38

Разнодежин Виктор Михайлович

кр-ц

стрелок

1924

17.03.45

Чекребень

39

Сафронов Василий Дмитриевич

мл.сержант

зам. ком. отд.

1926

17.03.45

Чекребень

40

Шмелев Федор Петрович

кр-ц

стрелок

1925

17.03.45

Чекребень

41

Хитагов Зелин Тимофеевич

сержант

зам. ком. отд.

1913

17.03.45

Чекребень

42

Киблык Владимир Антонович

кр-ц

стрелок

1925

16.03.45

Чекребень

43

Жачковский Петр Константинович

ст.сержант

ком. отделения

1920

16.03.45

Чекребень

44

Хайрутдинов Афзал Хайртдинович

сержант

зам. ком. отд.

1913

16.03.45

Чекребень

45

Камбаев Александр Степанович

кр-ц

пулеметчик

1925

16.03.45

Чекребень

46

Кудрявцев Александр Константинович

ефрейтор

наводчик ПТР

1925

16.03.45

Чекребень

47

Ермолаев Николай Семенович

кр-ц

наводчик ПТР

1925

16.03.45

Чекребень

48

Клименко Василий Иванович

кр-ц

наводчик ПТР

1924

16.03.45

Чекребень

49

Тыкай Михаил Павлович

кр-ц

телефонист

1925

16.03.45

Чекребень

50

Архипенко Пантелей Николаевич

мл.сержант

пом. наводчика

1913

16.03.45

Чекребень

51

Коновалов Михаил Иванович

сержант

ком. орудия

1923

16.03.45

Чекребень

52

Смирнов Петр Николаевич

ст.сержант

ком. отделения

1922

16.03.45

Чекребень

53

Гайнуллин Риза Гаязович

кр-ц

стрелок

1925

16.03.45

Чекребень

54

Медведев Василий Захарович

сержант

пулеметчик

1925

16.03.45

Чекребень

55

Петунин Иван Иванович

кр-ц

автоматчик

1925

16.03.45

Чекребень

56

Малыгин Михаил Андреевив

кр-ц

автоматчик

1925

16.03.45

Чекребень

57

Скворцов Николай Григорьевич

мл.сержант

автоматчик

1925

16.03.45

Чекребень

58

Воронцов Дмитрий Иванович

кр-ц

автоматчик

1925

16.03.45

Чекребень

59

Морозов Петр Иванович

кр-ц

пулеметчик

1925

16.03.45

Чекребень

60

Цыцулин Александр Иванович

кр-ц

стрелок

1925

16.03.45

Чекребень

61

Федоров Вячеслав Михайлович

кр-ц

стрелок

1924

16.03.45

Чекребень

62

Молчанов Александр Дмитриевич

кр-ц

снайпер

1925

16.03.45

Чекребень

63

Тихонов Николай Константинович

сержант

зам. ком. отд.

1922

16.03.45

Чекребень

64

Жмаев Борис Андреевич

кр-ц

орудийный номер

1911

16.03.45

Чекребень

Появление на фронте десантников не осталось незамеченным для немецкой разведки. Командующий 6 танковой армией СС Зепп Дитрих вспоминал: «…Удар русских с юго-запада по направлению к озеру Балатон преследовал цель разъединить мою армию и армию Балька. Завязалось тяжелое сражение. Мы выявили у противника четыре механизированные бригады, пять танковых корпусов и десять гвардейских дивизий, состоявших из молодых, хорошо обученных и вооруженных солдат».

23 марта издается седьмой наградной приказ командира полка, в котором были награждены 112 военнослужащих полка (Приложение № 5.5). А 25 марта восьмой наградной приказ командира полка (Приложение № 5.7).
24 марта 1945 г. был издан приказ Народного Комиссара Обороны СССР «Об овладении городами Секешфехервар, Мор, Зирез, Веспрем, Эньинг» (Приложение № 5.6).

6 гв. танковая армия, сметая все на своем пути, продвигалась в направлении города Папа. «Вслед за танковой армией торопились и мы. По обеим сторонам шоссе валялись раздавленные автомобили, повозки, орудия врага. Нас это очень радовало. Пешком, без отдыха и сна, отмеривая в день по тридцать-сорок километров полки 106 гв. дивизии двигались вперед и вперед. Малый привал – и опять в дорогу. Впереди наши танки громят врага. А от пехотных полков требуют темпа и темпа».

25 марта полк в составе дивизии совершил марш в район Беконс -Сонтласло -Феньера и с утра 26 марта начал обход г. Папа с севера с задачей: во взаимодействии с другими частями дивизии и корпуса овладеть городом. «…двинулись вперёд, но опять, как видно, вторым эшелоном, поскольку шли колонной по дороге в направлении города Папа. Город Папа расположен севернее озера Балатон. Перед городом большие открытые пространства, ни лесов, ни кустарников, нечто вроде степей. К городу подходит железная дорога. На ней стоят составы с цистернами, платформами. И это не в городе, а прямо за городом, в степи. Но город мы не увидели, так как прошли дальше, оставив его далеко слева. Мы преследовали отступающих немцев, продвигаясь без боя. Ведь мы идём сзади передовых полков, идём вторым эшелоном».

В документах отмечается, что командир отделения стрелковой роты гв. сержант Верещагин Ф. И в бою в районе города Папа 25.3.45 года со своим отделением уничтожил до 20 солдат и офицеров противника. При следовании в тыл лично взял в плен едущего на велосипеде немецкого солдата с радиостанцией.


Участие 9 гвардейской армии в Венской наступательной операции



Долгое время, описывая бои в Венгрии и Австрии, действиям - 9 гвардейской армии придавали мало значения. Сказался субъективный фактор. Командовавший 3 Украинским фронтом Маршал Советского Союза Федор Иванович Толбухин умер от тяжелой формы запущенного диабета в 1949 году, прожив неполных 56 лет. Командующий 9 гвардейской армией генерал-полковник Василий Васильевич Глаголев после войны, в апреле 1946 года, стал первым командующим ВДВ и через год умер на учениях 21 сентября 1947 года. Оба мемуаров и воспоминаний не оставили.

В ходе боёв наши войска разбили основную группировку противника. За 16 дней наступления, войска с боями прошли более 200 км, заняв города Мор, Варпалота, Веспрем, Зирц, Папа, Цельдемельк, Шарвар, Чепрег, Сомбатхей, Кесег и др. Недостаток горючего и боеприпасов заставлял немецкие экипажи уничтожать собственные танки, чтобы они не достались противнику.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26.04.1945 - за образцовое выполнение заданий командования в боях с немецкими захватчиками при овладении городами Секешфехервар, Мор, Зирез, Веспрем, Эньинг и проявленные при этом доблесть и мужество дивизия была награждена орденом Кутузова II степени. За прорыв укрепленной полосы обороны и овладение г. Мор весь личный состав получил благодарность Верховного Главнокомандующего.

Благодарность
Верховного Главнокомандующего Маршала Советского Союза товарища Сталина
гвардии старшему сержанту Клисторину Илье Филипповичу командиру расчета батареи 120 мм минометов 351 гв. стрелкового полка.


На первой странице разворота «Удостоверения-памятки» напечатан текст обращения И.В. Сталина.

«Полная победа над немцами теперь уже близка. Но победа никогда не приходит сама, она добывается в тяжелых боях и в упорном труде. Обречённый враг бросает в бой последние силы, отчаянно сопротивляется, чтобы избежать сурового возмездия. Он хватается и будет хвататься за самые крайние и подлые средства борьбы. Поэтому надо помнить, что чем ближе наша победа, тем выше должна быть наша бдительность, тем сильнее должны быть наши удары по врагу.

И. СТАЛИН.

Противник у нашего соединения был серьёзный — 3 танковая дивизия СС «Мёртвая голова». Но советские войска уже научились хорошо воевать, да и поддержка была основательная.— Больше всего осталось в памяти, как стреляли наши «катюши», — вспоминает Василий Павлович Овчинников. — Сплошной огонь и дым. Пойдём в наступление, почти никого уже из немцев не осталось. Но, конечно, это была война, а не прогулка. Гибли наши солдаты. Василий Павлович, командир отделения, был ранен в руку. После окончания войны Василий Овчинников служил ещё пять лет в 351 полку в городе Ефремов Тульской области. Вернулся солдат домой в 1950 году.

В саперной роте полка командиром отделения у Н.А. Донцова был Григорий Иванович Бобков, степенный мужик, уже в возрасте - ему было двадцать два года. Тогда казалось - командир отделения у них старый. Бобков был человеком осторожным, настоящим сапером, перед тем как один раз отрезать, он отмеривал не семь раз - а все пятьдесят, а то и больше, и только потом начинал работать. После всякого разминирования Бобков обязательно подавал команду: - Проверить еще раз! Саперы проходили разминированную полосу еще раз.
Так Н.А. Донцов дошел до города Секешфехервара, что у самого Балатона. В городе остановились в каком-то дворе, в котором оказался колодец с очень холодной и вкусной водой. Попили воды, умылись и прикорнули в тенечке после бессонной тяжелой ночи.
Тут налетели немецкие самолеты, стали сбрасывать с неба не бомбы, нет - хуже: ящики с гранатами. Во дворе, в котором остановились саперы, ранило четырех солдат: двух сибиряков, недавно прибывших на фронт, приятеля Н. Донцова вологодского паренька Алексея Андронова и самого Донцова.
27 марта был издан второй наградной приказ командира дивизии, которым были награждены 54 военнослужащих полка (Приложение № 5.8).

27 марта 38 гвардейский стрелковый корпус после форсирования канала Марцаль, вышел к реке Раба с целью захвата плацдарма на ее северном берегу. Вся местность на подступах к реке - низменная, много заболоченных, изрезанных каналами участков.
После овладения городом Папа, утром 28 марта 1945 года войска армии почти вплотную подошли к реке Раба.

27 марта был издан второй наградной приказ командира дивизии, котором был награждены 54 военнослужащих полка. Выписка из приказа приводится ниже.

СЕКРЕТНО
Экз. № 2

П Р И К А З
ПО 106 ГВАРДЕЙСКОЙ СТРЕЛКОВОЙ ДИВИЗИИ 9 ГВАРДЕЙСКОЙ АРМИИ
№ 02/Н

27 марта 1945 года

Действующая Армия

 

От имени Президиума Верховного Совета Союза ССР за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом доблесть и мужество - НАГРАЖДАЮ:

Орденом КРАСНОЙ ЗВЕЗДЫ

2. Гвардии лейтенанта АРЖБА Шалва Михайловича командира взвода стрелковой роты 351 Гвардейского стрелкового полка.
3. Гвардии младшего лейтенанта БАЛУХИНА Николая Сергеевича командира взвода 37 мм пушек 351 Гвардейского стрелкового полка.
14. Гвардии лейтенанта ГАВРИЛЕНКО Василия Афанасьевича командира взвода связи 351 Гвардейского стрелкового полка.
15. Гвардии младшего лейтенанта ГАЗИЕВА Альберта Сироцовича командира стрелкового взвода 351 Гвардейского стрелкового полка.
16. Гвардии лейтенанта ГАРАНИНА Константина Михайловича командира взвода батареи 45 мм пушек 351 Гвардейского стрелкового полка.
17. Гвардии лейтенанта медицинской службы ГОЛЕНИЦКОГО Ивана Петровича фельдшера санитарной роты 351 Гвардейского стрелкового полка.
20. Гвардии лейтенанта ГУСЕВА Александра Романовича командира пулеметного взвода 351 Гвардейского стрелкового полка.
21. Гвардии младшего сержанта ДЕРЯБИНА Николая Александровича заместителя командира отделения стрелковой роты 351 Гвардейского стрелкового полка.
23. Гвардии лейтенанта ДОРОШЕНКО Алексея Николаевича командира пулеметного взвода 351 Гвардейского стрелкового полка.
24. Гвардии младшего лейтенанта административной службы ДЫМА Григория Максимовича переводчика штаба 351 Гвардейского стрелкового полка.
27. Гвардии младшего сержанта ЖБАНКОВА Дмитрия Родионовича заместителя командира отделения автоматной роты 351 Гвардейского стрелкового полка.
28. Гвардии младшего лейтенанта ЗАГИБИНА Ивана Васильевича командира взвода минометной роты 351 Гвардейского стрелкового полка.
30. Гвардии лейтенанта ИЛЬЯНОВИЧ Василия Емельяновича командира пулеметной роты 351 Гвардейского стрелкового полка.
31. Гвардии младшего лейтенанта КАЛЕДИНА Павла Герасимовича командира стрелковой роты 351 Гвардейского стрелкового полка.
32. Гвардии лейтенанта КАЛИНИНА Юрия Захаровича делопроизводителя штаба 351 Гвардейского стрелкового полка.
33. Гвардии старшего лейтенанта КАРНАУХОВА Николая Алексеевича командира минометной роты 351 Гвардейского стрелкового полка.
34. Гвардии младшего лейтенанта КАРСЕТСКОГО Михаила Ивановича командира стрелкового взвода 351 Гвардейского стрелкового полка.
36. Гвардии лейтенанта КИСЕЛЕВА Алексея Павловича командира минометного взвода 351 Гвардейского стрелкового полка.
39. Гвардии младшего лейтенанта КЛЕТЕР Михаила Зельмовича командира стрелкового взвода 351 Гвардейского стрелкового полка.
40. Гвардии младшего лейтенанта административной службы КОКОВИНА Александра Христофоровича делопроизводителя штаба 351 Гвардейского стрелкового полка.
42. Гвардии младшего сержанта КОРОБЕЙНИКОВА Павла Алексеевича наводчика 45 мм пушек 351 Гвардейского стрелкового полка.
44. Гвардии младшего лейтенанта КОСАЧЕВА Василия Петровича командира стрелкового взвода 351 Гвардейского стрелкового полка.
54. Гвардии лейтенанта КУЛЕШОВА Михаила Михайловича командира минометного взвода 351 Гвардейского стрелкового полка.
62. Гвардии младшего лейтенанта МЕЛЬНИК Николая Ивановича командира пулеметного взвода 351 Гвардейского стрелкового полка.
63. Гвардии младшего лейтенанта МОСКАЛЮК Василия Спиридоновича командира стрелкового взвода 351 Гвардейского стрелкового полка.
64. Гвардии старшего сержанта МОТОРНОГО Александра Платоновича командира пулеметного взвода 351 Гвардейского стрелкового полка.
66. Гвардии лейтенанта МЯКОТИНА Дмитрия Петровича командира пулеметного взвода 351 Гвардейского стрелкового полка.
67. Гвардии младшего лейтенанта НИКИТИНА Алексея Романовича командира пулеметного взвода 351 Гвардейского стрелкового полка.
69. Гвардии старшего сержанта НИКУЛИНА Николая Яковлевича командира орудия батареи 45 мм пушек 351 Гвардейского стрелкового полка.
70. Гвардии лейтенанта ОСИПЕНКО Николая Федотовича командира пулеметного взвода 351 Гвардейского стрелкового полка.
77. Гвардии лейтенанта РАБОТКИНА Анатолия Васильевича командира минометного взвода 351 Гвардейского стрелкового полка.
78. Гвардии младшего лейтенанта РАЕНКО Дмитрия Гавриловича командира огневого взвода батареи 45 мм пушек 351 Гвардейского стрелкового полка.
79. Гвардии лейтенанта РЕДЬКО Петра Степановича командира взвода ружей ПТР 351 Гвардейского стрелкового полка.
81. Гвардии старшего лейтенанта РЫБАК Ивана Григорьевича командира батареи 351 Гвардейского стрелкового полка.
91. Гвардии лейтенанта КИСЛЕНКО Якова Александровича командира взвода пешей разведки 351 Гвардейского стрелкового полка.
92. Гвардии красноармейца УЛАНОВА Николая Алексеевича санитара-носильщика батальонного пункта 351 Гвардейского стрелкового полка.
93. Гвардии красноармейца УХАНОВА Николая Тихоновича автоматчика автоматной роты 351 Гвардейского стрелкового полка.
94. Гвардии старшего лейтенанта ФЕДОРОВА Владимира Варфоламеевича командира минометной батареи 351 Гвардейского стрелкового полка.
96. Гвардии старшего сержанта ФОМИЧЕВА Григория Николаевича командира расчета батареи 37 мм пушек 351 Гвардейского стрелкового полка.
98. Гвардии старшего сержанта ЦВЕТКОВА Александра Георгиевича командира отделения роты автоматчиков 351 Гвардейского стрелкового полка.
100. Гвардии младшего лейтенанта ЧЕРЕВКО Владимира Гордеевича комсорга батальона 351 Гвардейского стрелкового полка.
103. Гвардии лейтенанта ШВЕЦОВА Евгения Николаевича командира саперного взвода 351 Гвардейского стрелкового полка.

Орденом СЛАВЫ 3-й степени.

3. Гвардии младшего сержанта БАШИНА Михаила Петровича наводчика станкового пулемета пулеметной роты 351 Гвардейского стрелкового полка.
21. Гвардии сержанта КЛЮШКИНА Александра Ивановича командира расчета 37 мм пушки 351 Гвардейского стрелкового полка.
26. Гвардии младшего сержанта КУЛИКОВА Михаила Семеновича наводчика станкового пулемета пулеметной роты 351 Гвардейского стрелкового полка.
27. Гвардии ефрейтора КУРИЛОВА Николая Александровича помощника наводчика станкового пулемета пулеметной роты 351 Гвардейского стрелкового полка.
29. Гвардии младшего сержанта МОЛЧАНОВА Николая Михайловича старшего телефониста 2-го батальона 351 Гвардейского стрелкового полка.
42. Гвардии красноармейца СОКОЛОВА Семена Васильевича подносчика станкового пулемета пулеметной роты 351 Гвардейского стрелкового полка.

Медалью «ЗА ОТВАГУ».

8. Гвардии красноармейца ВАЛИУЛЛИНА Мухтара Хуснуллича автоматчика 6-й стрелковой роты 351 Гвардейского стрелкового полка.
23. Гвардии старшего лейтенанта КАЗАК Эбазер Мамедовича командира роты связи 351 Гвардейского стрелкового полка.
26. Гвардии старшего лейтенанта медицинской службы КИСЕЛЕВУ Клавдию Павловну младшего врача санитарной роты 351 Гвардейского стрелкового полка.
34. Гвардии лейтенанта медицинской службы НЕСТЕРЕНКО Александра Степановича командира санитарного взвода 351 Гвардейского стрелкового полка.
38. Гвардии лейтенанта медицинской службы ПУПЫШЕВА Михаила Семеновича фельшера -командира взвода носильщиков санитарной роты 351 Гвардейского стрелкового полка.
56. Гвардии лейтенанта медицинской службы ШТЕЙНБЕРГ Александру Александровну начальника аптеки 351 Гвардейского стрелкового полка.

КОМАНДИР 106 ГВАРДЕЙСКОЙ СТРЕЛКОВОЙ ДИВИЗИИ

ГВАРДИИ ПОЛКОВНИК (ВИНДУШЕВ)

Отпеч. 3 экз.
Экз. № 1 – Секретариат Президиума
Верховного Совета СССР.
Экз. № 2 – ГУК НКО.
Экз. № 3 – в дело Дивизии.
Исп. Осипов.
27.03.45 г. – гк.

ЦАМО, фонд 33 опись 686196 дело 1187. Подлинник.

Примечание автора: приказ заверен печатью 16 Гвардейской Воздушно-Десантной Дивизии.


Река Раба



В книге под общей редакцией маршала Советского Союза Малиновского Р.Я. "Будапешт-Вена-Прага," вот какую оценку дали этому рубежу. "На реке Раба у противника был заранее подготовленный оборонительный рубеж. По западному берегу реки проходили мощные оборонительные сооружения немцев, прикрывавшие подступы к австрийской границе. Гитлеровские офицеры прямо говорили своим солдатам, что форсирование русскими р. Раба неосуществимо. Противник взорвал мосты, разрушил переправы, заминировал броды. Однако преодолеть эту преграду нужно было, во что бы ни стало. Задержаться здесь надолго означало дать врагу время собрать силы и закрепиться на новом, к тому же выгодном для него рубеже."

Каждой дивизии заранее были определены участки ее форсирования. Совершив 40 километровый марш, 351 гв. сп, с рассветом 28 марта сосредоточился в лесу, западнее населенного пункта Кеньери. Между районом сосредоточения полка и рекой простиралась совершенно ровная, без единого кустика поляна, покрытая побегами весенней травы. До реки не было и 800 метров. Отсюда, не задерживаясь, полк должен был начать наступление с целью форсирования реки и прорыва обороны врага на ее западном берегу…река, дамбы, идущие по обоим ее берегам, открытая, ровная поляна перед ними, давали врагу огромные преимущества. Дамбы мешали нашему наблюдению… Поляна простреливалась немецкими пулеметчиками. Особенно досаждали нам вражеские снайперы. Разместившись на деревьях рощи, раскинувшейся на западном берегу правее участка, назначенного полку для форсирования, снайперы метким огнем сражали любого, кто появлялся на поляне».49
Противник обнаружил сосредоточение полка, подняться было нельзя: на другой стороне – немецкие снайперы и беспрерывные разрывы мин и снарядов в лесу, наносившие ощутимые потери подразделениям полка. Во время этого артиллерийского обстрела по счастливой случайности остался в живых командир полка полковник Федотов П.Н. В боевом порядке одного из батальонов он сидел на «Виллисе» и изучал на карте местность за рекой. По настоянию своего адъютанта, он вышел из машины и укрылся в небольшой канавки. Буквально через одну, две минуты осколок артиллерийского снаряда оставил пробоину величиной с кулак в спинке сиденья, на котором он недавно находился.
Преодолеть открытую поляну было не так-то просто. Решение было принято на совещании у командира полка.

«…земля неожиданно содрогнулась, на дамбе и в лесу за рекой заплясали огневые фонтаны. По сигналу все подразделения полка одновременно бросились вперед. Картина была внушительная и, пожалуй, неповторимая. Из леса на поляну стремительно покатился вал пехоты. Артиллеристы, нахлестывая лошадей, галопом неслись к дамбе. Мы, с группой офицеров и связистов штаба 351 гв. стрелкового и 534 минометного полков, нацелившись на штабель хвороста, лежащего у дамбы, бежали вперед изо всех сил…
Ошарашенные таким шквалом огня и напором, гитлеровцы, укрывшиеся за дамбой на восточном берегу, растерялись и поспешно убежали на западный берег реки. Этого на первый случай нам было достаточно. Прижатые огнем, молчали и немецкие снайперы, укрывшиеся на деревьях в лесу, на противоположном берегу реки. Бросок был молниеносный. Не прошло и десяти минут, как личный состав полка прижимаясь к дамбе, заработал лопатами».
Во время этого броска от огня снайперов полк потерял двух офицеров и трех солдат. Восточная дамба была выше дамбы на западном берегу. С нее хорошо просматривалось за рекой чистое поле, изрезанное окопами и траншеями. Полковая артиллерия с новых огневых позиций стала подавлять огневые точки противника. Минометчики занимались пристрелкой целей.
«В 13 часов началось форсирование реки. На ящиках из под снарядов, на фашинах из хвороста, случайно оказавшихся у дамбы, на досках, а большинство вплавь, держа оружие над головой войны полка устремились к противоположному берегу. Первыми через реку переправились стрелковые роты старшего лейтенанта Жилинского, капитана Артемьева, старшего лейтенанта Глухова».

Бой за реку Раба


Воспоминания Л. В. Буторова во многом перекликаются с вышеизложенным: «Фашисты отходили к австрийской границе, требовалось форсировать реку Раба. Местность на много метров хорошо просматривалась, и прибрежные зоны представляли собой открытые поляны, что давало огромные преимущества врагу. Над поляной и рекой беспрерывно рвались вражеские снаряды и мины. Сначала надо было преодолеть расстояние до реки – все как один и молниеносно. Враг был ошарашен шквалом огня и напором. Форсировали днем, на ящиках из-под снарядов, на плотах из хвороста, на досках, а большинство вплавь, держа оружие над головой. Мины и снаряды рвались по обе стороны реки. Раба была вторым рубежом обороны врага на пути к Вене».

«Через 45 лет я пишу эти строки, о своей первой разведке и у меня до сих пор, когда ее вспоминаю, по телу бежит мороз», - пишет бывший помощник командира взвода гв. сержант Жаров В.М. Суть разведки заключалась в поиске не дальше 250-300 метров наиболее узкого места реки и проверки состояния дна, по которому должны были перетащить орудия. По приказу гв. старшего лейтенанта Касицина на поиск брода пошли гв. сержанты Жаров и Неживых, гв. рядовые Харин и Ананьев. Все четверо перевалив дамбу, по немецким траншеям, а где их не было короткими перебежками, начали выбирать наиболее узкое место, которое было найдено метров за 300-350. На восточном берегу остались гв. сержант Неживых и гв. рядовой Ананьев, а Жаров с Хариным начали прощупывать дно на ширину 5-6 метров. Под огнем, в быстром течении реки в мартовской воде они находились около часа. Но дно потверже было найдено, по которому сравнительно быстро были перетасканы по дну реки на западный берег орудия батареи.
Перевалив через дамбу, стрелковые роты быстро развернулись в боевой порядок и двинулись к переднему краю противника. Пулеметная рота гв. старшего лейтенанта Липовка А.Н. на правом фланге полка открыла пулеметный огонь по противнику, находящемуся в лесу в полукилометре впереди. Батальоны полка преодолели 500-700 метров от западного берега реки, но под огнем противника замедлили движение и залегли.
В это время артиллерия полка начала переправу. Первой переправилась батарея 76 мм орудий, гв. старшего лейтенанта Клейнера. Расчеты орудий, придерживая веревками пушки, медленно спускали их по скату дамбы в реку. Ширина реки была около 25 метров. Орудия скрывались под водой. На другом берегу проделывалась обратная работа. Расчеты тянули пушки из реки. В этом им помогал личный состав взвода управления батареи. Из этого взвода особенно отличились гв. сержанты: Козлов А.И., Землемеров В.А., Власов В.И. и гв. рядовые Петров И.П., Молодцов, Фролов А.В. Через 20 минут батарея переправилась и выдвинулась в боевые порядки первого стрелкового батальона, попавшего под минометный огонь противника.
Под прикрытием этого огня и поддержки пяти танков, пехота противника из леса начала контратаку. 534 минометный полк своим огнем заставил немецкую пехоту залечь, но против танков он был бессилен. Первый стрелковый батальон стал отходить к реке.
В этот критический момент положение спасла переправившаяся батарея 76 мм орудий. Особенно отличился расчет орудия старшего сержанта Афонина Г.М. Оказавшись впереди батареи и без прикрытия пехоты, развернув орудие, расчет вступил в бой. Первым выстрелом был подбит один танк. Четвертым выстрелом еще один. Контратака противника была отбита. В состав расчета входили наводчик гв. ефрейтор Чершнев С.М., замковый гв. рядовой Владинцев С., заряжающий гв. ефрейтор Глотов С.П., подносчик снарядов Садчиков И. Последний, будучи дважды раненым, не ушел с поля боя.
Первый стрелковый батальон перешел в атаку и ворвался на железнодорожную станцию Ниик. На этой станции был захвачен железнодорожный эшелон с военными грузами, в том числе несколько вагонов с имуществом связи, много автомобилей, склады с военным имуществом и боеприпасами. В этом бою снайпер стрелковой роты 1 батальона гв. красноармеец Полугарнов А.Е. уничтожил снайпера и трех солдат противника.

Сутки потребовались полку, чтобы с боем преодолеть оборону противника глубиной в 6 километров. Решительные действия 2 стрелкового батальона, захватившего в ночном бою деревни Арокхати и Вамош-Чалад, обеспечили успех полка. Было отбито три контратаки врага. Противник потерял в полосе наступления полка 500 человек убитыми и 100 пленными. Многие десятки солдат и офицеров полка отличились в этом бою. В полку свято чтили память о командире отделения связи гв. сержанте Довгалевском, погибшем при наведении телефонной связи через реку.
«Очень боевым офицером был командир роты автоматчиков, сибиряк, капитан Каторжин. Это был человек необыкновенной храбрости. Ходил в бой в фуражке, касок не признавал. Я несколько раз видел, как Каторжин вел своих автоматчиков в атаку. Особенно запомнился бой после переправы через реку Раба. Река мелкая, с сильным течением и мост через нее был взорван. Переправлялись кто, как и на чем смог. Потери в батальонах были тяжелыми, трупы убитых при форсировании течение сносило по реке, и на мелководье трупы застревали между камнями, так получился мост из мертвых тел. Он где–то раздобыл трофей - венгерскую шпагу, так в бой шел так – в одной руке пистолет, в другой эта шпага. Каторжин первым вставал под немецким огнем и поднимал бойцов за собой призывом: «Мужики! За Отчизну! Вперед!»…- вспоминает А.В. Винер. В подтверждении больших потерь в документах отмечается, что только один гв. старший сержант Сульженко Д.С. - шофер транспортной роты, за период с 16 по 28 марта 1945 года вывез в медсанбат на своей машине 203 раненых военнослужащих полка.

28 марта издается наградной приказ командира полка № 09/Н (Приложение № 5.9).

Преодолев вторую линию обороны противника на реке Раба, наши войска подступали к австро-венгерской границе. Вслед за 6 танковой армией шли стрелковые полки 9 гв. армии. Сплошного фронта не было. Часто было так, что танковые войска прошли далеко вперед, а стрелковым полкам снова приходилось выбивать врага из тех же населенных пунктов, где несколько часов назад были наши танкисты.

Утром 29 марта 351 гв. полк следовал походной колонной к венгерскому городу Шопрон, после которого должен был пересечь австро-венгерскую границу. Маршрут пролегал через деревню с русским названием Иван. Это обычная венгерская деревня с прямыми улицами, одноэтажными белыми домами под красной черепицей. От нее было недалеко от города Шопрон. Было известно, что деревня Иван свободна. Несколько часов назад, через нее прошла наша танковая часть.
Голова полковой колонны, миновав хуторок, втягивалась на широкую поляну. В этот момент, при поддержке минометного огня, пяти танков и двух самоходно-артиллерийских установок из деревни Иван пехота противника контратаковала походную колонну полка с целью смять его на марше. 351 полк поддержали своим огнем 534 минометный полк и дивизион 211 гаубичного полка. Под прикрытием орудийного и минометного огня полк в считанные минуты перестроился из походного в боевой порядок. Артиллерийская дуэль с танками противника закончилась победой полковых артиллеристов. Потеряв два танка и одну самоходно-артиллерийскую установку, пехота противника залегла, а затем стала откатываться к деревне Иван. Батальоны полка стали преследовать отступающих, но попали под плотный огонь противника и залегли. Несколько попыток выбить противника из деревни успеха не принесли. Батальоны несли ощутимые потери.
В бою прошел весь день, надвигалась ночь. Сосед справа 347 гв сп 106 гв. сд, также был контратакован на марше. Отбив атаку, полк также не продвинулся вперед. Противнику удалось перехватить самый короткий маршрут 106 гв. дивизии на пути движения к городу Шопрон. Время торопило. Надо было искать выход из создавшегося положения. «Вскоре… в полк прибыл начальник оперативного отделения штаба дивизии гв. подполковник Колгушкин М.И. Он по карте показал новый маршрут движения через населенные пункты Бюк, Черег, Сан-Мартин на Шопрон. Дальнейший ход событий подтвердил правильность этого решения. Маршрут хотя и был в два раза длиннее прежнего, но он не прикрывался врагом».

Есть описание этого боя и с противоположной стороны. В истории 12 танковой дивизии СС говорится «Всего II батальон 26-го полка СС отбил на новой позиции в лесу три сильные вражеские атаки. Однако четвертая заставила эсэсовцев снова отступать к местечку Иван. Закрепившись здесь, батальон получил недолгий отдых, пока в 20:10 не был снова атакован. Красноармейцы ворвались в населенный пункт, за который разразился жестокий рукопашный бой. В 22:45 Иван был захвачен советскими войсками, а эсэсовцы отошли на один километр западнее. Восточнее Ивана советские войска обошли Денешфу и окружили обороняющиеся в том районе части 25-го полка СС. К вечеру немцами был потерян Цсапод, командный пункт дивизии передислоцировали в Питиер-Майор (пять километров к западу от Цзапода). Здесь сосредоточились разведывательный батальон и дивизионная рота сопровождения, и сюда же направлялись части 25-го полка СС, как не попавшие в окружение, так и попавшие, но прорвавшиеся».
Под покровом темноты полк оторвался от противника в деревне Иван. 30 марта 1945 года полк вел ночной бой за населенный пункт Фельшеншаг, при обороне которого противник применял танки при поддержке пехоты.

ИМЕННОЙ СПИСОК
безвозвратных потерь 351 гвардейского стрелкового полка за период с 16 марта по 29 марта 1945 г.

Фамилия, имя и отчество

Воинское звание

Должность

Год рождения

Когда выбыл

Где похоронен

1

Санников Михаил Иванович

ст.сержант

ком. отделения

1912

27.03.45

м. Иван

2

Серегин Иван Николаевич

ст.сержант

ком. отделения

1925

27.03.45

м. Иван

3

Катков Николай Николаевич

мл.сержант

пулеметчик

1922

27.03.45

м. Иван

4

Мищенко Александр Иванович

кр-ц

стрелок

1925

16.03.45

Чекребень

5

Захаров Михаил Иванович

кр-ц

телефонист

1924

24.03.45

Ака

6

Личагов Александр Федорович

мл.сержант

стрелок

1925

28.03.45

Ака

7

Постнак Сергей Владимирович

кр-ц

стрелок

1925

24.03.45

Фельшеншаг

8

Довгалевский Шулим Семенович

сержант

ком. отделения

1920

28.03.45

Кенвер

9

Шаршатов Николай Гурьевич

сержант

ком. отделения

1921

29.03.45

Фельшеншаг

10

Вильнов Александр Зиновьевич

кр-ц

стрелок

1925

29.03.45

Фельшеншаг

11

Букин Павел Николаевич

мл.сержант

ком. отделения

1924

29.03.45

Фельшеншаг

12

Сизов Николай Федорович

кр-ц

пулеметчик

1925

29.03.45

Фельшеншаг

13

Виноградов Александр Федорович

старшина

ком. отделения

1918

29.03.45

Августа

14

Измоденов Николай Ульянович

кр-ц

стрелок

1925

29.03.45

Фельшеншаг

15

Ишанкулеев Мамет

кр-ц

стрелок

1922

29.03.45

Фельшеншаг

16

Голубев Александр Константинович

кр-ц

стрелок

1925

29.03.45

Фельшеншаг

17

Михнев Николай Иванович

кр-ц

стрелок

1926

29.03.45

Кеньери

18

Вахрушев Федор Михайлович

кр-ц

стрелок

1919

29.03.45

Кеньери

19

Бердников Леонид Николаевич

кр-ц

стрелок

1925

29.03.45

Кеньери

20

Бердников Алексей Николаевич

кр-ц

стрелок

1925

29.03.45

Кеньери

21

Прошак Владимир Николаевич

сержант

ком. отделения

1919

29.03.45

Августа

22

Соломатин Михаил Мануилович

старшина

ком. отделения

1912

29.03.45

Августа

23

Иванов Дмитрий Васильевич

мл.сержант

ком. отделения

1925

29.03.45

Августа

24

Голубев Михаил Григорьевич

ст.сержант

ст. телефонист

1914

29.03.45

Августа

25

Заворотный Петр Нестерович

ст.сержант

ком. отделения

1911

29.03.45

Августа

26

Кротов Василий Александрович

сержант

ком. отделения

1920

29.03.45

Августа

27

Корягин Алексей Алексеевич

кр-ц

стрелок

1925

29.03.45

Августа

ЦАМО, фонд 58 опись 18003 дело 644.

В ночь на 1 апреля подразделения полка пересекли австро-венгерскую границу у местечка Жира. В Австрии у противника была подготовлена довольно прочная оборона. Так, вдоль самой границы тянулся ее первый оборонительный рубеж. В инженерном отношении он был подготовлен всесторонне. Но тут в дело вступил такой фактор: немцы не успели подтянуть сюда свои оперативные резервы и прочно все занять. Границу узнали по ее укреплениям. Амбразуры пустых железобетонных дотов смотрели на дорогу. Полк поднимался по горной дороге. Позади осталась венгерская земля.

Из представления к награждению орденом Отечественной войны I степени командира стрелкового взвода гв. младшего лейтенанта Бычкова Виктора Никифоровича. «В наступательных боях в ночь с 29.03. по 30.03.45 года, командуя взводом гв. мл л-нт Бычков впереди взвода, показывая образцы мужества и отваги, ворвался в населенный пункт и лично сам убил трех немцев. В результате боя взвод гв. мл л-нта Бычкова уничтожил 2 тяжелых немецких танка и две автомашины и до пятидесяти немецких солдат и офицеров».

В полку происходит небольшое изменение. Взвод конной разведки изымается из полка и сводится в сводный полуэскадрон, подчиняющийся начальнику штаба и начальнику разведки дивизии (ЦАМО, фонд 33 опись 690306 дело 1119).

С 23 марта по 1 апреля 1945 года дивизия овладела 30 населенными пунктами, продвинувшись вперед на 200 километров.

Боевой путь полка в Венгрии

Глава 6. Австрия. На пути к Вене

1 апреля 1945 г. Ставка уточнила задачу войскам фронта по овладению Веной. 38 гвардейский корпус должен был наступать в обход Вены с севера, чтобы отрезать пути отхода врага. Корпус должен был перерезать автостраду Вена - Линц и, наступая далее в направлении Тульна, вывести две дивизии на фронт Муккендорф, Тульн, Голларн, Ной Ленгебах, Иннер-Манцинг с целью обеспечения действий главной ударной группировки фронта с запада на Вену. 37 гвардейский корпус должен был обеспечить боевые действия армии с запада и юго-запада. 39 гвардейский корпус действовал на главном направлении и получил задачу — одной дивизией наступать непосредственно на Вену, а двумя дивизиями обойти город и штурмовать с запада совместно с частями 6 гвардейской танковой армии. Соединения 39 гвардейского корпуса — 100, 107 и 114 гвардейские дивизии совместно с войсками 6 гвардейской танковой армии 6 апреля начали штурм Вены.


2 апреля 1945 года, развивая дальнейшее наступление, войска 9-й гвардейской армии форсировали реку Лейта и овладели крупным промышленным городом Винер-Нейштад, который оставил тягостное впечатление. Этот крупный промышленный центр Австрии с металлургическими заводами был перед нашим приходом полностью разрушен бомбежками союзников, и развалины еще буквально дымились. «Город Винер-Нейштад находится в 26 километрах от Вены. Город был взят внезапным штурмом, застигнутые врасплох немцы не сумели организовать серьезное сопротивление, и были истреблены. Нашему взводу была поставлена задача - захватить подземный завод по производству оружия. Подходы к заводу были заминированы, но нам передали информацию, где находятся запасные тайные ходы на территорию подземного завода, и мы быстро справились с задачей. Этот завод выпускал пистолеты и части к автоматам, работали на заводе 600 девушек из «ост»-рабочих» - вспоминает ветеран полка А.В. Винер.

Боевой путь полка в Австрии

«Как только мы перешли границу, и вышли из Венгрии в Австрию, так венгерские солдаты, мадьяры, начали сдаваться в плен. Видимо была договоренность с нашим командованием об этой сдаче, так как нам не велено было их трогать, а разрешено пропускать их домой, в Венгрию. Они шли группами до взвода, без оружия, но отдельными строями, и при этом боязливо поглядывали в нашу сторону. Все они несли на спинах громадные рюкзаки, и только этим были похожи на туристов. А во всем остальном их следует назвать мародерами. Это они несли домой всё, что можно было захватить, в опустевших домах в Австрии. Нам неприятно было смотреть на этих солдат, и не только потому, что для них война закончена, что они идут домой и несут награбленное, но и потому, что только вчера они были нашими злейшими врагами… при форсировании реки Раба мы встретили упорное сопротивление… на том берегу остались трупы только венгерских солдат, выделяющихся своими желто-грязными шинелями. Это они держали оборону за рекой. Это они обстреливали наших гвардейцев, переплывающих реку. Удивительно, что не было трупов немецких солдат, в их, мышиного цвета, шинелях и мундирах. Наши политработники говорили, что немцы стояли позади обороняющихся венгерских солдат, заградотрядом, не давая им возможности отступать, то есть, стреляя по отступающим. Так оно было или не как, но при форсировании реки Раба погибло не мало наших гвардейцев от пуль этих мадьяр, а теперь вот они идут большими группами нам навстречу, несут громадные мешки и рюкзаки награбленного, и их надо свободно пропускать к нам в тыл. Но всё же боязливо они смотрят в нашу сторону. Останавливают группу и отводят в сторону с нашего пути. А мы продолжаем наш путь по территории Австрии».

Австрия. Апрель 1945 года

Более суток полк форсированным маршем двигался по извилистой горной дороге. 4 апреля 1945 г. 106 гв. дивизия боем взяла город Баден. «Удар по немцам в районе Бадена был столь стремительным, что они не успели уничтожить промышленные предприятия. Здесь же наши войска в прямом смысле открыли ворота на свободу сотням узников немецкого концлагеря».


В связи с тем, что к 5 апреля наибольший успех обозначился в полосе наступления 38-го гвардейского стрелкового корпуса, действовавшего на вспомогательном направлении, были немедленно приняты меры к тому, чтобы использовать этот успех. В полосу 38-го гвардейского стрелкового корпуса решили перегруппировать всю 6-ю гвардейскую танковую армию. В результате этого маневра первоначальный замысел штурма Вены претерпел существенное изменение. Теперь войска правого крыла 3-го Украинского фронта должны были нанести главный удар на Вену не с юго-запада, а с запада. Новое решение на овладение Веной, как показали впоследствии развернувшиеся бои, полностью себя оправдало.


3 апреля 1945 года при взятии местечка Гроссау командир взвода 82 мм. минометов гв. лейтенант Лопырин А.А. взяв с собой один миномет с расчетом, выдвинулся вперед стрелковых подразделенй и открыл огонь по отступающей пехоте противника. В этом бою его минометный расчет уничтожил до взвода пехоты противника. Пулеметчик стрелковой роты 1-го стрелкового батальона гв. красноармейц Бабков В. И. огнем своего пулемета обеспечил успешное продвижение роты. В этом бою он уничтожил 17 солдат и офицеров противника. 3 и 4 апреля 1945 года полк вел бой в горах западнее деревни Сант-Файт. 3 апреля своевременно обнаружили в просеке леса засаду противника и сбили ее. 2 автоматная рота, при этом взяли пленного, давшего ценные сведения. Противник оборонялся при поддержке трех САУ. В это день в бою за деревню Сант-Файт батарея 57 мм пушек подбила один танк и бронетранспортер, уничтожила четыре огневые точки противника. Танк подбил наводчик орудия гв. ефрейтор Вяткин А.А. 4 апреля в районе деревни Сант-Файт будучи окружен автоматчиками противника артиллерийский расчет гв. сержанта Афонина Е.М. огнем 76 мм. орудия и личным оружием уничтожил до взвода пехоты противника. Подносчик минометного расчета минометной роты 2-го стрелкового батальона гв. красноармеец Перминов Н. А. в бою за Сант-Файт при выбытии из строя всего расчета взял миномет с поля боя и с соседним подразделением пошел в атаку, в ходе которой уничтожил 11 немецких солдат, и сам был тяжело ранен.

Гроссау



«В связи с получением новой команды, командир 106 гв. дивизии приказал: 351 гв. полку в горах, в районе деревни Сант-Файт оставить временно небольшое прикрытие, а главными силами полка, следуя по дороге на Вену, срочно прибыть в район деревни Сант-Елена. Для прикрытия рубежа, ранее занимаемого полком у деревни Сант-Файт, мной была оставлена 4 стрелковая рота гв. капитана Артемьева. Для ускорения движения полка в новый район большинство бойцов стрелковых батальонов были посажены на машины приданной и поддерживающей артиллерии. Часть стрелковых подразделений ехали на повозках».


Штаб полка располагался в двухэтажном доме на окраине деревни. Во дворе дома был каменный подвал, в котором укрывались местные жители. Как позже выяснилось вместе с ними находились немецкие офицер и солдат переодетые в гражданское платье, которые, выстрелом в спину ранили гв. капитана Артемьева, шедшего в 500 метрах за своей 4 стрелковой ротой, когда последняя выполнив задачу по времени, стала походной колонной догонять полк.

Санкт-Файт

На выход к Сант- Елене полк затратил немного времени. Этот марш запомнился тем, что в районе деревни Сант-Елена попал в плен и пропал без вести начальник штаба 106 гв. стрелковой дивизии гв. подполковник Григорьев. «Не улеглись еще дым и пыль на дорогах в районе Сант-Елена, где несколько часов тому назад оборону врага протаранила 6 гв. танковая армия, как в походных колоннах подошли передовые части и штаб 106 гв. сд. Не зная обстановки, а может быть из-за беспечности гв. подполковник Григорьев с помощником начальника связи гв. майором Бодровым, с двумя радистами и шофером, на машине «Виллис», обогнали головные подразделения, не доезжая до Майерлинга, повернули вправо, углубились в горы. На дороге, зажатой с двух сторон горами, стояла мертвая тишина. Но она оказалась обманчивой. Заметив одиночную легковую машину, немцы устроили ей засаду. Внезапно из леса затрещали автоматные очереди. Подбитая огнем врага машина резко затормозила. Шофер и радист были убиты. Раненый подполковник Григорьев вывалился в правый кювет. Майор Бодров и один радист, выскочив из машины, поползли по кювету с левой стороны дороги. Ободренные успехом, несколько гитлеровцев подбежали к машине, схватили раненного подполковника Григорьева и утащили в горы. Высланное потом командиром дивизии стрелковое подразделение тщательно прочесало горы и лес вблизи места происшествия, но начальника штаба дивизии не нашли». Дальнейшая судьба попавшего в плен подполковника Григорьева вместе со всеми штабными картами и документами так и осталась неизвестной.


Почти одновременно зенитная батарея 37 мм пушек 107 гвардейского отдельного зенитного артиллерийского дивизиона дивизии, не зная обстановки, на четырех машинах сходу заскочила в Майерлинг и попала в засаду. Оставшиеся в живых зенитчики прибежали в деревню Сант-Елена. Вечером того же дня завязав бой на подступах к Майерлингу 351 гв. полк вернул зенитные орудия. Решающую роль в этом сыграла 8 стрелковая рота.


В соответствии с новой задачей, 106 гв. сд на пути к Вене, в районе деревни Сант-Елена должна была сделать резкий поворот влево, наступать строго на запад от Вены, в северо-восточных отрогах Альп. Утром 6 апреля в районе деревни Сант-Елена, полк получил боевую задачу: наступать вдоль шоссе Сант-Елена, Майерлинг, Алланд, Клаузен-Леопольдсдорф, Лаабен. При захвате этих населенных пунктов оставлять в них по одному усиленному стрелковому батальону с задачей не допустить прорыва противника по дорогам через эти населенные пункты с юго-запада в направлении Вены. От выполнения этой задачи зависела безопасность левого фланга 38 гв. стрелкового корпуса. Спутником полка становился 534 гв. минометный полк и батарея 100 мм. противотанковых орудий. Справа от полка, вдоль дороги на Хайлинген-Кроиц наступал 347 гв. сп. Ни локтевой, ни огневой связи с ним не было. Слева соседей не было.


В.Н. Аксенов впоследствии вспоминал: «В соответствии с планом командования 3-го Украинского фронта по взятию столицы Австрии города Вены, нашей 106-й гвардейской стрелковой дивизии приказано обойти город Вену с запада. Для этого группами до батальона скрытно пройти по тылам врага, выйти на дорогу, ведущую из города Вены на запад, и, перекрыв её, отрезать пути отступления немецкого гарнизона, обороняющего город. Нас вёл командир третьего батальона 355 гвардейского стрелкового полка гвардии майор Евстафьев, а нас гвардейцев, было с ним едва ли более ста человек. Большие потери понёс батальон при прорыве обороны противника под Будапештом, да и в боях в районе озера Балатон».


Командиром 351 гв. полка было принято решение продолжать движение в колонне вдоль шоссе, имея впереди усиленную головную походную заставу, с задачей, при встрече с противником, активными действиями обеспечить развертывание главных сил полка. Застава состояла из 8 стрелковой роты, минометной роты, взвода противотанковых ружей и взвода 45 мм орудий. К Алланду вела только одна, через Майерлинг шоссейная дорога, зажатая с обеих сторон крутыми скалистыми горами, покрытыми елями. Так описывает начало этого маршрута полка А.В. Николаев из 534 гв. минометного полка: «Во второй половине 4 апреля мы покидаем фешенебельные особняки Бадена и уходим на Запад, в горы, вдоль неширокой горной речки Швехат. Уходим глубоко в тыл с заданием перерезать автостраду Вена-Линц…Пройдя не более трех-четырех километров в узком дефиле невысоких гор, на крутом подъеме шоссе, головной батальон 351 гв. полка наткнулся на лесной завал. Пулеметная очередь заставила головной дозор уйти в укрытие. Завязалась бессмысленная перестрелка. Шаблий отдал приказ подручной батарее, и через короткое время четыре миномета накрыли завал пятиминутным огневым налетом, среди разбросанных бревен лежало несколько трупов и искореженный МГ. Однако на расчистку завала требовалось время, а у нас его было в обрез – противник мог оторваться. Теперь он будет навязывать нам бой там, где ему выгодно и не выгодно нам, - сумрачно произнес полковник Федотов, – нужно искать объезд, - сказал подполковник Шаблий – заходить в тыл… ... Договорились так: Шаблий выделяет «студебеккер» для пехотного десанта и сажает на него шофером Володьку Колодова, испытанного черноморского «блатаря». Я же на трофейном БТР, с «группой захвата», пойду в авангарде на сто-сто пятьдесят метров впереди. Километра полтора до Саттельбаха шли без происшествий. БТР мягко катился по ровной дороге, и ничего подозрительного по сторонам не наблюдалось. Сзади, как и договорились, в пределах видимости шел «студебеккер» Володьки Колодова... Вот и развилка дорог у Саттельбаха... В прорезь лобовой брони я вижу каменный дом, выходящий на развилку дорог тремя окнами фасада. Дом обычный, как и по всей Австрии, свежевыбеленный, под красной черепицей. Борис, командир «группы захвата», стоял, облокотившись о лобовую броню, смотрел вперед и курил сигарету. Миновав развилку, мы свернули вправо и поехали вдоль порядка домов с наглухо запертыми дубовыми воротами и плотно закрытыми ставнями на кованых железных засовах. Деревня казалась вымершей. Поднявшись со своего места и обернувшись назад, я видел наш «студебеккер», приближавшийся к развилке... Это было мгновение: из окна углового дома по нашей машине резко полоснуло пулеметной очередью из немецкого «МГ». Я видел, как вдребезги разлетелось ветровое стекло Володькиного «студера», как прыгали в канаву наши ребята. Серега Жук моментально развернул турель БТРа и врезал по окнам длинной очередью. «МГ» замолк. Борькина «группа захвата» прорвалась к дому... Было ясно: пулеметная точка углового дома Саттельбаха прикрывала путь на Майерлинг в объезд через Хейлигенкрейц — и трудно было сказать, есть ли там еще такие «гнезда» или их более нет... Израилов резко развернул БТР и подошел вплотную к угловому дому — в зияющей дыре разбитого окна торчал опрокинувшийся ствол замолчавшего пулемета... Я вхожу в дом. Внутренность типичной австрийской горницы с черным крестом-распятием и литографиями на религиозные темы. Стены исковыряны пулями нашего крупнокалиберного пулемета — «Собаки», как его прозвали солдаты. Десантники выволокли старика-австрийца в серой куртке с ярко-зеленым воротником. Старик крепкого сложения, хмурый взгляд из-под нависших бровей, закрученные вверх усы и сильные жилистые руки крестьянина. Борис спрашивает его по-немецки, кто стрелял, и куда скрылись пулеметчики? Совершенно очевидно, что стрелял не этот старик в альпийской куртке, но ясно и другое — он несомненно знает, где прячутся те, кто пустил очередь по колодовской машине. Старик упорно молчит, глядя на нас отсутствующим, бесстрастным взглядом. — Нун, вохин варен дох ди машиненгевеер шютце гефлоэн?.. Взгляд Бориса наливается холодной жестокостью, руки отвинчивают карабинный шомпол: — Йетцт верде ихь мит дизем остеррейхишен эберандерс шпрехен. — И, взмахнув шомполом, словно для пробы, отчего пронесся резкий затяжной свист, Борис выкрикнул: — Ди пингер ауф ден тиш!.. Ужас!.. Непередаваемый словами ужас, отобразился в поблекших глазах старика. Очевидно, он понял, что шутки тут неуместны и что этот молодой, великолепно изъясняющийся по-немецки человек, должен быть решительным, неумолимым и жестоким... Я молча стоял в стороне, наблюдая за людьми и следя за происходящим... Я понимал свое бессилие: я никоим образом не мог повлиять на ход событий... Я знал: без угрозы старик не выдаст пулеметчиков, а они где-то рядом и могут в любой момент нанести удар в спину — тогда наш «гуманизм» может стоить нам многих и многих жизней... Старик обвел взглядом всех присутствующих в комнате, но видя на лицах солдат лишь одно выражению ненависти, медленно спрятал руки за спину и тихо произнес «Кюхе... бункер»... Борис моментально бросился в кухню и, открыв люк, крикнул: «Херауф гейен!» В ответ раздался выстрел из пистолета, и пуля продырявила пол... В погреб полетели одна за другой несколько гранат, дом сотрясся от взрывов. Старик в изнеможении сидел около стола на стуле, подперев седую голову своими натруженными крестьянскими руками. В дом входили Шаблий, Федотов, Воронцов...».


Наблюдение за противником показало его умение использовать для обороны горно-лесистую местность. Подразделения 351 гв. полка опыта ведения боевых действий в горах не имели. Перед полком находился противник не тронутый танковыми частями 6 гв. танковой армии. Анализ обстановки показывал, что прорыв через Майерлинг и атака Алланда вдоль шоссе приводил к большим потерям. Командованием полка было принято решение с фронта вдоль шоссе атаковать противника силами первого батальона при поддержки всей артиллерии. Третий батальон должен обойти Алланд с востока и выйти на высоту 515 севернее его. Второй батальон обходным маневров выходит на восточные скаты высоты 655. Одновременной атакой всех трех батальонов захватить Алланд. Вся полковая и приданная артиллерия разместилась на позициях вдоль шоссе за боевыми порядками первого батальона. За артиллерией находились обозы полка и батальонов. Второму и третьему батальонам предстояло совершить маневр через горы, рельеф которых исключал возможность применения артиллерии сопровождения. Батальоны имели только 82 мм минометы, с небольшим запасом мин. Личный состав этих батальонов, неся на плечах минометы, мины, боеприпасы, катушки с телефонным проводом начали подниматься в горы. От захваченных пленных полковой разведки удалось установить, что шоссе Майерлинг - Алланд обороняют до полутора батальонов пехоты с 5-6 танками. Преодолевая трудности горной местности, третий батальон к исходу дня 6 апреля атаковал противника в Грейнсфельд и после короткого боя овладел им. С выходом на дорогу Алланд – Хайлиген – Кройц батальон был контратакован учебной командой 133 пехотного полка, численностью до роты. Батальон, заняв круговую оборону, отразил контратаку противника, но дальше продвинуться не смог. Командование 2 батальона потеряло ориентировку в горах и подразделения батальона ушли далеко в сторону. С большим трудом батальон вышел на маршрут. Люди выбились из сил. Пришлось остановиться. Командир полка принял решение закрепиться, дать людям отдых, а с рассветом продолжить обход опорного пункта Алланд.


Как вспоминает А.В. Винер: «…мы шли в составе передового отряда, усиленного танками и самоходными установками. На развилке дорог перед нами стоял монастырь, и нам приказали его захватить. Разведвзвод получил на поддержку несколько расчетов ручных пулеметчиков, и мы двинулись вперед, и попали в засаду в горах. Нас встретил шквал огня, две самоходки сразу загорелись. По дороге била артиллерия, минометы, стреляли из пулеметов, короче, сразу наступил кромешный ад. Загорелись несколько машин, еще три наших танка. Над узкой дорогой ведущей к монастырю нависал утес, мы сделали из ремней «веревку» и стали карабкаться по скалам наверх, я был третьим в нашей цепочке. Только мы влезли на этот утес, как увидели, что в нашу сторону бегут три немца. Мы успели быстро залечь, немцы нас не заметили, и когда они оказались в пяти метрах от нас, мы одним броском их скрутили, не поднимая шума и стрельбы. Я, как знающий немецкий язык, стал их допрашивать: «Как поднимались по склонам?» - «Вот здесь есть тропа. На этом склоне можно пройти». Мы пошли по тропе, и дальше увидели, на горной террасе, прямо под нами, стоят четыре немецких самоходных орудия, с открытым верхом, как наши СУ- 76, и без передышки ведут огонь по дороге. Дзюба сразу решил, как с немцами «разобраться». Мы соорудили что - то похожее на «корзину», Дзюба залез в нее со связками гранат, а мы с Акентьевым стали медленно спускать Дзюбу вниз, метров на десять. Он просто закидал самоходки гранатами, и за это Дзюбу наградили орденом Красной Звезды, а я получил свою вторую медаль «За Отвагу».


В бою за Майерлинг группа противника численностью 50 человек просочилась к деревне и НП командира полка. 2 автоматной роте было приказано уничтожить эту группу. В ходе боя рота взяла в плен 23 солдат противника, остальные были уничтожены. Так, в наградном листе на разведчика взвода пешей разведки гв. рядового Саликова П.М. указывается, что 4.04.45 года, будучи в разведке населенного пункта Майерлинг втроем отбили контратаку противника силой до взвода автоматчиков, просочившихся через передний край, и не дали возможности противнику окружить начальника штаба полка и начальника связи полка. Этим самым спасли им жизнь и документы штаба.


С рассветом 7 апреля орудия прямой наводкой открыли огонь по огневым точкам, танкам и САУ противника. Одновременно началась артподготовка. Немцы, неся потери в живой силе и технике, стали отводить танки и САУ из селения. Это не преминуло сказаться на устойчивости пехоты противника. В бою за деревню Майерлинг взвод противотанковых орудий гв. лейтенанта Милованова Н.И. двигался в боевых порядках пехоты. В момент контратаки противника, ведя огонь прямой наводкой, подбили один танк и два автомобиля. «…В пять часов утра 7-го апреля 1945 года первый батальон 351-го гв. полка, которым командовал Герой Советского Союза капитан Шатров Виктор Степанович (Приложение № 6.1), начал атаку вдоль шоссе, идущего на Майерлинг. Вскоре первые цепи атакующих ворвались на окраину населенного пункта Майерлинг. Завязался уличный бой. Яростно сопротивлялась группа фашистов, засевшая в монастыре. Его толстые каменные стены с трех сторон примыкали к скалистым горам и обойти объект с флангов не было ни какой возможности. Пришлось идти на фронтальную атаку. В этом трудном бою завидную силу воли и находчивость проявил гвардии капитан Хамзин Салим Тазеевич – заместитель командира первого батальона. Он вместе с командиром батареи 100-миллиметровых пушек обеспечил подавление огня фашистов, засевших в монастыре. Под прикрытием огня орудий прямой наводкой рота старшего лейтенанта Глухова ворвалась на территорию монастыря и овладела им. С.Т. Хамзин, двигаясь в боевых порядках роты, с группой пулеметчиков проник на каланчу церкви монастыря и пулеметным огнем разил фашистов. Когда на каланчу была подана телефонная связь, Салим Тазеевич связался с командиром минометного полка и обеспечил огневую поддержку наступающих рот. За отвагу и мужество в этом и других боях капитан С.Т. Хамзин награжден орденом Боевого Красного Знамени. И многие другие гвардейцы полка в боях за Майерлинг проявили доблесть и славу…».12Так гв. старшина из 8 стрелковой роты Туркин В.Г. во время боя заменил убитого первого номера станкового пулемета и продолжил вести огонь. Гв. рядовой Честоткин из той же роты заменил раненного командира взвода и повел взвод в атаку. В этом бою он лично из пулемета уничтожил 15 солдат противника. Командир взвода первого батальона гв. младший лейтенант Крам, получивший ранение, продолжил командовать взводом. Связисты гв. старший сержант Ломакин, гв. ефрейтор Куликов и гв. рядовой Складгипов во время прокладки телефонного кабеля в горах, вступили в бой с группой противника, и после победы в этой схватке выполнили поставленную задачу. Отделение стрелковой роты 1-го стрелкового батальона гв. старшего сержанта Пузырского Д. Е. на улице деревни подбило один танк противника. К семи часам утра первый батальон взял Майерлинг, продолжил преследование противника по дороге к населенному пункту Алланд, однако под огнем противника из Алланда был вынужден остановиться.


6 апреля перед Алландом саперным взводом полка была проведена инженерная разведка, в ходе которой были обнаружены три минных поля, в которых проделали проходы. В эти дни командиром полка подписываются четыре наградных приказа №№ 010/Н, 011/Н, 012/Н и 013/Н которыми были награждены 148 военнослужащих полка (Приложения № 6.2, 6.3, 6.4 и 6.5).
 

Населенный пункт Алланд, Нижняя Австрия


Из представления к награждению орденом Отечественной войны I степени командира взвода связи стрелкового батальона гв. лейтенанта Гавриленко Василия Афанасьевича. « В боях с 28 марта по 7 апреля 1945 гв. л-т Гавриленко организовал отличную связь по телефону и рации с боевыми порядками и полком. Во время форсирования р. Раба 28.03.45 он трижды лично сам форсировал реку для восстановления связи с боевыми порядками батальона, лично сам переносил катушки с кабелем через реку. В боях за нас. пункты: Гроссау, Мейерлинг, ночью под сильным обстрелом минометного и пулеметного огня пр-ка налаживал связь с боевыми порядками, чем самым дал возможность, легко управлять ротами и иметь связь с полком».

Из представления к награждению медалью «За отвагу» гвардии старшего сержанта Ковальченко. «…гвардии старшего сержанта Ковальченко Ивана Дмитриевича, за то, что он в бою за деревню Алланд 6.04.45 г. организовал стрельбу с закрытой ОП., работая за командира взвода, уничтожил НП, пулемет и до взвода пехоты противника. При отражении контратаки автоматчиков в д. Майерлинг 6.04.45 из личного оружия убил 8 немцев».

«Выбить их отсюда можно было только ударом с флангов и тыла. Второму и третьему батальонам было приказано ускорить движение в горах, с целью выхода на указанные рубежи. С большим трудом, преодолевая сопротивления мелких групп врага, действующих из засад, только к 15 часам 7 апреля батальоны вышли на рубежи атаки: 3 батальон – на высоту 515 севернее Алланда, 2 батальон - на восточные скаты высоты 655. После докладов комбатов по радио о выходе батальонов на исходное положение атаки, я приказал ждать моего прихода на наблюдательный пункт командира 3 батальона. Мы с командиром 534 минометного полка подполковником Шаблий, имея при себе радистов, оперативные группы штабов, роту автоматчиков старшего лейтенанта Каторжина, поднялись в горы. Но по непредвиденным обстоятельствам мы задержались в пути чуть ли не на два часа. Этот переход в 3 батальон едва не кончился для нас весьма плачевно». А.В. Николаев оставил свои впечатления об этом эпизоде в боевых действиях полка: «7 апреля. Жара… Летняя, душная, палящая жара надвигалась на нас точно в соответствии с движением часовой стрелки. К полудню на открытых местах находиться просто нетерпимо. Спасаться от жары можно было лишь под густой кроной деревьев – здесь еще сохранялась утренняя прохлада. Солдаты группы управления разомлели от зноя, лица у всех красные, потные, глаза прищурены от яркого света. От солнечных бликов вокруг все подернуто рябью, и нет-нет, да и поплывут радужные волны… Мы идем живой цепочкой по узкой лесной тропе. Справа неглубокая канава и подымающийся косогор, поросший лесом, а слева отлогий спуск, неширокая поляна и дальше тоже лес. Здесь в Австрии, лес до того ухожен, что нет ни единого сухого дерева, ни валежника, ни мусора… Мы идем, растянувшись цепочкой, утомленные жарой и мало обращаем внимание на то, что нас окружает. Шествие возглавляет капитан Воронцов, в середине оба командира полка – Федотов и Шаблий, я замыкаю, и сзади меня один только Ярцев – связной пятой батареи. Ошалевший от жары, опьяненный ароматами леса, одурманенный гомоном птиц, двигался я в каком-то полузабытьи, механически переставляя ноги… Внезапная подножка и удар в спину свалили меня на землю… «Немцы слева!» - услышал я сзади истошный крик Ярцева… Над головой хлестнуло автоматной очередью. Огонь, очевидно, был малоприцельным – мешали деревья… Лежа я осмотрелся: все в придорожной канаве, там же и оба командира, мои целы, а в 351, кажется, один убит – его тело безжизненно распласталось на прохожей части тропы. Скосив глазом влево, я различаю за деревьями фигуры противника… Солнце слепит глаза и вырисовывает бликующими пятнами контуража металлические контуры шлемов и размытые очертания пятнистых маскхалатов… Наши притихли, притаились за бугром канавы. Борис из разведки 351 полка на редкость спокоен – я вижу внимательно – жесткое выражение его глаз и кривую улыбку тонкого рта. Он что-то шепчет мрачному парню в зеленом комбинезоне с засученными рукавами. Противник опоясывает нас полукольцом. Сзади крутой косогор. Полукольцо постепенно сжимается. Фигуры в пятнистых масхалатах выходят из леса и крадучись, прячась за кустами, коротенькими перебежками приближаются к нам. Я лежу и смотрю на них, рука сжимает ложе автомата, холодный пот струится меж лопаток и стекает по крестцу… Но наша «голубая пехота» - десантники – пребывают в какой-то ленивой неподвижности, будто и не их опоясывают немецкие автоматчики. Вот, уже какие-то десять-двадцать метров отделяют нас от противника… В висках стучит, цветной туман заволакивает зрение…И вдруг, резкий свист в два пальца словно прорвал барабанную перепонку…Мгновение, и «голубая пехота» уже стоит во весь рост и хлещет очередями от живота…Первый эффект достигнут, немцы прижаты к земле…А затем лихой бросок вперед, и вот уже наши ребята орудуют ножами. Я вижу мрачного парня и его оголенную руку с массивным кулаком… Общий азарт выбросил и меня, но что было делать мне в этой свалке, я не знал. Стрелять немыслимо – попадешь в своего, ножа у меня нет, да и какой я «боец». Замешкавшись на какое-то мгновение, я растерялся, и получил удар, сваливший меня на землю… На меня навалилось что-то тяжелое, хрипящее, серо-зеленое, я задыхался от едкого запаха пота, сивухи, чего-то отвратительно гнилостного, и чувствовал, что начинаю терять сознание. Вдруг дикий нечеловеческий рык раздался над ухом и что-то весомое, обмякшее и спокойное окончательно придавило меня. Ощущение такое, точно тебя завалили многопудовыми мешками с мукой. Еще были слышны отдельные выстрелы и выкрики по-русски и по-немецки, а несколько рук стаскивало с меня обмякшее тело… «Это Ярцев, товарищ старший лейтенант, - различаю я чей-то голос, - промеж лопаток ему влепил». Я жму руку Ярцеву, говорю «Спасибо» и смотрю на труп, лежащий у ног. Из спины торчит рукоятка трофейного кортика. Поодаль группа пленных, человек восемь. Подхожу. И пленные, и наши тяжело дышат. Видимо, боевой азарт еще не прошел, не успел выветриться. На потных лицах не гнев, не ненависть, а выражение возбужденной усталости и даже безразличия. Борис разговаривает с пленными, и я слышу фразу, обращенную к Федотову: «Штрафники Люфтваффе. Они имели спецзадание ликвидировать командный пункт дивизии, а напоролись на нас». Среди пленных выделяется сухопарый молодой парень в сизом летном комбинезоне с желтыми петлицами и в белой грязной рубахе, стоящий несколько впереди. Светлые кудри прилипли к потному лбу. Облизывая воспаленные губы, он тихо шептал: - «Нур нихт эршиссен, герр официр». Борис, с улыбкой похожей на гримасу, мягко произнес: «Комм!»… И куда-то повел их, подталкивая автоматом… «Куда он их повел?» - думаю я… Короткая резкая автоматная очередь ударила в ухо… Опрометью бросился на звук… Тела пленных брошены, распростертые на земле. Сухопарый летчик в сизом комбинезоне лежал навзничь, открытые голубые глаза мертвым взором смотрели в бескрайнюю синь неба. Подошел капитан Воронцов. –Зачем? – спросил я его, указывая на убитых. _ Зачем? – переспросил он зло. – Ты хоть понимаешь, где мы и что такое тыл противника!?... Хотел бы я посмотреть на тебя у них в лапах. Скажу по секрету: немцы отлично разбираются в том, какого цвета погоны носит наша пехота… Твои-то все целы, - спросил он примирительно. – Все! – ответил я. Слева хлопнуло несколько выстрелов, им ответила автоматная очередь. Я вопросительно посмотрел на Воронцова. – Наши ребята… Федотов приказал без остатка ликвидировать штрафников. Выяснив, что дорога свободна, группа управления продолжила свой путь. Через некоторое время ко мне подошел Ярцев и что-то сунул мне в руку. «Это с того, что вас придавил… может сгодиться на память». Я разжал ладонь и увидел карманную буссоль и орден Железного креста. Теперь эти сувениры покоятся в «домашнем музее», и гости – взрослые и дети – с интересом рассматривают их, не подозревая даже о том, как и каким путем, они попали ко мне». В этой десятиминутной схватке было убито 20 немцев, 8 захвачено в плен. Потери роты автоматчиков составили 5 раненых, в том числе командир роты. Когда пленных подводили к командиру полка, один из них со всего размаху ударил своего соседа, что тот свалился с ног. Причиной этого было следующее: получивший оплеуху был командиром отделения, в котором солдат вставляя запал в гранату, уронил ее. Взрыв гранаты сорвал засаду. Что было целью штрафников? Обычная засада или реализация данных полученных после пленения начальника штаба 106 гв. стрелковой дивизии по уничтожению штаба дивизии? Этого мы уже никогда не узнаем.


Этим сюрпризы этого дня не закончились. В тылу 3 батальона в лесу в горах оказались остатки венгерского инженерного полка, офицеры которого решили сдаться в плен. У некоторых офицеров с собой были семьи, в том числе и у командира полка. С ним следовала жена с грудным ребенком. Капитуляция полка была принята. Этот эпизод был предлогом для шуток: «Где бы ты был сейчас, капитан Беспальцев, если бы этот полк шарахнул тебя с тыла?» - шутили офицеры. Через несколько дней, при случайной встрече, когда 351 полк находился в резерве командира корпуса, командир венгерского инженерного полка подарил полковнику Федотову П.Н. своего коня с седлом.


Овладев окружавшими с трех сторон Алланд высотами, полк добился тактических преимуществ над противником. С высот хорошо просматривалась система обороны противника в районе Алланда. Были выявлены огневые точки, и места где были укрыты танки.

Майерлинг и Алланд

 
По команде командира полка с наблюдательного пункта 3 батальона артиллерия и минометы начали огневой налет опорного пункта обороны противника. «В Алланде забурлило как в котле. Справа и слева от Алланда взвились в небо ракеты. Все три батальона нашего полка поднялись в атаку. Не дожидаясь подхода наших атакующих батальонов, немцы побежали из деревни по единственной не перехваченной и не простреливаемой нами дороге в направлении населенного пункта Клаузен-Леопольдсдорд. Выйдя из-под обстрела, до батальона немецкой пехоты с 5 танками, выстроившись в походную колонну, скрылись в ущелье. Все это делалось на наших глазах, но достать отступающих гитлеровцев мы ничем не могли». В Алланд первой ворвалась 2 стрелковая рота 1 батальона. В центре Алланда, в бою, был смертельно ранен ее командир - гв. старший лейтенант Новиков. Стрелок стрелковой роты 2-го батальона гв. красноармеец Волнухин В.И. в бою в Алланде лично подбил танк противника ведущего огонь по нашим подразделениям, после чего был ранен. Первая задача, поставленная перед полком, была выполнена. Первый стрелковый батальон немедленно приступил к организации обороны этого важного перекрестка дорог.


Из представления к награждению орденом Отечественной войны I степени командира стрелковой гв. старшего лейтенанта Глухова Владимира Егоровича. « В бою 7 апреля 1945 г рота, которой командует ст. л-т Глухов имела задачу развить успех, достигнутый остальными ротами батальона при овладении деревень Мейерлинг и Алланд. Благодаря смелым действиям и умелому руководству ротой, это подразделение успешно выполнило боевую задачу при незначительных потерях в личном составе. Т. Глухов непосредственно следуя в боевых порядках роты, умело направлял стрелковые цепи на атаку огневых точек пр-ка. Несмотря на превосходящие силы пр-ка и его упорной обороне, рота т. Глухова один за другим очищала дома деревни от автоматчиков пр-ка, стремительно продвигаясь, рота полностью очистила населенный пункт от пр-ка. В результате стремительного наступления его роты батальон в целом успешно выполнил боевую задачу, овладел населенными пунктами Мейерлинг и Алланд, являющимися большим узлом шоссейных дорог на подступах к Вене. Рота т. Глухова в этих боях уничтожила до 80 гитлеровцев, захватила 4 пулемета, 10 автоматов, 40 винтовок и 12 человек пленных».


Приказом № 03/Н командира 38 гв. стрелкового корпуса от 7.04.45 года были награждены несколько военнослужащих полка (Приложение № 6.6). 8 апреля 1945 года приказом командира 106 гв. стрелковой дивизии награждается ряд военнослужащих полка (Приложение № 6.7).


Главные силы полка, дождавшись подхода артиллерии и тылов, уже в темноте начали движение по дороге в сторону Клаузен-Леопольдсдорф. Построение полка было следующим. Впереди шел разведывательный взвод полка, за разведчиками – 5 стрелковая рота, усиленная взводом 45 мм орудий, как головная походная застава. За ней шел штаб полка. 2 и 3 батальоны на дистанции 100 метров следовали друг за другом. За ними двигалась полковая и батальонная артиллерия, обозы. Замыкала колонну тыльная походная застава – стрелковый взвод с двумя 45 мм орудиями. Выставить боковое охранение мешали скалы окружавшие дорогу. Ночью, через час после начала движения разведывательный взвод попал в засаду, в зону кинжального огня. Взвод потерял 3 человек убитыми и 5 раненными. В числе погибших был и командир взвода гв. лейтенант Подкопаев. Положение опять спасли артиллеристы. Расчеты 45 мм орудий, из головной походной заставы ориентируясь по вспышкам пулеметов противника, подавили артиллерийским огнем огневые точки врага. Наступила относительная тишина. Полк находился двое суток без отдыха, все устали смертельно, поэтому командование полка сочло за лучшее остановиться на занятом рубеже. Дорогу прикрыли артиллерией, поставленной на прямую наводку, батальоны поднялись в горы, вправо и слева от дороги и на занятых позициях ждали утро. НП полка был развернут в боевых порядках 3 батальона справа от дороги. Гв. красноармеец Борисов С.А., получив от командира взвода минометной роты 2 батальона приказание разведать деревню, отправился на выполнение боевого задания. Тихо подобравшись к Клаузен-Леопольдсдорф, он снял ударом кинжала часового охранявшего дом на окраине деревни. Войдя в дом, заколол кинжалом трех спящих немцев. Взяв документы, возвратился в расположение своей роты.


Утром, как рассвело, немцы силами сотни пехотинцев, двух танков, под прикрытием минометного огня начали контратаку. От разрыва мин в горах начался кромешный ад. От свистящих осколков и камней невозможно было поднять голову. Командир 5 стрелковой роты гв. старший лейтенант Овчинников был убит осколком мины. Пехота противника медленно поднималась в горы, не подозревая, что заходит в огневой мешок. По команде подразделения полка открыли огонь. Через несколько минут все было кончено. Все пехотинцы противника остались лежать перед позициями батальонов полка. Внизу по дороге два танка в колонне приближались к позициям 100 мм противотанковой батареи. Как только головная машина вышла из-за поворота, первым выстрелом 100 мм орудия была подбита. Танк с перебитой гусеницей сполз с дороги в горную реку. Выскочившие из машины танкисты были уничтожены пулеметным огнем. Танкисты второй машины не стали испытывать судьбу, не доходя до поворота, развернулись и скрылись в ущелье. «Не спускаясь с гор, не свертывая боевые порядки, 2 и 3 батальоны, не мешкая, перешли в наступление с целью захвата второго перекрестка дорог и узла обороны врага в Клаузен-Леопольдсдорф. Обойдя этот населенный пункт, батальоны сходу перешли в атаку, но она оказалась неудачной, наши цепи залегли. Завязался затяжной огневой бой». Не помог огонь минометов 534 минометного полка. Вторая атака батальонов была сорвана огнем противника.


В этот день произошла очередная неприятность свойственная на любой войне. В тылах 351 гв. стрелкового и 534 гв. минометного полка оказались немцы. Делопроизводитель штаба 534 полка Нина Шаблий в микрофон кричала: "Товарищ командир! Немцы... Знамя!" В районе обозов поднялась ружейно-пулеметная стрельба. Полковник Федотов с ротой автоматчиков начал выдвижение в их сторону. Причиной стрельбы были 20-25 немцев, которые используя беспечность тыловых подразделений двух полков, вплотную подошли к обозам и ведя огонь на ходу, пересекли дорогу и не ввязываясь в бой поднялись в горы. Все обошлось благополучно для обеих сторон, хотя в тылах с нашей стороны было в десять раз больше людей.


Только к исходу дня, после артиллерийской обработки опорного пункта противника, батальоны перешли в атаку и овладели Клаузен-Леопольдсдорф. В этом бою особенно отличилась стрелковая рота гв. лейтенанта Агеенко и минометная рота гв. старшего лейтенанта Карташева. При проческе леса на подступах к деревне Клаузен-Леопольдсдорф гв. красноармеец Глухота В.Н. автоматчик 2 автоматной роты полка огнем своего оружия уничтожил трех и пленил трех солдат и одного офицера противника. 8 апреля 1 автоматной ротой была отражена атака просочившейся группой противника на КП полка. В бою за Клаузен-Леопольдсдорф командир стрелковой роты гв. младший лейтенант Агеенко с 5 бойцами отразил контратаку противника, при этом было уничтожено 28 вражеских солдат и офицеров. В Клаузен-Леопольдсдорфе было захвачено два подбитых танка, два исправных бронетранспортера, шесть минометов, много стрелкового оружия. На трофейных бронетранспортерах начальник разведки полка гв. капитан Гуленко поддерживал связь с батальонами находившимися в захваченных полком населенных пунктах.


После захвата Клаузен-Леопольдсдорфа «…второй стрелковый батальон немедленно приступил к организации обороны с целью удержания перекрестка шоссейных дорог и не допущения прорыва противника с юго-запада в сторону Вены. 3 стрелковый батальон, штаб полка, рота автоматчиков, батарея 76 мм орудий полка, 534 минометный полк, построившись в походную колонну, выступили по дороге на Лаабен с задачей овладеть третьим перекрестком дорог и опорным пунктом противника, который находился от Клаузен-Леопольдсдорф в восьми километрах. 10 апреля 3 батальон… без боя овладел населенным пунктом Лаабен и перешел к обороне перекрестка дорог. Полк выполнил поставленную ему задачу по захвату и удержанию трех перекрестков шоссейных дорог в отрогах австрийских Альп».


В газете Боевое Знамя от 20 апреля 1978 года № 93 (2629) в статье посвященной бывшему командиру 3 пулеметного взвода пулеметной роты 3 батальона Никитину А.Р. «К истории причастен» пишется: «Вы, знаете, что такое весна в горах? «Еще бы!» - ответите. Пьянящий воздух, от которого кружится голова, щебет птиц в звенящей тишине. Розовые солнечные лучи лижут снежные вершины, а утром - сиреневые рассветы. А знаете, что такое идти в эти рассветы, когда за спиной не туристический рюкзак, а полная боевая выкладка, минометы и боеприпасы? Идти трое суток без сна по незнакомой местности: скатываться по обледенелым склонам, пробираться сквозь кусты и через овраги, прислушиваться до боли в ушах к каждому шороху и хрусту. Идти в глубь вражеской территории с задачей – «оседлать автомагистраль, отрезать противнику пути отхода. За это время два жестоких коротких боя. На третьи сутки батальон капитана Беспальцева вышел к заданному населенному пункту – Клаузен-Леопольдсдорф, и вместо отдыха – новое задание: занять позиции, не позволить противнику, ушедшему в горы, атаковать наши части, движущиеся по автостраде. Сухие слова военных приказов. Порой мы забываем, что за ними стояли люди. Такие, как мы. Веселые и грустные. Счастливые и познавшие горечь неудач. Они думали о будущем, мечтали, строили планы, им просто хотелось жить. А вокруг были горы. Суровые и незнакомые. Они будто испытывали людей на прочность своими ледяными черными ночами. Потом вдруг взрывались птичьими трелями и ласково пригревали солнцем. Горы просыпались.… А люди валились с ног от усталости. Они хотели спать. В воздухе пахло талым снегом, свежестью и еще чем-то неуловимым… Шла весна 1945 года». Разумеется, это были тяжелые бои, в которых полк нес потери. Печальную миссию начальника погребения выполнял командир взвода химической защиты гв. мл. лейтенант Ухалин М.М. (Приложение № 6.8). Кроме этого личным составом его взвода с 16 марта по 8 апреля 1945 года с поля боя было вынесено 115 раненых бойцов и офицеров (ЦАМО, ф. 33, о. 690306, д. 2200).

Из представления к награждению орденом Отечественной войны I степени командира взвода роты 82 мм минометов гв. младшего лейтенанта Запевалова Петра Михайловича. « 7.04.45 г. в наступлении на дер. Клаузен- Леопольдсдорф взвод, которым командует гв. мл. лейтенант Запевалов поддерживал одно стрелковое подразделение. Гв. мл л-нт Запевалов умело, корректируя огнем минометов подавил за день наступления пять огневых точек и уничтожил до 40 немецких солдат и офицеров, тем самым способствовал успешному наступлению подразделения. Сам гв. мл л-нт Запевалов во время боев проявил образцы стойкости, героизма и бесстрашия увлекая за собой личный состав взвода на выполнение поставленной задачи».

Из представления к награждению орденом Отечественной войны II степени командира взвода носильщиков санитарной роты гв. лейтенанта медицинской службы Пупышева Михаила Семеновича. « За время наступательных боев за овладение гг. Алланд, Клаузен- Леопольдсдорф и в ходе дальнейших наступательных боев, тов. Пупышев, работая фельдшером при медпункте 2-батальона, отлично организовал оказание экстренной врачебной помощи раненным бойцам и офицерам, его санитары вынесли под огнем противника с поля боя до 200 человек раненных красноармейцев и офицеров. Сам оказал первую доврачебную помощь на поле боя 120 бойцам и офицерам, тяжело раненным».

ИМЕННОЙ СПИСОК
безвозвратных потерь 351 гвардейского стрелкового полка за период с 30 марта по 10 апреля 1945 г.

Фамилия, имя и отчество

Воинское звание

Должность

Год рождения

Когда выбыл

Где похоронен

1

Таничев Иван Алексеевич

старшина

старшина роты

1916

16.03.45

Алюминиевый рудник

2

Ефименко Петр Савельевич

кр-ц

стрелок

1925

3.04.45

Майерлинг

3

Ашанов Векшебек Сабабекович

кр-ц

стрелок

1923

3.04.45

Майерлинг

4

Курочкин Сергей Степанович

кр-ц

стрелок

1925

3.04.45

Майерлинг

5

Борисов Николай Игнатьевич

кр-ц

стрелок

1924

3.04.45

Майерлинг

6

Кожевников Владимир Иванович

кр-ц

стрелок

1925

3.04.45

Майерлинг

7

Князев Сергей Алексеевич

кр-ц

стрелок

1925

3.04.45

Майерлинг

8

Байбасинов Иван Семенович

кр-ц

стрелок

1925

3.04.45

Майерлинг

9

Бабаев Бают-ага

старшина

ком. отделения

1922

4.04.45

Майерлинг

10

Симанов Анатолий Васильевич

кр-ц

стрелок

1925

4.04.45

Майерлинг

11

Пелле Николай Николаевич

кр-ц

стрелок

1922

4.04.45

Майерлинг

12

Гредин Илья Леонтьевич

ст.сержант

ком. отделения

1907

4.04.45

Майерлинг

13

Маленков Петр Максимович

ст.сержант

ком. отделения

1916

4.04.45

Майерлинг

14

Курилов Николай Александрович

кр-ц

стрелок

1925

4.04.45

Майерлинг

15

Хасанов Назирь Сталехович

кр-ц

стрелок

1925

4.04.45

Майерлинг

16

Мищенков Петр Васильевич

кр-ц

стрелок

1925

4.04.45

Майерлинг

17

Валиуллин Мухтарулла Хуснуллович

кр-ц

стрелок

1925

4.04.45

Майерлинг

18

Хозилов Тангат Садыкович

кр-ц

стрелок

1925

4.04.45

Майерлинг

19

Повалов Михаил Семенович

кр-ц

стрелок

1925

4.04.45

Майерлинг

20

Бочаров Дмитрий Федорович

мл.сержант

зам. ком. отд.

1924

4.04.45

Майерлинг

21

Жубанжалиев Калиден Ахтаевич

кр-ц

стрелок

1925

4.04.45

Майерлинг

22

Гариев Макотиль Шайнурович

кр-ц

стрелок

1925

4.04.45

Майерлинг

23

Клиткин Виктор Алексеевич

кр-ц

стрелок

1925

4.04.45

Майерлинг

24

Ефименко Иван Григорьевич

кр-ц

стрелок

1925

4.04.45

Майерлинг

25

Исатов Григорий Петрович

сержант

ком. отделения

1916

4.04.45

Майерлинг

26

Фотоинуров Ахнос Фахтинурович

кр-ц

стрелок

1925

4.04.45

Майерлинг

27

Фомичев Алексей Иванович

кр-ц

стрелок

1921

4.04.45

Майерлинг

28

Баранов Василий Егорович

кр-ц

стрелок

1923

4.04.45

Майерлинг

29

Маслюков Александр Максимович

кр-ц

стрелок

1925

4.04.45

Майерлинг

30

Датперов Виктор Владимирович

кр-ц

стрелок

1925

4.04.45

Майерлинг

31

Ерохин Владимир Егорович

мл.сержант

подносчик

1925

4.04.45

Майерлинг

32

Матросов Василий Андреевич

кр-ц

стрелок

1925

4.04.45

Майерлинг

33

Баранов Анатолий Павлович

кр-ц

стрелок

1925

4.04.45

Майерлинг

34

Ершов Сергей Иванович

ст.сержант

зам. ком. отд.

1920

4.04.45

Майерлинг

35

Игошев Алексей Михайлович

кр-ц

пулеметчик

1925

4.04.45

Майерлинг

36

Гусев Николай Михайлович

кр-ц

пулеметчик

1925

4.04.45

Майерлинг

37

Романченко Петр Касьянович

ст.сержант

пом. ком. взвода

1923

4.04.45

Майерлинг

39

Фоминах Владимир Сергеевич

кр-ц

связной

1925

4.04.45

Майерлинг

40

Денисов Николай Григорьевич

кр-ц

стрелок

1925

4.04.45

Майерлинг

41

Самойлов Иван Иванович

кр-ц

стрелок

1925

4.04.45

Майерлинг

42

Лядов Борис Яковлевич

мл.сержант

наводчик 57 мм пушки

1925

5.04.45

Лиссау

43

Пашков Андрей Иванович

мл.сержант

наводчик 57 мм пушки

1925

5.04.45

Лиссау

44

Чувакин Николай Иванович

мл.сержант

наводчик 57 мм пушки

1925

5.04.45

Лиссау

45

Соболев Александр Романович

ст.сержант

ком. отделения

1922

3.04.45

Майерлинг

46

Баринов Николай Иванович

кр-ц

разведчик

1925

3.04.45

Майерлинг

47

Багрецов Сергей Васильевич

кр-ц

разведчик

1925

3.04.45

Майерлинг

48

Кузнецов Петр Егорович

кр-ц

артиллерист

1925

8.04.45

Алланд

49

Савинцов Василий Прокопьевич

кр-ц

артиллерист

1925

6.04.45

Алланд

50

Афанасьев Дмитрий Егорович

кр-ц

артиллерист

1924

5.04.45

Винер-Нейштад

51

Тонких Иван Александрович

кр-ц

артиллерист

1925

7.04.45

Алланд

52

Кирьянов Александр Александрович

кр-ц

стрелок

1925

7.04.45

Алланд

53

Хвоин Анатолий Алексеевич

кр-ц

стрелок

1925

7.04.45

Алланд

54

Самеуев Татажан Дугаржапович

ст.сержант

ком. отделения

1923

7.04.45

Алланд

55

Мороз Михаил Иванович

кр-ц

стрелок

1926

7.04.45

Алланд

56

Кожухарь Петр Иванович

кр-ц

стрелок

1926

7.04.45

Алланд

57

Власенко Алексей Максимович

кр-ц

стрелок

1926

7.04.45

Алланд

58

Новгородцов Василий Яковлевич

сержант

ком. отделения

1924

7.04.45

Алланд

59

Пашков Сергей Власович

ефрейтор

стрелок

1917

7.04.45

Алланд

60

Шратко Павел Васильевич

кр-ц

стрелок

1926

7.04.45

Алланд

61

Арестов Егор Иванович

ст.сержант

ком. отделения

1913

7.04.45

Алланд

62

Качанов Николай Никитович

кр-ц

стрелок

1925

7.04.45

Алланд

63

Попов Егор Иванович

кр-ц

артиллерист

1925

7.04.45

Алланд

64

Булычев Николай Александрович

сержант

артиллерист

1925

5.04.45

Алланд

65

Жуков Василий Александрович

кр-ц

стрелок

1925

5.04.45

Алланд

66

Яценко Вячеслав Кузьмич

кр-ц

стрелок

1925

5.04.45

Алланд

67

Мищенко Алексей Ефимович

сержант

ком. отделения

1925

6.04.45

Алланд

68

Дуйков Федор Александрович

кр-ц

стрелок

1923

6.04.45

Алланд

69

Гандилов Иван Никитович

сержант

ком. отделения

1922

6.04.45

Алланд

70

Швецов Александр Яковлевич

кр-ц

стрелок

1922

6.04.45

Алланд

71

Попов Александр Николаевич

мл.сержант

пом. ком. взвода

1925

7.04.45

Алланд

72

Кирюшкин Василий Алексеевич

ст.сержант

ком. мин. отд.

1922

8.04.45

Алланд

73

Бондаренко Николай Никитович

ст.сержант

писарь -каптенармус

1922

8.04.45

Алланд

74

Смирнов Павел Михайлович

кр-ц

связной

1925

8.04.45

Алланд

75

Шкеда Василий Петрович

кр-ц

стрелок

1926

9.04.45

Алланд

76

Зарянов Виктор Сергеевич

кр-ц

стрелок

1925

5.04.45

Алланд

ЦАМО, фонд 58 опись 18003 дело 564.


11 апреля 1945 года командир полка издал приказ № 014/Н которым был награжден ряд военнослужащих полка (Приложение № 6.9). В период с 7 по 12 апреля батальоны полка действовали на расстоянии 15 – 20 км. друг от друга.

Подразделения полка на марше. Апрель 1945 года.

По воспоминаниям В.Н. Аксенова: «Спешили мы на пункт сбора всей нашей дивизии. Мы вышли на асфальтовую дорогу, где уже собралось много наших войск. Командиров собрали, а мы залегли в придорожной траве на отдых. Был солнечный день. Была безветренная погода, мы лежали на траве возле дороги, а вокруг нас были красоты Венского леса. Мы даже забыли, что находимся в глубоком тылу врага. Ведь нас теперь много, вся наша дивизия собралась. К этому месту сбора и к назначенному времени стремились все группы, хотя пробирались все разными путями… Мы продолжали движение в сторону города Вены, но теперь мы шли по горам и знали, что параллельно с нами движутся и другие группы нашего полка, да и вся наша дивизия продвигается в этом же направлении. Нам иногда приходилось идти вдоль хребта, обходя населенные пункты, расположенные в долинах, и отдельные замки. Городом Пресбаум мы овладели, выполнив тем самым приказ Командования об окружении города Вены с западной стороны…Ещё тогда, когда нас встречал с марша генерал, и мы выдвигались на передовой рубеж, я видел двух военных, одетых не в нашу военную форму. Это были французы, как-то оказавшиеся у наших офицеров штаба дивизии. Они выделялись высоким ростом среди наших гвардейцев, были без оружия, но не похоже, чтобы они были на положении пленных. Их никто не охранял и не конвоировал. Если их освободили из немецкого плена, они бы не были в военной форме, а если они просто захвачены в плен, их бы надо было конвоировать. Но они свободно ходили сзади нас, лежащих на передовом рубеже, и их военная форма нас настораживала, хотя она и не была похожа на немецкую. Больше я их не видел, но почему-то запомнил эту встречу».


«К исходу дня 6 апреля 1945 г. Советские войска прорвали внешний оборонительный обвод противника и обхватили Вену с трех сторон. В день взятия Вены узнали о приказе Верховного Главнокомандующего, в котором объявлялась благодарность всем войскам, в том числе, наверно, и мне. Я ведь тоже участвовал в освобождении г. Вены»


10 апреля 1945 г свом дневнике рейхсминистр пропаганды Геббельс записал: «По обе стороны железной дороги и шоссе Вена — Санкт-Пёльтен советские войска достигли района, расположенного в 20 километрах восточнее Санкт-Пёльтена».


Командир огневого взвода 49 отдельного зенитно-артиллерийского дивизиона 38 гв. стрелкового корпуса Пентин Юрий Андреевич вспоминал. Одна из очередных позиций нашей батареи оказалась в очень уязвимом месте – на пятачке площади в г. Пресбаум (западнее Вены). Как выяснилось позднее, вражеский разведчик в городе сразу же навел на нас авиацию, которая не заставила долго ждать. С солнечной стороны у нас было взгорье, поросшее деревьями, а с других сторон – городские дома и улица, параллельная взгорью. Именно со стороны солнца, незаметно приблизившись, на нас налетели и стали пикировать и бомбить всё те же Фокке-Вульфы и в не меньшем количестве, чем в эпизоде, описанном в начале. У меня опять-таки не был вырыт личный окоп, но он, как я уже убедился раньше на опыте, не очень-то в данном случае был нужен, т.к. по пикирующим самолетам орудия стреляют индивидуально по команде не взводного, а командира орудия. В момент нападения я был у взгорья в отделении тяги, откуда сразу побежал под бомбами в один из орудийных двориков, где и находился до конца боя, участвуя в действиях расчета. Рвались бомбы, летели осколки, стреляли наши орудия – все повторилось почти как в первый раз. Только теперь прямое попадание произошло в ПУАЗО... Прибор вышел из строя, как и весь расчет. Среди раненых был и командир приборного взвода младший лейтенант Фишер. Орудийные расчеты продолжали свою тяжелую работу. Как потом посчитали по расходу снарядов, было сделано в среднем по 200 выстрелов на орудие! Каждый патрон со снарядом весит 16 кг, так что можно представить труд подносчиков и заряжающего, подающего патрон (точнее, "выстрел") в ствол и спускающего затвор. Звук стрельбы настолько оглушителен, что у меня, наводчиков и всех, находящихся у орудия, к концу боя текла из ушей и капала с подбородка кровь. В этот раз мы подбили четвертый на нашем счету самолет. Не безынтересен факт, иллюстрирующий тяжесть труда и усталость солдат. Перед описанным боем у нас пропал один из солдат, и мы не могли вообразить, что случилось, – не могли же его похитить, и не дезертировал же он! И вот после боя он был найден мирно спящим в кустах за бруствером одного из орудий, то есть все это время, он спал под грохот орудий и даже не проснулся...


38 гвардейский стрелковый корпус вышел к западным пригородам австрийской столицы. Теперь десантников отделяло от нее 8-10 километров. Если бы не горы, можно было бы в бинокль увидеть Вену.


Карты окружения с запада Вены и района Санкт-Пельтен


Город, который был превращен в мощный узел сопротивления, обороняла 6-й танковая армия СС под командованием генерал-полковника войск СС Зеппа Дитриха в составе 8 танковых и одной моторизованной дивизий, отошедших из района озера Балатон. Было сформировано около 15 отдельных пехотных батальонов и батальонов фольксштурма. На защиту Вены был мобилизован весь состав венской военной школы, из состава венской полиции были созданы 4 полка по 1,5 тыс. человек каждый. Природные условия местности вокруг города благоприятствовали немецкой стороне. С запада Вену прикрывала гряда гор, а с северной и восточной сторон мощная водная преграда, широкий и многоводный Дунай. На южной стороне, на подступах к городу немцы создали мощный укрепленный район, который состоял из противотанковых рвов, развитой системы фортификационных сооружений – окопов, дотов и дзотов. На всех танкоопасных направлениях по внешнему обводу Вену были вырыты рвы, установлены противотанковые и противопехотные заграждения. Улицы города противник перекрыл многочисленными баррикадами, а многоэтажные здания приспособил к длительной обороне. Немецко-фашистское командование, не считаясь с возможными разрушениями в городе, стремилось превратить Вену в такой же узел сопротивления, каким был Будапешт.


Через полосу 38 гв. корпуса были введены части 6 гвардейской танковой армии. Танки вышли к передовой и здесь, резко повернув на восток, устремились к западным предместьям Вены. Было очевидно, что борьба за город вступает в решающую фазу.


В ночь перед штурмом Вены была поставлена задача: вслед за боевыми порядками штурмующих войск прорваться в центр города и поднять знамя. В день подготовки 351 гв. полком атаки по овладению Алландом, в полк пришло указание из 9 гв. армии о выделении группы аэростатчиков во главе с помощником начальника штаба полка по тылу гв. лейтенантом А.Э. Стомахиным. Группа в количестве пяти человек, загрузив в грузовую машину комплект аппарата САС-2, баллоны с водородом, выехала в штаб 9 гв. армии. В интервью с А.Э. Стомахином в 1967 году, этот эпизод в боевых действиях полка, известный как венское знамя Победы описан подробно.
«Советское командование, стремясь уберечь столицу Ав¬стрии от разрушений, решило обойти и окружить город. Ве¬на была блокирована нашими войсками. И тогда в политотде¬ле 9-й гвардейской армии, в состав которой входила 106-я стрелковая дивизия, вспомни¬ли о САС-2 и о знамени. Ко-мандование решило поднять его над еще не освобожден¬ной Веной в ночь на 13 апре¬ля, перед генеральным штур¬мом города: показать гитле¬ровцам, что оборона бесполез¬на, а наступающие советские войска ориентировать, таким образом, на центр города. В группу вошли пять десант-ников: Стомахин, гвардии сер¬жант Сонин, гвардии рядовой Балашов и еще два бойца. И в день подготовки к решающему штурму Вены, погрузив весь комплект аппарата САС-2 в грузовую машину, они прибы¬ли в штаб армии. Предполага¬лось, что гвардейцы пробьются к центру Вены на танке и там поднимут аэростат со знаме¬нем. — Однако к назначенному времени, к 12 часам ночи, танк не пришел, — вспоминает А. Э. Стомахин. — И еще через три часа его все еще не было. Впрочем, получилось даже удачнее, чем задумывалось. Танк сразу же заметили бы гитлеровцы, и кто знает, суме¬ли бы мы пробиться к цент¬ру!.. Близился рассвет. «И тогда, — рассказывает А. Э. Стомахин, — я принимаю решение: лебедку, семь баллонов с водородом, знамя, оболочку — в полутор¬ку, всем лечь в кузов, без команды не стрелять...
— Вперед! Грузовик трогается с места. Едем медленно, почти на ощупь. На моих коленях ле¬жит австрийская карта, по ко¬торой сверяю маршрут. Перед операцией маршрут тщательно отработан, но одно дело кар¬та, другое — реальная обста¬новка. Правда, улицы пустын¬ны, поэтому разобраться в них нетрудно. К тому же время от времени их освещают вспыш¬ки ракет. Западнее нашего главного ориентира — белой громадины дворца Шенбрунн нас остано¬вили наши разведчики: — Дальше опасно! Я им объяснил, куда и зачем мы едем. Разведчики заулы¬бались: — Мы вам поможем, прове¬дем через опасные участки! Только вот жаль, не до конца. Нужно возвращаться, доложить результаты разведки. При очередной вспышке ра¬кеты впереди показались силу¬эты: через перекресток двига¬лась немецкая колонна. Мы остановились. Дух перехватило. Автоматы наизготовку! Но стоять нельзя. Привлечем внимание. — Самый малый, но вперед. Улучить разрыв в колонне и проскочить! Водитель кивает: понял. Ма¬шина медленно приблизилась к перекрестку. Немцы на нас не смотрят. И вот — интервал, шо¬фер жмет на газ, переключает скорость. Проскочили! Едем на полной скорости. Вот-вот должен показаться дворец Шенбрунн. Опять ко-лонна солдат. Резкий поворот влево, в переулок, и выскаки¬ваем к Западному вокзалу. А потом по запутанному лаби¬ринту улочек — на широкую магистраль. Нырнули под ар¬ку, и вот она, площадь Героев. Она тоже пустынна. Справа се¬реет дворец Франца-Иосифа, слева два памятника нацио¬нальным героям Австрии, в честь которых названа пло¬щадь. Машину загнали между ко-лоннами дворца. Заглушив мо¬тор, прислушиваемся, нет ли погони. На западе глухо урчат моторы. С востока, из-за Ду¬ная, доносятся выстрелы. По¬гони не слышно. Решили до¬ждаться рассвета. Светает. По¬ра! Со свистом врывается водо¬род в оболочку аэростата. Шо¬фер и один из автоматчиков прикрывают нашу работу. Лебедку отнесли к памятни¬ку принцу Евгению, установили ее, «заякорили» пустыми бал¬лонами. Подвели к ней аэро¬стат. Вынув знамя из вещмеш-ка Сонина, расправили полот¬нище, закрепили на тросе. Занимаем оборону. У лебед¬ки Сонин начинает отдавать аэростат. Шар легко взмывает вверх. И на высоте 200—300 метров ветер развернул знамя».
День выдался погожий. Красное полотнище (размером 5 на 8 метров) парило над городом в лучах солнца. Немцы с Кальберовских высот, примерно через 10-15 минут открыли огонь по площади, обстреливали знамя зажигательными снарядами. Десантники укрылись в подъезде дворца, Стомахин из-за колонны наблюдал за знаме¬нем. Оно не пострадало. Ни еди¬ного попадания не было ни в аэростат, ни в знамя». Вдруг разрывы прекратились. По-прежнему был слышен неистовый гул артиллерийской канонады, но теперь немцам было не до знамени - начался штурм города. К полудню Вена была освобождена, хотя районы Флорисдорф и Кайзермюлен были заняты двумя днями позже. Над городом до самих сумерек на полукилометровой высоте алело огромное, отовсюду обозреваемое знамя. Только с наступлением темноты его спу¬стили на землю. К исходу 14 апреля группа догнала полк под городом Санкт-Пельтен. 

Вена. Императорский дворец Хофбург.
Площадь перед дворцом называется Heldenplatz (площадь Героев), названная так после установки здесь памятников победителю турок - принцу Евгению Савойскому и победителю Наполеона в битве при Асперне эрцгерцогу Карлу.
Именно отсюда, от памятника принцу Евгению, подняли аэростат со знаменем военнослужащие 351 гв. полка.

Этому событию было посвящено стихотворение «Вена. Знамя Победы» писателя и поэта Владимира Николаевича Репина.

Об этом помнил каждый венец:
Апрельский штурм, раскатов гром,
А выше белых полотенец
Над каждым выбитым окном –
Флаг красный в небе голубом.
И видел это каждый дом.

Над центром города, в зените,
В непостижимой высоте,
Горело знамя – как хотите,
Но понимали даже те,
Кто был с оружием в руках:
Раз центр захвачен – близок крах.

А это лейтенант Стомахин
С «полуторкой», да два бойца
Рванули в центр, прорвали махом
Посты дозоров, до конца
Решив держаться (с автоматом!)
И флаг поднять аэростатом.

И через сутки город пал…

Гвардии лейтенант Стомахин А.Э.

«…на следующий день, рядом с этим местом, наш взвод обезвредил немецкую диверсионную группу, которая должна была взорвать исторические памятники Вены, с целью – обвинить «русских варваров» в подрыве памятников мировой культуры. Семь немцев- диверсантов пытались заложить взрывчатку под памятник Иоганну Штраусу, но мы их перехватили, двоих взяли в плен, а пятерых перебили в перестрелке» - вспоминает разведчик А.В. Винер.


14 апреля 1945 года приказом 02/Н Военного Совета 9 гвардейской армии 3 Украинского фронта были награждены 26 военнослужащих полка (Приложение № 6.10). В этот день командиром полка подписывается наградной приказ № 015/Н (Приложение № 6.11).


13 апреля 1945 года Ставка Верховного Главнокомандования поставила перед фронтом новые задачи. Своим правым крылом он должен был выйти на реку Трайзен, овладеть городом Санкт-Пёльтен, прочно укрепиться здесь, после чего вывести 9-ю гвардейскую армию в резерв, расположив ее в лесах западнее и юго-западнее Вены. «Нашим частям было приказано двигаться на Запад, навстречу войскам союзников, и взять город Санкт Пельтен. На сравнительно небольшом пространстве от Вены до этого города сконцентрировалось большое количество немецких войск, а их авиация сохраняла превосходство в воздухе. Неоднократно и наши колонны на маршах подвергались обстрелу и бомбардировкам, а воздушные бои наших и немецких самолетов мне пришлось наблюдать лишь пару раз».


Взвод пешей разведки полка 13 апреля 1945 года ведя разведку населенного пункта Швакдорф наткнулись на засаду противника, атаковали ее, уничтожил 3-х солдат противника, не потеряв ни одного человека. Вечером 13 апреля в полк прибыл начальник оперативного отдела дивизии гв. подполковник Колгушкин М.И. сообщивший, что приказом по корпусу с 21 часа 351 гв. полк выводится в резерв командира корпуса. При этом на карте командира полка он обвел карандашом населенный пункт – место сосредоточения полка и поставил свою подпись. После многосуточных боев в горах и бессонных ночей личный состав полка получил возможность отдохнуть. Однако отдых оказался недолгим. На следующий день полк снова был введен в бой. Это было вызвано обстановкой сложившейся в полосе наступления 38 гв. стрелкового корпуса. К 13 апреля 1945 г. наши части, действовавшие западнее Вены, сбив противника с рубежа реки Гросе-Тульн, начали успешно продвигаться вперёд. Они уничтожали и захватывали в плен разрозненные группы гитлеровцев. Противник, используя пересечённую местность, прикрываясь слабыми заслонами и отдельными бронетранспортёрами, отходил на новый, заранее подготовленный рубеж обороны по реке Трайзен. На этом рубеже 38 гв. корпусу предстояло захватить ряд узлов сопротивления противника, в том числе городом Санкт-Пельтен, важным транспортным узлом.


Стремясь удержать в своих руках Санкт-Пельтен, немецкое командование стянуло для его обороны останки своих частей и соединений. Город обороняли части 710 пехотной дивизии, переброшенной из Италии, 12 танковой дивизии СС «Гитлерюгенд», а также два морских отряда - рейнской военной флотилии и норденской морской школы, которые яростно сопротивлялись, и бои носили ожесточенный характер. Атаки подошедших к Санкт-Пельтену частей 104 гв. сд 38 гв. ск противником были отбиты. В такой обстановке командир 38 гв. ск решил ввести в бой свой резерв -351 гв. стрелковый полк. По решению командира корпуса 351 гв. полк должен был ударом с юго-востока, во взаимодействии с 342 гв. стрелковым полком 104 гв. сд наступавшим с северо-востока, к утру 15 апреля овладеть городом Санкт-Пельтен. Вечером 14 апреля «После уяснения задачи, было принято решение сосредоточить основные усилия на правом фланге и нанести удар в направлении бумажной фабрики. Боевой порядок построить в два эшелона: в первом наступают 1 и 3 батальоны, во втором – второй батальон. На северо-восточную окраину города должен наступать 342 гв. стрелковый полк 104 гв. дивизии, под командованием Героя Советского Союза гв. полковника А.Д. Епанчина. Мы договорились с командиром полка, установили сигналы взаимодействия. Чтобы обеспечить внезапность атаки, артиллерийскую подготовку решили не проводить, а открыть артиллерийский огонь тогда, когда атакующие роты поднимутся в атаку». Ночью полк совершил восьмикилометровый переход и занял исходное положение для наступления. «Мы продолжаем продвижение на запад от города Вены в сторону города Линц в направлении на Мюнхен. Перед нами австрийский город Санкт-Пельтен. Неширокая река сдерживает наше наступление. Передовые части переходят её вброд под огнем противника. Глубина реки в месте брода не велика, по грудь, но именно сюда противник сосредоточил огонь».


15 апреля 1945 г. в период наступательных боев при подходе к г. Санкт-Пельтен отличился младший сержант Саранчев Николай Ефимович командир отделения стрелковой роты 351 гв. стрелкового полка. Предстояло форсировать реку Трайзен. Противник вел яростный огонь, не давал подняться в атаку. Младший сержант Саранчев, рискуя жизнью, бросился в реку, переплыл ее, по берегу пошел в обход немецких автоматчиков. Подобравшись к ним на 50 м, установил ручной пулемет и неожиданно открыл огонь по гитлеровцам. Он истребил 11 вражеских автоматчиков. Остальные бежали. Этим обеспечил роте форсирование реки без потерь. Был представлен к званию Героя Советского Союза. Однако, приказом командующего 9-й гвардейской армией № 086/н от 22.8.1945 г. был награжден Орденом Красного Знамени.27 Отделение пулеметной роты 3-го стрелкового батальона гв. сержанта Овчинникова М. П. первым переправилось через реку Трайзен, захватило плацдарм и обеспечило дальнейшее форсирование реки подразделениями. Саперный взвод полка, под сильным оружейно-пулеметным огнем противника, обеспечил переправу стрелков на другой берег реки. Саперы сняли 20 противотанковые мины и сделали три прохода в проволочном заграждении.
«…у нас была задача перекрыть передвижение немецких войск в сторону Вены, и для этого надо было освободить город Санкт-Пельтен. И при взятии этого города мне было дано задание быть связным командира батальона с передовой частью батальона. Также было задание сообщить о дальнейшем передвижении передовой части. Это задание я выполнил. Мне пришлось в одиночку форсировать реку Трайзен, а затем преодолеть открытую местность короткими перебежками под миномётными и снайперскими обстрелами. При выполнении этой задачи у меня была контузия. После контузии я не пошёл никуда на лечение – продолжал действовать вместе со своим батальоном» - вспоминал рядовой 351 гв. полка Баишев Ш. Я. Заряжающий 45 мм. пушки 3-го стрелкового батальона гв. красноармеец Сурин В. В. при форсировании реки Трайзен из своей пушки уничтожил 3 огневых точки и подбил 2 самоходки противника. После форсирования реки Трайзен противник предпринял контратаку, в ходе которой автоматчик стрелковой роты 3 батальона гв. красноармеец Безруков Н.А. уничтожил 5 солдат противника и в ходе преследования отступающих взял в плен 6 солдат. При ведении уличных боев в городе гранатой уничтожил противотанковое ружье противника с расчетом. Минометная рота 1-го стрелкового батальона огнем из минометов уничтожила до пятидесяти солдат и офицеров противника.


Наблюдательный пункт полка был размещен на высоте 302 в боевых порядках 3 батальона. Из него хорошо просматривались бумажная фабрика и крыши домов городской окраины. В 4 часа батальоны пошли в атаку. В боевых порядках стрелковых рот двигались артиллерийские расчеты. Удар был стремительным и неожиданным. Противник почти без сопротивления оставлял свои позиции перед городом. И только на окраине города, у кирпичного завода, стоящего на пути первого батальона, под пулеметным огнем противника атакующие роты 1 батальона залегли. 1 стрелковая рота, используя складки местности и постройки начала обход кирпичного завода. Через сорок минут рота вышла на установленный рубеж, и батальон при поддержке артиллерийского и минометного огня с двух направления атаковал противника на кирпичном заводе. Завод был захвачен. 1 батальон обнаружили управляемое минное поле, гв. мл. сержант Смирнов Н.Г. под огнем противника перерезал провода идущие к минам. В двухстах метрах перед бумажной фабрикой под огнем противника 3 батальон также был вынужден залечь. Более того, он попал под минометный обстрел. Роты понесли ощутимые потери. Надо было немедленно уходить из-под обстрела. Батальон поднял в атаку личным примером находившийся в его боевом порядке агитатор политического отдела 106 гв. стрелковой дивизии гв. капитан Шерман Б.Я., ранее служивший в 7 гв. вдбр. Батальон захватил фабрику. В ходе атаки гв. капитан Шерман погиб от осколка мины. Бой постепенно перемещался к центру города. Когда в одном месте замешкались, гв. старшина Ухарский под сильным огнем противника крикнул: «Вперед за Родину, за Сталина!» и бросился вперед, увлекая за собой всех замешкавшихся. Противник использовал одиночные танки. Бой шел за каждый дом. Особенно отличилась 9 стрелковая рота.
При прорыве к центральной площади города личный состав роты сжег танк противника. Этот танк стоял на перекрестке улиц и своим огнем не давал пройти пехоте. Тогда гв. рядовой Зевякин сумел подползти и гранатой подбил его, а выскочивший экипаж расстрелял из своего оружия. В 9 стрелковой роте гв. красноармеец Бахарев Н.Н. зашел в тыл засевшим в доме автоматчикам противника и забросал их гранатами. При этом уничтожил 9 и взял в плен 5 солдат противника. В бою за окраину города подобрался к немецкому бронетранспортеру и уничтожил его противотанковой гранатой. При ведении уличных боев в городе гв. мл. сержант Искорнев П.М. огнем автомата уничтожил трех солдат противника и гранатой пулеметный расчет, засевших в одном из домов и не дававших продвижению 7 стрелковой роте. 8 стрелковой ротой в уличных боях было уничтожено 2 танка, 4 автомашины и 81 солдат противника. Захвачена исправная радиостанция. На железнодорожной станции эта рота захватила 13 паровозов, 48 товарных вагонов с грузами, 18 пассажирских вагонов и склад с военным имуществом. Одновременно с 351 гв. полком к центру города, с северо-востока, при поддержки танков, прорвался 342 гв. стрелковый полк. К 12 часам 15 апреля город Санкт-Пельтен был очищен от противника. В бою за город гв. сержант Зиновьев уничтожил 9 автоматчиков и 2 пулеметчиков противника. В овладении Санкт-Пельтеном боевым соратником 351 гв. полка был его неразлучный спутник - 534 гв. минометный полк, начальник разведки которого пишет: «15 апреля 1945 г. –стремительное наступление в район Райт, Пира, Штатерсдорф. 351 гв. полк при поддержке 534 гв. минометного полка, получил боевое задание: с ходу овладеть важным опорным пунктом противника и крупным железнодорожным узлом - городом Санкт-Пельтен. В начале шестого пехота ворвалась в город и вступила в уличные бои за него. Несмотря на легкую атаку и минимум артиллерийской обработки, воздух был насыщен пылью и гарью». «Не прекращая боя, преследуя фашистов, батальоны 351 гв. сп вышли на рубеж реки Пилах западнее города. На этом рубеже наш полк вел оборонительные бои до 23 апреля 1945 года».

Из представления к награждению орденом Славы III степени разведчика взвода пешей разведки гв. рядового Симушина Ф.А.
1. 14.4.45 г. Ведя разведку на южной окраине г. Санкт-Пельтен, обнаружил немецкую минометную батарею, которая вела огонь по нашей пехоте. Под сильным пулеметным огнем, прополз к своим, своевременно доложил командованию, чем помог подавить огонь батареи. В этом бою вынес с поля боя двух раненных.
2. 18.4.45 г. Ведя разведку в лесу южнее населенного пункта Швакдорф, наткнулся на группу немцев и, завязав бой, огнем из трофейного пулемета, обеспечил отход разведгруппы и последним отошел к своим.

Из представления к награждению орденом Красной Звезды командира орудия 76 мм артиллерийской батареи гв. сержанта Афонина Е.М.
При взятии гор. Санкт-Пельтен 15 апреля его орудие прямой наводкой уничтожило до взвода пехоты противника. При форсировании реки Трайзен 15 апреля прикрывал проход нашей пехоты через реку огнем своего орудия. В бою за деревню Пумерсдорф 16 апреля своим орудием разбил два дома с засевшими снайперами и пулеметчиками. Отбил пять контратак противника, уничтожив до взвода пехоты, и заставил отойти роту противника.

ЦАМО, фонд 33 опись 690306 дело 1493. Подлинник.


Уже 15 апреля 1945 года части 9-й гвардейской армии подверглись контратакам частей 6-й танковой армии СС, в том числе с использованием танков. Танки у противника еще были. Только в танковом полку 2-й танковой дивизии СС "Райх" у Санкт-Пельтена было 22 "пантеры" и один "королевский тигр". Атаки противника продолжались до 20 апреля 1945 года. 16 апреля 1945 года в бою за деревню Пумесдорф подразделения полка отразили четыре контратаки противника.

Атаку поддерживают 45 мм пушки

В этот день, продолжая боевые действия, дивизия овладела г. Вильгельмсбург. 18 апреля 1945 г. 351 гв. полк вел бой у кирпичного завода западнее Санкт-Пельтена. «Последнее наступление наших войск в Австрии 20 апреля началось ночной артподготовкой, которая на этот раз показалась мне не столь страшной, как впервые. Наблюдал я, - вспоминает Пентин Ю. А.- её издали, с горки около батареи. Была ночь. Вспышки орудийных выстрелов, фейерверки ракетных залпов "катюш" создавали незабываемую, даже "красивую" картину. Мы стояли в отдалении, поэтому гром стрельбы, взрывов и воя "катюш" был не так оглушителен. После взятия войсками Санкт- Пельтена наши части были отведены в Вену». 18 апреля 1945 года приказом 016/Н Военного Совета 9 гвардейской армии 3 Украинского фронта были награждены 8 военнослужащих полка (Приложение № 6.12).


17 апреля 1945 года полк вел бой по взятии деревни Хафинг. В этом бою наводчик 82 мм. миномета 2 минометной роты Алексеев В.И. огнем из миномета уничтожил НП противника, с которого корректировался огонь немецкой артиллерии. Действуя ночью, 4 стрелковая рота наткнулась на засаду противника, продвигаться было невозможно, тогда по личной инициативе гв. красноармеец Шумилов А.П. вдвоем с бойцом, зашли в тыл противнику и открыли огонь из автоматов, уничтожив 9 немецких солдат и наведя панику среди противника. Рота смогла продвинуться вперед. В этот день пришлось отражать контратаки противника у деревни Хафинг.

Хафинг

Генерал-лейтенант Бирюков Н. И., командир 20 гвардейского Будапештского стрелкового корпуса сменявшего 38 гв. стрелковый корпус оставил в своих мемуарах описание одного эпизода этой смены. «Расположившись в красивых лесах, что западнее Вены, воины корпуса несколько дней отдыхали, приводили себя в порядок, получали заслуженные в последних боях награды. Однако передышка была недолгой. Мы получили приказ принять оборону к западу от Санкт-Пельтен. И вот я на командном пункте генерала Утвенко, готовлюсь сменить его дивизии нашими. Рассматриваем с ним схему обороны. Внимание мое привлекла высота с отметкой 517. Она господствует здесь, в центре полосы. - Тебя, Николай Иванович, к телефону, — вдруг сказал Утвенко, подавая мне телефонную трубку. Звонил Дрычкин, командир 7-й дивизии. Он, кстати, стал генерал-майором. Дрычкин сказал, что на высоте 517 находится противник. А здесь, на схеме у комкора, она показана в расположении наших войск. - Что-то путает Дрычкин, - ответил мне Утвенко. - На этой высоте мой наблюдательный пункт. Могу соединить тебя с ним по телефону. И надо было мне соединиться, переговорить и уточнить. Однако ложная стыдливость, видимо, помешала. Не сделал я этого. И напрасно. Проехав по нескольким маршрутам, мы решили заглянуть и на высоту 517. - Что-то очень пустынно! - подумал я вслух, когда наша машина приблизилась к высоте по дороге, ведущей от Унтер на Карлштеттен. - Еще рановато, оттого и народу не видно, - заметил капитан Никитин. - А вон там, левее отдельного сарая, стоит орудие, - сказал офицер оперотдела. Странно! Орудие смотрит стволом как будто в нашу сторону! - Стоп, - говорю, - Саша! Загони-ка машину в лощинку, а мы пешком пройдемся к высоте. Однако не успели мы отойти от дороги и десяти метров, как со скатов высоты по нам ударил пулемет. Мы бросились на землю и по-пластунски поползли за бугорок. Пули взвизгивали, ударяясь о камни. На командный пункт генерала Утвенко я вернулся в возбужденном состоянии. - Как же так? - говорю ему. - Ведь высота действительно у противника, а не у тебя. Ничего себе информацию получил! А он отвечает: - Извини меня, я тогда неточно сообщил. Наблюдательный пункт, оказывается, не на самой высоте, а у ее подножья... «Хорошенькое дельце! От подножья до вершины добрых два километра», - подумал я, садясь в машину. В ночь на 21 апреля мы приняли эту оборонительную полосу, поставив в первый эшелон 5-ю и 7-ю, а во второй — 80-ю дивизии».


«Мы должны были заменить в обороне одну из потрепанных частей. 20 апреля 1945 года наш полк вечером, на одной из окраин деревни, занял оборону. Оборона проходила по окраине деревни. Окопы были вырыты во весь рост, соединены ходами сообщения с выходом в постройки деревни. Если в обороне до нас на каждого бойца приходилось до 50 метров линии обороны, то у нас было до 20 метров обороны. Но мы выиграли в том, что у нас были автоматы и пулеметы. Немецкая оборона находилась от нас примерно около километра, в деревне. Между нами находилось ровное поле, без кустов и деревьев. 21 апреля 1945 года, где-то около 10 часов, мы увидели, что с противоположной деревни вышла большая группа немцев. Шли они двумя колоннами. Нам было приказано, замаскировать оборону и не стрелять без приказа, выставить наблюдателя, а всем остальным спрятаться в укрытии. Колонны немцев, пройдя половину расстояния, метров 500, развернулись в две цепи, с расстоянием между ними в 100-120 метров. Мы огонь не открывали и свою линию обороны не показывали. Немцы продолжали двигаться. Не дойдя до деревни метров 150-200, немцы открыли огонь и с криком побежали к нашим окопам. Подпустив их метров на 100, последовала команда «Огонь». Немцы еще какое-то время бежали вперед, потом первая цепь остановилась, вторая продолжала движение. Мы огонь вели по ближней цепи и пока ее всю не уничтожили, огонь не прекращали. Выбив всю первую цепь, огонь перенесли на вторую. Вторая цепь была также уничтожена. Ни один живой немец не ушел с поля боя. От пленных мы узнали, что в честь рождения Гитлера, командование решило отбить деревню при помощи такой атаки. В кругу солдат она была названа «психической атакой». Мы в этом бою не потеряли ни одного бойца» - написал впоследствии старшина Н.Е. Саранчев.33 «Двадцатого апреля, в день рождения Гитлера, - вспоминает А.В. Винер,- нас контратаковала дивизия СС «Гитлерюгенд». Бой произошел в районе песчаных карьеров, немцы шли в атаку в полный рост, при этом орали песни и не ложились под пулями. Первую атаку мы отбили, а во второй немцы нас окружили со всех сторон и прижали к краю карьера. На наше счастье под немецким огнем за нашей спиной, на поле боя выехали «катюши» и расстояния 600 метров, через наши головы, прямой наводкой дали залп по наступающим эсэсовцам. После этого залпа все поле боя было устлано черными обгоревшими трупами Эсэсовцы не всегда ходили в бой в черной форме, как их показывают в кино, на передовой они носили полевую форму, и только после боя, по нашивкам на мундирах, можно было точно сказать, с кем мы сражались - с обычным вермахтом или с частями СС». По воспоминаниям Спирова А.Г. бои везде были тяжелыми, с немалыми потерями, но десантники неудержимо шли к Победе. Афанасий Гаврилович был ранен и контужен, а когда поправился, возвратился в свой полк. Уже после победного салюта неожиданно тяжело заболел, лечился в Венгрии. Врачи поставили на ноги и на прощание заверили: «Будешь жить долго». Служба в полку продолжалась до 1950 года.

ИМЕННОЙ СПИСОК
безвозвратных потерь 351 гвардейского стрелкового полка за период с 7 по 17 апреля 1945 г.

Фамилия, имя и отчество

Воинское звание

Должность и специальность

Год рождения

Когда выбыл

Где похоронен

1

Кирюничев Александр Кириллович

кр-ц

стрелок

1925

7.04.45

Алланд

2

Мопоров Василий Васильевич

кр-ц

стрелок

1925

7.04.45

Алланд

3

Пашкевич Владимир Степанович

мл.сержант

ком. отделения

1918

7.04.45

Алланд

4

Еремин Владимир Александрович

кр-ц

стрелок

1925

7.04.45

Алланд

5

Шанцев Иван Николаевич

сержант

ком. отделения

1913

7.04.45

Алланд

6

Усков Алексей Владимирович

мл.сержант

зам. ком. отд.

1923

10.04.45

С-Пельтен

7

Шметько Иван Петрович

кр-ц

стрелок

1925

10.04.45

С-Пельтен

8

Ситников Ненил Александрович

кр-ц

стрелок

1925

10.04.45

С-Пельтен

9

Макаров Виктор владимирович

сержант

ком. отделения

1925

10.04.45

С-Пельтен

10

Данилов Михаил Павлович

кр-ц

автоматчик

1923

16.03.45

Чекберень

11

Бояринцев Виллей Алексеевич

мл.сержант

зам. ком. отд.

1925

17.04.45

Надельбах

12

Ветлужских Николай Николаевич

кр-ц

пулеметчик

1925

17.04.45

Надельбах

ИМЕННОЙ СПИСОК
безвозвратных потерь 351 гвардейского стрелкового полка за период с 6 апреля по 20 апреля 1945 г.

Фамилия, имя и отчество

Воинское звание

Должность и специальность

Год рождения

Когда выбыл

Где похоронен

1

Носов Виктор Кириллович

кр-ц

телефонист

1925

9.04.45

Алланд

2

Никитин Николай Алексеевич

старшина

ком. отделения

1918

9.04.45

Алланд

3

Первухин Григорий Акимович

кр-ц

стрелок

1914

9.04.45

Алланд

4

Шереметьев Михаил Васильевич

сержант

ком. отделения

1924

9.04.45

Алланд

5

Карасев Сергей Герасимович

сержант

ком. отделения

1909

9.04.45

Алланд

6

Ергалиев Закир Сарсимбаевич

ефрейтор

стрелок

1924

9.04.45

Алланд

7

Лукьяненко Сергей Иванович

кр-ц

пулеметчик

1925

9.04.45

г. Мор

8

Гречкин Андрей Степанович

сержант

ком. отделения

1922

9.04.45

г. Мор

9

Оленев Александр Григорьевич

кр-ц

телефонист

1925

6.04.45

Алланд

10

Вавилин Евгений Васильевич

кр-ц

телефонист

1925

7.04.45

Алланд

11

Шапошников Алексей Михайлович

кр-ц

стрелок

1925

10.04.45 умер от ран

Алланд

12

Шильцев Петр Николаевич

кр-ц

стрелок

1925

10.04.45 умер от ран

Алланд

13

Булгаков Владимир Юрьевич

кр-ц

стрелок

1925

10.04.45

Алланд

14

Гриднев Александр Васильевич

кр-ц

стрелок

1925

10.04.45

Алланд

15

Кормальков Владимир Кузьмич

кр-ц

стрелок

1925

10.04.45

Алланд

16

Крылов Николай Прокопьевич

кр-ц

стрелок

1925

10.04.45

Алланд

17

Молоканов Федор Федорович

кр-ц

стрелок

1925

10.04.45

Алланд

18

Голубев Александр Константинович

кр-ц

стрелок

1925

10.04.45

Алланд

19

Никифоров Клавдий Львович

кр-ц

стрелок

1925

10.04.45

Алланд

20

Романов Алексей Васильевич

кр-ц

стрелок

1925

10.04.45

Алланд

21

Пограничный Степан Сафронович

кр-ц

стрелок

1910

16.04.45

С-Пельтен

22

Глушков Сергей Михайлович

кр-ц

сапер

1925

10.04.45

Алланд

23

Жабкин Николай Фирсович

кр-ц

стрелок

1925

16.04.45

С-Пельтен

24

Саликов Павел Матвеевич

кр-ц

разведчик

1925

16.04.45

С-Пельтен

25

Шмаков Василий Акимович

сержант

ком. отделения

1924

15.04.45

С-Пельтен

26

Лихачев Леонид Андреевич

кр-ц

стрелок

1925

15.04.45

С-Пельтен

27

Сопиков Иван Гурьевич

кр-ц

стрелок

1925

15.04.45

Надельбад

28

Чистоткин Андрей Григорьевич

кр-ц

стрелок

1925

16.04.45

С-Пельтен

29

Матвеенко Григорий Николаевич

кр-ц

стрелок

1920

16.04.45

Хафинг

30

Кропотов Андрей Мартынович

кр-ц

стрелок

1925

16.04.45

Хафинг

31

Тяпкин Виктор Владимирович

мл. сержант

санитар

1920

16.04.45

Пуммерсдорф

32

Науменко Иван Гаврилович

сержант

зам. ком. отд.

1925

16.04.45

Пуммерсдорф

33

Роготовский Иван Иванович

кр-ц

стрелок

1913

16.04.45

Пуммерсдорф

34

Сарновский Михаил Петрович

старшина

ком. отделения

1914

16.04.45

Пуммерсдорф

35

Иванов Василий Савельевич

сержант

ком. отделения

1919

16.04.45

Пуммерсдорф

36

Ершов Павел Иванович

кр-ц

стрелок

1925

16.04.45

Пуммерсдорф

37

Желудев Иван Сидорович

сержант

ком. отделения

1922

16.04.45

Хафинг

38

Сердюков Павел Иванович

сержант

ком. отделения

1922

16.04.45

Пуммерсдорф

39

Субботин Алексей Иванович

кр-ц

подносчик

1925

16.04.45

Хафинг

40

Перебаев Ольгерд Михайлович

кр-ц

автоматчик

1925

18.04.45

С-Пельтен

41

Казарин Владимир Маркович

кр-ц

автоматчик

1925

18.04.45

С-Пельтен

42

Уханов Николай Тихонович

кр-ц

автоматчик

1925

6.04.45

Алланд


ЦАМО, фонд 58 опись 18003 дело 619.

ИМЕННОЙ СПИСОК
безвозвратных потерь офицерского состава 351 гвардейского стрелкового полка
за период с 16 марта по 22 апреля 1945 г.

Фамилия, имя и отчество

Воинское звание

Должность и специальность

Год рождения

Когда выбыл

Где похоронен

1

Антонов Валерий Захарович

лейтенант

ком. взвода ИПТ батареи

1920

16.03.45

Чаквар

2

Поляков Тихон Васильевич

лейтенант

ком. авт. взвода

1911

17.03.45

Чаквар

3

Богачев Григорий Васильевич

мл. л-нт

ком. авт. взвода

1914

17.03.45

Чаквар

4

Свешников Петр Андреевич

лейтенант

ком. взвода 45 мм. пушек

1919

18.03.45

Чекберень

5

Ивин Николай Яковлевич

капитан

зам. ком. б-на

1904

19.03.45

Мор

6

Гуськов Павел Григорьевич

капитан

зам. ком. б-на

1918

20.03.45

Мор

7

Сорокин Василий Иванович

лейтенант

ком. авт. взвода

1918

20.03.45

Мор

8

Попович Алексей Дмитриевич

лейтенант

ком. мин. взвода

1923

29.03.45

Каньерн

9

Салтыков Александр Дмитриевич

лейтенант

ком. пул. взвода

1924

4.04.45

Хиртенберг

10

Аладинский Михаил Александрович

лейтенант

ком. взвода 76 мм. пушек

1924

5.04.45

Миссау

11

Самуилович Иван Никифирович

лейтенант

ком. взвода ПТР

1922

5.04.45

Хиртенберг

12

Гирных Михаил Никонович

ст. л-нт м/с

фельдшер б-на

1919

5.04.45

Хиртенберг

13

Дерябин Александр Васильевич

лейтенант

ком. пул. взвода

1920

6.04.45

Гроссау

14

Подкопаев Иван Семенович

лейтенант

офицер разведки

1921

6.04.45

Алланд

15

Нестеренко Александр Степанович

лейтенант м/с

фельдшер б-на

1922

6.04.45

Алланд

16

Гаранин Константин Михайлович

лейтенант

ком. взвода 45 мм. пушек

1921

8.04.45

Миссау

17

Мезенцов Иван Алексеевич

лейтенант

ком. взвода 45 мм. пушек

1917

8.04.45

Сант-Файт

18

Колобынин Иван Васильевич

лейтенант

ком. стр. взвода

1923

8.04.45

Гайнфорд

19

Овчинников Иван Никитович

ст. л-нт

ком. стр. роты

1911

8.04.45

Ларбенбург

20

Кутин Пантелей Федорович

мл. л-нт

ком. стр. взвода

1922

10.04.45

Алланд

21

Поздняков Вячеслав Вячеславович

лейтенант

ком. стр. роты

1921

10.04.45

Алланд

22

Мельников Леонид Георгиевич

мл. л-нт

ком. пул. взвода

1911

16.04.45

Пуммесдорф

23

Решетников Александр Ефимович

мл. л-нт

ком. стр. взвода

1925

17.04.45

Пуммесдорф

24

Рыков Иван Кузьмич

мл. л-нт

ком. стр. взвода

1924

17.04.45

Хафинг


Боевой путь полка можно проследить по календарным записям командира орудия артиллерийской батареи 76-миллиметровых пушек 351 гвардейского стрелкового полка гвардии старшего сержанта Ивана Дмитриевича Ковальченко. Географические названия р. Раба, д. Гроссау и г. Вена были обведены в записи сначала карандашом, позже — два последних населенных пункта — чернилами. В этих местах произошли особо памятные для И.Д. Ковальченко и его артиллерийского расчета события. Укажем, что именно в марте 1945 г. за мужество и героизм, проявленные в Венской наступательной операции советских войск, Иван Дмитриевич награжден орденом Красного Знамени, а также медалями «За отвагу» и «За боевые заслуги». Кроме того, в красноармейской книжке И.Д. Ковальченко записано: За участие в наступательных операциях объявлены благодарности Верховным Главнокомандующим Маршалом Советского Союза т. Сталиным. Приказы: 306, 311, 314, 316, 328, 337, 367.

Календарные записи командира орудия артиллерийской батареи 76-миллиметровых пушек 351 гвардейского стрелкового полка гвардии старшего сержанта Ивана Дмитриевича Ковальченко, впоследствии действительного члена Российской Академии наук, заслуженного профессора Московского государственного университета.


О его расчете была заметка в ежедневной красноармейской газете «В решающий бой» (№ 106, четверг, 17 мая 1945). В этом номере газеты помещена фотография орудийного расчета И.Д. Ковальченко.
Под фотографией, сделанной Л. Ковганом, текст следующего содержания: «Орудийный расчет гвардии старшего сержанта И. Ковальченко отважно сражался против немецко-фашистских захватчиков. За время наступательных боев гвардейцы-артиллеристы уничтожили 11 пулеметов, 1 бронетранспортер, грузовую автомашину с боеприпасами и батарею противника. На снимке гвардии старший сержант Ковальченко, гвардии ефрейтор Дорофеев, гвардии красноармейцы Колесниченко, Власов и Капустин».
 

Надпись на оборотной стороне фотографии

«Овладев городом Санкт-Пельтен, наши гвардейские, бывшие воздушно-десантные войска, уже потерявшие большую часть личного состава, продолжали продвижение в западном направлении. Но я заметил, как изменилась тактика наших действий, при овладении мелкими населёнными пунктами, встречающимися на нашем пути. Теперь мы не лезли в лобовую атаку при ясной видимости и днем. Потом нас, остатки 106 гвардейской дивизии, сменила одна из дивизий 4 гвардейской армии. При смене мы спрашивали, по сколько человек у них в ротах. Оказалось, что у них в ротах по 40 человек, а это считается вполне нормальная боеспособная армия. А ведь мы довоевались до того, что у нас осталось лишь по двадцать человек в двух оставшихся стрелковых ротах, и то это после пополнения их за счет других подразделений. Даже наши связисты были включёны автоматчиками в состав стрелковой роты». Непрерывные боевые действия продолжались до 25 апреля. К исходу этого дня части дивизии были выведены из боя и в полном составе сосредоточены в Вене.


«Мы сдали свои позиции, а сами направились по обратному маршруту в город Вену. Но по этому, обратному пути мы не шли пешком все эти 60 километров до Вены, а ехали на повозках наших обозов, а их вполне хватало для остатков нашей дивизии. В Вене нас разместили по квартирам группами. Жили мы несколько дней вместе с хозяевами этих квартир. Ведь брошенных квартир в Вене не было. Хозяйка нашей квартиры вела себя с нами довольно грубо, не деликатно, без признаков боязни. В любом конфликте угрожала пожаловаться Коменданту. Хорошо запомнив это слово, она со смаком выкрикивала его: «Камэндант». Она высмеивала наши письма-треугольнички, увидев их, когда нам раздавали почту. "Это есть так письмо?" (Das ist so Brife?), восклицала она по-немецки. В нашей квартире мы вели себя, всё-таки как гости, как нас инструктировали офицеры, расселяя по квартирам. А вот от хозяев других квартир, действительно посыпались жалобы на наших гвардейцев. Поэтому, вероятно, буквально через несколько дней всех нас выселили из квартир, а поселили в парке города Вены, в автобусах, стоящих на колодках, без колёс, вдоль аллеи парка. Было прохладно, был конец апреля».


Дивизия разместилась в западном районе Вены – Гитцинге. Возвратившийся из штаба дивизии помощник начальника штаба полка гв. капитан Воронцов показал на карте города район предстоящего размещения полка в Венском лесу, у подножья которого виднелась Вена. Была организована помывка личного состава в полевой палаточной бане. Перед Первомайским праздником на одной из площадей западной окраины Вены состоялось построение всех частей дивизии. 30-го апреля 1945 года нас построили всем составом 106-й гвардейской стрелковой дивизии, вспоминает В.Н. Аксенов,- А ведь это три гвардейских стрелковых полка, вернее, их остатки. Не много места на построении заняли остатки дивизии. Командир дивизии генерал Виндушев сам лично вручал награждённым ордена. Мне он вручил орден Красной Звезды. Здесь же нам зачитали Приказ Сталина с объявлением благодарности всем участникам боев за Вену, потом вручили каждому «Памятное удостоверение» такого содержания:

Участнику боев за освобождение столицы Австрии города Вены.

Дорогой товарищ Аксёнов Василий Николаевич!
Приказом Верховного Главнокомандующего Маршала Советского Союза товарища Сталина от 13 апреля 1945 года за № 334 объявлена благодарность войскам 3-го Украинского фронта, в том числе и Вам, как участнику боев за овладение столицей Австрии - городом Вена. В ходе боев за Вену наши войска разгромили одиннадцать танковых дивизий немцев, взяли в плен более 130 тысяч солдат и офицеров противника, уничтожили и захватили много техники и военного имущества врага. Командование поздравляет Вас, участника этих славных боев, с высокой наградой - благодарностью товарища Сталина и выражает уверенность, что в новых боях Вы будете воевать так же умело и отважно, по-гвардейски!
Командир части. Подпись. Печать.

В этот день 183 военнослужащих 351 гв. стрелкового полка были награждены орденами приказом командира 106 гв. стрелковой дивизии № 08/Н от 29 апреля 1945 года (Приложение № 6.13). Приказом командира 38 гв. стрелкового корпуса награждаются четверо офицеров полка (Приложение № 6.14).

Построение полка в Вене


Всего, от имени Верховного Главнокомандующего И. В. Сталина были объявлены личному составу полка благодарности за боевые операции:
- за участие в разгроме танковой группы немцев юго-западнее Будапешта в составе 11 танковых дивизий и овладение городами Секешфехервар, Мор, Зирез, Веспрем – от 24 марта;
- за овладение столицей Австрии городом Вена – от 13 апреля (Приложение № 6.15);
- за овладение на территории Австрии городом Санкт-Пельтен – важным узлом дорог и сильным опорным пунктом обороны немцев на реке Трайзен – от 15 апреля (Приложение № 6.16).

В эти дни уточнялись понесенные потери в частях. В некоторых судьбах, не вернувшихся с войны, пришлось разбираться много лет спустя ее окончания. Примером тому можно указать Смирнова Дмитрия Ивановича. Так справке-запросе указывается, что 18 января 1945 года погиб рядовой Смирнов Дмитрий Иванович. 
 

Результаты проверки по алфавитной книге учета рядового и сержантского состава 351 гв стрелкового полка показали, рядовой Смирнов Дмитрий Иванович пропал без вести 8 апреля 1945 года.


О больших потерях говорится в сообщениях и других фронтовиков. Так в письме от 3 мая 1945 года один из них пишет:

«Мы сейчас находимся в Вене, отдыхаем. Прошли за это время 500 км по Венгрии, Австрии, из них 300 км по горно-лесистой местности. Участвовали в разгроме 11 танковых дивизий юго-западнее Будапешта. В Будапеште были, брали город Мор, участвовали во взятии Вены. Правда, мы вели бои не в городе, а обошли Вену с юга. Третья крупная операция - это взятие города Санкт-Пельтен. За все три операции получили благодарности от тов. Сталина. Эти операции не обошлись даром - мы потеряли много хороших товарищей. Убиты Батов, Филькинштейн, Еремев, Чукеев. Из вашей пулеметной роты много. Да мы и сами попадали в такие переделки, из которых думали живыми не вылезем. Можешь меня поздравить с орденом Красной Звезды...Привет от друзей. Юрий».

«Здравствуй, Лева! Шлю тебе пламенный гвардейский привет и желаю больших успехов в учебе. Привет тебе также от всех тех, которые остались живы. А из наших старых пулеметчиков в живых осталось очень мало, потому что пришлось поработать очень крепко. За каких-нибудь полтора-два месяца с боями прошли около 500 километров. Из тех, кому ты адресуешь свое письмо, в роте только сейчас я один. Янбухтин убит, Гайсин ранен. Из нашего взвода в живых остались Насыров, Мамаев, Перовских, Астафьев. Убиты Еремеев, Степанов, Комлев, Янбухтин, Счисляев, Деревьягин, Корольков. Остальные ранены. Насчет награждений хватает. Кто остался жив, имеет по 2-3 награды. Сам получил медаль «За отвагу», орден Славы третьей степени и представлен к ордену Отечественной войны первой степени. В данный момент двигаемся на одиннадцатом номере из Чехословакии в Венгрию. Фрукты уже поспевают. А у нас в Башкирии фруктов мало. С приветом, Гена Хайруллин».

Некоторые военнослужащие были ошибочно занесены в списки безвозвратных потерь и теперь возвращались к живым. О четверых таких из 351 гв. стрелкового полка говорится в донесении штаба 106 гв. стрелковой дивизии от 30 апреля 1945 года.

Донесение
106 гв. стрелковой дивизии начальнику управления по персональному учету потерь рядового и сержантского состава Действующей армии.

 

 

ИМЕННОЙ СПИСОК
умерших от ран военнослужащих 351 гвардейского стрелкового полка
за период с 20 марта по 22 апреля 1945 г.

Фамилия, имя и отчество

Воинское звание

Год рождения

умер

Госпиталь

1

Метла Иван Владимирович

ст. сержант

1924

20.03.45

293 ХППГ

2

Анпилогов Иван Степанович

красноармеец

20.03.45

293 ХППГ

3

Исламов Мавзатолий Тимофеевич

красноармеец

20.03.45

293 ХППГ

4

Сарин Казтаб

красноармеец

20.03.45

293 ХППГ

5

Бронников Владимир Захарович

мл. сержант

02.04.45

90 ППГ

6

Курчев Дмитрий Григорьевич

красноармеец

1925

12.04.45

701 ХППГ

7

Минин Захар Евдокимович

красноармеец

1925

13.04.45

1024 ГЛФ

8

Медведев Иван Дмитриевич

красноармеец

1925

08.04.45

595 ХППГ

9

Прожак Владимир Николаевич

сержант

1919

22.04.45

600 ХППГ

10

Солдатов Иван Андреевич

красноармеец

1925

22.04.45

393 ХППГ

11

Тощанов Александр Власович

красноармеец

10.04.45

595 ХППГ

12

Кожевников Владимир Иванович

красноармеец

1925

08.04.45

595 ХППГ

13

Кунгунцев Михаил Иосифович

ст. сержант

1922

09.04.45

595 ХППГ

 

ИМЕННОЙ СПИСОК
пропавших без вести военнослужащих 351 гвардейского стрелкового полка
за период с 16 марта по 17 апреля 1945 г.

Фамилия, имя и отчество

Воинское звание

Должность и специальность

Год рождения

Пропал без вести

1

Бурдаев Анатолий Федорович

кр-ц

16.03.45

2

Крысов Анатолий Михайлович

кр-ц

16.03.45

3

Васильев Анатолий Дмитриевич

мл. лейтенант

1913

17.03.45

4

Блинников Павел Герасимович

лейтенант

ком. пул. взвода

1918

03.45

5

Яблоновский Николай Иванович

лейтенант

ком. пул. взвода

1923

03.45

6

Смирнов Дмитрий Иванович

кр-ц

1925

8.04.45

7

Панкрашин Иван Николаевич

мл.сержант

1925

15.04.45

8

Сесткин Сергей Михайлович

кр-ц

17.04.45

 

Во время боев доставалось не только людям, но и конскому составу. Так с 16 марта по 17 апреля 1945 года за время наступательных операций было эвакуировано из полкового ветеринарного лазарета в дивизионный ветеринарный лазарет 37 раненых лошадей.

В ходе Венской операции дивизия прошла с боями свыше 300 километров. В отдельные дни темп наступления ее достигал 25-30 километров в сутки. 26 апреля 1945 г Указом Президиума Верховного Совета СССР 106 гвардейская стрелковая дивизия за образцовое выполнение заданий командования в боях с немецкими захватчиками при овладении городами Секешфехервар, Мор, Веспрем, Эньинг и проявленные при этом доблесть и мужество была награждена Орденом Кутузова 2 степени (Приложение № 6.17). Известны даты и номера приказов о награждении отличившихся в боях военнослужащих 351 гв. стрелкового полка подписанных командиром полка гв. полковником Федотовым П.Н. Это приказы по полку № 015/Н от 14.04.45 г., № 016/Н от 22.04.45 г., № 017/Н от 23.04.45 г., № 018/Н от 26.04.45 г., № 019/Н от 28.04.45 г.

В конце апреля гв. лейтенанта Стомахина А.Э. вызвали в штаб фронта, где он встретился с членом Военного совета. Обсуждался вопрос о переброске группы Стомахина в Берлин, но окончательное решение должны были принять в Москве и велели подождать до следующего утра. От волнения Стомахин не сомкнул глаз почти всю ночь и чуть свет уже был в приемной командующего фронтом. Его принял лично маршал Толбухин, поблагодарил за геройство его группы, пообещал всех отметить высокими наградами. А в заключение добавил: "У товарища Сталина есть свои соображения о поднятии знамени над Берлином. А наше знамя останется венским Знаменем Победы. Отправляйтесь в Вену и организуйте повторный подъем знамени 1 мая в честь Международного дня солидарности трудящихся".

«1 мая 1945 года по указанию командующего 3-м Украинским фронтом маршала Толбухина над освобожденным городом вновь поднялось знамя победы. Об этом в советской комендатуре Вены был составлен акт. Его подписали комендант города генерал-лейтенант А. В. Благодатов, заместитель коменданта по политической части подполковник И. А. Перервин, командир 351-го гвардейского стрелкового полка гвардии полковник П. Н. Федотов и командир группы САС гвардии лейтенант А. Э. Стомахин. Подписи были заверены соответствующими печатями с гербом Советского Союза. А ниже: «Вышеизложенное подтверждаю. Бургомистр г. Вены генерал Теодор Кернер». Эта подпись на русском и немецком языках была заверена печатью с австрийским гербом». При подписании акта о подъеме знамени, Теодор Кернер сказал: «Для Вас это знамя Победы, а для нас – знамя Освобождения. Именно таким останется оно в памяти австрийского народа!».

Как указывается Знамя Победы поднималось над Веной четыре раза. Ночью 12 апреля и на следующий день 13 апреля, и по устному распоряжению командующего фронтом маршала Толбухина 1 и 2 мая 1945 г. Акт о подъеме составлялся один раз. В нем указывалось: акт составлен 2 мая 1945 года в городе Вена комендантом г. Вена генерал-лейтенантом Благодатовым зам. коменданта по политической части подполковником Перервиным, командиром 351 гвардейского Венского стрелкового полка гвардии полковником Федотовым и командиром группы САС гвардии лейтенантом Стомахиным о том, что 14 апреля 1945 г. в честь освобождения города Вена войсками Красной Армии от немецко-фашистских захватчиков гвардии лейтенантом Стомахиным было поднято на аппарате «САС-2» на высоту 500 метров над г. Вена на площади Героев – Знамя Победы (красное знамя с пятиконечной звездой, серпом и молотом). Знамя Победы на этом же аппарате и на эту же высоту над г. Вена повторно было поднято 1 и 2 мая 1945 г. в честь «Дня Международной Солидарности».

Внимательный читатель видимо обратил внимание на некоторое разночтение в датах подъема знамени над Веной. Со слов участников событий это 12 и 13 апреля, 1 и 2 мая. В акте указано несколько иначе - 14 апреля, 1 и 2 мая. Не будем рассматривать майские дни, с ними все ясно и понятно. Неясно другое. В какие из указанных дней 12, 13 и 14 апреля два раза поднимали знамя?
В интервью со Стомахиным приводится дата 12 апреля, когда рано утром оно было поднято. В приказе Верховного Главнокомандующего № 334 от 13 апреля 1945 года указывается, что войска 3 Украинского фронта 13 апреля, овладели столицей Австрии, кроме районов Флорисдорф и Кайзермюлен занятых двумя днями позже. (Приложение № 6.12). Если отталкиваться от этих дат, получается, что знамя должно было быть поднятым над Веной за сутки до взятия города. Об этом пишет и в своем стихотворении «Вена. Знамя Победы» В.И. Репин И через сутки город пал… Но то, что позволительно в поэтической строфе непозволительно при историческом рассмотрении события. Командованию окруженного гарнизона не составило бы труда в течение суток уничтожить у себя в тылу пятерых десантников, обозначивших свое точное местонахождение поднятым знаменем. Стомахин указывает о реакции противника на поднятое знамя в виде обстрела, который прекратился из-за начавшегося штурма города. Отсюда прямая привязка даты подъема знамени к дате штурма Вены, когда был захвачен, по крайней мере, центр города. Следовательно, знамя поднимали ранним утром 13 апреля. Если на следующий день 14 апреля, уже в честь освобождения Вены войсками Красной Армии, как указывается в акте, знамя опять поднимали над Веной, то только в первой половине дня, так как вечером того дня группа Стомахина уже прибыла в расположение своего полка, находящегося под Санкт-Пельтеном. Почему в акте не написано о первом, самом значимом подъеме знамени, сыгравшем свою роль в психологическом подавлении оборонявшихся и воодушевлении наступающих неизвестно. Возможная причина - банальная описка и невнимательность печатающего акт, на исправление которой не хватило времени. В книге «Сотая гвардейская воздушно-десантная» изданной авторским коллективом во главе с Председателем совета ветеранов дивизии полковником Голышевым также указано, что в день штурма Вены на высоте 500 м "колыхалось огромное полотнище (около 40 кв. м) с пятиконечной звездой, серпом и молотом. К полудню 13 апреля советские войска подавили сопротивление гитлеровцев и завершили освобождение Вены. А над поверженной столицей до самых сумерек гордо алело Знамя Победы. 100 гв. стрелковая дивизия непосредственно участвовала в штурме города и многие описывают, что Знамя показывало направление наступления на центр города. В указанной книге хорошо описано как подъем Знамени привел немцев в настоящее оцепенение, они в течение 30 минут не открывали огонь, думая, что командование гарнизона капитулировало.

Вена 1 мая 1945 года. Командиры стрелковых полков 106 гв. стрелковой дивизии
приветствуют проходящие части.
Слева направо: Фирсов В.А. Федотов П.Н. Киреев С.Н.


Приведшие себя в порядок, помытые, побритые, заново одетые десантные полки торжественным маршем прошли по центральным улицам и проспектам Вены. Такое событие было и как дань празднику, и нашим знакомством с мирной и красивейшей столицей Европы. Вечером 1 мая в торжественной обстановке К. Ворошилов от имени Верховного главнокомандующего генералиссимуса И. Сталина вручал награды офицерскому составу.


«…второго мая мы узнали о взятии Берлина нашими войсками. Эта весть была встречена как новый праздник, и мы его отметили на другой день, по-настоящему. Для этого на зеленой лужайке парка нам вырыли две параллельные канавки, глубиной и шириной по полметра. Это импровизированный стол, если сесть, опустив ноги в канавку. Расстояние между канавками около метра. Это ширина стола. Так нас рассадили за этот стол. Стол получился очень длинный. Раздали праздничный обед; а к обеду спирт, разбавленный до нормы. Прежде мы прослушали поздравления с взятием Берлина, а затем тосты за нашу Победу. Пили из алюминиевых кружек, за неимением рюмок, быстро пьянели, хотя старались хорошо закусывать. Не привыкли мы к подобным выпивкам. Ведь до этого нам никогда не выдавали боевые сто грамм, о которых говорят, что они положены, и о которых даже в песнях поётся. Наверное, потому, что нам, десантникам, не положено было, хотя в Венгрии в подвалах мы находили целые чаны виноградного вина. «Бор», - мы его называли и, конечно, пили целыми кружками. Это слабое виноградное вино. Вот так мы отметили взятие Берлина. Но война продолжалась» - пишет В. Аксенов.

Глава 7. В Пражской наступательной операции

Ставка ВГК 1—2 мая отдала фронтам необходимые распоряжения на проведение Пражской наступательной операции. 2-й Украинский фронт был усилен 9-й гвардейской армией, входившей до этого в состав 3-го Украинского фронта. Она получила задачу наступать в общем направлении на Пльзень. В дальнейшем войска 9 гвардейской армии, в составе которой был 38 гвардейский стрелковый корпус, принимали участие в Пражской наступательной операции (6-11 мая 1945 года).


5 мая 106 гв. дивизия была поднята по тревоге. 9 гвардейская армия уходила из Вены. «Вновь забыта спокойная жизнь. Змеясь, двинулись по шоссе гигантские колонны. Только вместо знакомого нам призыва "Вперед, орлы Толбухина!" зовут на запад с обочин фронтовой дороги транспаранты "Вперед, орлы Малиновского!". «На высоком перекате дороги я обернулся. Под первыми лучами восходящего солнца Вена была изумительно прекрасна: легкая утренняя дымка, окутавшая город, была похожа на венчальное платье, на вихрь из вальса Штрауса. Увижу ли ее когда-нибудь снова? Не знал я тогда, что смотрю на нее в последний раз. Но мысленно говорил: «Счастливой, мирной тебе жизни, Вена, всей австрийской земле, людям, создавшим чудесный уголок на нашей многострадальной планете». 351 гв. стрелковый полк проследовал через площадь Героев, пройдя по Имперскому мосту на левый берег Дуная, двинулся на север, к границе Чехословакии. Полк продвигался быстро, с малыми привалами, три дня и две ночи. Дивизия совершила марш в район Фрибриц, Гиндодорф, лес юго-западнее Фрибриц к австро-чехословацкой границе и сменила 107 стрелковую дивизию. 5 мая 1945 г. — разведка в районе Айбентайль. 8 мая 1945 г. — преследование отходящего противника по направлению: Айхенбрун, Шторисдорф, Хаугсдорф, Рётц, Дросендорф, Раабэ, Гардек на Тайе. По пути отдельные группы противника сдавались в плен.


Войдя в соприкосновение с противником, 8 мая дивизия пересекла границу Чехословакии и к исходу дня овладела г. Зноймо. «Здесь, на подъезде к городу немцы обстреляли нашу колонну. Остановились наши машины, попрыгали мы из кузовов, развернулись вправо и влево, залегли, выполняя команду. Стрельба вскоре прекратилась, и мы на тех же машинах въехали в город Зноймо, но, не останавливаясь, поехали дальше. Оказалось, что немцы просто выставили на дороге перед городом заслон, в виде пулеметных точек на одной или двух машинах. А, обстреляв нашу колонну автомашин, и заставив её остановиться, снялись и уехали. Они обеспечивали отход крупной колонны немцев, которые спешили, чтобы успеть сдаться в плен американским войскам, а не попасть в плен к нам.


Это было 8-е мая. В полдень на пути нашей колонны, на дороге мы увидели разбросанные, видимо, с самолёта, листовки. Это были листовки на немецком языке. Перевести одну такую листовку меня вызвал комбат в свою машину, остановив всю колонну автомашин. В листовке от имени Нового Германского Верховного Командования всем немецким частям, приказывалось прекратить военные действия с 24 часов по среднеевропейскому времени. Я ещё раз прочёл и перевёл содержание листовки. Да это же конец войны. Эта весть сразу разлетелась по всем машинам колонны. Но мы же преследуем немцев, бегущих сдаваться в плен к американцам. Для нас это ещё не конец войны. Наша колонна автомашин остановилась на дороге, вдоль которой стоят, будто в строю, винные подвалы. Открыли несколько подвалов, и, не трогая больших чанов, взяли по одному бочонку виноградного вина на машину. Приказали пока не вскрывать, - пить будем позже. Быстро поехали дальше. Немцы, задерживали наше продвижение не только путём выставления заслонов на дороге и обстрела колонны. Были случаи, что они оставляли на дороге танк, развернутый боком, в таком месте, где его не обойти машинам. Нашим машинам приходилось съезжать с дороги через кювет, объезжая этот брошенный танк или самоходку. Танк был исправен, но у него закончилось топливо. С топливом было плохо и у наших автомашин, о чём докладывали некоторые из водителей».
Как пишет разведчик А.В. Винер: «Наш взвод шел впереди, в авангарде. Продвигались по автостраде Вена – Прага. Постоянно мы нарывались на группы отступающих «власовцев», которые обрушивали на нас шквал огня. Приказ был однозначным, не ввязываться в затяжные бои и как можно быстрее достигнуть чешской столицы, но мелкие стычки случались все время. Даже окруженные со всех сторон мелкие группы «фрицев», пробивающиеся на запад, «к американцам», пытались сопротивляться. Но после короткой перестрелки они обычно поднимали руки вверх, так как прекрасно видели, что не имеют шансов против нас. Было несколько раз, что я кричал им по–немецки, что мы гарантируем всем жизнь, и окруженные немцы сразу сдавались в плен. А вот мадьяры всегда дрались до последнего. Нельзя пренебрежительно относиться к солдатам и офицерам вермахта, это были сильные бойцы, но в сорок пятом году боевой дух немцев был уже частично сломлен. Помню, подъезжаем к какому-то чешскому селению, а перед нами толпа, человек восемьсот местных жителей, на земле красные дорожки, всеобщее искреннее веселье: музыка, радостные крики, девушки встречают нас цветами, накрыты столы для освободителей. Нас обступили и облепили со всех сторон. По рации доложили комполка Федотову обстановку, что если полк зайдет в это село, то точно застрянет здесь надолго. Подъехал комполка, произнес речь перед местными, поздравил с освобождением, и попросил от имени полка извинения, за то, что мы не можем остаться в селе и разделить с чехами великую радость, сказал, что мы спешим на помощь восставшей Праге. Когда шли на Прагу, то захватывали в плен немцев, не успевших уйти на запад. Как-то в лесу взяли в плен двух старших офицеров, на одном было надето серое кожаное пальто. Взяли их красиво, как «по учебнику» сработали. Натянули над дорогой провод, немецкий мотоцикл с коляской на скорости на этот провод нарвался и кувыркнулся в кювет. Кто-то снял с пленного пальто, а оно неподъемной тяжести, оказывается, немецкий полковник спрятал под подкладку золотые монеты, мы подкладку распороли, и монеты горкой посыпались на землю. Все обнаруженное у пленного золото было сдано под расписку начфину полка».

Участие 351 гв. стрелкового полка в Пражской наступательной операции


9 мая 1945 г. — ночной бой с танковым заслоном противника. Потери: две автомашины, две 76-мм пушки и несколько человек убитыми. На рассвете, при подходе к городу Гардек встретили сопротивление группы фольксштурма. К вечеру прибыли в город Славоницы на территории Чехословакии.

Шел пятый час утра 9 мая 1945 года. До Победы — совсем немного времени. Наш оперативный отряд пересекает отроги Альп северо-западнее Вены. Я возглавляю головной дозор на юрком «шевролете». Места вокруг—сказочные: если бы не «обстановка», можно было бы вдосталь насладиться великолепием горного пейзажа. В начале десятого головной «шевролет» подъезжает к повороту дороги, откуда открывается величественная панорама небольшого австрийского городка Гардек на Тайе. Белые домики, покрытые черепицей, кирха с причудливой колокольней, средневековый замок на крутой горе. Ожившая легенда! Всё дышит покоем давным-давно ушедших в прошлое рыцарских времен. Машина медленно спускается вниз. До моста через Тайю остается сотня метров. Никто не засек шипящего свиста. Опомнились мы, лишь, когда перед головной машиной взметнулся фонтан земли, и мы услышали резкий звук разрыва фаустпатрона. С крыши кабины заработал ручной пулемет, а в направлении моста побежали Серега Жук, Ефим Лищенко и Сашок Логинов... Машина цела, из людей никто не пострадал. Можно сказать, пронесло! От моста торопливо идут возбужденные солдаты, Сашок - здоровый высокий малый с лошадиной челюстью и добрыми, наивными глазами — тащит за шиворот мешковатой шинели маленького, тщедушного пожилого человека с погонами капитана фольксштурма. Этот погон последнего пленного я до сих пор храню у себя,- написал впоследствии капитан А. Николаев.

«День Победы нас застал в Чехословакии. Население этой страны встречало нас цветами. Объятиям и поцелуям не было конца. Но особенно тронул сердца десантников один случай. День был на исходе. В одном населенном пункте колонна остановилась на привал. К группе офицеров штаба подошла пожилая женщина и попросила показать ей знамя. Мы выполнили ее просьбу – сняли чехол со знамени. Женщина взяла шелк обеими руками, поднесла к лицу и поцеловала знамя. Низко поклонившись офицерам и солдатам, молча удалилась. Мы долго смотрели ей вслед…».

Походным маршем части дивизии двигались на машинах с техникой по хорошим дорогам к Праге. В населенных пунктах, а иногда и между ними дороги были плотно окружены ликующими чехами, в основном девушками, женщинами с детьми, подростками. Нашим военнослужащим кричали "Наздар", бросали цветы, тянули руки, улыбались и плакали от радости. «Окончание войны застало полк в Чехословакии. 8 мая 1945 г. столица нашей Родины Москва салютовала советским войскам, освободившим г. Зноймо. (Приложение № 7.1). Ночью наш 351 полк, преодолевая сопротивление врага, вел бой за город Йиндржихув Градец. Весть о безоговорочной капитуляции фашистской Германии пришла в наш полк после полуночи. "Победа! Победа!" - передавалось по всей походной колонне. Утром 9 мая на поляне в лесу западнее Йиндржихув Градец состоялся митинг. Минутой молчания воины полка почтили память своих товарищей, кто смертью храбрых пал на полях сражений. Наш полк воевал до 12 мая, выкорчевывая в лесах фашистов, и еще были потери наших гвардейцев».

Газета 9 гвардейской армии от 9 мая 1945 года

Город Зноймо

«С каждым километром дороги перед нашим взором вставали картины панического бегства фашистов. Все, что еще вчера двигалось, враждебно и злобно таило в себе смерть, сейчас валялось на полянах и вдоль обочин дорог. Надо было видеть, какой радостью светились лица бойцов при виде скопищ разбитых машин и искореженных орудий».

К исходу 9 мая 1945 года войска армии продвинулись вперёд по территории Чехословакии на 180-190 км. На отдельных участках форсировали реку Влтава. Боевые действия длились до 11 мая 1945 года, лишь к утру этого дня войска 9-й гвардейской армии вышли на правый берег реки Влтава, юго-западнее г. Праги.

Полк в составе дивизии двигался в направлении Кардашова Ржечице - Драхов - Бехине - Писек. На рубеже реки Влтава советские войска встретились с американскими союзниками. 10 мая передовые подразделения 98-й гвардейской стрелковой дивизии 9-й гвардейской армии в районе Писека встретились с частями 26-й пехотной дивизии 3-й американской армии генерала Джорджа Паттона младшего. При встрече советских и американских войск командир 26-й американской пехотной дивизии генерал-майор Виллард Пауль (примечание автора: в мемуарах генерала Паттона командиром 26 пехотной дивизии значится генерал-майор У. С. Пол) наградил американскими орденами двух советских офицеров и шестерых солдат. Командир нашей 98-й гвардейской стрелковой дивизии генерал майор В. М. Ларин наградил одного американского офицера орденом Отечественной войны II степени и шестерых солдат союзной армии медалями. На следующий день в районе южнее Писека и Неполице с американскими войсками встретились части 107-й гвардейской дивизии (командир - генерал-майор М. А. Богданов) и 99-й стрелковой дивизии (командир - полковник 3. Т. Дерзиян). По поводу награждений союзников командующий 3 полевой армии США генерал Паттон в своих мемуарах написал следующее: «Хебнер предупредил меня, что когда мы встретимся с русскими, если мы с ними встретимся, я должен быть готов к взаимному обмену медалями, флагами и личными вещами, и по этой причине мне лучше не брать с собой своего позолоченного пистолета и не надевать дорогих часов, поскольку я едва ли получу от русских в обмен что-нибудь столь же стоящее.
Я тут же позвонил генералу Брэдли и спросил, какие награды и в каком количестве я могу вручать. Мы сошлись вот на каком раскладе по медалям: дивизия может вручить шесть медалей «Легион заслуг» низшей степени и шесть «Бронзовых звезд» в той из дивизии русских, с которой войдет в соприкосновение. Корпусное начальство может располагать девятью «Легионами заслуг» и тремя «Бронзовыми звездами» для вручения корпусу, с которым встретится. В этом случае половина «Легионов заслуг» должна быть офицерского уровня. Командование армии может располагать двенадцатью медалями «Легион заслуг», включая медали третьей степени (или степени командующего), а также набор «Бронзовых звезд». Мы сразу же подсуетились и раздобыли оговоренное количество наград».

К вечеру 10 мая схватки с заслонами противника возникали все реже и были скоротечными. 10 мая 1945 года приказом № 061/Н Военного совета 9 гвардейской армией были награждены орденами пять военнослужащий полка (Приложение № 7.2). «12 мая, где-то за Йиндржихув Градецем полк наткнулся на немецкий заслон, прикрывающий отход эсэсовцев и власовцев к американцам. Цель заслонов сводилась лишь к тому, чтобы заставить нас развернуться в боевой порядок. Как только это достигалось, заслоны тотчас отходили. Шаблий и Федотов применяли тактику мотострелкового преследования. Наш полк выделил «Студебекеры» для автоматчиков 351-го. И эти подвижные группы, поддерживаемые дивизионом Солопиченко, прорывались сквозь заслоны и громили огнем отходящие части противника, не желавшие сложить оружие после капитуляции. Батареи вели огонь по площади, давая по сто мин на налет…».

«Во второй половине 12 мая для разговора по рации, меня вызвал командир дивизии. Развернув карту, я доложил командиру дивизии местонахождение полка и стал ждать указаний. – Найди на карте деревню Гости, назвав координаты, комдив выжидающе помолчал. – Видишь поляну в лесу, южнее деревни? Сосредоточиться там. Задача: стать лагерем, приводить людей и оружие в порядок! Ясно! Поздравляю с победой. Благодарю гвардейцев. Завтра буду у вас». Войну мы закончили 11 мая 1945 года, встретив войсковые части 3-й американской армии генерала Джорджа Паттона в Чехословакии. Но нам недолго пришлось ликовать и радоваться, - вспоминает ветеран М. М. Исламов из 355 гвардейского стрелкового полка, - 12 мая неожиданно началась сильная орудийно-пулеметная стрельба в районе моста через реку Влтаву, в деревне Колодея. Как выяснилось позже, большая группа немцев, вооруженная на 15 автомашинах, с орудиями пыталась проскочить через мост на противоположный берег реки, где находились американские войска. Но группа чешских партизан, заняв оборону у моста, преградила путь отступающим немцам. Завязался бой. Увидев наступающих гвардейцев 351-го и 355-го гвардейских стрелковых полков, немцы прекратили огонь и сложили оружие. А когда прекратилась стрельба, и все утихло, улица в районе моста заполнилась людьми. Чехи смеялись, плакали, благодарили и обнимали десантников. Так описывает последний бой полка командир 3 батальоны гв. капитан Беспальцев – До назначенного пункта было всего каких-нибудь 5-6 километров, настроение у всех было приподнятое, слышались смех и шутки. Не доходя 2-3 километров, от деревни Гости, мы услышали сильную оружейно-пулеметную стрельбу. Высланная вперед конная разведка доложила, что в районе моста через Влтаву в деревне Колодея идет бой. Развернувшись в боевой порядок, 3 батальон начал атаку на деревню и вскоре захватил мост. Закончив разоружение и отправку пленных немцев, полк продолжил марш. К деревне Гости полк подошел в 23.00.

По воспоминаниям П.Н. Федотова: «В полукилометре от деревни Гости, верхом на коне, нас встретил помощник начальника штаба полка по тылу гв. лейтенант А.Э. Стомахин. Он был послан начальником штаба вперед в качестве командира группы квартирьеров. – Товарищ полковник, в деревне Гости мной пленен мадьярский пехотный полк, в количестве 500 человек! – сдерживая коня лихо отрапортовал лейтенант - От имени командования нашего полка я потребовал, чтобы мадьярский полк сложил оружие, а личный состав был бы выстроен в деревне Гости для торжественной встречи 351 гв. стрелкового полка. Командир мадьярского полка капитан Батори беспрекословно исполнил мое требование, - улыбаясь, закончил доклад лейтенант Стомахин. Да, именно так и было. При входе колонны нашего полка в деревню раздалась команда. Строй мадьярского полка замер по команде «Смирно» и, стоял в таком положении, пока не прошло наше последнее подразделение. На этом закончился боевой путь 351 гвардейского стрелкового полка». За время наступления в Чехословакии было взято в плен 600 военнослужащих противника, захвачено 52 орудия, 20 танков, 12 бронетранспортеров и три эшелона с военным имуществом.

Боевой путь 351 гвардейского стрелкового полка в период с 16 марта по 12 мая 1945 года.

Американские войска, остановившиеся на мосту реки Влтава, приняли к себе в плен всех немцев, которых мы догоняли, - вспоминает В.Н. Аксенов, - Но они пропустили через мост все танки, артиллерию и другую солидную технику, а немецких солдат заставили бросить стрелковое оружие на нашей стороне у моста. Вот мы и увидели горы винтовок и автоматов, небрежно брошенных в большие кучи. На нашей же стороне оставлены и старые грузовые машины, тенты с которых мы в дальнейшем использовали для палаток. Здесь у моста мы расположились лагерем, и жили в палатках около месяца, ожидая подачи эшелонов для отправки нас на Дальний Восток.

Невдалеке от города Писека, над Влтавой, на высоченном мосту-виадуке, встретились мы, - вспоминал К. Я. Ваншенкин о встрече с американцами. Они пришли с запада, мы - с востока. Мы встретились дружески, как союзники. Однако сначала «Встреча с американцами на Влтаве началась с неприятного инцидента, союзники по ошибке открыли огонь по мосту, на котором появились наши первые десантники. Когда разобрались, то начали с американцами брататься. Но на каком языке с ними говорить, английский язык в то время в школах почти не изучали. Среди американцев нашелся капитан, еврей, знающий идиш, позвали и меня, и мы так переводили все вопросы с идиша на английский и русский языки. Там со мной случилась анекдотичная история. У американцев водителями автомашин служили негры, один из них подошел ко мне, попросил показать мой ТТ, потом взял свой «кольт» и мой пистолет, и с возгласом – «Войне конец!», кинул оба пистолета с моста в реку…» вспоминает старшина А.В. Винер.
Позже, вспоминая о первой встрече с американцами на мосту, К. Я. Ваншенкин говорил: «Очень неформальная получилась встреча. Крепких напитков выпито было от души. Американцы при этом были весьма удивлены способностями наших бойцов в этом деле. Один из союзников даже попытался доказать, что в Америке тоже есть крепкие парни: махнул по примеру наших гвардейцев кружку слегка разведённого спирта. Минут через десять его пришлось укладывать в «виллис» в полном беспамятстве».

Американские войска, с которыми встретились десантники на Влтаве входили в состав 12 армейского корпуса 3 полевой армии США. В его состав входили 5 (командир дивизии генерал-майор А. Э. Браун), 26 (командир дивизии генерал-майор У. С. Пол), 90 (командир дивизии генерал-майор X. Л. Эрнест) пехотные и 11 (командир дивизии генерал-майор X. Э. Дейджер) бронетанковая дивизии. 

Город Писек, в окрестностях которого 351 гв. стрелковый полк завершил боевые действия в Великой Отечественной войне.


Глава 8. На берегах Влтавы

«Утро 13 мая 1945 г. было первым мирным утром для воинов полка. Оно благоухало всеми прелестями весны. Плавно несла свои воды река Влтава, в Моравии, невдалеке от г. Праги. "И на Влтаве свой закончили поход". Через несколько дней мы узнали, что в знак признания больших заслуг, участвовавшая в Пражской операции 106 гв. дивизия награждена орденом Красного Знамени».
До конца мая 1945 г. полк располагался лагерем в районе деревни Гости, в районе которой был последний бой. К. Я. Ваншенкин вспоминал: «Недели две стояли бок о бок в Писеке с американцами. Они были рослые как на подбор - что ж, нетрудно подобрать таких, если армия невелика и несла очень мало потерь. Карманы у них были набиты шоколадом и сигаретами, они угощали нас беспрерывно. Видя идущего нашего солдата, они останавливали машину и предлагали подвезти: у них было много автомобилей.
Нам казалась необычной их форма - полувоенная, полуштатская, - где трудно было разобрать, кто в каком звании. Держались они крайне небрежно, воротник расстегнут, рукава закатаны. Я видел одного американского солдата - он с самодовольным видом сидел за рулем, на обеих руках от запястья до локтя сверкали браслеты с часами. Они были прекрасно вооружены, но у них был какой-то несерьезный вид туристов. И дисциплина у них была очень относительная, а мы уже понимали, что без этого нет и не может быть настоящей армии. А, в общем, они были неплохие ребята, эти рослые американские парни.
Иные наши солдаты, плотные, невысокие, в выгоревшей латаной гимнастерке под брезентовым поясом, с котелком, в обмотках, вероятно, проигрывали во внешнем виде - мы об этом не задумывались, - и американцы с некоторым удивлением смотрели на них. Чувствовалось, что они стараются и не могут понять, каким все-таки образом уничтожили мы гитлеровскую военную машину. Мы мылись, чистились, брились... Еще долго плыли по Влтаве трупы в серых мундирах. Кончилась война. Только сейчас мы по-настоящему осознали это».

С 13 мая по 1 июня 1945 года мы стояли лагерем на реке Влтава в дружественной нам Чехословакии. Днем ремонтировали оружие, ковали лошадей, приводили в порядок повозки и автомобили. Проводили занятия по строевой и политической подготовке.
«Первые дни наши взаимоотношения с американцами были самыми тёплыми. Мы ходили, обнявшись вместе с новыми нашими друзьями. Они приезжали к нам на машинах, на «Виллисах», - это легковые машины типа «Джип». И наши гвардейцы ездили к ним, как в гости. Угощали они нас своим сухим пайком, удивляя упаковкой и ассортиментом суточного набора пайка. Все три коробки суточного пайка (завтрак, обед и ужин) закрыты и покрыты слоем парафина для влагостойкости. В коробках баночки консервов, пакетики кофе и чая, сахар, галеты и даже жевательная резинка.
Американские солдаты вели себя тактично, показывали обмундирование, каску двойную, карабин самозарядный. Форма одежды напоминает наш лыжный костюм тех времен или комбинезон из мягкой теплой ткани коричневого цвета. Шея не сдавлена воротником на пуговицах, лацканы открыты. Никаких белых подворотничков не подшивается. На ногах ботинки, закрытые обшлагами брюк комбинезона. Каска двойная, поэтому верхнюю стальную каску можно снять и использовать для набора воды и умывания, а на голове остается пластмассовая каска того же цвета. Карабин похож на наш карабин, но самозарядный, в магазине пять патронов.
Три дня мы свободно ходили через мост, а потом на мосту поставили шлагбаум, и, кажется, по нашей инициативе. Всякое общение прекратилось… По какой-то договоренности в верхах, на дипломатическом уровне, американцы начали возвращать нам пленных немцев.
Через мост большими колоннами пошли мимо нас строем пленные немцы. Их конвоировали наши солдаты. Конвойных было очень мало. Казалось строй пленных идёт без сопровождения. Но всё же конвойные были и шли с карабинами наперевес справа и слева строя, но с большим интервалом. Очень много пленных немцев передали нам американские войска. Колонна шла дня три в светлое время суток».

Гвардейцы 106-й дивизии за время войны прошагали 690 километров по территории трех стран – Венгрии, Австрии, Чехословакии, от Сольнока в Венгрии до Писека в Чехословакии. Они уничтожили и захватили в плен 64 тысячи солдат и офицеров противника, 316 танков и самоходных орудий, 971 орудие, 6371 автомашину. 107 отдельный гвардейский зенитный артиллерийский дивизион дивизии, под командованием гвардии капитана Шашкова А. А., за период боев с 14 марта по 13 мая 1945 года уничтожил 13 самолетов и 1 танк, подбил 3 самолета. Боевой период дивизии с 21.2.45 по 11.5.45 г.

Трудно сказать о потерях понесенных полком за период боевых действий. Если исходить от известных и точных донесениях о потерях за период с 14 марта по 20 апреля 1945 года можно оценить безвозвратные потери 351 гв. стрелкового полка в 273 красноармейцев и сержантов и 26 офицеров. В целом за весь период боевых действий, потери полка можно оценить в 300 человек погибшими и пропавшими без вести, и 1000 человек раненными.

 


Так, в именном списке безвозвратных потерь начальствующего состава артиллерии 9 гвардейской армии только на одном листе указываются три офицера-артиллериста 351 гв. стрелкового полка: гв. лейтенант Антонов Валерий Захарьевич - командир огневого взвода истребительно-противотанковой батареи полка, гв. лейтенант Аладинский Михаил Александрович - командир взвода 76 мм пушек и гв. лейтенант Гаранин Константин Михайлович - командир взвода 45 мм пушек.

 

В ознаменование победы, одержанной в боях за Вену и за героизм, проявленный в этой операции, Приказом Верховного Главнокомандующего И.В. Сталина № 085 от 17 мая 1945 года с формулировкой Соединениям и частям 2 и 3 Украинских фронтов, отличившимся в боях при овладении городом Вена, присвоить наименование "Венских" и впредь их именовать, значился и 38 корпус.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 17 мая 1945 года, объявленного Приказом Заместителя НКО СССР № 0106 от 31 мая 1945 года 106 гвардейская стрелковая дивизия награждена орденом Красного Знамени (Приложение № 8.1).

Многие военнослужащие 351 полка были отмечены орденами и медалями. Было произведено 1842 награждения орденами и медалями, в том числе:
орденов «Красное Знамя» - 13;
орденов «Красная Звезда» - 97;
орденов «Суворова III степени» - 1;
орденов «Отечественной войны I степени» - 72;
орденов «Отечественной войны II степени» - 143;
орденов «Славы I степени» - 1;
орденов «Славы II степени» - 2;
орденов «Славы III степени» - 417;
медалей «За боевые заслуги» - 339;
медалей «За отвагу» - 457.

Видимо это не полные данные. Только в известных приказах Военного совета 9 гв. армии от 14 и 18 апреля, 10 и 21 мая и 22 августа 1945 года награждены орденами Красного Знамени 41 военнослужащий полка.

Все военнослужащие полка были награждены медалью «За взятие Вены». Так, гв. старший техник-лейтенант Мариничев Михаил Егорович с июня 1942 года по апрель 43-го — курсант Тульского оружейно-технического училища. Затем младший техник-оружейник 7 гвардейской бригады 16 воздушно-десантной дивизии. С января 1945 года—техник-оружейник артиллерийской мастерской 351 гв. полка 106 гвардейской стрелковой дивизии. В наградных материалах неизменно подчеркивалось, что "ремонт оружия, особенно стрелкового и минометного, производил качественно". Награжден орденами Отечественной войны 2-й степени и Красной Звезды, Медалями "За боевые заслуги", "За взятие Вены" и другими.

Гвардии капитан Хамзин Салим Тазеевич заместитель командира по строевой части 1 батальона 351 гвардейского стрелкового полка. Почетный гражданин чехословацкого города Писек (90 километров южнее Праги). В память об этом ему был вручен символический ключ от ворот города.
Войну закончил в звании гвардии капитана. Награжден восемью правительственными наградами: орденом Боевого Красного Знамени, медалями за оборону Киева, Москвы, за победу над Германией, юбилейными медалями. После ранений и контузии, полученных в боях, медкомиссией был признан негодным для дальнейшей службы в армии в мирное время. Как инвалид войны 3-й группы был демобилизован.


В мае 1945 года командиром полка гв. полковником Федотовым П.Н. были подписаны следующие приказы о награждении отличившихся в боях военнослужащих 351 гв. стрелкового полка. Это приказы по полку № 020/Н от 02.05.45 г., № 021/Н от 04.05.45 г., № 022/Н от 05.05.45 г., № 023/Н от 07.05.45 г., № 024/Н от 09.05.45 г., № 025/Н от 15.05.45 г., № 026/Н от 19.05.45 г. Разумеется, свои награды военнослужащие полка получили и значительно позже. Так сержант Чуденков А.В. получил медали уже после возвращения 106 гв. стрелковой дивизии на Родину. Медаль «За отвагу», № 2794713, дата вручения 31 октября 1947 г. Медаль «За взятие Вены», дата вручения 1 июля 1946 г. Медаль «За Победу над Германией», дата вручения 30 марта 1946 г.
20 мая 1945 г. прошел строевой смотр 106 гв. дивизии. Проводился командиром корпуса генералом Утвенко, командиром 106 гв. стрелковой дивизии генералом Виндушевым и начальником штаба дивизии полковником Михеевым, командиром 57 артиллерийской бригады полковником Игнатьевым, командирами гвардейских стрелковых полков: 347 подполковником Киреевым, 351 полковником Федотовым, 355 подполковником Фирсовым, командирами гвардейских артиллерийских полков: 211 гаубичного подполковником Крочневым, 205 пушечного подполковником Гулитовым и 534 минометного подполковником Шаблием.
21 мая 1945 года приказом № 061/Н Военного совета 9 гвардейской армией были награждены орденами Красного Знамени восемь военнослужащих полка.



СЕКРЕТНО
Экз. № 2

П Р И К А З
ВОЙСКАМ 9 ГВАРДЕЙСКОЙ АРМИИ
№ 061/Н

21 мая 1945 года Действующая армия


От имени Президиума Верховного Совета Союза ССР за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом доблесть и мужество - НАГРАЖДАЮ:
В ы п и с к а:

Орденом КРАСНОГО ЗНАМЕНИ

2. Гвардии лейтенанта БОНДАРЕНКО Василия Александровича комсорга 351 гвардейского стрелкового полка 106 гвардейской стрелковой дивизии.
3. Гвардии красноармейца БАХАРЕВА Николая Николаевича автоматчика стрелковой роты 351 гвардейского стрелкового полка 106 гвардейской стрелковой дивизии.
14. Гвардии старшего лейтенанта ЖИЛИНСКОГО Валентина Николаевича командира стрелковой роты 351 гвардейского стрелкового полка 106 гвардейской стрелковой дивизии.
17. Гвардии капитана КОРОТКОГО Николая Ивановича заместителя стрелкового батальона 351 гвардейского стрелкового полка 106 гвардейской стрелковой дивизии.
18. Гвардии старшего лейтенанта КИТАЕВА Александра Павловича командира стрелковой роты 351 гвардейского стрелкового полка 106 гвардейской стрелковой дивизии.
22. Гвардии красноармейца КОБЫЛОВА Жактая стрелка стрелковой роты 351 гвардейского стрелкового полка 106 гвардейской стрелковой дивизии.
25. Гвардии старшего сержанта МИШИНА Бориса Григорьевича командира стрелкового отделения 351 гвардейского стрелкового полка 106 гвардейской стрелковой дивизии.
36. Гвардии старшего лейтенанта СОЛОВЦОВА Дмитрия Григорьевича адъютанта старшего стрелкового батальона 351 гвардейского стрелкового полка 106 гвардейской стрелковой дивизии.


КОМАНДУЮЩИЙ ВОЙСКАМИ
9 ГВАРДЕЙСКОЙ АРМИИ
ГЕРОЙ СОВЕТСКОГО СОЮЗА
ГВАРДИИ ГЕНЕРАЛ-ПОЛКОВНИК
(Глаголев)

ЧЛЕН ВОЕННОГО СОВЕТА
9 ГВАРДЕЙСКОЙ АРМИИ
ГВАРДИИ ГЕНЕРАЛ-ЛЕЙТЕНАНТ
(Громов)

НАЧАЛЬНИК ШТАБА
ГВАРДИИ ГЕНЕРАЛ-МАЙОР
(Рождественский)


Отпеч. 3 экз.
Экз. № 1 – Секретариат Президиума
Верховного Совета СССР
Экз. № 2 – ГУК НКО
Экз. № 3 – в дело ОК
Испол. Григоркин
19.5.45 г. тми.

ЦАМО, фонд 33, опись 686196, дело 5627.

И после окончания боевых действий полк нес потери. «Мне вспомнился случай, когда по приговору военного трибунала был расстрелян наш русский солдат перед строем всей нашей дивизии. Это было в Чехословакии, где был организован показательный расстрел на поле возле того села, где этот русский солдат в пьяном виде застрелил отца, пытаясь изнасиловать его дочь. Но это уже Чехословакия, где нас считают освободителями, где мы должны показать, что такое преступление против братского народа у нас вот так наказывается. Все жители села были собраны здесь на окраине села, и весь личный состав дивизии был построен так, чтобы все видели это зрелище.
Здесь, в нашем лагере у моста, был случай отравления метиловым спиртом сразу нескольких человек. Один офицер умер, а несколько человек потеряли зрение, ослепли. Бочку спирта привёз заместитель командира полка по тылу. Пили многие, но отравились не все, многие отделались небольшим недомоганием, некоторых вылечили в санчасти».
Это подтверждает и гв. сержант К.И. Веселов: «Война-то кончилась, боев мы уже не вели, но, к сожалению, еще несли потери. Не все достойно выдержали напряжение войны. По приговору военно-полевого суда за изнасилование был расстрелян перед строем боевой старшина, награжденный орденами и медалями. До сих пор помню, как от пуль взвода "Смерш" летели клочья из его ватника. Картина еще страшнее ожидала меня в медсанбате, куда я прибыл за молодым пополнением. Ночью привезли на грузовике 28 тел наших военнослужащих, отравившихся найденным в цистерне на станции метиловым спиртом. Много расслабившихся осталось ослепшими и больными, чуть не батальон вышел из строя из-за не боевых потерь».
В боевых действиях разведывательный взвод, в котором служил старшина А.В. Винер, потерял троих убитыми и пятерых ранеными. «Подготовили нас отменно, так что нас не так просто было убить. Но 18-го мая машина, в которой ехал я и еще трое наших разведчиков, подорвалась на мине. Трое погибли на месте, а меня только выбросило взрывной волной в кювет и контузило, почти три недели после этого события я не мог говорить. От отправки в госпиталь отказался, так свои офицеры «лечили» меня проверенным «народным средством», кто-то неожиданно стрелял из пистолета прямо над ухом… Ребят жалко, ведь это так нелепо и страшно, погибнуть уже после окончания войны…».
В книге погребения 2076 ХППГ указывается санитар 351 гв. стрелкового полка гв. рядовой Булатов Т.Б. умерший от ран 15 мая 1945 года, получивший ранение в боях в Австрии.
 


22 мая 1945 года командиром 106 гвардейской ордена Кутузова стрелковой дивизией были изданы два приказа № 020/Н (Приложение № 8.2) и № 021/Н (Приложение № 8.3), которыми были награждены орденами и медалями в общей сложности 471 военнослужащий полка. Издаются наградные приказы командира полка № 027/Н от 22.05.45 г. (Приложение № 8.4), № 028/Н от 24.05.45 г. (Приложение № 8.5) и № 029/Н от 26.05.45 г. (Приложение № 8.6). Первый из них касался военнослужащих 3 батальона, второй - батареи 57 мм орудий, третий приказ – личный состав 1 батальона. Эти три приказа были написаны от руки.
28 мая 1945 года приказом командира 38 гвардейского Венского стрелкового корпуса № 010/Н были награждены орденом Великой Отечественной войны несколько военнослужащих полка (Приложение № 8.7).
2 июня 1945 года за свой вклад в победу на фронтах с немецко-фашистскими захватчиками, хорошую внутрисоюзную и комсомольскую работу, ЦК ВЛКСМ наградил комсомольскую организацию полка Почетной грамотой ЦК ВЛКСМ.10 Так по документам уже на 8 апреля 1945 года 234 комсомольца полка были представлены к правительственным наградам.
Из Чехословакии были посланы представители полка и дивизии в Москву на парад Победы 24 июня 1945 года. Как всегда вначале прошёл слух, что скоро будут отбирать фронтовиков для участия в столичном Параде Победы. Лучших из лучших. Включались Герои Советского Союза, кавалеры орденов Славы, прославленные снайперы и наиболее отличившиеся орденоносцы – солдаты, сержанты, старшины и офицеры. На 2 Украинском фронте приступили к формированию и сосредоточению на станции погрузки сводного полка. Они впервые за всю войну с матрацами и простынями поехали в санитарном поезде в ликующую Москву. Куда и прибыли в начале июня 1945 года.
Сводный полк 2-го Украинского фронта включал в себя пять батальонов двух ротного состава по 100 человек в роте. Командиром сводного полка был назначен генерал-лейтенант И.М. Афонин. 10 июня парадные расчеты собрались в Москве и приступили к тренировкам, с обязательным перерывом на обед и выдачей положенных фронтовикам ста граммов. Строевые упражнения на плацу продолжались по 6—7 часов в день. После Парада Победы пятеро участников парада из двухсот получили приглашение на правительственный приём в Кремле 25 июня 1945 года в честь участников парада.
От 351 гв. стрелкового полка в Параде Победы участвовал командир саперного взвода гвардии лейтенант Швецов Е.Н. По словам еще одного ветерана полка В.А. Ногина, «довелось ему участвовать в июньском Параде Победы, увидеть знаменитых военноначальников, членов правительства и самого Сталина. Показался ему вождь щупленьким, неприметным. Отбирали на парад самых лучших - СМЕРШ свое дело знал. В Подмосковье переобмундировали, выдали новые комбинезоны, десантные шлемы. Целый месяц обучался, как одновременно по команде поворачивать головы на Мавзолей. Что касается В. А. Ногина, то он в полной десантной форме с парашютом ехал с товарищами на машине. Шли автомобили по четыре ровно в ряд. После парада десантников вновь отправили в Венгрию».

Адъютант командира полка гвардии старший сержант Дудник Иван Игнатьевич

28 мая 1945 года приказом командира 38 гвардейского Венского стрелкового корпуса
№ 010/Н награжден орденом Великой Отечественной войны 2 степени

Ожидали эшелоны для переброски на Дальний Восток. Война закончилась, но время было неспокойное. Увольнения из расположения части были ограничены, личный состав постоянно имел при себе стрелковое оружие.
В приказе Командующего 9 гвардейской Армией от 20 мая 1945 года № У/0566 указывалось:

1. Запретить прием на работу в качестве сапожников, портных, ездовых, рабочих по ремонту автомашин и рабочих на пищеблоках кого бы то ни было из граждан местного населения, так как это дает возможность проникновения в расположения наших частей фашистских агентов разведки.
2. Военнопленных, бывших военнослужащих Венгерской и немецко-фашистских армий и лиц местного населения, принятых на работу в части и военные учреждения Армии с работы немедленно снять, военнопленных направить в лагеря.
3. Штабы располагать только в домах полностью изолированных от местного населения и очищать от населения целые кварталы или часть населенного пункта, отводимого под расквартирование штабов.

Как вспоминает А.В. Винер: «После встречи с союзниками на Влтаве нас вернули в Австрию, и в Вене несколько человек из взвода распределили по оперативным группам разведотдела армии для выполнения специальных заданий. Наша 106-я дивизия к тому времени уже была выведена из Чехословакии в Венгрию, а мне пришлось еще поработать в Австрии. В группе было два офицера: капитан Бурмин, солидный офицер, имевший еще до войны университетское образование. Его заместителем был старший лейтенант Хабиб Халилович Мухаметжанов, бывший командир минометной батареи, ставший после войны заведующим кафедрой высшей математики в Казанском университете».
Издаются наградные приказы командира полка № 030/Н от 28.05.45 г. (Приложение № 8.8) и № 031/Н от 30.05.45 г. (Приложение № 8.9). Эти приказы были написаны от руки.
В полку чистили и ремонтировали оружие, чинили обувь, обмундирование и снаряжение; ремонтировали шанцевый инструмент - лопаты, пилы, топоры; готовили конные упряжки, сбрую и телеги, а также автотранспорт и тягачи. Все неформенное и трофейное обмундирование, оружие, снаряжение изымалось и заменялось штатным.

Глава 9. И снова Венгрия

1 июня 1945 г. в соответствии с директивой Ставки Верховного Командования № 11096 от 29.05. 1945 года (Приложение № 9.1), полк начал свой пеший 600 километровый марш в южном направлении в Венгрию. Из-за жары командованием армии было решено осуществлять поход ночью, а днем отдыхать.

«К концу первой ночи, после 40 километрового перехода, свернув с дороги, колона полка втянулась в лес. Здесь нам предстояло отдыхать до вечера. Указав командирам подразделений места для отдыха и порядок размещения оружия, успокоились, решив, что этого достаточно. Орудия, повозки, машины, кухни разместили вокруг поляны. На указанные места разошлись стрелковые батальоны. После завтрака, утомленные переходом, бойцы и командиры, не раздеваясь заснули вповалку на поляне, под деревьями и в других местах. И тут на место дневки нашего полка прибыл командующий армией генерал-полковник В.В. Глаголев. Приняв от меня рапорт, и опытным взглядом окинув бивак, он нашел, что оружие хранится небрежно, отдых людей не обеспечен, во всем облике отдыхающего полка нет дисциплины и порядка. «Не полк, а цыганский табор!»- такую оценку дал командующий. В этот же день все командиры полков и их заместители по политической части были вызваны в штаб армии. Командующий армией тщательно подготовил и провел разбор по размещению частей на дневке. Вооружившись красочной схемой разбивки полкового лагеря в местах дневок, он потребовал от командиров полков: на местах будущих дневок, за сутки вперед, на машинах высылать группу квартирьеров, для отдыха солдат и офицеров из индивидуальных плащ-палаток строить лагерь в соответствии с требованиями устава внутренней службы, обеспечить установку организации караульной и внутренней службы в лагере. При всей сложности задачи, прибыв в часть, не теряя ни минуты, мы начали хлопотать о подготовке необходимого оборудования для постройки лагеря. Появились веревки для устройства коновязей, колышки и шпагат для разбивки лагеря на ротные участки и обозначения линеек. Соорудили разборную знаменную сошку… Высылаемые вперед квартирьеры, в указанном им районе выбирали поляну. Колышками и шпагатом обозначали разбивку будущего полкового лагеря с передней и задней линейками, местами для коновязей, артиллерийского парка, кухни и столовой. После второго и третьего переходов солдаты и сержанты так наловчились, что с приходом на место дневки в один час развертывался полковой лагерь из четырехсот палаток на пять человек каждая. В ротах на передней и задних линейках под грибками стояли дневальные. В центре лагеря в первой линии палаток под знаменной сошкой охранялось полковое знамя».

Полковой лагерь во время марша из Чехословакии в Венгрию.
Слева направо: начальник штаба 9-й гвардейской армии генерал-майор Рождественский,
командир 351 гв. стрелкового полка полковник Федотов П.Н., начальник штаба
38 гв. стрелкового корпуса генерал-майор Блинов. Июнь 1945 года.

Шли ночами, часто со строевыми и лирическими песнями с вечера, привалы каждый час. Утром с восходом солнца достигали места дневки, ставили по шнуру в качестве линейки палатки в ряд, валились с ног и засыпали мертвецким сном. «Спали не все. Некоторых выделяли в поход за фруктами с вещмешком или ранцем в ближайшие сады. Приносили черешню, а потом, в основном набирали абрикосов на всю палатку». За колоннами двигались обозы. По воспоминаниям одного из участника этого марша: «Как бы днем хорошо не спали, ночь есть ночь. Ночью, идя походным строем, все равно хотелось спать. Оказывается, можно дремать и на ходу. В этом случае шли плечом к плечу под монотонное топанье шагов. Только тогда, когда дорога поворачивала, спящий продолжал идти прямо, спотыкаясь о поворачивающих товарищей, и просыпался. Было много смеха. Ночная команда: «Привал!» Все валимся в кюветы ногами вверх склона и тут же засыпаем. Команда «Становись!» и все нехотя встаем, выстраиваемся в колонну по четыре и идем дальше. На этих бесчисленных привалах, когда засыпали ногами вверх на склонах, сколько осталось в кюветах трофейных портсигаров, сигаретниц, зажигалок, часов, расчесок, мундштуков, портмоне и всяких других солдатских принадлежностей, выскользнувших из карманов, знает один только Бог».

2 июня издается наградной приказ командира полка № 032/Н (Приложение № 9.2). Из справки прилагаемой к приказу видно, что из 26 награжденных 21 человек были ранены.

10 июня издается наградной приказ командира полка № 033/Н (Приложение № 9.3). 13 июня приказом Военного Совета 9 гвардейской армии были награждены орденами девять военнослужащих полка (Приложение № 9.4).

Шли целый месяц. «В ночь на 1 июля 1945 г. полк, проследовав через Будапешт, расположился в лесу, на острове Чепель, омываемом большой и малой протоками Дуная, недалеко от Чепельского металлургического комбината и поступает в распоряжение К. Е. Ворошилова председателя Союзной контрольной комиссии в Венгрии».

Приезд маршала К.Е. Ворошилова в Будапешт отметили совещанием старших должностных командиров ЦГВ. Совещание проходило во дворце Эшкенази в Будапеште, а концерт давали в Оперном театре. Выступал наш ансамбль песни и пляски. Но гвоздем программы был концерт артистов оперетты Будапештского театра. Всех пленила примадонна театра оперетты венгерская артистка Б. и солистка из Большого театра Биешу. Прием был очень скромный и командиры соединений и частей разъехались по гарнизонам.

23 июня 1945 года был опубликован Закон о демобилизации старших возрастов личного состава действующей армии. Он предписывал уволить военнослужащих тринадцати старших возрастов во второй половине 1945 года, т.е. рождения с 1895 по 1917 годы. В полку демобилизуются немногочисленные военнослужащие старших возрастов, имевшие по три ранения, военнослужащие, имеющие профессию агронома, бухгалтера, учителя и т. п. Кроме того, подлежали демобилизации студенты, призванные со вторых курсов институтов. Для молодых солдат, таких как гвардии, рядовой Васильев Виталий Дмитриевич, 1925 г.р. из г. Костромы, служба продолжалась еще долгие годы. Гвардии рядовой Баишев Ш.Я. армейскую службу в полку окончил в марте 1949 года. В полк на доукомплектование прибывают военнослужащие из расформированных соединений и частей Центральной группы войск.

Слева помощник начальника штаба полка по разведке капитан Гуленко И.Г.
Справа начальник штаба полка гв. капитан Федун А.Ф.


24 июня 1945 года командиром 106 гвардейской Краснознаменной ордена Кутузова стрелковой дивизией были издан приказ № 027/Н (Приложение № 9.5), 29 июня 1945 года издается приказ № 015/Н командира 38 гв. стрелкового корпуса 9 гв. армии Центральной группы войск, которыми были награждены военнослужащие полка за боевые действия в период Великой Отечественной войны (Приложение № 9.6).

До заключения договора о мире действовало подписанное в Москве в январе 1945 года соглашение о перемирии между СССР, Англией и США, с одной стороны, и Венгрией — с другой. Суверенитет Венгрии на время действия соглашения частично ограничивался Союзной контрольной комиссией, деятельность которой в период перед заключением Парижского мирного договора 1947 года направлялась на демонтаж старой государственной машины, наказанию военных преступников, искоренению фашизма и поддержание демократических порядков в стране. В приказе Главнокомандующего Центральной группой войск от 29 декабря 1945 года № 0066/с указывалось: «До сего времени на территории Венгрии и Австрии, занимаемых войсками группы имеют место случаи вооруженных ограблений и убийств местных жителей и военнослужащих, совершаемых бандитами, одетыми в форму Красной Армии. Наряду с действиями вражеской агентуры преступления также творят одиночные репатрианты, не желающие вернуться на Родину, дезертиры и отдельные военнослужащие, отставшие от частей и имеющие уголовное прошлое, но до сих пор не разоблаченные».

Полк находился в составе Центральной группы оккупационных войск (ЦГВ первого формирования до 1955 года) в Венгрии. Командовал группой и одновременно был верховным комиссаром по оккупированной Австрии Маршал Советского Союза И.С. Конев.

Слева командир комендантского взвода гв. лейтенант Снегирев В.Ф., начальник разведки полка
гв. капитан Гуленко И.Г., сидит парторг полка гв. капитан Рябов С.М.


С июля 1945 по январь 1946 года части дивизии расположились летними лагерями на острове Чепель южнее Будапешта, в районе поселок Текель – Вранов – Олешня. В полки поступило указание строить для себя зимние лагери. «…нам приказано строить себе жильё, типа зимних палаток. Палатки довольно большого размера, одинаковые по конструкции. Внутри размещаются нары справа и слева, а в середине не широкий проход. Низ палатки, цоколь, деревянный, а крыша из брезента. Пол, естественно, земляной, представляющий дно котлована глубиной около полуметра. Такие палатки нашего лагеря стояли в две линии, напоминая ровную улицу небольшого села. На берегу Дуная, а точнее, на берегу узкой протоки Дуная (ведь мы находились на острове, омываемом широкой протокой Дуная с одной стороны, и узкой протокой с другой), мы построили русскую баню. Для строительства лагеря нам привозили бревна и доски, запрещая спиливать местные деревья, которые здесь хотя и редко, но встречаются. На острове много виноградников, есть и садовые участки. Наши гвардейцы, естественно, пользовались этими дарами природы, хотя иногда слышали далекие выкрики хозяев плантаций, такие протяжные «Камрад, нэм сабад». Вот так и венгерский язык познавали, причём, не в аудиториях, а на практике». В другом своем рассказе В.П. Аксенов останавливается на строительстве этих зимних палаток «…строили их мы как-то не серьёзно. Время шло, а нам материалов не подвозили. А использовались для этого обычные полутораметровые брёвна, распиленные вдоль, которые устанавливались вертикально по периметру палатки. Сверху обычным брезентом накрывалась такая палатка. Для утепления рассчитывали верх палатки делать двойным, да и пол настилать, если не из досок, то залить бетоном. Ничего этого не было сделано, да и с местными властями не было у нашего командования хорошего контакта и взаимопонимания». Осенью личный состав полка уже располагался в утепленных землянках. На зиму в каждой из них установили печки-«буржуйки», обычно их делали из бочек для горюче-смазочных материалов.

Началась летняя лагерная служба с сигналами трубача: подъем, на завтрак, обед, ужин, отбой. Утром, после завтрака — развод подразделений на занятия под музыку военного духового оркестра, под марш «Прощание славянки». Проводились плановые занятия по боевой и политической подготовке, сборы всех специалистов подразделений, а также сборы командиров всех степеней. «За два месяца мы успели обжиться, выучить мадьярский язык на бытовом уровне, наладить связи с местным населением» - рассказывает гв. сержант К. И. Веселов.

Произошли некоторые изменения в дивизии и полку. По штату 05/40 с изменениями от 9.06. 1945 года численность дивизии составила 11780 человек (1135 офицеров, 3098 сержантов, 7547 рядовых). На вооружении дивизии стало 6188 винтовок, 3557 пистолет- пулемета, 383 ручных, 178 станковых пулемета, 111 ПТР, 18 зенитных пулемета, 98 -82 мм, 18 -120 мм, 20 -160 мм минометов, 12 37 мм зенитных пушек, 66 45 мм и 57 мм ПТ пушек, 32 76 мм пушек, 20 122 мм гаубиц, 437 автомобилей (15 легковых, 313 грузовых, 32 специальных, 77 автотягачей), 1196 лошадей (55 верховых, 387 артиллерийских, 754 обозных). Июньский 1945 г. штат дивизии предусматривал: управление и штаб, отдел ВКР (со взводом), 3 стрелковых полка, дивизионную артбригаду (пушечный, гаубичный и минометный полки), 3 отдельных артиллерийских дивизиона (самоходный, истребительно-противотанковый и зенитный), 4 отдельных батальона (саперный, связи, учебный, медико-санитарный), 3 отдельные роты (разведывательная, химзащиты и автотранспортная), полевая хлебопекарня, дивизионный обменный пункт. Штат полка несколько поменялся: численность полка стала составлять 2389 человек (182 офицера, 687 сержантов и 1520 рядовых), при численности батальона в 555 человек и роты в 104 человека.

Чепель — это остров на Дунае, длиной 48 км, шириной 6-8 км. Его площадь составляет 257 км². Почти на весь остров растянулся Чепельский металлургический комбинат, который поставлял в немецкую армию массу металла и соответствующих изделий. Это был центр промышленности всей Венгрии.
Остров был центром, откуда венгры отправлялись на завоевания, так как он был жилищем племени Арпада. Остров назван в честь лошади Арпада, Чепель.


Военный комендант советского гарнизона в г. Будапешт генерал-майор Замерцев Иван Терентьевич в своих мемуарах так оценивал положение в районе дислокации дивизии и полка: «Первое время я удивлялся, когда комендант Чепеля сообщал нам то о моряках, то о летчиках, то о жалобах крестьян. И только когда сам побывал на месте, понял, что Чепель — это большой остров, протянувшийся на сорок восемь километров. На нем кроме города расположено несколько сел, есть аэродром, большие портовые склады. Там же базировались суда Дунайской военной флотилии, дислоцировались несколько госпиталей. Сам город Чепель в 1945 году был невелик, в нем насчитывалось около 50 тысяч жителей. За исключением заводских корпусов и нескольких административных зданий, все дома — одноэтажные, с небольшими двориками и палисадниками. Улицы прямые и чистые. В Чепеле имелись клуб, три кинотеатра, десять начальных и одна средняя школы, ремесленное училище, две больницы, шесть церквей, шестьдесят пивных и ресторанов, два дома терпимости, около трехсот магазинов и лавок. Население городка состояло в основном из квалифицированных рабочих. Они первые начали налаживать производство, первые создали в Будапеште братское кладбище советских воинов и поставили на площади, в центре города, замечательный памятник героям-освободителям. Полковник Александр Иванович Демура, комендант района, отличался уравновешенным характером. У местных властей и полиции не было секретов от коменданта. Одно время, например, начали распускать слухи о плохом поведении советских воинов. Комендатуру и полицию буквально засыпали ложными жалобами и доносами, расследование которых отнимало много времени и сил. То вдруг поступает жалоба, что советский солдат угнал велосипед. То охранник завода Шелл поднимает шум на весь Чепель: русские похитили 400 литров керосина. То какой-то господин со всех ног бежит в комендатуру, крича, что солдаты хотят снять забор возле его дома... Районная комендатура вместе с полицией проверила десятки таких заявлений. И выяснилось, что только в трех случаях дело действительно касалось советских бойцов, но при этом ни один из них не нарушил порядка. Комендант Чепеля попросил разрешения привлечь к ответственности тех, кто злостно клевещет на Советскую Армию. Как только такое разрешение было дано, поток жалоб сразу иссяк».

13 июля 1945 года издается наградной приказ командира полка № 034/Н (Приложение № 9.7), а 21 июля 1945 года - № 035/Н (Приложение № 9.8). 29 июля и 4 августа1945 года командиром 106 гвардейской Краснознаменной ордена Кутузова стрелковой дивизией были изданы приказы № 030/Н (Приложение № 9.9) и № 031/Н (Приложение № 9.10) которыми был награжден ряд военнослужащих полка. 10 августа 1945 года издается наградной приказ командира полка № 036/Н (Приложение № 9.11).

О жизни полка можно судить по записям из дневника командира орудия батареи 76-миллиметровых пушек 351 гвардейского стрелкового полка гвардии старшего сержанта И.Д. Ковальченко:

1 сентября 1945 г.

В который уже раз решил снова вести дневник. Сегодня 1-ое сентября — день, в который в течение нескольких лет приходил в школу в среду знакомых и друзей. Сейчас, когда находишься так далеко от всего, что тебе близко и дорого, как-то особенно глубоко чувствуешь прелесть того дня. Школа! Кто из нас забудет те года, которые мы провели в ней, где впервые научились понимать жизнь, мир, где приобрели первых друзей, где узнали первую любовь! Кто может забыть эти годы юности, которая оставляет у человека самые лучшие воспоминания! С каким бы удовольствием я вошел бы сейчас в школу и сел за парту, на которой в течение нескольких лет я сидел. Но война для многих раньше времени прервала возможность учиться. Война! Она раньше времени заставила нас стать взрослыми и серьезными людьми. Она разбросала в разные концы знакомых, родных, друзей, товарищей. Но вот мы снова живем в мирное время. Мы, которым выпало счастье пройти живым через это невиданное поле огня и смерти. Но среди нас нет многих друзей. Не видно многих знакомых нам лиц. Они в числе тех, которые отдали свою жизнь во имя Победы, во имя того времени, которое мы видим сейчас. Но мы не должны забывать их имена и мы не забудем их. Судьба забросила меня далеко от родных мест. Я видел Европу, видел жизнь людей здесь, но от этого хочется только быстрее вернуться назад. Вот уже 8 месяцев я за границей. Но я еще не видел ничего такого, чтобы мне показалось удивительным. Есть чему удивляться, но только это разврат, моральная распущенность людей. Ну, на этом хватит.

2 сентября

Сегодня выходной день. Уехали кататься на лодке по Дунаю. Незаметно прошел день. К вечеру вернулись обратно. Вечером с Лешкой орали песни, играл патефон, но только все пластинки австрийские и венгерские, так что не так интересно, но все же немного повеселились. Народ у нас довольно веселый, и духом никто не падает. Смеху полно, смеемся по всякому поводу с причиной и без причины. Спать ложимся всегда поздно. Предварительно «уничтожаем» арбуз, потом закуриваем и отходим ко сну.

3 сентября

Сегодня праздник! День победы над Японией! Вот он — конец Второй мировой войны! Несколько лет длилась борьба старого и нового, и новое победило. История еще не знала такой кровавой
битвы народов, когда все достижения человеческого разума были направлены на войну. Огненный смерч бушевал на равнинах Европы, горах в Азии, песках Африки, джунглях Индокитая и глубоких
дебрях тропических островов Индийского океана. И вот конец. Мы свидетели и участники этих событий еще не сознаем всего значения и величия проведенной нами борьбы, но будущие поколения, история оценят нашу работу и, быть может, историк напишет: «Да, великую борьбу вели наши предки и одержали победу». Был митинг. А потом отдыхали. Вечером получил письмо из дома.

4 сентября

Сегодня обыкновенный будничный день. До 3-х часов занимались. Как всегда, не обошлось без винограда. После обеда читал книгу Бориса Горбатова «Непокоренные» («Семья Тараса»). Хорошая книга. В ней ярко показан могучий, никогда не сгибающийся дух народа, его стремление к свободе.

5 сентября

Сегодня для меня радостный день. С утра мне сообщили о том, что я награжден орденом Красного Знамени. Этой высокой наградой командование отметило мои заслуги перед Родиной. В остальном день прошел как всегда. Что-то нет писем. А. Химич остался без руки, прислал письмо. Очень хороший парень, жаль его. Он всегда умел быть веселым и в то же время прекрасно знал свое дело. Надо написать ему.

6 сентября

Готовимся к боевым стрельбам. Сегодня ездил выверять орудие, и до трех часов время ушло незаметно. После обеда был на политзанятиях. Под конец политзанятия превратились в дебаты о международном положении и линии нашей партии в связи с этим. Капиталистический мир после этой войны, которая только что окончилась, почувствовал, что он упускает из-под своего влияния ряд государств. Настанет день, когда эти государства для них вообще будут потеряны. История развития человечества идет вперед и она отвергает старое, уступая новому. Вечером был американский фильм «Битва за Россию». Американцы довольно правдоподобно показывают нашу страну, народы, природные богатства, никогда не сгибающуюся волю наших народов в борьбе с захватчиками. Вот так прошел еще один день на чужой земле. Что-то нет писем, и поэтому скучновато.

7 сентября

Днем тренировались к предстоящим стрельбам, для этого ездили на учебный полигон. Сегодня получил три письма. Так что у меня веселое настроение. Вечером написал ответ, но только на
одно. Сегодня ложусь спать рано, в 23.00.

13 сентября

Несколько дней не записывал. Не было времени, а вернее, желания. Жизнь идет по-старому. Прочитал «Как закалялась сталь». Удивительная книга! Сколько раз я ее читал, и каждый раз читаешь с интересом, который никогда не ослабевает. Трудную жизнь перенес Павел, но он ни одного дня не прожил бесцельно. Замечательные люди жили и боролись, любили. Да, прочитав эту
книгу, хочется жить так, чтобы твоя жизнь не была бесполезной, хочется сделать что-то полезное. Получил письмо от Ани П., пишет, что собирается переехать в Москву. Неплохо было бы встретиться со старыми друзьями и в задушевной беседе вспомнить минувшие грозные годы. Возможно, после стрельб удастся получить отпуск. Я сейчас даже не представляю, как я появлюсь вдруг дома. Будапешт — и вдруг Москва. Сейчас основное — хорошо отстреляться.

16 сентября

Сегодня выходной день. Моросит дождик. Совершенно нечем заняться. Вчера вечером смотрел кинофильм «В 6 часов вечера после войны». Что-то он мне не особенно понравился. Скучно. Даже почитать нечего. В 15.00 пошел получать орден. Получил. Вернулся часов в 5. Все поздравляют.

18 сентября

Сегодня занятий нет. Делать нечего. Книг нет. Завтра еду на медкомиссию. Посмотрим, что получится за результат. Скоро будет инспекторская поверка. Надо готовиться.


В октябре 1945 г. И.Д. Ковальченко был демобилизован инвалидом Отечественной войны II группы, так как во время войны он получил серьезные заболевания. В красноармейской книжке, оформленной 8 октября 1945 г. и заменившей для демобилизованного И.Д. Ковальченко воинский билет, последняя запись в разделе о прохождении службы такова: «Демобилизован как признанный ВВК по ст. 30 гр. II приказа НКО № 336 1942 г. негодным к военной службе с исключением с учета». В середине ноября 1945 г. И.Д. Ковальченко возвратился в Москву. Об этом свидетельствует запись в той же красноармейской книжке: «14.Х1.45 г. Москворецким РВК выдано свидетельство об освобождении от воинской обязанности № 212845. Райвоенком майор (подпись)». Демобилизовывались военнослужащие, получившие три ранения. Например, Травкин Сергей Степанович командир взвода, получивший ранение был демобилизован в ноябре 1945 года. По поводу записи от 5 сентября 1945 года в дневнике гвардии старшего сержанта Ковальченко И.Д. о награждении орденом Красного Знамени необходимо отметить следующее. Он вместе с шестью другими военнослужащими полка был представлен командованием полка, дивизии и корпуса к званию Героя Советского Союза, о чем говорится в наградных листах (Приложение № 9.12). Однако приказом командующего 9 гвардейской армией от 22 августа 1945 года все они были награждены орденами Красного Знамени.

СЕКРЕТНО
Экз. № 2


П Р И К А З
ВОЙСКАМ 9 ГВАРДЕЙСКОЙ АРМИИ

№ 086/Н


22 августа 1945 года

Действующая армия


От имени Президиума Верховного Совета Союза ССР за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом доблесть и мужество - НАГРАЖДАЮ:

В ы п и с к а
Орденом КРАСНОГО ЗНАМЕНИ

1. Гвардии младшего сержанта АКЕНЬЕВА Василия Федоровича командира стрелкового отделения 351 гвардейского стрелкового полка 106 гвардейской стрелковой Краснознаменной ордена Кутузова дивизии.
16. Гвардии красноармейца ЗЕВАХИНА Ивана Михайловича ручного пулеметчика 351 гвардейского стрелкового полка 106 гвардейской стрелковой Краснознаменной ордена Кутузова дивизии.
17. Гвардии старшего сержанта ЗИНОВЬЕВА Николая Михайловича командира стрелкового отделения 351 гвардейского стрелкового полка 106 гвардейской стрелковой Краснознаменной ордена Кутузова дивизии.
19. Гвардии старшего лейтенанта КЛЕЙНЕР Илью Марковича командира батареи 76 мм пушек 351 гвардейского стрелкового полка 106 гвардейской стрелковой Краснознаменной ордена Кутузова дивизии.
20. Гвардии старшего сержанта КОВАЛЬЧЕНКО Ивана Дмитриевича командира орудия батареи 76 мм пушек 351 гвардейского стрелкового полка 106 гвардейской стрелковой Краснознаменной ордена Кутузова дивизии.
28. Гвардии младшего сержанта САРАНЧЕВА Николая Ефимовича командира стрелкового отделения 351 гвардейского стрелкового полка 106 гвардейской стрелковой Краснознаменной ордена Кутузова дивизии.
35. Гвардии старшину УХАРСКОГО Василия Матвеевича командира пулеметного взвода 351 гвардейского стрелкового полка 106 гвардейской стрелковой Краснознаменной ордена Кутузова дивизии.


КОМАНДУЮЩИЙ ВОЙСКАМИ
9 ГВАРДЕЙСКОЙ АРМИИ
ГЕРОЙ СОВЕТСКОГО СОЮЗА
ГВАРДИИ ГЕНЕРАЛ-ПОЛКОВНИК
(Глаголев)

ЧЛЕН ВОЕННОГО СОВЕТА
9 ГВАРДЕЙСКОЙ АРМИИ
ГВАРДИИ ГЕНЕРАЛ-ЛЕЙТЕНАНТ
(Громов)

НАЧАЛЬНИК ШТАБА
ГВАРДИИ ГЕНЕРАЛ-МАЙОР
(Рождественский)


Отпеч. 3 экз.
Экз. № 1 – Секретариат Президиума
Верховного Совета СССР.
Экз. № 2 – ГУК НКО.
Экз. № 3 – в дело ОК.
Испол. Усанов.
26. 7.45 г. уп.

ЦАМО, фонд 33, опись 686196, дело 7414.

«…жизнь на острове была настолько скучной, что мы прозвали его «Остров - Прощай молодость». Странно звучит, конечно, но это так. Даже в каком то стихотворении, сочиненном одним из гвардейцев, были слова: «Здесь, даже летом нету мух, - они все вымерли от скуки». В то время пели песню: «Хороша страна моя Болгария, а Россия лучше всех!». Очень тянуло на Родину, в Россию. Только и говорили: «Командир! Когда поедем в Россию? Ну, когда же?». Душа прямо-таки рвалась на Родину. У всего командования про это спрашивали,- вспоминает гвардии рядовой А.В. Чуденков.

Гвардии старший сержант Клисторин Илья Филиппович - командир расчета батареи 120-миллиметровых минометов 351 гв. стрелкового полка.

В начале 1945 г. он попал в Венгрию. Там как участник разгрома танковой группы немцев юго-западнее Будапешта в марте 1945 г. заработал благодарность Верховного Главнокомандующего, орден Славы III степени, орден Красной Звезды, Отечественной войны II степени, медали «За отвагу», «За взятие Вены», «За победу над Германией».
Перед штурмом Вены получил ранение в ногу и попал в госпиталь. Через две недели сбежал и «с палочкой воевал до конца». Демобилизован осенью 1945 года.

«Отслужил я все 4 года, было всё в них, но была нормальная служба, достались и трудности, и благодарности. Но живой же! Из-за ранения левая нога сейчас почти не сгибается. До этого уже была контузия, трещина теменной и височной кости. Но ничего, выжил и выучился…».

В последствии доктор технических наук, член-корреспондент Академии наук Республики Молдова.

В Будапеште заметно возросло количество провокаций и уголовных преступлений, имевших явную политическую окраску. Из районных комендатур одно за другим поступали тревожные сообщения об убийствах советских военнослужащих. В октябре 1945 г. часть военнослужащих 351 гв. стрелкового полка, среди которых был рядовой Баишев Шамиль Ямалетдинович, находилась в подчинении старшего войскового начальника по Венгрии - военного коменданта г. Будапешт генерала-майора Замерцева И. Т. и выполняла задачу по поддержанию порядка в городе. «Одно время наш взвод охранял дачу маршала Ворошилова, который являлся представителем Сталина в Группе Советских Войск в Венгрии. Но в основном мы выполняли комендантские функции в Будапеште, контролировали так называемый «6-й район» - вспоминает гв. старшина А.В. Винер. Он же утверждает, что в 106 гв. стрелковой дивизии сразу после войны появилось внештатное подразделение, видимо спортивная команда, занимавшееся парашютно-десантной подготовкой. «После войны Стомахин отобрал меня в свою специальную группу, которая в Венгрии тренировалась по особой программе в выполнении парашютных прыжков, в том числе и «спортивных прыжков». Стомахин по праву считался одним из лучших офицеров ВДВ. Являлся вторым в ВДВ по количеству выполненных парашютных прыжков, а первым, рекордсменом ВДВ, был Романюк, ставший впоследствии полковником. Мы выступали на различных армейских соревнованиях и добились отличных результатов. Я в этой группе выполнил почти 180 прыжков, включая два прыжка на воду».

Командир полка. Остров Чепель, декабрь 1945 года.

Пришлось участвовать личному составу полка в перезахоронениях советских военнослужащих павших в боях в Венгрии. Как вспоминает А.И. Фомкин из роты автоматчиков полка: «Там мы участвовали в перезахоронениях. Тяжелое дело - морально я имею в виду. Ночью выкапывали останки воинов и свозили в братскую могилу. Вот только как ее открывали, я уже не видел». Для братского кладбища советских воинов в Чепеле был отведен лучший участок земли возле городского стадиона.

15 октября 1945 года издается наградной приказ командира полка № 037/Н (Приложение № 9.13). В нем указываются и военнослужащие, прибывшие в полк из госпиталей после окончания войны, получившие ранения в других частях. 17 октября 1945 года командиром 106 гвардейской Краснознаменной ордена Кутузова стрелковой дивизией был издан приказ № 033/Н (Приложение № 9.14), в котором был награжден ряд военнослужащих полка. 3 декабря 1945 года издается наградной приказ командира полка № 038/Н (Приложение № 9.15). Видимо это был последний наградной приказ командира полка. Данные по известным наградным приказам по полку приводятся в приложении № 9.16. Ведется переписка с военкоматами по поводу розыска военнослужащих пропавших без вести. 5 декабря на двоих пропавших без вести были отправлены ответы.

Продолжение: Часть III


Автор:  Вадим СЕЛЕМЕНЕВ

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Возврат к списку


Рядовой-К
Отлично проделанная МЕГАработа. 5 баллов.
Борис Мельников
Оличная работа! Но есть небольшая неточность.
Герой Советского Союза, гвардии полковник А.Д. Епанчин, был командиром 346-го Гвардейского стрелкового полка 104-й ГСД. , а не 342-го ГСП.
.
grishinmv
я опровергну воспоминание сержанта пешей разведки Винера.
Начну сразу с фактов. Фронтовая газета дивизии писала о подвиге роты из опыта боёв Смелый манёвр. Мы были на марше, когда сообщили,что к нам в тыл просочилось 50 немецких автоматчиков. Для уничтожения вражеских солдат было послано 30 красноармейцев, во главе с гвардии старшим лейтенантом Каторжиным. Умело используя горно-лесистую местность, гвардии ст лейтенант Каторжин скрытно подвёл своих бойцов к расположению врага, разделил свою группу и стал заходить немецким автоматчикам с тыла. Вторая группа - Гришина - должна была наступать с фронта. Красноармеец Демидов ушел на разведку. Нужно было осмотреть на левом фланге овраг. Ползком он подобрался к оврагу, и, как следовало ожидать, там были немцы, 10 солдат с автоматами и гранатами. Немцы не заметили смелого автоматчика, а этим как раз и воспользовался Демидов. С криком "ура"! он напал на засаду, и в упор расстрелял проклятых фрицев. В этом неравном бою отважный гвардеец уничтожил 4 немцев и 6 немцев взял в плен. Тем временем группа Каторжина и Гришина продолжала наступать. По установленному сигналу она ворвалась в расположение противника и начала беспощадно истреблять его. В результате боя враг потерял убитыми 28 солдат и офицеров. Кроме того, бойцы захватили в плен 22 вражеских автоматчиков. Особенно отличился в этом смелом маневре гвардии рядовой Бойко. Он один уничтожил огнем автомата трех немцев, двух взял в плен. Несмотря на троекратное ранение, гвардии рядовой Бойко остался в строю гвардии старший лейтенант А Тенсин.
Почему мы должны забывать Гвардейцев 351сп 106сд 9гв 2 автоматной роты!? А они немало кровушки пролили! А за деревню Мейрлинг можно прочитать наградной лист гв лейт Гришина мв 7 04 1945г Венгрия. Прошу помянуть в вашей книге Красноармейцев и исправить неточность.
Имеется вся документация с подтверждением данных фактов, а так же фото, в том числе и с начальником разведки - Гуленко со своими боевыми товарищами.
Если не трудно уведомите.

Яндекс цитирования liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня Все права на материалы, используемые на сайте, принадлежат их авторам.
При копировании ссылка на desantura.ru обязательна.
Professor - Создание креативного дизайна сайтов и любые работы с графикой